Trapped Again / Снова в ловушке

Неоновые огни города беспорядочно мерцали, отбрасывая жуткое, почти потустороннее сияние на поспешно покинутую улицу. Под ногами хрустели осколки разбитых витрин, а вдалеке горели пожары, время от времени выбрасывая клубы дыма в ясное ночное небо. Две фигуры — один изящный голубой ёж, а другой угрюмый чёрно-красный — с безрассудной отвагой пробирались сквозь хаос, их шаги едва касались земли, когда они мчались вперёд. Ветер завывал на заброшенных улицах, поднимая в бешеную спираль песчинки и обломки, жаля их лица и разнося едкий запах горящего пластика и раскалённого металла. Где-то вдалеке послышался пронзительный вой сирен, их звук искажался на извилистых улицах, усиливая ощущение срочности. Ноги Соника стучали по потрескавшемуся асфальту, сердце бешено колотилось в такт его скорости. Он оглянулся через плечо и прищурился, заметив приближающуюся к ним блестящую серебристую фигуру — металлические конечности сверкали в неровном свете, а светящиеся красные глаза были устремлены прямо на них. Воздух наполнился гулом мощного двигателя, его рёв разносился по улицам, сокращая расстояние с ужасающей скоростью. — Похоже, Яйцеголовый прислал нам ещё одну из своих уродливых игрушек, — пошутил Соник, и в его голосе прозвучала обычная дерзкая бравада. Он быстро ухмыльнулся, и его изумрудные глаза сверкнули решимостью. Он заставил себя бежать быстрее, его силуэт размывался на ветру, знакомый прилив скорости захлестнул его чувства. — Думаешь, это будет вызов или просто очередной приз для коллекционеров металлолома? Шэдоу, как всегда невозмутимый, не сбавлял шага, глядя прямо перед собой. Его поза была напряжённой, каждое движение — рассчитанным, но даже в пылу погони в нём чувствовалось безразличие. Он бросил на Соника косой взгляд, резко прищурившись. — Твоя бесконечная болтовня не поможет нам выиграть эту битву, Соник. Герой ухмыльнулся, не обращая внимания на обычную грубость Шэдоу. За этими выпадами Соник почувствовал проблеск чего-то ещё — редкую связь, которая сформировалась со временем, даже если ни один из них никогда бы в этом не признался. — Да, но это точно делает их веселее, не так ли? — Его голос был лёгким, дразнящим, но в нём отчётливо слышалась сосредоточенность. Робот приближался к ним, его длинные конечности двигались с неестественной, машинной точностью. Губы Шэдоу дрогнули, и в уголках его рта появилась едва заметная ухмылка. Его тон оставался грубоватым, но в нём промелькнуло что-то ещё — мимолетный проблеск товарищества, которое постепенно формировалось между ними, несмотря на их различия. Шэдоу закатил глаза. — Только не будь слишком самоуверенным. Не теряй голову. Механический визг робота пронзил ночь, его двигатели заревели громче, когда он перешёл на повышенную передачу. Соник чувствовал жар его преследования по тому, как дрожала земля под его ногами, когда он приближался. С каждым шагом он оказывался в нескольких сантиметрах от него, а визг его двигателей был постоянным напоминанием о том, как быстро он его догоняет. Улыбка Соника на мгновение дрогнула. Несмотря на его беззаботный вид, он чувствовал напряжение в воздухе. Творения Эггмана были не просто безмозглыми машинами — они были созданы для того, чтобы адаптироваться, предугадывать каждый их шаг. То, как эта машина приближалась к ним, означало, что она, вероятно, чему-то научилась у своих предшественников. Соник перенес вес тела на правую ногу и метнулся вправо, едва избежав ракеты, выпущенной из груди робота. Ракета взорвалась, подняв в воздух пламя и обломки. Соник не дрогнул. — Кажется, я поторопился с выводами, — пробормотал он себе под нос, но не сбавил скорости. Позади него Шэдоу скосил глаза в сторону, анализируя ситуацию. Его красные глаза сверкали так же ярко, как у робота. — Сосредоточься, — пробормотал он, скорее себе, чем Сонику, но невысказанное послание было ясным. Не сдавайся. Без предупреждения Шэдоу молниеносно бросился в бой, двигаясь с такой плавностью, что, казалось, бросал вызов гравитации. Он рванул вперёд, его ботинки поднимали в воздух обломки, и на долю секунды он обогнал Соника. Робот последовал его примеру, его системы наведения жужжали, пока он корректировал курс. Услышав, что Шэдоу лидирует, Соник ухмыльнулся, и между ними повисло безмолвное противостояние. — Ты ведь не собираешься оставить меня позади, Шэдоу? — окликнул Соник, и в его голосе едва уловимо промелькнула искорка соперничества. Шэдоу не ответил. Ему и не нужно было отвечать. Его скорость и сила говорили сами за себя. Звук их шагов, свист ветра и визг двигателей робота наполняли улицу, пока они бежали бок о бок, объединённые общей целью, несмотря на разницу в характерах. Город затих у них за спиной, словно даже хаос знал, что нужно расчистить им путь. Движения робота становились всё более точными, его конечности перемещались с расчётливой целеустремлённостью, пока он приближался к ним. Соник чувствовал, как меняется атмосфера, как нарастает напряжение, сигнализирующее о том, что вот-вот что-то изменится. Металлический гигант уже не просто преследовал их — он адаптировался, предугадывал. Движения робота замедлились, его системы наведения щёлкали с пугающей точностью. Инстинкты Соника кричали об опасности, но было слишком поздно — без предупреждения машина выпустила серию ослепительных энергетических зарядов. Воздух вокруг них задрожал от необузданной силы, когда земля разверзлась под ногами Соника. Он вовремя отскочил в сторону, но один взрыв застал его врасплох, и волна энергии сбила его с ног. Взрыв обрушился на землю под Соником, вызвав рябь в воздухе, и в мгновение ока всё слилось в светящийся энергетический купол, который заключил его в ловушку. Купол с грохотом встал на место, сотрясая его кости, и запечатал его внутри. Руки Соника бесконтрольно дрожали, когда он ударил ими по куполу, слабо колотя кулаками по невидимому барьеру, словно пытаясь заставить стены рухнуть. Его удары стали беспорядочными, отчаянными, каждый из них терял силу по мере того, как паника сжимала его грудь. Как бы быстро и сильно он ни пытался толкать, купол оставался на месте. То, чего он боялся больше всего, происходило снова. Ледяное чувство зародилось в груди Соника, словно тень, ползущая по его спине. Страх, которого он не испытывал уже несколько месяцев, начал терзать его изнутри, словно воспоминание, которое не отпускало его. Соник дышал короткими, прерывистыми вдохами, его грудь вздымалась, как будто сам воздух стал гуще. Края его зрения размывались, мир за пределами купола превращался в далёкую, недостижимую дымку. Он цеплялся за энергетическое поле, его разум кружился, как будто сама земля под ним уходила из-под ног. Прогнившие стальные стены «Яйца Смерти». Сводящая с ума тишина. Непреодолимое чувство беспомощности. Он почти ощущал пронизывающий холод камеры, удушающее чувство заточения, из-за которого он чувствовал себя таким кротким и бессильным. Образ тёмных, проржавевших металлических стен, надвигающихся на него, всплыл в его сознании, как старое навязчивое воспоминание. Это была не просто физическая клетка — казалось, что сам воздух вокруг него затвердел, удерживая его на месте. Сила внутри него, которую обычно было так легко контролировать, теперь ощущалась как необузданная, неконтролируемая мощь, пульсирующая с каждым ударом сердца, отчаянно пытающаяся вырваться наружу. Краем глаза он заметил, как Шэдоу двигается, без труда уклоняясь и отражая безжалостные атаки робота. Но затем что-то привлекло его внимание. Шэдоу замер на середине удара, его взгляд метнулся к Сонику.