Это не наш мир

Сон прекрасное время, чтобы обдумать и облегчить свою жизнь в мире где тебя приютили, покрайней мере не убили, и за это спасибо. Парень медленно открыл веки, бросаясь своими глазами на ткань, так называемой палатки. Топот ног был слышен ещё в темноте, но слабый свет доносился сквозь маленькие щели, освещая более менее спальные места. Сейчас Иккинг пытался пошевелиться, раздуплиться. Понять, что этот мир не кошмарный сон, который длиться уже как неделю. Всё же... почему это "типо" живое существо, так называемая Полянка, решила поглотить их, после желания отдалиться от семьи, друзей, проблем. Только он и создал себе проблему под названием мертвый мир с бесконечными, на его взгляд, станциями и туннелями метро. И все это здесь под землёй, под городом, который вмещал в себе десять миллионов человек. По сравнению с Олухом, его домом и островом, это была невозможная цифра даже с учётом драконов. А в этом мире только звери, которые выглядят как порождение из кошмарных снов. Призраки и старец Хан, который испарился, как будто решил, что с него хватит. Орден Спарта, юноша слышал от покойного торговца Йохана, о славном городе Спарта, но большую часть, он прослушал мимо ушей, так как если разговорить этого предателя, то никакие действия не помогли бы заткнуть его. А зря, может быть понял, почему они себя называют спартанцами. Может честь и благое дело? Возможно, учитывая, что они спокойно приняли, неизвестного для них Беззубика, но известного для молодых людей друга. Рука занемела, от тяжести. Хотя эта тяжесть была приятной, и покрайней мере живой. Астрид уткнулась в его новую одежду, выданную Степаном, тихо посапывая максимально близко. Свободной рукой, он провёл большим пальцем по её волосам, ощущая их, как трава для котов, пахучая и мягкая. Тело укрыто пледом, только ноги торчат из-под низа, а он думает о ней. О драконе, и о Хане, который слинял, даже не попрощался с ним, напоследок. Хотя холод все равно просачивался, такой же, как на Олухе, но не такой родной, зимний, колючий. Смог бы он променять его на этот подземный? Нет. Только Полянка сделала за него судьбу. Не его судьбу. Он лишь прижал ее к себе, опустив голову на её золотые волосы, вдыхая их аромат. Даже сейчас спустя время, она пахла домом, уютом, теплом. Тела согревались, вместе. Небольшие слёзы, маленькие глотки слюны, всё это хотело вырваться на ружу, закричать во владениях этого Хельхейма. Но парень держался, обняв сильнее на сколько это возможно, небольшую связь со своим миром. *** Краснов вместе с другими спартанцами, уже отправились в Полис, на Арбатскую, всё же испарения главы безопасности Боровицкой, сильно бы поднял шумихи среди Совета. Мельник долго смотрел в туннель, скрестив руки, уже одев перед выходом свою зелёную куртку с овечьей шкуры. Найденной в одной из квартир наверху. Когда фонари скрылись из поля зрения, утонув в темноте туннеля, он лишь направился к своей дочери, чтобы показать с чем столкнулся старый командир. Рядом Светлана уже давала очередную порцию завтрака, а командир долго всматривался, думая над ситуацией, но всё же пошёл. На встречу. Мимо проходящие то и дело поглядывали на своего начальника. Интересуясь. Кивая в знак приветствия, отдавая честь. Знакомая палатка, притаилась между идентичных строений. Принадлежащая Ане. Он лишь ненадолго задержался, взяв своими пальцами край, чтобы разбудить и проверить на наличие родного человека. Край дёрнулся, поддался. С левой стороны притаился увесистый рюкзак, с правой стороны тонкий матрас с покрывалом и подушкой. Там же были пожелтевшие фотографии, и чуть выше книги, рядом с рюкзаком тумба с четырёх отсеков. Немного поцарапана, на черном фоне, но сохранившая свой вид. Убедившись в пустоте. Всё же пошёл в сторону госпиталя с гостевой палаткой. Идти за ними не пришлось, Хантер вёл за собой девчонку и парня, который упирался на её плечи. Всё же обеззаразить его протез надо было под чистую, чтобы не заразить Смоленскую. — Здравия, полковник, – отдал честь он, – все остальные у двери к выходу, как вы и приказали. Тот кивнул направляясь к гермоворотам. Пройдя мимо госпиталя, он зашёл в железную дверь, где по ту сторону уже стояли некоторые лица. Анна с левой стороны скрестив руки на груди, Тетешник, что-то рассуждал с Сэмом и Глебом. Окинув взглядом всех, он остановился у ворот разворачиваясь лицом к двери, уставив руки в бока. — И так, здравия всем присутствующим. Сейчас парень с девушкой пойдут вовнутрь где попытаются, покрайней мере недопустить агрессии со стороны зверя. Всем присутствующим прошу сложить оружие у стены, чтобы не провоцировать животное. — А если нападёт?– спросила дочь, жестикулируя. Полковник чуть повернув голову, немного вспоминая собственный монолог. — Если не будем делать резких движений, то не должен,– ответил отец, головой указал подойти к рычагу. Спартанцы сложили оружие вдоль стены, а Хантер, молча без каких-либо трудностей, потянул на себя. Система спроектированная Тетешником, издала скрежет, лампа на верху загорелась красным светом. Послышалось рычание по ту сторону, а Иккинг, аккуратно опустился. — Беззубик!– крикнул парень, и увидел драконий нос, который стал обнюхивать щель в тридцать сантиметров, разрастающейся вверх. – Зверь почуял странные запахи, и сразу отошёл чуть подальше. Расстояние было нормальным и парень с девушкой пролезли туда. У многих задрожали коленки, когда заприметили чёрную чешую — блестящую на фоне красного цвета ламп. Прижатых крыльев, и торчащими ушами. Здоровенные глаза зелёного цвета. Рептилия резко села на свое место, расправив крылья, стала готовить фиолетовый сгусток к плевку, но парень просто положил руку на шею дракона, давая отбой угрозе. — Хантер как это русское слово называетъся?– спросил Сэм пытаясь проморгатся, прогнать видение, стоящего перед ним создания. — Пиздец?– выгнул бровь мужчина, уставившись на второго американца. — Полный пиздъец. — Это и есть... дракон...?– немного со страхом, спросил Глеб. Мельник краем глаз прошёлся по испуганным, шокированным лицам, будто увидели необъяснимое, отчасти это так. Свет, красный падал на чешую, и двух молодых людей, которые осторожно поглаживали рыкающего утробно рептилии. На время он встретился со взглядом Беззубика, который оценивал потенциальную угрозу, как преданный пёс готовый перегрызть глотки даже ценой своей жизни. Руки скрестились на груди, зрачками указывая юноше начать объяснение. — Это... Ночная Фурия, его имя Беззубик... – начал, он неуверенно, но голос стал твёрже.– Вы хотите объяснений? Их не будет. Мы сами многое не понимаем, не знаем на сто процентов верить вам или нет. Полковник притащил нас с Беззубиком, сюда, а до этого мы были у себя дома, над морем попали в туман, где после этого оказались на Полянке. Нас нашёл Хан, он объяснил, что не знает выхода с этой ситуации, пообещал что-либо выяснить, и найти ключ от этой проблемы. Мы не пришли с плохими намерениями, мы просто жертвы. – Чувствуя напряжение всадника, морда рептилии смягчилась, стала более спокойной. Дракон встав на четыре лапы, поближе прижался к парню, а он взаимен начал аккуратно поглаживать морду. Черный гольф со штанами — выданные Степаном, после прогулки на верху. Многие спокойно выслушали, а лица стали серйозными, те кто первый раз услышали с недоверием рассказанную историю. — Звучит как бред,– фыркнула Аня,– хотя видя его,– указала она дракона, который утробно рыкнул сузив зрачки на её жест,– сомнения пропадают. Небольшая тишина, наступила плотно заглушая шум Смоленской. — Вы прекрасно всё слышали,– начал Мельник немного походя разминая конечности ног, и смотря в мраморную плитку на полу. – Пока не решим, что делать с ними, и как вернём их к себе, звучит бредово, но мы с Хантером, Степаном и Десятым можем спокойно спать, что это не галлюцинация,– поднял голову, он. Что вы умеете? — В каком плане?– выгнул бровь парень, дракон на удивление склонил голову на бок, отстранившись от руки. — Ремесло, что хорошо делать можете. — Я воин, который может обучать, а он изобретатель,– сказала Астрид. — Я так и думал...,– тихо сказал Святослав Константинович. – Пока не найдём этого шарлатана, вы,–указал на них,– будете работать на нас, парень с Тетешником, он тебя научить нашим вещам, а девушка вместе с Анной будут заниматься тренировками. Вы поедите завтра на Арбатскую, где начнёте обучение. Хантер,– обратился он к Охотнику,– найдёшь по возможности местоположение Хана, если...– его тон стал твёрже,– узнаешь. Ведёшь ко мне, живым желательно. Выше упомянутый кивнул, разворачиваясь к двери. Рептилия промычала что-то своё, явно интерисуясь. У Сэма в принципе не было не слов, ни желания говорить. Глаза сами рассказывали за него. В принципе многие сталкивались с многими страшными вещами, и реакция на дракона была оправданна спокойствием. — Но зачем нам что-либо выполнять? – Иккингу вряд-ли нравился такой расклад.– Всё же мы не знаем ваших правил, та и языка, хотя вас понимаем. Мельник ждал, подождал. — Научитесь, дам книгу в свободное время будете учить грамматику. Мы вас не убили по первой же возможности, когда увидели его, так что будьте благодарны за это...,– холодно произнёс он, разворачиваясь,– Идите на завтрак, Десятый привезёт мяса для зверя. Полковник скрылся с места происшествия, покидая их. В комнате осталось не так много особей, чтобы начать новые разговоры. — А он огнём плюётся? Насколько он быстрый? Сколько ему лет?– почуяв запах свободы произнёс Глеб. — Да... плазмой,– ответил от таких вопросов парень. — Вполнъе себе хорошо выглядит,– сказал Сэм,– не как мутант, а разумное сущъество. — Вы так спокойно на него реагируете?– удивилась Астрид, на что рептилия сделала выражение «действительно, что здесь не так?». — Ну, а что? Прирученых мутантов не видели? Там в Ганзе и на Театральной, имеются дрессировщики. – Объяснила Анна.– Идите уже, закроем за ним. — Мы останемся ещё немного с ним,– погладил Иккинг лоб рептилии, встретившись взглядом с Тетешником. Тот, что-то себе мугыкнул, его взгляд был направлен на седло с ремешками, и элероном, лежащими вдоль стены. — Сам сделал?– поинтересовался сухо. — Да, только наш кузнец сделал, а я доработал. С моим протезом та же история. Он лишь кивнул, протягивая, под рычание недостающий компонент тела. Парень на легке, взял, нацепил с щелчком на левую конечность. — Идите, закрою за ними,– сказал лысый мужчина остальным, скрестив на груди руки, прислонившись спиной к стене. Некоторые ещё время постояли, но развернулись кажись произнося лишь одно знакомое слово «дурдом».