За каждым великим человеком

      Драко, конечно, не собирался слушать свою мать.       Ему было двадцать пять, он был мужественным и сильным. Он привык к регулярной половой жизни с Грейнджер - так часто, как позволял ее график. Это было лучшее, что было в его жизни, и он определенно не собирался останавливаться только из-за устаревших представлений матери об ухаживании.       Кроме того, этот секс был единственной основой его отношений с Грейнджер. Если он положит этому конец, то не факт, что они сохранят свои пятничные посиделки за чаем с печеньем. Он будет скучать по ней.       Драко старался сильно не думать об этом.       В следующий раз они встретились в четверг вечером, на авторском вечере в магазине.       За прошедшие две недели Драко практически жил в магазине. Сами расширительные чары были выполнены волшебниками, которым он очень хорошо заплатил за срочную работу. После дня работы магазин удвоил свою площадь, но пристройка была в полном беспорядке.       Драко работал по двенадцать часов в день, полируя полы, сооружая книжные полки и пристраивая сцену для авторских мероприятий.       Когда наконец наступил четверг, Драко был потрепанным, но гордым. Магазин был готов к премьерному мероприятию. Здесь было все, о чем он мечтал, даже больше. Малфой и мечтать не смел о мероприятии с Гермионой Грейнджер в качестве гостьи. По указанию Грейнджер он набрал сорок человек, что было весьма оптимистично. Пять рядов по восемь стульев вели к скромной сцене с двумя вальяжными креслами. Справа от сцены он установил стол для Нельсона. Хрустящие твердые обложки книги "Из конуры" лежали рядом с новым пером и чернилами, готовые к подписанию.       Грейнджер приехала с Горацио Нельсоном на час раньше.       Драко поднял глаза от суеты над стульями, когда раздался звонок открывающейся двери. - Привет, - улыбнулась Гермиона и шагнула в дверь, которую рыцарски придержал мужчина, - Вау. Магазин выглядит просто чудесно, Драко. Это Горацио. Горацио, это Драко, владелец магазина.       Она пропустила его фамилию при представлении, как будто это была простая оплошность, а не тщательно продуманный ход.       Драко подошел к ним и пожал Горацио руку. Этот человек не был слишком мягким, как Тео. Горацио Нельсон был огромным, темным и волосатым. Волосатый настолько, что волосы на его предплечье казались скорее мехом, а ногти были точеными.       Горацио Нельсон действительно вышел из конуры, как и обещали его мемуары. Горацио не скрывал, кем он был. Драко стоял напротив оборотня.       Как это обычно бывает с авторами мемуаров, Драко знал о нем самые разные личные вещи. Например, Драко знал, что Нельсон убил своего создателя после долгой и мстительной слежки. Он знал, что жена Горацио развелась с ним после его превращения - весьма распространенное явление, если верить статистике.       Горацио также посвятил целую главу тому, как он заново открыл свою сексуальную жизнь после трансформации. Драко в мельчайших подробностях знал о механических трудностях (точнее, о проблемах с обхватом), с которыми оборотни сталкиваются при половом акте.       И Драко знал, что Грейнджер тоже читала эту книгу.       Всё это промелькнуло в его голове, когда рука Драко - совершенно средняя, возможно, большая для англичанина - оказалась поглощена рукой Горацио. - Эй, парень, спасибо, что устроил это мероприятие. Гермиона была достаточно любезна, чтобы показать мне окрестности. Мы только что ели отличную еду у Флореана Фортескью, - острые клыки Горацио сверкнули, когда он улыбнулся Драко.       Драко опустил плечи. Она пригласила оборотня поесть на Косой аллее, где все могли их видеть. Грейнджер гордилась тем, что общается с оборотнем. А вот с бывшими Пожирателями смерти она, похоже, не церемонилась.       Он сделал единственное, что мог сделать, - обратился к Нарциссе.       Драко сделал все возможное для Горацио. Он приготовил фирменные напитки - карамельный макиато для волка и ореховый латте для Грейнджер - и провел экскурсию по обновленному помещению. Он старался быть энтузиастом и увлекательным, жестикулировал и долго смотрел в глаза Нельсону. Драко рассмешил их обоих самоуничижительной шуткой о том, что вчера он полировал деревянные полы ползая на коленях.       Нельсон смахнул с глаза веселую слезу. - Но почему ты не воспользовался полировочными чарами? Вы ведь волшебник, верно?       Драко с ухмылкой покачал головой. - Именно так я и собирался поступить, пока волшебники-архитекторы меня не переубедили. Эти расширенное пространство может уменьшиться до своих первоначальных размеров. Поэтому сразу после расширения нужно запомнить каждый квадратный метр. Каждый завиток дерева и скол краски. Воспоминание делает его реальным. Я так усердно работал над этим, что мне будет очень трудно вернуть хоть один квадратный дюйм. - Я уважаю волшебников, которые знают о тяжелой работе не только палочкой, - признался Нельсон, - я почувствовал мозоли на твоей руке, когда мы пожимали друг другу руки.       Грейнджер, стоявшая в стороне, бросила на Драко недоверчивый взгляд. - Ну, уже половина первого. Скоро должны начать прибывать люди. Сколько билетов продано? - спросил Драко, засунув руки в карманы.       Оба волшебника посмотрели на Грейнджер, которая была организатором мероприятия. - Все, - призналась она, - и вообще, если есть лишние стулья, мы могли бы их поставить, это была бы хорошая идея.       Нельсон, похоже, считал, что распродавать билеты на мероприятие - это нормально, но Драко был потрясен. Он раздобыл еще восемь стульев, чтобы сформировать дополнительный ряд в задней части зала. Не успел он оглянуться, как в магазин хлынул поток посетителей.       Это были литературные люди, что, вероятно, редкость в мире волшебников. Это были люди в больших очках и с огромными шарфами, заправленными в мантии. Вскоре все стулья были заполнены, а в задней части зала остались только стоячие места.       Драко изначально не планировал выступать, опасаясь, что кого-то может оттолкнуть связь Горацио с бывшим Пожирателем смерти. Но, возможно, слова матери об образе Малфоя нашли отклик в его душе, потому что ровно в семь часов он уверено вышел на сцену.       Ведь Драко был владельцем этого заведения, не так ли? Он оказывал Горацио услугу. Он не стал бы прятаться в углу, как какой-нибудь отбившийся от рук нюхлер. - Добро пожаловать, - сказал он с любезной улыбкой, - мы очень рады приветствовать всех вас на эксклюзивном мероприятии с Горацио Нельсоном, автором бестселлера "Из конуры". Вы, вероятно, уже знакомы с его творчеством, но это его первое и, насколько я знаю, единственное мероприятие в Великобритании перед возвращением на родину. Для нас в большая честь принимать его и всех вас. Сегодня мы запланировали для вас особенный вечер. Гермиона Грейнджер, которая также не нуждается в представлении, проведет беседу с Горацио о его новых мемуарах. Затем мистер Нельсон сможет дать автограф на ваших экземплярах "Из конуры" за автограф-столом здесь. Я буду в баре готовить напитки, а на все книги и антиквариат сегодня будет действовать десятипроцентная скидка, так что не забудьте пройтись по магазинам после мероприятия. А сейчас я приветствую на сцене мистера Нельсона и мисс Грейнджер.       Гости с нетерпением зааплодировали, когда пара поднялась на сцену и села в мягкие кресла.       Мероприятие прошло с грандиозным успехом. Драко тщательно создал теплую атмосферу: мерцающие огни идеального желтого оттенка не давали гостям расслабиться. В воздухе витал успокаивающий запах эспрессо и выпечки, играла негромкая музыка, перекликавшаяся с голосами Грейнджер и Нельсона.       Не говоря уже о самом главном событии: беседа Грейнджер с Нельсоном. Она была блестящим интервьюером. Вместо того чтобы вести записи, Грейнджер держала в руках свой собственный экземпляр книги с подробными аннотациями. Она пролистывала его, чтобы задать Нельсону вопросы, наводящие на размышления. И Драко вынужден был признать, что Нельсон был динамичным оратором. Настроение было самым разным: от заливистого смеха до мрачной задумчивости. Нельсон рассказывал о том, как опустился на самое дно: его выселили из дома через несколько часов после увольнения с работы. И все из-за его ликантропии. Возможно, самым впечатляющим проявлением харизмы Нельсона стало то, что он закончил дискуссию на обнадеживающей ноте. Он вскользь упомянул о законопроекте "О правах оборотней", который недавно был принят американским правительством, и о своей нынешней работе по защите прав существ.       Драко не отвлекался от работы, проверяя книги посетителей за кассой и рыская по антикварному отделу, чтобы зачаровать таблички "ПРОДАНО". Он никогда не продавал так много товаров за одну ночь. Магазин оставался открытым гораздо дольше, чем предполагалось, просто потому, что он не мог пробиться через очередь. Никто не выглядел нетерпеливым в ожидании; возможно, потому, что в противоположном конце магазина Грейнджер сидела за столом для подписания книг Нельсона и пожимала руки фанатам вместе с ним.       Наконец очередь рассосалась, и последние посетители вышли из магазина. Горацио приветливо улыбнулся Драко, протягивая ему руку. Драко протянул руку для рукопожатия и растерялся, когда тот стукнул по ней, а затем схватил. - Спасибо за все, друг. Твой магазин просто великолепен! Если когда-нибудь окажешься в моих краях, обязательно пришли мне сову.       Драко моргнул, убирая руку в карман после этого необычного жеста. - Я никогда не был в Сиэтле. Когда-нибудь мне точно понадобиться твое предложение.       Когда настала очередь Грейнджер прощаться, она встала на цыпочки, чтобы крепко обнять Нельсона. Нельсон подхватил ее на руки и закружил по кругу, отчего юбка Грейнджер задралась на бедрах.       Драко отвёл взгляд и стал возиться у кассы. Она никогда бы не позволила Драко подхватить её на руки для таких глупых объятий - даже наедине. Его пальцы подрагивали, когда он подсчитывал деньги. Малфой старался не обращать внимания ни на обещания посетить Западное побережье, ни на обмен номерами, ни на второе или третье объятие.       Но к тому моменту, когда он услышал звон колокольчика, возвестивший об уходе Нельсона, настроение Драко упало окончательно.       Он сосредоточился на подсчете монет, когда услышал за спиной шаги. Две маленькие руки обхватили его за талию, и он почувствовал, как ее тело прижалось к его спине. - Наконец-то мы одни, - сказала она. Заманчиво.       Как будто она только что не терлась об этого американца, не аннотировала его страницы и не задавала ему вопросы о его книге с таким уровнем знаний, чтобы мужчина почувствовал себя по-настоящему гордым. - Дай мне закончить, - отрезал он. Драко не особо спеша перечислял сикли. Потом перешел к кнатам. Многие магазины для волшебников уже перестали продавать за кнаты, поскольку эта британская валюта для волшебников была довольно неработоспособной, но сегодня Драко пересчитал их дважды. И записал общую сумму аккуратным почерком в свой журнал рядом с кассой. Малфой старался не обращать внимания на ее грудь, прижатую к его спине, и на то, как крепко она обхватила его живот.       Наконец он закончил свою работу. Драко повернулся в ее объятиях, уткнувшись носом и ртом в ее волосы. Она вздохнула, прижавшись к его груди. - Это было чудесно, Драко, - приглушенно произнесла она, - абсолютно идеально. Ты должен гордиться этим.       Он вдохнул аромат ее волос. И ничего не сказал. Драко был пещерным человеком, он был хамом. В его голове все время всплывал образ Нельсона, подхватывающего ее на руки и кружащий ее.       Грейнджер вырвалась из его объятий и посмотрела на него снизу вверх. Ее длинные ресницы затрепетали, и она озадаченно посмотрела на него. - Это действительно был большой успех, Драко. Разве ты не счастлив?       Он кивнул. - Я никогда не продавал столько книг за вечер, - признался он, и она усмехнулась. - Видишь? Я знала, что это будет здорово. Горацио - потрясающий оратор, - она встала на цыпочки, потянулась к его лицу, чтобы поцеловать, но в последний момент замешкалась. Гермиона бросила взгляд на передние окна и пригнулась.       За окнами была черная ночь, и любой мог заглянуть и увидеть их.       Любой прохожий мог обратить свой взор на освещённый интерьер магазина и увидеть золотистую Гермиону Грейнджер, зажатую в объятиях за прилавком с Драко Малфоем, Пожирателем смерти, ставшим продавцом.       Его настроение ухудшилось еще сильнее. - У меня нет никаких планов на вечер, - пожала плечами Гермиона, - не хочешь пойти в подсобку?       Как будто он не знал, что она предлагает, она объяснила ему, потянувшись к нему сзади и проведя острыми ногтями по его заднице. Под прилавком, где никто не мог видеть, как она терзает его.       Драко дернулся до полуобморочного состояния.       Он должен быть в восторге. Драко Малфой, получающий секс без обязательств в четверг вечером. На целый день раньше, чем планировалось. Еще несколько недель назад это могло бы стать для него событием месяца.       Но тут в его голове раздался голос матери - черт возьми, как по Фрейду. - Зачем ей встречаться с тобой, если она может получить все, что ей нужно, глубокой ночью в твоей комнате?       Вернее, в задней комнате антикварного магазина?       Черт. Он не мог выбросить это из головы.       Он прочистил горло. - Вообще-то я проголодался. Не хочешь взять что-нибудь на вынос? Может, потом отправимся к тебе? - Малфой провел рукой по ее талии и провел ладонью по ее попке. Так что она точно знала, что он предлагает. Его члену нравилась идея пойти к ней домой, оказаться в ее постели. Он хотел порыться на ее книжных полках, заглянуть в ее холодильник. - О, - она мило сморщила носик, - ко мне домой? Я не думаю... Нет. Давай просто пройдем в подсобку. Я весь вечер об этом думала. Пожалуйста?       Он вздохнул.       Черт бы побрал его мать за то, что она влезает в его мысли. - Прости, Грейнджер, - легкомысленно сказал он, - я слишком голоден. Я не ел весь день - был слишком занят подготовкой магазина. Наверное, я просто вернусь в поместье и посмотрю, что мама приготовила на ужин. - О! - она просияла, - хорошо. Что ж, я пойду с тобой.       Каково это - быть уверенным в том, что тебя примут? Быть всеобщим любимцем? Быть любимым до такой степени, чтобы тебя приглашали в чужие дома?       Его охватило иррациональное разочарование. Разочарование на Грейнджер. Он был потрясен, восхищен, влюблен, но уже давно не разочарован.       Драко отпустил один за другим ее пальцы со своей талии. - Значит, ты не хочешь даже поесть со мной еду на вынос, но спокойно пойдёшь ко мне домой, когда тебе удобно?       Как только он произнес эти слова, то тут же пожалел о них.       Но Грейнджер всегда была логична. Она наклонила голову. - Что ты имеешь в виду? Я не это имела в виду, и ты это знаешь. - Правда? Тогда посиди со мной в Котле, - осмелился он.       Она покраснела. Гермиона ничего не сказала, просто уставилась на него.       Последняя надежда, жившая в его груди, угасла. - Я так и думал, - сказал он низким голосом. Он оттолкнулся от прилавка и направился к входу, чтобы перевернуть вывеску магазина на "ЗАКРЫТО". - Это несправедливо, Драко, - сурово сказала Грейнджер, - мы так не договаривались. Ты причинил боль людям. Ты причинил боль моим друзьям. Я должна п... - Прошло уже шесть лет! - вырвалось у него, причем более эмоционально, чем он собирался, - сколько раз я должен извиняться? Сколько раз мне придется унижаться перед самодовольными гриффиндорцами, прежде чем я смогу выйти на Косую аллею, не подвергаясь нападкам? Хватит ли десяти лет? Пятнадцати? - О, бедненький, - нетерпеливо постучала она ногой по земле, - ты закончил? Ноешь о своем социальном статусе из родового поместья. Жалуешься на гриффиндорский фаворитизм… мы что, первокурсники в Хогвартсе? Ты вбухиваешь деньги в этот дурацкий магазина, как будто работа за прилавком - это искупление все твои грехи. А я продираюсь сквозь грязь в Министерстве, продавая с каждым днем все большую часть своей души, и иду на политические компромиссы, от которых у тебя бы живот свело. Только для того, чтобы получить право голоса для существ, которые никогда не скажут спасибо и, возможно, даже не проголосуют в день выборов!       Она остановилась, как будто сказала больше, чем хотела.       Он наблюдал за ней, стоя за прилавком и крутя в руках брусок. Он вернулся к прилавку, где должен был стоять покупатель. - Я думал, тебе нравится магазин, - наконец сказал Драко. - Мне не нравится магазин, - сказала она, - я его обожаю. Это лучший магазин в Лондоне!       Но она окинула магазин прищуренным взглядом, и в ее тоне прозвучало недовольство. - Но? - спросил он.       Она глубоко вдохнула. - Но каждый раз, когда я прихожу сюда, я вспоминаю, какой была бы жизнь, если бы я не беспокоилась о деньгах. Не нужно бороться за аренду. Не нужно жертвовать разделом литературной фантастики, чтобы увеличить продажи. Не нужно приглушать свой контент, чтобы сделать его приемлемым для масс. Ты играешь в игры, говоря о продажах книг так, будто тебе не все равно, и считаешь серпы и кнаты на кассе так, будто они имеют значение, и меня от этого тошнит. Для тебя все это игра. Это... нечестно, и самовнушение, и слишком идеально… - Ты тоже этого заслуживаешь. Ты заслуживаешь ресурсов, чтобы делать свою работу, свою важную работу, а потом расслабляться, когда не работаешь. - Нет, этого заслуживают все, - выпалила она, - но у них этого нет, и я не могу остановиться, пока они этого не получат.       Драко не стал спорить. Он побарабанил пальцами по стойке. Они были так близко, но в то же время разделены простором прилавка. Так было лучше.       Учитывая то, что он собирался сказать. - Грейнджер, я больше не собираюсь быть твоим грязным секретом, - тихо сказал он.       Драко сглотнул, наблюдая, как понимание скользит по ее лицу. - Я понимаю твою позицию, правда. Это нормально, что ты не хочешь быть со мной. Но я... я заслуживаю большего. Я хочу настоящих отношений. Мне нужен человек, который будет гордиться тем, что он со мной. Кто-то, с кем можно разделить нечто большее, чем просто секс. И если это не ты...       Она закрыла рот. Долгое время она внимательно изучала его лицо.       Наконец Гермиона кивнула, скорее себе, чем ему. - Ты прав. Я... ну. Я понятия не имела, что ты этого хочешь. Вероятно, я удерживала тебя.       Драко ничего не ответил. Наконец он ответил отрывистым кивком. - Какое-то время это было хорошо, замечательно.       Она слабо улыбнулась, но тут же вздрогнула.       Грейнджер выглядела более потрясенной, чем он ожидал, честно говоря. Драко ожидал, что она похлопает его по плечу и отправит на поиски новой ведьмы. Он полагал, что может быть польщён: похоже, что в конце концов ей действительно было небезразлично, что у них происходило.       Он задавался вопросом, впервые ли она столкнулась с отказом: с тем, что ее бросили, а не с тем, что она сама бросила кого-то.       Скорее всего, да, потому что какой же парень будет заканчивать отношения с Гермионой Грейнджер? - Полагаю, так оно и было. Верно. Ну… Я знаю, что ты... голоден. Тогда я оставлю тебя.       Колокольчик над дверью просигналил о уходе Грейнджер. Она оглянулась через плечо, как раз перед тем, как дверь закрылась. В ее янтарных глазах блестели слезы.       Это был последний раз, когда он ее видел.