Нежить (不死者)

Смерть Нин Юя доставила Чжоу Жуну много проблем. От научно-исследовательского института до Военной комиссии и даже высших чинов центрального командования все они были потрясены, а общество в целом не могло поверить в случившееся. Хотя военная комиссия всегда доверяла Чжоу Жуну, и все присутствующие были свидетелями того, что Нин Юй покончил с собой, им все равно пришлось пройти через несколько раундов индивидуальных допросов. Кроме того, были допрошены также все, кто имел отношение к делу о поездке Нин Юя в Субэй, и генерал-лейтенант Чжэн несколько раз получал строгие выговоры. Почему он покончил с собой? Каков был его мотив? Было ли это сделано импульсивно? Или в тот день произошло что-то такое, что подтолкнуло его сделать это? Была ли хоть малейшая возможность предотвратить это? Политическое значение этого дела было чрезвычайно велико. Хотя до сих пор никто не был по-настоящему наказан, последствия были очевидны. Генерал-лейтенант Чжэн однажды пообещал помочь восстановить 118-й батальон. Однако проект «Искра» был огромной нагрузкой на военные ресурсы, и до этого не было прецедентов подобного рода. Поэтому процесс восстановления шел очень медленно. В связи с самоубийством Нин Юя Чжоу Жун и остальные теперь находились под тщательным расследованием, а восстановление 118-го было остановлено. В тот период никто ничего не говорил, но все они были очень подавлены. Кроме того, необходимость отвечать на бесконечные, повторяющиеся вопросы и проходить различные расследования заставляла их испытывать очень сложные чувства по поводу причины смерти Нин Юя. Сы Нань был единственным, кто сказал, что, по его мнению, Нин Юй не был таким. Он сказал, что Нин Юй всегда доводит дело до конца. Он всегда заканчивал то, что начинал, и он не будет никого подставлять в последний момент. Чуньцао спросила его, почему он так думает. Очевидно, что их взаимодействие с Нин Юй было очень ограниченным, и для них было почти невозможно точно понять то, что происходило в голове лучшего ученого мира своего времени. Сы Нань также не смог объяснить, как он пришел к такому выводу. Но факты быстро доказали, что интуиция Сы Наня была права. Материалы Нин Юя постепенно изучались, и в одном из его блокнотов в исследовательском институте было найдено его завещание. Это письмо позволило быстро завершить расследование, и все вновь обрели свободу. Еще более удивительным было то, что, прежде чем все смогли вздохнуть с облегчением, военные официально объявили о восстановлении 118-го батальона. Чжоу Жун был повышен до командира батальона, и теперь у него были полномочия сформировать восемь отрядов. Даже сам Чжоу Жун был очень удивлен, пока генерал-лейтенант Чжэн не объяснил ему причину. - В своем завещании профессора Нин сказал, что, оглядываясь на свою жизнь, он чувствовал, что ему повезло встретить вас всех в тот момент. Он знал, что вы все надеялись, что 118-й будет восстановлен, и он также знал, что вопрос о восстановлении уже очень долго находился в подвешенном состоянии. Поэтому, учитывая тот факт, что вы спасли его и доставили в Генеральный штаб, он надеялся, что военные сделают исключение и одобрят восстановление, - генерал-лейтенант Чжэн тихо вздохнул. - Он даже сказал, что, если это будет очень трудно сделать, он надеется, что военные исполнят это как его единственное последнее желание. - … Он знал, что если он сделает это своим последним желанием, все должны будут согласиться с этим, - тихо сказал Чжоу Жун. - Да. - Что еще он написал? Генерал-лейтенант Чжэн покачал головой. - Я не уверен. Мне удалось узнать только об этой части. Остальное содержание письма засекречено… Возможно, через десятки или даже сотни лет спустя, когда будущие поколения смогут посмотреть на эту катастрофу более хладнокровно и всесторонне, только тогда его последняя воля будет постепенно раскрыта. Чжоу Жун вышел из здания и увидел щурящегося Сы Наня, стоящего к нему спиной у подножия лестницы и смотрящего на небо. Погода была отличная, небо голубое, светило солнце. Ветер дул с моря, пронесшись над буйной дикой природой и изуродованными городами, он раздувал воротник и волосы Сы Наня. Чжоу Жун подошел к нему. Бескрайнее небо отражалось в этих янтарных глазах, и дым вдалеке медленно рассеивался, растворяясь в воздухе. - До свидания, профессор Нин, - тихо сказал Сы Нань. Чжоу Жун протянул к нему руку. Сы Нань снова сфокусировал взгляд, улыбнулся ему, и они бок о бок пошли вдаль.

***

В начале 2021 года проект «Искра» распространился по всей стране. Города были практически очищены от зомби, а военные возводили укрепления вокруг всех сильно пострадавших зон. Все выжившие на шести крупных базах страны получили антитела и припасы. Под единым командованием они энергично начали восстанавливать свои дома. Вскоре после этого была разработана генетическая вакцина, и она быстро распространилась по всему миру. Даже если человека укусят зомби, все еще бродящие в тени, больше не нужно будет бояться вируса. Эта катастрофа унесла жизни трех миллиардов человек по всему миру и едва не привела к исчезновению человечества. Это можно было бы назвать величайшей и худшей катастрофой в истории человечества. Но люди своими руками закрыли ящик Пандоры, запечатав его в истории, чтобы никогда больше не открывать. Чжоу Жуну, командовавшему крошечным батальоном всего из четырех солдат, наконец-то удалось с большими трудом отобрать группу элитных солдат из различных секторов вооруженных сил. Они были вызваны в штаб для прохождения этапов отбора и специальной подготовки. Сы Нань, который мог бы всю жизнь лежать и есть досыта, взял на себя тяжелую ответственность быть их инструктором, но из-за его методов обучения он не очень нравился новобранцам, которые ебали и в хвост, и в гриву. Сы Наня не волновало, нравится он этим слабым цыплятам или нет. Для него было важно то, что генерал-лейтенант Чжэн наконец подписал официальное письмо о назначении его специальным тактическим консультантом спецназа. С тех пор он больше не был гражданским добровольцем Сы Нанем, а стал главным инструктором по подготовке 118-го батальона. Ему даже выделили кабинет с отличным освещением и вентиляцией, расположенный совсем рядом со столовой. Учитывая, что Сы Нань официально присоединился к 118-му, Янь Хао искренне попросил передать ему титул «цветка отряда». Однако Сы Нань вежливо, но твердо отклонил его просьбу. Янь Хао был крайне разочарован. Чуньцао была готова занять эту должность, но все выразили свое несогласие. Это разозлило ее, и она игнорировала их в течение недели.

***

После того, как первая группа солдат прошла отбор, Чжоу Жун решил разделить их на четыре отряда, каждый из которых возглавляли Янь Хао, Чуньцао, Дин Ши и Го Вэйсян. Таким образом, первоначальный 6-й отряд 118-го батальона прекратил свое существование, став основой нового 118-го, а душой этого батальона были бойцы, пожертвовавшие собой в этой катастрофе ради будущих поколений. Перед восстановлением 118-го, первоначальный 6-й отряд отправился на свою последнюю миссию. Они собрали жетоны и вещи семнадцати погибших членов отряда, включая прах Чжан Инцзе, и отправились в путь на поиски их членов семей. Это было недолгое путешествие, так как члены семей солдат 118-го жили довольно близко друг к другу. В первые дни апокалипсиса их отправили в убежища, поэтому их местонахождение было хорошо задокументировано. Однако процесс был совсем не простым. Слезы и скорбь каждого члена семьи были как раскаленные железные клейма, которые снова и снова обжигали их души и тела. Еще большего числа членов семьи больше не было в живых, и для Чжоу Жуна и остальных это было еще более опустошительным и печальным, чем боль от клейм. К счастью, когда они прибыли на северо-восток, им удалось найти жену и дочь Чжан Инцзе. Они прятались со своей семьей в овощном погребе, переживая долгую, суровую и тяжелую зиму. Когда наступила весна, они были спасены сотрудниками базы в Хэйлунцзяне вместе с остальными жителями их родного города. Когда Чжоу Жун передал урну с прахом Чжан Инцзе его жене, он услышал самый отчаянный и полный боли крик в своей жизни. Он даже на мгновение не смог задержаться перед этой страдающей женщиной. Каждая секунда, каждая минута были подобны колючим плетям, хлеставшим по его душе, оставляя на ней кровоточащие раны. Теперь в обращении были не деньги, а продовольственные талоны. Получив свою зарплату, Чжоу Жун обменял все деньги на продовольственные талоны по льготному курсу для военнослужащих. Он не оставил себе ни одного талона, а отдал их всем семьям погибших членов своего отряда. Это была значительная сумма. Она была разделена на равные доли, и каждый член семьи погибших все равно получил бы довольно много, и для семей, потерявших свою главную опору, это можно было бы считать небольшим утешением. Однако, раздав все продовольственные талоны, Чжоу Жун остался совершенно без средств к существованию. Сы Нань сказал, что он не возражает, поскольку теперь у него есть зарплата, и он сможет содержать Чжоу Жуна. Позже Чжоу Жуну пришла в голову идея. Он перевел всех членов семей погибших членов своего отряда в зону командования 118-го. Затем он устроил их на различные должности в столовой, на складе, в логистике и другие отделения, обеспечив им довольствие и стабильный доход от государства, а их дети даже смогли поступить в школу на территории военного городка. Он даже добился особых условий для дочери Чжан Инцзе, чтобы она получила двенадцать лет бесплатного высшего образования. Кроме того, он даже пообещал ей, что после поступления в университет он будет нести ответственность за все ее расходы, оплачивая ее обучение в университете, куда бы она ни поступила. Одно было ясно: в этой жизни Чжоу Жун никогда в жизни не станет богатым. - А как же мой камень размером с яйцо? - Внезапно обиженно спросил Сы Нань. Чжоу Жун: - Не волнуйся, предоставь это Жун-гэ.

***

Время летело, и очень быстро наступил последний день 2021 года. На базе 118-го начали готовиться к праздничному ужину еще с утра. Старый генерал-лейтенант Чжэн тоже пришел, и все члены 118-го и их семьи собрались вместе. По традиции, перед едой нужно было произнести речь. Чжоу Жун и генерал-лейтенант Чжэн толкали друг друга в течение десяти минут. Чжоу Жуну проиграл и был вынужден встать с бокалом вина. Столовая была ярко украшена, на замерзших окнах были наклеены красные бумажные цветы, а на улице взрывались фейерверки, освещая ночное небо. Пока все смотрели на него, Чжоу Жун глубоко вздохнул. Казалось, он потерял свою обычную красноречивость и совершенно не знал, что сказать. Мгновение спустя он усмехнулся. - Жун-гэ не очень хорош в разговорах. Все рассмеялись, и Чжоу Жун рассмеялся вместе с ними. - В прошлый Новый год, когда вирус свирепствовал по всему миру, ваш самый ненавистный инструктор Сы и я были отделены от наших товарищей и оказались в ловушке глубоко в горах среди снегов. Как только был упомянут инструктор Сы, все солдаты спецназа сразу перестали смеяться. Опустив головы, они выпрямились и сели прямо, притихнув от страха. Сы Нань сосредоточил все свое внимание на запеченных в сахаре каштанах, стоявших перед ним. Чжоу Жун спокойно продолжил: - Когда пробило полночь, я посмотрел в окно и загадал три желания. Первое личное, поэтому я не буду его упоминать, второе желание было о том, чтобы все наши погибшие друзья нашли свой путь назад и упокоились с миром, а также о том, чтобы мы успешно преодолели эту катастрофу. Третье желание было о том, чтобы человечество как можно скорее разработало антитела для победы над вирусом. Тогда страна будет восстановлена, и мир и безопасность вернутся. Все три желания сбылись, - Чжоу Жун сделал паузу, а затем продолжил: - Поэтому, я думаю, что в загадывании желаний в ночь на Новый год может быть какая-то магия. Я решил, что в этом году я снова загадаю три желания. Он наполнил свой бокал и, ни на кого не глядя, запрокинул голову и осушил его. - Первый бокал, это все еще мое личное желание. Кто-то улыбнулся и сказал: - Желание Чжоу-гэ обязательно исполнится! Улыбаясь, Чжоу Жун покачал головой, ничего не ответив. - ... Второй бокал. Он снова наполнил бокал, затем оглядел собравшихся и остановился взглядом на месте, где сидели семьи бывших и нынешних солдат. Нзко поклонившись, он сказал: - Я желаю, чтобы все товарищи, которые уже покинули нас, были в добром здравии на небесах. Ваши имена навсегда останутся в наших сердцах, а ваши подвиги навсегда вписаны в историю человечества. Как и в ту ночь в прошлом году, Чжоу Жун снова назвал семнадцать имен в порядке их смерти, и последним был Чжан Инцзе. В столовой воцарилась тишина. Среди членов семей некоторые сдерживали рыдания, а некоторые опустили голову. - В прошлом году я сказал, что вам, ребята, следует отложить свою реинкарнацию до окончания апокалипсиса. В противном случае, когда вы переродитесь, вам снова пришлось бы столкнуться с этим адским миром. В этом году я наконец могу сказать, что апокалипсис закончился, страна восстанавливается, а общество постепенно возвращается в нормальное русло. Если наши товарищи слушают, вы можете возвращаться. Глаза Чжоу Жуна слегка покраснели. Секунду спустя он сказал хриплым голосом: - Жун-гэ... Скучает по всем вам. Все скучают по всем. Вокруг послышались всхлипывания и вздохи. Подняв голову, Чжоу Жун выпил второй бокал. - Третий бокал. Чжоу Жун снова повернулся лицом к бойцам 118-го. Подняв голову, он посмотрел на небо, усыпанное звездами и фейерверками, и поднял свой бокал. - Во время этой катастрофы вирус унес невообразимое количество жизней. Население мира сократилось вдвое, а многие небольшие страны были даже стерты с лица земли. Если люди в будущем будут писать об этом в истории, они обнаружат, что нет слов, способных описать жестокость этой катастрофы, и нет слов, способных описать цену, которую человечество заплатило за свое выживание, тяжелый труд и решимость, вложенные в это. Неся в себе искру, мы шли сквозь долгую и темную ночь, переступая через останки наших товарищей, пробираясь через тернии и пропасти, наконец, зажгли факел выживания человечества, установленный на вершине горы трупов. Нам, выжившим, не нужно, чтобы наши заслуги были записаны в истории, и нам не нужны красивые, но пустые похвалы, пока горы, реки и миллионы душ остаются свидетелями того, как мы идем вперед, как мы не сдаемся. Затем Чжоу Жун снова поднял свой бокал и вылил его содержимое на пол. - За нас, обычных людей. Все молча подняли бокалы. Фейерверк за окном взметнулся в ночное небо, испуская яркий свет, отражающийся в увлажнившихся глазах каждого. В теплом свете ламп слышался гул голосов. Аромат еды разносился далеко-далеко. Чжоу Жуна заставляли пить стакан за стаканом, и ему с трудом удалось вырваться из толпы. Схватив Сы Наня за руку, он потянул его за собой и, выскользнув за дверь, остановился во внутреннем дворе. В какой-то момент начался снег. Крошечные снежинки, парящие в воздухе, окрашивались уличными фонарями в желтый цвет, романтично падая на их волосы и плечи. Чжоу Жун наклонился вперед и поцеловал Сы Наня в губы. Он выглядел немного смущенно, когда достал из-за спины белую картонную коробку, перевязанную розовой лентой. - Это... Это торт, - он действительно немного запнулся и продолжил: - Я испек его сам. Попробуй. Сы Нань: - ? Сы Нань открыл коробку, и внутри оказался торт с клубничным вареньем размером с ладонь. Клубника, политая сиропом, украшала белоснежный крем, по краям был круг из цветов, и на нем даже были две похожие на спички крошечные улыбающиеся фигурки из сахара, держащиеся за руки. Чжоу Жун нервно наблюдал, как Сы Нань откусил кусочек. Он спросил: - Вкусно? Сы Нань слизнул крем с уголка губ и кивнул. - Я долго тренировался в столовой, и довольно много попыток пропало, - Чжоу Жун потер руки, насмехаясь над собой. - Не знаю, сколько выстрелов я сделал этими руками, но кондитерским пакетом пользоваться еще сложнее, чем пистолетом. К счастью, я успел сделать его вовремя, закончив до вечера... Он действительно вкусный? Сы Нань откусил еще один огромный кусок. Его щеки были полными, и он неразборчиво спросил: - Хочешь попробовать? - Нет, нет, все тебе. Сы Нань: - ... Чжоу Жун: - ... Чжоу Жун внимательно наблюдал за Сы Нанем, а тот невинно смотрел на него в ответ. - ... Ты еще не почувствовал ничего особенного? - Нет, - ответил Сы Нань. Двое смотрели друг на друга, и взгляд Чжоу Жуна медленно переместился с лица Сы Наня на почти съеденный торт. Его голос немного дрожал, когда он спросил: - Ты действительно не почувствовал ничего особенного?! Сы Нань: - Действительно ничего. О, только что было что-то твердое. Это была клубника? Чжоу Жун: - ... Сы Нань: - Я проглотил. Чжоу Жун: - ...... Чжоу Жун выглядел так, словно в него ударила молния, и выражение его лица было чрезвычайно забавным. Сразу после этого он обернулся и крикнул: - Позовите врача! Быстрее! Быстро, свяжитесь с больницей, нам нужно сделать эндоскопию! Инструктор Сы проглотил инородный предмет... Не в силах больше сдерживаться, Сы Нань наконец расхохотался. Он схватил Чжоу Жуна и выплюнул из-под языка блестящее кольцо. Бриллиант был поразительно большим. Под падающим снегом он ослепительно сверкал. - Признавайся, - держа в руках кольцо, поддразнил Сы Нань. - Где ты его взял? Ты действительно можешь себе это позволить? Чжоу Жун выдохнул, не зная, смеяться ему или плакать, и в наказание ткнул пальцем Сы Наня в середину бровей. - Конечно, я не могу себе этого позволить. Ты знаешь, сколько стоят украшения с бриллиантами этого бренда? Это практически равноценно сумме, которую я заработаю до конца своей жизни. Сы Нань приподнял бровь. - На прошлой неделе я присоединился к Тан Хао в его миссии по зачистке военного округа Б. Перед отъездом я обследовал это место. Тан Хао держал для меня фонарик, а я копал лопатой. Это заняло у нас большую часть ночи, и, наконец, откопал магазин этого бренда в руинах, оставшихся после взрыва. Чжоу Жун указал на кольцо, его лицо слегка покраснело. - Кольца были разбросаны по всему полу. Я взял одно, Тан Хао одно, и я также взял по одному для Чуньцао, Сян-цзы и Дин Ши. Ты никому не говори об этом, иначе, если Лао Чжэн узнает об этом, он сделает нам выговор. Невезучий Тан хочет спрятать свое кольцо и сохранить его для своей будущей жены. Плечи Сы Наня неконтролируемо дрожали, но он чувствовал, что если рассмеется, у него все сведет от смеха. Эффект от всего того алкоголя, который Чжоу Жуна заставили выпить ранее, теперь был очевиден на его лице. - Иди, иди сюда, Жун-гэ наденет тебе этот камень размером с голубиное яйцо. Он притянул руку Сы Наня к себе, но обнаружил, что кольцо было слишком маленьким. Хотя пальцы Сы Наня были длинными и тонкими, суставы людей, регулярно практикующихся в боях, были довольно жесткими, и как бы Чжоу Жун ни старался, он не мог надеть кольцо на палец. Чжоу Жун чувствовал себя крайне беспомощным, поэтому ему пришлось силой удержать Сы Наня, который безудержно смеялся. Он снял с шеи Сы Наня цепочку, с которой он не расставался более двадцати лет, и повесил на нее кольцо. На старой фотографии семья из трех человек тепло улыбалась Чжоу Жуну в отблесках кольца. Держа цепочку, Чжоу Жун спросил со всей серьезностью: - Товарищ Сы Сяо Нань, хочешь знать, какое было первое новогоднее желание Жун-гэ? Сы Нань прищурился и лукаво посмотрел на него. Чжоу Жун отступил на полшага назад и красиво опустился на одно колено. Под падающим снегом он поднял кольцо. - Товарищ Сы Сяо Нань, готов ли ты принять предложение товарища Чжоу Жуна? Чтобы с этого момента официально стать его революционным партнером, работать рука об руку, вместе добиваться прогресса, смело пробовать всевозможные новые позы, регулярно обновлять метки, получать ежедневные поцелуи и ласки, учитывать объективные законы человеческой природы, а также совместно взять на себя тяжелую ответственность за продолжение человеческого рода. Сы Нань пристально смотрел на Чжоу Жуна. Снежинка прилипла к его волосам, а на его красивом лице появилась мягкая улыбка. Недалеко от них, за ярким окном, все сгрудились и кричали: - Он делает предложение, он делает предложение! - Командир Чжоу делает предложение инструктору Сы! - Аааа! - Конечно, - сказал Сы Нань, улыбаясь. - Товарищ Чжоу Жун. Чжоу Жун надел цепочку обратно на шею. Сы Нань наклонился, и сладко поцеловал его под падающим снегом. Кольцо выскользнуло из воротника Сы Наня и повисло в воздухе на тонкой цепочке, раскачиваясь и сверкая. Сидя за столом, Янь Хао уставился на кольцо, которое он нашел, когда откусил булочку, не зная, смеяться ему или плакать. Тем не менее, прежде чем старый генерал-лейтенант Чжэн что-либо заметил, он быстро сунул его в карман. Закатив глаза, Чуньцао схватилась за горло. Го Вэйсян отчаянно колотил ее по спине. - Зачем ты это проглотила?! Быстрее! Быстро выкашляй его! Кто-нибудь, скорее, позвоните в больницу и вызовите медиков! Дин Ши отвел свою Сяо Цзинь Хуа в угол, некоторое время заикаясь и запинаясь, пока их лица не покраснели, а затем незаметно сунул ей в ладонь большое бриллиантовое кольцо. - Это… Это для тебя… За дверью на улице силуэты двух людей наконец разделились. На лице Сы Наня все еще играла улыбка, но, когда он повернулся, его острый взгляд устремился прямо в окно. Солдаты спецназа, которые только что толпились у окна, в панике разбежались, будто их и не было. Чжоу Жун громко рассмеялся. Бесчисленные фейерверки ярко вспыхивали в ночи, расцветая буйством красок. Снежинки были похожи на миллионы крошечных танцующих духов, отражающих свет и мягко окутывающих новый мир. Полночь. Зазвонил новогодний колокол, его звон разнесся над ликующей толпой, и сквозь ночное небо устремился к далекому сверкающему морю звезд.

Конец.