Часть 1
20 февраля 2025 г., 08:18
В нем бесило все. Раздражало, выводило из себя. Каждое движение, взгляд, вздох. Идеально выглаженные рубашки, уложенные волосы, запах парфюма. Эти чертовы длинные пальцы и такие же длинные ноги. Но больше всего, прям до трясучки, доводило до белого каления вечно счастливое лицо. Не может быть человек рад всему на свете. Нормальный человек точно. Ким Тэхен нормальным не был. Он счастливый психопат, улыбающийся всем подряд и дружелюбный настолько, что от одного вида этой намертво приклеенной к лицу улыбки начинало мутить.
— Чонгук, я получил ваш отчет. Вы молодец, но…
«Вы молодец, но…» — мысленно коверкает слова старшего менеджера Чон.
И так всегда. Сначала хвалит, а потом указывает на ошибки и просит переделать. С блядской счастливой улыбкой на идеальной физиономии. Сука, какого органа ты весь такой совершенный? До омерзения.
— Чонгук, ты чего опять хмурый такой? — Коллега, с которым сложились вполне приятельские отношения, озабоченно смотрит в глаза.
— Просто заебался, Намджун. — Чон проводит ладонями по лицу, надеясь смахнуть ими навалившуюся усталость.
— Может, по пиву? — Нам стучит карандашом по столу, чем сильно раздражает. Но Чонгук понимает, что проблема не в Намджуне и его карандаше, поэтому только тяжело вздыхает.
— Не сегодня. Реально устал. Пойду домой. — Чон закрывает все вкладки, выключает комп и поднимается со своего рабочего места.
— Ладно, тогда до завтра, — вежливо улыбается приятель.
— Ага, давай. — И Чонгук спешно покидает кабинет, надеясь незаметно проскочить мимо остальных коллег.
Но удача сегодня явно сопровождает кого угодно, только не его. Голос начальника останавливает у дверей лифта.
— Чонгук, хорошо, что я вас встретил. — Даже спиной чувствуется сияющая улыбка, и Чон мысленно насылает порчу на Кима, который уже заходит с ним в лифт.
— Что-то случилось, руководитель Ким? — Чонгук с усилием давит из себя вежливость.
— Ничего серьезного, но…
«Опять это «но», чтоб ты им подавился».
— … но завтра будет общее собрание по итогам месяца. Я бы хотел, чтобы вы отчитались самостоятельно. Справитесь?
«Какого хера, Ким? Ты лыбишься 24/7 и ни одной морщины? Ты точно человек?» — Чонгук изучает лицо без единого намека на возраст или хоть каплю усталости. И бесится.
— Да, руководитель. Без проблем, — устало бормочет Чон, непозволительно долго задержав взгляд на пульсирующий жилке на шее.
«Пульс есть. Значит, не вампир», — размышляет о своем, машинально отвечая на вопросы. — «Тогда что ты такое, блять?»
Сам Чонгук выглядит чуть веселее утопленника. Темные круги под глазами от вечной бессонницы плавно вытесняют все живое на лице. Рубашки не видели утюг никогда, потому что времени нет на такие мелочи. Впрочем, как и волосы расческу. Хватает пяти пальцев на руке, чтобы трижды провести по густой шевелюре и отправиться в ненавистный офис. Чонгук не любит три вещи в жизни. Свою работу менеджера строительной компании, зеркала и Ким Тэхена. Последнее прям до дрожи и даже не понимает, за что. Старший менеджер всегда вежлив, не ругает особо, помогает решать все проблемы и идет навстречу в любых вопросах. Именно этим и вызывает отвратительное чувство внутри. Слишком хорош во всем и не придерешься. На его фоне Чонгук и вся его жизнь выглядят жалко и уныло. Если Тэхен подходит под определение ласкового весеннего солнца и поткот наму, то Чонгук — это декабрьская слякоть. Та самая, разбитая машинами грязная жижа.
Они выходят из лифта и направляются на стоянку, не говоря больше ни слова. Уже подходя к рядом стоящим автомобилям, Ким широко улыбается и желает хорошего вечера. На что Чон мычит короткое «и вам» и спешит скрыться в салоне своей скромной машины.
Удивительно, но вечер и правда должен стать хорошим. Как и все вечера вторников и четвергов на протяжении полугода. Маленькая радость, которая красит никакую жизнь Чон Чонгука.
Ввалившись в квартиру и быстро скинув туфли, Чонгук моет руки, хватает упаковку салфеток и плюхается на кровать открывая ноутбук. Пальцы бегло проходятся по клавиатуре, вбивая знакомые буквы в адресную строку. Сайт открывается мгновенно, и Чон бежит глазами по строчкам, выбирая нужную. Вот он, его Сказочник. Кликая на ник, с замиранием сердца ждет, когда загорится маленький кружок. Зеленый! Улыбка озаряет лицо, он тут же надевает наушники с гарнитурой и нажимает кнопку вызова. Ровно три гудка, как и всегда.
— Привет, — чарующий бархатный голос отзывается в голове. — Ты пришел за сказкой на ночь?
— Привет. — В паху сразу тянет, Чонгук не дожидается большего, расстегивает ширинку и стягивает брюки вместе с бельем вниз. — Да, я скучал.
Здесь, на сайте для таких одиночек, как он, можно не скрываться и не стесняться своих желаний. Можно отключиться от мира и быть собой. И Чонгук этим пользуется на все сто процентов.
— Я тоже скучал, — Сказочник говорит тихо, слегка растягивая слова. — У тебя уставший голос. Что-то случилось?
— Нет, все хорошо. — Чону неважно, о чем говорить. Слова могут быть любыми. Главное, слышать этот голос.
— Я рад. Что ты хочешь сегодня?
— Расслабиться. Сегодня хочу нежно, — на выдохе проговаривает, чувствуя, как тяжелеет член.
— Нежная сказка. Красивая? Которая начинается с легкого касания губами шеи? — голос пускает вибрацию по всему телу.
— Даа, — шепотом выдыхает Чонгук.
— У тебя очень горячее дыхание. Оно сводит с ума. Я не могу устоять от желания. Хочу всего целиком, целовать, вести языком по телу, по груди вниз. Я хочу, чтобы ты слушал и повторял, — Сказочник мурлычет. — Коснись себя, — мягко просит, не требует.
Чонгук расстегивает рубашку, закрывает глаза и проводит ладонью по груди, опускаясь ниже. Дышит шумно.
— Говори, что мне делать, — подчиняется власти голоса.
— Твои соски. Я хочу их облизать. Чувствуешь, как я это делаю? Мягко, плавно обвожу языком по кругу, широким мазком облизываю. Тебе нравится?
Чон водит кончиками пальцев по соску, затравленно шепчет:
— Да… Пожалуйста… — просит о большем.
— Мммм, как же красиво ты дышишь. Знаю, стонешь еще красивее. Отдайся желанию, откройся мне. Я хочу ощущать твое возбуждение.
Чонгук не выдерживает и опускает руку на полностью возбужденный член. Тихий стон слетает с губ.
— Боже, как же это прекрасно кружит голову. Хочу почувствовать твой вкус. Знаю, что он восхитителен. Такой податливый. Двигай рукой, получи то, чего так желаешь. Получи меня. Мой рот на твоем горячем члене. Мммм…
И Чон двигает. Он уже не может разобрать слова, как будто корейский не его родной язык. Он слышит только завораживающий тембр, ласкающий саму душу. Пах скручивает узлом и болезненно тянет от приближающегося оргазма. Чонгук громко, протяжно стонет и надорвано выдыхает, изливаясь себе на живот.
— Господи… — Он вырывает себя из пелены наслаждения, чтобы насытиться последними мгновениями диалога.
— Ты великолепен, — с придыханием шепчет собеседник. — До скорого, мой лучший.
— Спасибо, — шепчет Чон и сбрасывает звонок.
Полгода. Ровно столько его вторник и четверг заняты Сказочником. Ему кажется, что это зависимость.
На другом конце города Ким Тэхен сбрасывает гарнитуру, широко улыбается и закрывает ноутбук.
***
— Доброе утро, коллеги, — сияющий, свежий, будто спал все двенадцать часов, Ким заходит в кабинет к менеджерам. Чонгук смотрит на него и в очередной раз не понимает, каким образом этот человек такой. Он точно робот. Не может быть, чтобы он никогда не болел, не уставал и, чтоб тебя, не грустил. — Доброе утро, руководитель Ким, — Намджун чуть улыбается. Чон мрачнее тучи. Он опять не выспался и выглядит так, будто его прожевали и выплюнули. — Чонгук, после собрания и отчета зайдите ко мне, — Тэхен смотрит на Чона сияющими глазами. Со стороны может показаться, что тот чуть ли не его лучший друг, а Тэхен выиграл в лотерею. И на самом деле выиграл, генетическую. — Конечно, — давит из себя Чонгук, а сам готов придушить это жизнерадостное нечто. В голове пульсом бьет «бесишь, бесишь, бесишь». Собрание проходит нудно и, кажется, что тянется целую вечность. Отделы отчитываются об итогах месяца, ставят планы на следующий. В отделе продаж Чона все стабильно, ровно и без проблем. Каким бы уставшим и ненавидящим свою работу он не был, делает свое дело хорошо. Привычка, выработанная годами и деспотичным отцом. Тот требовал все выполнять идеально. Никогда не заставлял и не наказывал, но своим тяжелым взглядом доводил до полного подчинения. И Чонгук исполнял. И продолжает исполнять все обязанности на совесть. Пытка окончена, и сотрудники, переговариваясь, тянутся на выход. Чон плетется по коридору и мечтает только упасть лицом в подушку и проспать часов шестьсот. Чтобы не рухнуть на такой манящий диванчик для посетителей, тащится к вендинговому аппарату с кофе и берет огромный двойной американо. Подумывает, что надо бы спуститься в кафе внизу и взять еще и энергетик. Он не замечает, как кто-то тихо подходит сзади, до тех пор, пока рука мягко не опускается на плечо. Чуть вздрагивает, оборачивается и упирается взглядом в улыбчивое красивое лицо. Тэхен. Зубы непроизвольно сжимаются от раздражения. — Чонгук, вы хорошо себя чувствуете? — в голосе явная обеспокоенность. Как и в глазах, которые беззастенчиво шарят по лицу. Видимо, в поисках хоть какой-то жизни на нем. При этом улыбка никуда не девается, хоть и не такая широкая. Скорее, просто вежливая. — Прекрасно я себя чувствую, — тихо бубнит Чон. — Я так не думаю. Поговорим в моем кабинете. — Ким так и не убирает руку с плеча и мягко подталкивает Чонгука в сторону своего офиса.***
— Чонгук… — И это тоже раздражает. Неформальное обращение. Как будто они друзья-приятели, а не начальник и подчиненный. Хочется заорать в это идеальное лицо. — Вы не были в отпуске три года. — Я знаю. И не хочу в отпуск, — он не врет. Правда не хочет. Потому что, а зачем? Кроме работы у Чона нет ничего. И отпуск кажется чем-то настолько неинтересным, что Чонгук боится свихнуться от скуки. Работа, хоть и ненавистная, создает какую-то иллюзию жизни. — Я это давно понял, — со спокойной улыбкой говорит Ким. — Поэтому предлагаю вам нечто иное. Совместить приятное с полезным. — Улыбка становится шире. Как будто Тэхен сейчас достанет цилиндр, а из него живого кролика. — Что вы имеете ввиду? — Большой глоток кофе и появляется ощущение, что организм чуть оживает. — У нас строится жилой комплекс на Чеджу. Вы это и без меня знаете. — Блестящие, яркие глаза бегают по лицу и телу. Чонгуку кажется, что его раздевают, и он ощущает прилив злости. Что ты себе позволяешь, психопат? — Я все еще не понимаю, к чему вы клоните, — остатки вежливости в этой фразе. Если Ким не прекратит шарить по нему глазами, то точно получит по своему прекрасному лицу. И тот как будто читает мысли, отводит взгляд к окну и мечтательно смотрит на плывущие облака. «Блаженный придурок». — Наш отдел должен посетить объект, — продолжает говорить Ким, глядя в окно. — Еду я, как руководитель и вы, как представитель. Командировка на четыре дня. Нам необходимо изучить все представленные варианты жилья, инфраструктуру и прочее и подготовить презентации по каждому. После этого мы запускаем их в продажу. Это не долевое строительство и не ипотека. Это чистая продажа. — Тэхен возвращает взгляд, но смотрит уже только в глаза. Чонгук мечтает исчезнуть. Этот взгляд пронизывает до костей, пробирает до мурашек. Хочется заскулить и спрятаться. А еще нестерпимо хочется врезать. — Хорошо. Если нужно, я поеду, — вяло отвечает Чон. Ему, в сущности, плевать. Не хочется лететь с Кимом, но раз руководство так решило, то четыре дня он как-нибудь переживет. — Чудесно, — счастливо улыбается Ким. — Я пришлю ваши билеты на самолет. Вылет в понедельник рано утром. — Я могу идти? — кивает Чонгук и поднимается с места. — Конечно. — Тэхен провожает взглядом и уже у самой двери бросает фразу: — Вы прекрасно справляетесь с работой, Чонгук, но и о себе не забывайте. Чон не оборачивается и не отвечает. Знает, что это невежливо, но ему плевать. Он просто выходит и закрывает за собой дверь кабинета, слишком сильно ею хлопнув. »…но и о себе не забывайте», — привычно коверкает голос в своей голове и направляется на рабочее место. — «Бесючий жизнерадостный дебил».***
Ким Тэхен не робот и уж точно не вампир. Он обычный человек, который любит порядок во всем, любит себя и любит саму жизнь. Он не врет и не лукавит. На самом деле вежливый и жизнерадостный. Он смакует свою жизнь и получает от этого наслаждение. И хобби свое он тоже любит. Любил. До одного звонка полгода назад. Он узнал этот голос сразу. За три года совместной работы хорошо запомнил. А вот собеседник его не узнал и узнать никак не мог. Программа, встроенная в сайт, немного меняла голос, и это радовало. Не хотелось смешивать личное и работу. А то, что делал Тэхен по вторникам и четвергам, было уж слишком личным. Да, он доводил мужчин до оргазма своим голосом и знал, что это получается у него прекрасно. Ему это доставляло удовольствие. Не физическое. За все время он ни разу к себе не прикоснулся и даже не возбудился. До появления на линии Чона. Тот был таким нуждающимся и беззащитным, таким жаждущим и так сладко стонал, что Ким впервые отошел от правил и спустил штаны. Он ярко представлял, как Чонгук лежит на кровати и ласкает себя, и этот образ вызывал вполне однозначную реакцию. Чонгука хотелось трахнуть вживую. После этого звонка Тэхен нарушил еще одно свое правило. Он больше не принимал никакие звонки, кроме одного. От Чона. Он стал его единственным слушателем. Других попросту больше не хотелось. Тэхен на него смотрел на работе с первого дня. Всегда мрачный, уставший, какой-то измотанный. В вечно мятых рубашках и с бардаком на голове. Но такой привлекательный в этой неряшливости, что его хотелось касаться. Сгрести в охапку, утащить куда-то и бесконечно зацеловывать. А еще хотелось оживить. Отдать часть своей радости и чуть ли не силой заставить улыбаться. Тэхен никогда не видел искреннюю улыбку на лице Чонгука. Только натянуто-вежливую и крайне редко. Но был уверен, что улыбка у того просто чудесная. И кандидатуру Чона на командировку утвердили не без подачи Кима. Сама перспектива провести четыре дня с человеком, который так сильно нравится и чьи стоны и мольбы ты слышишь дважды в неделю, казалась слишком заманчивой, чтобы от нее отказываться.
