До заката смены 10 глава

Утро оказалось странно… лёгким. Кирилл проснулся первым. Миша развалился на своей кровати, разметав волосы, дышал ровно и спокойно. Кирилл медленно перевёл взгляд на свои пальцы, которыми сжимал уголок одеяла. "Я его поцеловал." "Я его, блядь, поцеловал первым." "Что теперь делать?" Он медленно вдохнул и выдохнул. В груди не было паники. Просто странное, тёплое ощущение. Как будто что-то встало на место. Как будто всё и должно было быть именно так. Миша пошевелился, лениво раскрыв глаза. Посмотрел на Кирилла. И улыбнулся. — Доброе утро, Кир. Кирилл почувствовал, как тепло разливается по всему телу. "Ну всё, пиздец, я влюбился." Он только хмыкнул в ответ. Миша протянул руку и легонько тронул его за запястье. — Как спалось? Кирилл бросил на него косой взгляд. — Ты не дал мне уснуть. — Ну сорри, я не виноват, что ты такой красивый, и мне захотелось поговорить. — Ещё слово, и я сожалею о поцелуе. — Лжец. Кирилл только закатил глаза, но губы дёрнулись в улыбке. — Пошли, пока нас не убили за опоздание. — Пошли, любимый. Кирилл подскочил на месте. — ЧЕГО?! Миша захохотал и хлопнул его по плечу. — Ты бы видел свою рожу! Кирилл от души пихнул его локтем в бок. — Сдохни. — Я тебя тоже люблю. — МИША! Миша засмеялся ещё громче. --- В столовой они вели себя… по-другому. Кирилл поймал себя на том, что не дёргался, когда Миша касался его руки. Что не раздражался, когда он что-то бубнил себе под нос. Что по инерции отодвинул свой поднос, когда увидел, что у Миши пустая тарелка. И только потом заметил взгляды. Кто-то уже догадался. Кто-то шептался. Кто-то просто смотрел с интересом. Кирилл напрягся. Но Миша заметил это моментально. Он тихо наклонился к нему. — Ты в порядке? Кирилл сделал глубокий вдох. — Да. Миша положил руку ему на плечо, сжимая едва ощутимо. — Если что, я тут. Кирилл сделал вид, что закатил глаза, но на самом деле… ему было легче. Чуть-чуть. Совсем немного. Но легче. Кирилл чувствовал эти взгляды, даже если не смотрел на людей. Они будто впивались в него, как иголки. "Пиздец, они что, больше смотреть ни на кого не могут?" Он намеренно уставился в тарелку, сосредотачиваясь на еде. Миша спокойно доедал свою порцию, как будто ничего не замечал. Или делал вид. Кирилл не знал, какой вариант его бесил больше. Но потом Миша как ни в чём не бывало потянулся и перекинул руку ему за спину, мягко похлопав по плечу. — Кир, ты такой серьёзный. Кирилл рефлекторно выпрямился, но не сбросил его руку. Только молча посмотрел на него исподлобья. — Ты точно в порядке? Кирилл скрипнул зубами. — Ага. Заебись в порядке. Миша чуть сильнее сжал его плечо, но тут же убрал руку. В голосе не было ни капли насмешки. — Если что — скажешь. Кирилл почувствовал что-то неприятное внутри. Не злость. Не раздражение. А что-то другое. Что-то слишком тёплое. Он не ответил. Просто доел завтрак и поднялся, унося поднос. Но когда он повернулся, чтобы уйти, Миша спокойно шагнул рядом. Как будто так и должно было быть. Кирилл почувствовал, как уголки губ предательски дёрнулись. "Ладно. Пусть будет так." "Пусть он просто будет рядом." Всю дорогу из столовой Кирилл чувствовал спиной чужие взгляды. Кто-то шептался, кто-то ухмылялся, кто-то просто открыто смотрел. — Ты видел? Они вместе пришли, блин, как пара. — Ага. И Миша весь такой «Кир, Кир»… Пиздец, никогда его таким не видела. — Да ладно, может, просто друзья? — Да, конечно. Друзья так друг на друга не смотрят. Кирилл сжал кулаки в карманах. "Блядь. Только этого не хватало." Миша, кажется, тоже слышал, но никак не реагировал. Только насвистывал себе под нос какую-то мелодию, будто всё было нормально. Когда они зашли в холл, их перехватил Игорь — один из тех, кто отвечал за театр. — Эй, ребят! Быстрее, нам надо ещё раз прогнать сцену перед репетицией! Кирилл поморщился. Он ещё не до конца смирился с мыслью, что ему придётся играть главную роль. Но выхода не было. — Ладно, идём. --- Репетиция Кирилл не мог сосредоточиться. Всё ещё чувствовал эти взгляды. Слышал, как кто-то перешёптывается за кулисами. — Он реально с Мишей мутит? — Такая странная парочка… Но вообще, Кир без линз и краски — это что-то. — Ага, выглядит как персонаж из кино. Кирилл сжал в руках сценарий так, что костяшки побелели. "Заткнитесь. Просто, блядь, заткнитесь." — Кир, ты готов? — позвала Лена, режиссёр постановки. Кирилл резко поднял голову. На сцене стоял Миша, уже в образе, смотрел на него с лёгкой улыбкой. — Ага. Кирилл зашёл на сцену. Началась сцена. Миша играл расслабленно, с лёгкой усмешкой в голосе. Кирилл не мог так. Он злился. Не на него — на всех вокруг. На эти шёпоты. На взгляды. На себя. Он сжал кулаки и резко произнёс свою реплику, даже жёстче, чем нужно было. Миша моргнул, но не растерялся. Он сделал шаг ближе, глядя прямо в глаза. — Расслабься, Кир. Голос тихий, но чёткий. Как будто он говорил не персонажу, а ему самому. Кирилл напрягся ещё сильнее. — Я спокоен. — Нет, не спокоен. Миша подошёл ещё ближе, так что между ними осталось всего несколько сантиметров. — Но я помогу. Кирилл почувствовал, как его сердце глухо стукнуло в груди. За кулисами стало подозрительно тихо. Он сжал зубы. Миша медленно поднял руку, будто хотел коснуться его плеча, но в последний момент замер. — Доверься мне. Кирилл выдохнул. Он чувствовал, что это уже не просто реплика по сценарию. И он не был уверен, что сможет сделать вид, что не понимает этого. Репетиция продолжалась, но что-то изменилось. После репетиции Кирилл сбежал. Ну, не совсем сбежал, но ему нужно было уйти, срочно, подальше от людей. От шёпотов. От взглядов. От этого чертового Миши, который смотрел на него так, будто видел его насквозь. "Блядь. Блядь. Блядь." Он пошёл к озеру, даже не думая, просто шёл, пока не почувствовал свежий воздух и лёгкий запах воды. Только тогда смог нормально вдохнуть. Сел прямо на траву, обняв колени, уставился в воду. "Почему я такой?" Этот вопрос крутился в голове постоянно. Он думал, что примирился с собой, что смог. Но люди смотрели. Говорили. И внутри снова всё сжималось, будто ножом резали. Миша… Этот идиот. Он не стеснялся ничего. Не боялся. Говорил, смотрел, прикасался — будто всё это нормально. Будто он тоже нормальный. Кирилл выдохнул, сжав руки сильнее. — Ты опять тут один? Голос раздался неожиданно, но Кирилл даже не дёрнулся. Он знал, что Миша придёт. Всегда приходит. — Ты преследуешь меня? — спросил он, даже не повернув головы. — Ну да. Теперь ты моя жертва. Миша сел рядом, вытянув ноги. Кирилл бросил на него быстрый взгляд. Улыбка — лёгкая, глаза — тёплые. Как всегда. Как будто всё хорошо. Как будто он не слышал этих шёпотов, не видел этих взглядов. Или ему просто плевать. Кирилл почувствовал, как внутри что-то ноет. "Почему тебе так легко?" Миша положил руку на траву рядом с ним, не касаясь, но близко. — Ты бесишься из-за репетиции? Кирилл покачал головой. — Из-за людей? Он ничего не сказал, только ещё сильнее сжал руки. Миша грустно вздохнул. — Кир, я не знаю, что там у тебя в голове. Но ты, блядь, не урод, не монстр, не что-то неправильное. Кирилл задохнулся. Он не хотел слышать этого. Не сейчас. Не от него. Миша тихо продолжил: — Ты охуенный, понимаешь? Кирилл не мог смотреть на него. Он чувствовал, что если посмотрит, то сломается. — Ты так легко говоришь. Голос прозвучал хрипло, слишком тихо. — А если ты ошибаешься? Миша повернулся к нему, близко. — Я не ошибаюсь. И сделал то, чего Кирилл никак не ожидал. Он осторожно дотронулся до его щеки. Лёгкое прикосновение. Тёплое. Реальное. Кирилл задержал дыхание. "Нет." "Не сейчас." "Не так." Но он не отстранился. Кирилл не знал, сколько они сидели у озера. Минуту. Час. Вечность. Всё время он чувствовал руку Миши на своей щеке. Тёплую. Живую. Слишком настоящую. И от этого было страшно. — Ты боишься? — голос Миши звучал тихо. Кирилл сжал зубы. — Нет. Он соврал. Он пиздец как соврал. Но Миша, конечно, не поверил. — Ты боишься, Кир. Кирилл резко убрал его руку. — Заткнись. — Нет. Миша не отодвинулся. Он смотрел прямо в глаза. Зелёные. Открытые. Уязвимые. И Кирилл не выдержал. — Ты не понимаешь! — голос дрожал, хотя он так старался говорить ровно. — Ты не знаешь, каково это, жить с этим ебаным страхом! — Каково что? — Миша не отступал. — Каково чувствовать себя неправильным! Тишина. Громкая. Разрывающая. Кирилл глотал воздух, чувствуя, как горит лицо. Миша не отводил взгляда. — А ты не неправильный. Кирилл тихо рассмеялся. Смешно. Просто до ужаса смешно. — Если бы это было так. Миша не выдержал. — Почему ты так с собой, а? Он схватил Кирилла за плечи, встряхнул. — Почему ты, блядь, позволяешь им засрать тебе голову?! — Отъебись, Миша. — Нет. Его глаза вспыхнули злостью. — Я не отъебусь, потому что мне не похуй! — А мне похуй! — крикнул Кирилл. Ложь. Грязная, отвратительная ложь. — Нет, не похуй. — голос Миши дрожал. Он сжал пальцы на плечах Кирилла, будто боялся, что тот исчезнет. — Ты просто боишься. Кирилл закрыл глаза. Он устал. Устал от себя, от мыслей, о т этого вечного страха. — Я… не могу. Его голос сорвался. Миша всё понял. Просто обнял. Сильно. До боли. И Кирилл сломался. Он вцепился в его футболку, зарывшись лицом в плечо. И прошептал то, что боялся сказать даже себе. — Я не хочу быть таким. Миша замер. — Каким? — Таким. Тишина. Кирилл чувствовал, как Миша тяжело дышит. А потом услышал его голос. — А я хочу, чтобы ты был таким. И это добило. Потому что в первый раз в жизни Кирилл подумал, что, может быть, с ним всё-таки всё нормально.