Вязанный день сурка

Летние каникулы в Пальметто начались, как и прежде. Многие из старшекурсников покинули общежитие, но монстры остались. Тренировки, Колумбия, свободное время – куда его девать? Пока Нил скрывался, он не волновался об этом. Каждая минута была для него испытанием. Он мечтал ускорить часы, дни, годы, пока он с матерью прятались от Натана. Все это казалось естественным, плавным переходом в обыденный день сурка. Иногда Нил и Эндрю сидели на крыше, позволяя себе расслабиться и наслаждаться обществом друг друга. Эти моменты особенно ценил Джостен. Когда парни курили одну сигарету и обменивались поцелуями без малейшего смущения. – Эндрю, – позвал Нил, поворачиваясь к нему. Они оба были на крыше. Эндрю лежал, устремив взгляд в даль, пока Джостен затягивался его сигаретой. Серая футболка вскоре станет пыльной, когда монстр поднимется. – Я хочу научиться вязать, – сказал Нил после паузы. – Рене уверяла, что это успокаивает. – Тебе неспокойно? – резко отрезал Эндрю. – Нет, мне спокойно. Просто… слишком скучно. – Скучно сидеть и вязать, как старая бабка, – с недоумением глянул на рыжего. – Рене не похожа на бабку. С улыбкой Нил протянул сигарету Миньярду, напоследок затянувшись Эндрю взял сигарету, не сводя глаз с Джостена. В его взгляде читалось не то безразличие, не то легкое раздражение. Он затянулся, выпуская дым в небо. – Найдешь себе другое хобби, – наконец произнес он, передавая сигарету обратно Нилу. – Что-нибудь менее.. нелепое. – Тогда предложи что-нибудь. Что делаешь ты, когда тебе скучно? Эндрю снова устремил взгляд вдаль. – Я не скучаю. Скука – привилегия идиотов. Нил усмехнулся, потушил сигарету и, наклонившись чуть ближе к Эндрю, заглянул прямо в глаза. — Ну, значит, я идиот. На следующий день, после очередной утренней пробежки, Джостен ушёл в комнату девушек, так как Рене сама позвала его. Кроме Уокер никого не было. Все разъехались. Даже стало как-то печально за неё, ведь она здесь совсем одна. Рене сидела на кровати, окруженная клубками разноцветной пряжи. На коленях у нее лежала недовязанная шапка. – Я думала, ты передумаешь, – мягко улыбнулась она, увидев Нила в дверях. – Эндрю не одобряет, но мне все равно интересно, – ответил Нил, присаживаясь рядом. Рене рассмеялась и протянула ему спицы и моток синей пряжи. – Начнем с простого. Вот, смотри, – она показала, как набирать петли, ее пальцы ловко перебирали нить. Джостен старался повторить, но пряжа упрямо не слушалась, образуя запутанные узлы. Несколько часов спустя, Нил был в полном отчаянии. На спицах красовалось нечто бесформенное, больше похожее на комок шерсти, чем на шапку. Рене подбадривала его, но даже ее терпение, казалось, было на исходе. – Не все так сразу. После многих попыток у тебя все равно получится. – отложила спицы – Может, ты и права.. Он вернулся в свою комнату, где его ждал Эндрю. Тот сидел на кровати и точил нож. – Ну что, старая бабка? – усмехнулся он, не поднимая глаз. Нил проигнорировал его и лег на свою кровать. – Вязание – это не моё, – сказал он, глядя в потолок. Эндрю пожал плечами. – Говорил же. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь скрипом ножа о точильный камень. Нил закрыл глаза. Через некоторое время Эндрю отложил нож и, не говоря ни слова, вышел из комнаты. Нил не знал, куда он направляется, и ему было все равно. Он устал и хотел лишь одного – заснуть. Но сон не шел. В голове крутились обрывки разговоров с Рене, неудачные попытки связать хоть что-то вразумительное, усмешка Эндрю. Внезапно дверь снова открылась, и в комнату вошел Эндрю. В руках он держал небольшой пакет. Молча подойдя к кровати Нила, он протянул ему его. Джостен с любопытством открыл пакет. Внутри лежали спицы и моток мягкой, темно-зеленой пряжи. – Рене сказала, что тебе нужна другая пряжа и более подходящие спицы, – буркнул Эндрю, не глядя Нилу в глаза. – И если ты продолжишь заниматься этой ерундой, делай это хотя бы правильно. Нил удивленно смотрел на Эндрю, не зная, что сказать. Он взял пряжу и спицы, и, не удержавшись, улыбнулся. – Спасибо, – тихо произнес он. Эндрю лишь пожал плечами и снова вышел из комнаты. Нил долго смотрел на подарок. Зеленый цвет напоминал ему о траве, о молодых весенних листочков на деревьях. Это был красивый цвет. Он перебирал мягкую пряжу пальцами, чувствуя ее нежность. В этот раз он попробует. Не ради Рене, не для того, чтобы развеять скуку, а просто потому, что Эндрю принес ее. Он достал спицы и, вспоминая объяснения подруги, начал набирать петли. Получалось немного лучше, чем утром. Петли не так сильно запутывались, и у него даже стала вырисовываться ровная полоска. Он сосредоточился на процессе, отгоняя все посторонние мысли. Когда Эндрю вернулся в комнату спустя пару часов, Нил все еще сидел на кровати и вязал. Он не поднял глаз, когда тот вошел, полностью погруженный в свое занятие. Эндрю молча наблюдал за ним несколько минут, а затем лег на свою кровать, отвернувшись к стене. В комнате повисла тишина, но на этот раз она была другой. Уютной. Спокойной. Тишиной, в которой Нил чувствовал присутствие Эндрю, его поддержку, даже несмотря на то, что тот не сказал ни слова. Так проходили дни, наполняя комнату лишь звуками пряжи и скользящих спиц. Нил не замечал ничего вокруг, поглощенный своим увлечением, которое, казалось, тянуло его в покой и уединение, как будто он взял за основу хобби, предназначенное для старых бабушек. Время, как вода, неспешно текло. В итоге в его руках оказался вязанный шарф – пусть не без недостатков, но точно созданный его собственными руками. Это было то, что он сделал сам. Он бережно сложил шарф и положил его на тумбочку рядом с кроватью. В голове роились мысли. Что дальше? Продолжать вязать? Подарить шарф Рене? Или… Эндрю? Последняя мысль заставила его улыбнуться. В тот вечер Эндрю не ложился сразу спать. Он сидел на своей кровати и читал книгу. Джостен какое-то время просто смотрел на него, не решаясь заговорить. Наконец, собравшись с духом, он встал и взял шарф с тумбочки. Подошел к Эндрю и протянул ему свой первый вязаный шедевр. Эндрю поднял глаза от книги, смерил Нила долгим взглядом, а затем взял шарф. Он развернул его, внимательно осмотрел, коснулся пальцами неровных петель. Ничего не сказал, лишь коротко кивнул, и отложил шарф рядом с собой на кровать. Нил не знал, что это значит, но ему было достаточно. Он вернулся на свою кровать опустил взгляд, улыбаясь ещё сильнее как идиот.