Команда SnowBlind

      Интервьюер: Как вы знаете, некоторые моменты в фильме зрители восприняли с критикой. Можете ли вы дать объяснения тем из них, что связаны с вами?       Куай Лян: Пожалуй, у Кенши много таких моментов. Пусть он и начнёт.       Кенши: Действительно много. Но больше всего я удивился тому, что некоторые зрители обращали внимание на плащ и ножны. Мне даже фильм несколько раз пересматривать пришлось, чтобы понять, о чём речь. Но да, момент, когда я выбираюсь из колодца без ножен, а вываливаюсь из него уже с ними, необъясним. А вот появление плаща и ножен после финальной битвы ещё можно притянуть — у нас было время, чтобы их поискать, ведь меня тащили в Кейптаун с ними.       Куай Лян: То же касается и моей перевязанной культи в последней сцене. Но зрители больше придирались к тому, как была оторвана рука. Опустим момент, что она вообще оторвалась — вселенная «Mortal Kombat» строится на гиперболизации силы.       Кенши *останавливает жестом*: Ещё никто так изящно не объяснял то, что в «Mortal Kombat» всем постоянно что-то отрывают!       Хандзо: Или разрывают пополам. Но давайте дослушаем про руку.       Куай Лян: Так вот… Зрители обратили внимание, что рука отрывается выше места глубокой раны, хотя логичнее было бы, чтобы разрыв произошёл именно в месте этой раны. Я считаю, замечание было по делу. Объяснений у меня нет.       Хандзо: А я просто рад, что у меня мало сцен. Единственное, что раскритиковали зрители в моём случае, — перемещение. Я вроде бы мог оказаться в любой точке, но в нужные моменты этим не пользовался. Если честно, мне так и не понятно, к каким сценам относится это замечание. Я пересмотрел все по десять раз.       Куай Лян: В такие моменты я очень завидую, что он появляется под конец.       Кенши *растерянно моргает*: Ты сейчас о количестве времени, которое тебе пришлось потратить на просмотр, или о самих моментах, когда Хандзо появляется?       Куай Лян: Будем считать, и о том, и том.       Хандзо *парадирует Кенши*: Ещё никто так изящно не избегал прямого ответа!       Куай Лян: Ладно-ладно, я говорил о времени. Впрочем из нас троих серьёзнее всех к делу подошёл Кенши — он единственный пересматривал всё, а не только сцены с собой.       Кенши: Да! А ещё я читал все замечания и пытался понять, чем именно зрители не довольны. Насчёт перемещений Хандзо, кстати, у меня есть предположение. Зрители больше всего критиковали, что он не переместился в Кейптаун вместе с Куай Ляном сразу и не оказался рядом с тем во время финального сражения с Кано. Но в первом случае мы не знаем точно — может, перемещение и произошло. Просто Хандзо и Куай Лян должны были потратить какое-то время на разведку, чтобы внезапно не оказаться на мушке стрелков, когда будут меня освобождать. Может, моё объяснение неполное, но оно хотя бы оправдывает потерю моих пальцев…       Хандзо *пользуется заминкой*: Напоминаю, мы говорим о фильме. Никто не пострадал.       Куай Лян *машет правой рукой на камеру*: Рука моя тоже на месте. Хотя зачем мы это объясняем? Кенши, что там со вторым случаем?       Кенши: А, да… Во втором случае всё гораздо проще — Хандзо не мог знать, куда прибегут Кано и Куай Лян. Ещё вероятно, что он сначала за мной вернулся, раз уж мы пришли в зал с часами Хроники вместе.       Хандзо: Благодарю за помощь в объяснении. Ко мне не осталось замечаний.       Куай Лян *складывает руки на груди и оборачивается к Кенши*: Давай теперь послушаем, как он объяснит трансформации своей чёлки.       Кенши: А что тут объяснять? Мои волосы живут какой-то своей жизнью!       Хандзо *кивает*: Это правда. Я помню, сколько ему делали укладку перед съёмкой сражения с Тремором. Кажется, потому что в тот день он уснул с ещё сырыми волосами и пришёл с премилыми «ушками».       Куай Лян: У меня есть фотографии, подтверждающие это.       Кенши: Хватит смеяться над моими волосами! Может, они и очень своевольны, но точно не заслужили к себе такого отношения.       Куай Лян: В общем, все сцены, где у Кенши чёлка лежит не в ту сторону, объясняются тем, что за ней не уследили. Но это реальность. В фильме же подобным трансформациям нет объяснений. Так что у нас ещё одно замечание по делу.       Хандзо *смеётся*: Раз Куай Лян не сказал это — беру всё в свои руки. Волосы являются отражением характера своего обладателя.       Кенши *хватается за голову*: Зачем зрители обратили внимание на мои волосы?       Хандзо: Ты бы поаккуратнее с этим, а то вдруг опять появятся премилые «ушки» на самой макушке.       Куай Лян: Ладно, мы достаточно разогрелись, обсуждая незначительные детали. Перейдём к более серьёзным замечаниям. Наверное, я последним выскажусь, потому что зрители критиковали мой выбор отправиться с Хандзо в Преисподнюю.       Кенши: Вы оба, конечно, такие задиры… Кто-нибудь объяснит мне, как я пережил съёмки?       Интервьюер: Думаю, у нас дальше будут вопросы, ответы на которые приблизят к пониманию этого.       Кенши: Хорошо. Тогда я попытаюсь дать объяснения оставшимся раскритикованным сценам со мной. Только сражение с Коброй, Кирой и Кабалом не буду затрагивать — грубо отбирать хлеб у коллег.       Куай Лян *парадирует и Кенши, и Хандзо*: Ещё никто так изящно не скрывал того факта, что он не может дать объяснения!       Кенши: Могу, но не буду! Между прочим, кроме этого зрители критиковали потерю глаз и слишком уж быстрое обучение. И если первое мне самому до конца не понятно, то второе — очевидно. В сражении никогда не задействовано одно лишь зрение. Оно обычно доминирует, но другие органы чувств тоже работают. Так что обучение в этом случае не шло с нуля. Больше всего к прыжкам на столбах придирались, скажу про них отдельно — мы не знаем, какие тренировки проходил я, то есть Кенши, в начале своего пути. Возможно, такое было привычным.       Куай Лян: Он действительно серьёзнее всех подошёл к делу. Признаться, я удивлён, что у него не получилось объяснить потерю глаз.       Кенши *почёсывает затылок*: Ну, предположения-то есть. В сценарии написано, что одна из душ мне их выжгла. Может, я был слишком близко. Может, это наказание предков за то, что мне хватило ума привести Шан Цунга. Кстати, не думаю, будто души могли как-то навредить колдуну. А последнее предположение, которое у меня есть, — Шан Цунг перед тем, как высвободился столб душ, спросил, вижу ли я что-то, и мой ответ на этот вопрос стал пророческим.       Хандзо *подносит руку к подбородку*: А может, Шан Цунг повлиял на души так, чтобы они вывели Кенши из строя? Если подумать, то он вряд ли бы захотел растрачивать силы. А если учесть, что Кано постоянно перестраивает временную линию, чтобы организовывать себе испытания, то в одной из версий Шан Цунг мог не ослеплять Кенши и потерять достаточно душ, сражаясь с ним, из-за чего потом быстро проиграл главный бой своей жизни. Тогда интересно получается. Либо Шан Цунг интуитивно не допускает ошибок прошлых версий, либо Кано при перестройке временной линии влияет на его сознание, чтобы он старался лучше.       Кенши: Это как-то слишком глубоко сейчас было…       Куай Лян: Прямо как колодец, в который ты свалился. Молодец, Хандзо — ты только что оправдал своё присутствие здесь.       Кенши: Да что тут! Ты в один момент просто взял и перевесил весь наш с Куай Ляном вклад! Прямо как к фильме, когда притянул Эррона со своим «Get over here!» — уверен, многие зрители в этот момент забыли, кто являются главными героями.       Хандзо *кланяется*: Рад стараться.       Куай Лян: Вот мы и добрались до сцены, где я решаю уйти с Хандзо в Преисподнюю. Честно, хотелось бы…       Кенши: Чтобы он притянул тебя к порталу со своим «Get over here»?       Куай Лян: Подловил. Я пытался сказать, что хотелось бы, чтобы моё обещание, данное Хандзо, больше раскрыли. Но судя по формулировке, мне нельзя было использовать криомантию и срываться. Первое условие я нарушил. Но думаю, что ушёл не поэтому, а потому что не чувствовал, что криомантия мне полностью подконтрольна. Так что я совершил ещё один побег от общества во имя его блага, только теперь в Преисподнюю.       Хандзо: А может, ты просто делаешь вид, что слишком стар, чтобы обучаться контролю, но только портал закрывается, начинаешь тренировку?       Кенши: Или становишься вторым Хандзо, который приходит только в отчаянные времена!       Куай Лян: А может, в глубине души я всё ещё желаю покоя и ухожу от людей как можно дальше в надежде его обрести?       Хандзо: Да, в Преисподней. Там только и искать покой.       Кенши: Он просто таким образом говорит, что устал сегодня общаться. Давайте на этом закончим и пойдём по домам, а продолжим завтра. Мы же все моменты, которые зрители раскритиковали, обсудили?       Хандзо: А никто не критиковал то, что Куай Лян сначала отворачивается от Кенши, но потом, немного погодя, протягивает ему руку помощи?       Куай Лян: Ну зачем? Боже… Я думаю, все понимают, что это проявление внутренних противоречий. В фильме достаточно таких моментов, но самый яркий — раскол с Кенши, когда он решает помочь жителям поселения. Могу понять, почему раскритиковали именно тот. Всё-таки это «уходим-валяй-пошли-иди» со стороны выглядит уморительно. Впрочем причина не меняется — я хочу помочь, но своим вмешательством боюсь сделать хуже. И виной всему болезненный прошлый опыт. Трудно оправиться после того, как не по своему желанию погубил невинных и свой клан. Поэтому противоречия вполне объяснимы.       Кенши *хлопает ладонями по щекам*: Прошу прощения, если напугал. Я пытаюсь выйти из-под впечатления после этого «уходим-валяй-пошли-иди». Мне кажется, короче описать сцену нашего раскола невозможно.       Хандзо: Куай Лян только что раскрыл суть своей роли, а ты под впечатлением из-за «уходим-валяй-пошли-иди»?       Куай Лян: Вижу, ты настолько не под впечатлением, что повторил это слово в слово.       Интервьюер: Что ж, вы смогли объяснить большую часть моментов, которые были раскритикованы зрителями. Благодарю за столь развёрнутые ответы. Увидимся с вами завтра.       Кенши *машет на прощание рукой*       Куай Лян *кивает*: До завтра.       Хандзо *кланяется*