ПОЗЫВНОЙ БЛИЗНЕЦЫ

Ночное небо разрезали вспышки молний, сопровождаемые громовыми раскатами. Абраксас Малфой стоял в детской, наблюдая за своим сыном, воркующим над двумя младенцами. — Принимай решение, Люциус, у нас нет времени. Они в любой момент могут заявиться сюда. Молодой наследник древнего рода, только что ставший отцом, за свои двадцать шесть лет ни разу не усомнившийся в авторитете отца, зло прошипел: — Это ты во всём виноват, ты один. Ты проникся его идеями и заставил поверить меня! Никогда тебе этого не прощу! Малфой-старший сцепил руки на трости до побелевших костяшек, с трудом удержав себя, чтоб не опустить с размаху эту самую трость на спину сына. — Прекрати истерику, щенок! Сейчас не время выяснять, кто виноват. Особенно, если взять в расчёт, как вы с Нарциссой хвастались, что она носит близнецов. Решай уже! Люциус затравленно оглянулся на отца. — Как?! Как можно это решить? Он переводил безумный взгляд с одного младенца на другого. Надо выбирать. Надо. Но как найти на это силы? — Люциус, поторопись. Бери левого, он самый спокойный. Видишь, даже гроза ему непочём, спит себе. Миранда будет только благодарна. Действительно, один из младенцев громко плакал, сморщив личико, когда другой спокойно посапывал. Люциус с любовью смотрел на обоих, пытаясь унять трясущиеся руки. — Я... я не могу, отец, — всхлипнул он. Абраксас тяжело вздохнул и положил руку на плечо сына, впервые в жизни решив поддержать его и проявить отцовскую заботу. — Ты должен. От этого зависит судьба нашего рода. Так ты спасёшь обоих. Давай же, сынок, сделай это. Люциус смахнул слёзы и, сцепив зубы поднял на руки спящего малыша и прижал его к груди. Тот лишь сморщил носик, учуяв парфюм родителя, но не проснулся, продолжая посапывать, оттопырив нижнюю губку. Кивнув отцу, Малфой-младший вышел из комнаты. Спускаясь на первый этаж, он проклинал свою жизнь, которая вдруг решила сделать такой поворот. Ведь он был счастлив до недавнего времени. Проклинал Тёмного Лорда, который не смотря на преданность Малфоев решил так жестоко с ними обойтись. Проклинал Розье, который узнал о пророчестве и, как верный пёс побежал докладывать Волдеморту. Проклинал себя за несдержанность, что распустил свой язык, гордо заявляя, что род Малфоев пополнится сразу на двух наследников, чего ни разу не было за всю историю их рода, по крайней мере английской ветки, свысока глядя на своих коллег, в чьих семьях редко рождалось более одного ребёнка, и то зачастую либо девочки, либо сквибы. Проклинал Беллатрису, сестру своей жены, которая вместо того, чтобы исполнять долг Леди и супруги и рожать детей, скакала по всей Магической Британии в поисках неугодных их Повелителю, и первая указала ему, что в пророчестве вполне может говориться о Малфоях. "Лишь стоит Тьме взойти на трон, Почуяв мощь свою и силу, В крови падёт туманный Альбион, Возвав о помощи к небесному светилу. Рождённые под знаком Близнецов Два звёздных брата вместе с юной Девой Освободят от пыток и оков Страны родной пылающее чрево. И Кастор лишь взмахнёт своим мечом, Весь смрад и тьму на части разрубая. И Поллукс поведёт древком, Волшебный свет на землю проливая. И сгинет тот, что возомнил себя царём, Вершителем судеб, лорд самозванный. С руин страна восстанет светлым днём, Вздохнув свободно, заживляя раны." Люциус дословно помнил пророчество Одноглазой Джо, ведьмы из Лютного переулка, которую однажды притащил Розье в штаб-квартиру Тёмного Лорда. Нищая старуха надеялась на щедрое вознаграждение за ценные сведения, но получила лишь порцию Круцио от Повелителя. Старая кляча, лучше бы пошла в Министерство, и сейчас не было бы таких проблем. Розье сдох сразу, так как был обнаружен змеёй Лорда подслушивающим за дверями. Люциус избежал сей участи лишь потому, что его не заметили. Случайность, подарившая жизнь. Тӗмный Лорд бросил все силы на поиск братьев, родившихся под созвездием Близнецов. Из всей Магической Британии лишь две семьи подходили под это скудное описание: Прюэтт и Малфои. Руквуд лично проверил и перепроверил все архивы, сутками пропадая в Министерстве. Братья Прюэтт, Фабиан и Гидеон родились в конце мая. Долохов лично выискивал их, пока безуспешно. Белла нацелилась на Нарциссу и Люциуса. И сегодня, в ночь на пятое июня род Малфоев пополнился двумя здоровыми мальчиками. Ни Люциус, ни тем более Абраксас, не могли позволить Повелителю убить детей. А то, что он это сделает, не стоило сомневаться. Если Тёмный Лорд видит угрозу в новорожденных детях, их судьба решена. Абраксас за несколько дней до родов связался с родственниками из Франции. Кузина Люциуса, Миранда, сразу откликнулась на просьбу главы британского дома. Будучи уже давно замужем, своих детей не имела, поэтому она и её супруг охотно согласились спрятать одного из близнецов у себя и вырастить, как родного сына. Спустившись в холл, Люциус подошёл к ожидающей его белокурой женщине. — Миранда..., — прохрипел он. Молодая женщина, чуть старше Нарциссы грустно улыбнулась. — Не переживай, кузен, с малышом всё будет в порядке. Она приняла ребёнка и начала его укачивать, хотя этого и не требовалось. — Кассиус, — прошептал Малфой. — Что? Люциус прочистил горло и повторил: — Его зовут Кассиус. Миранда с улыбкой посмотрела на спящего малыша. — Кассиус. Красивое имя. Дань Блэкам, я так полагаю? Он старший? Люциус покачал головой. — Старший Драко. На пять минут. — Драко и Кассиус, — задумчиво проговорила блондинка. — Послушай, Люциус, я понимаю твою боль. Но поверь, однажды всё это закончится, и вы снова будете вместе. — А если нет? — А если нет, то Кассиус вырастет вдали от войны и страха, в любящей семье. Малфой кивнул, соглашаясь с Мирандой. — Томар, — позвал он. Рядом с тихим хлопком появился старый эльф. — Перенесёшь их во Францию. Несколько перемещений, как я учил. Эльф поклонился и взял Миранду за свободную руку. Она же, покрепче, но аккуратно обняв ребёнка, прошептала: — Прощай Люциус. Береги Драко и Нарциссу. И исчезла. Люциус смотрел на то место, где была его кузина с его сыном на руках. Напольные часы отстукивали время, но он не двигался. Вдруг раздался хлопок, заставивший его вздрогнуть. — Ох, молодой хозяин, простите старого Томара. Томар накажет себя за то, что напугал хозяина Люциуса! — запричитал старый эльф, держа в руках свёрток. Люциус поморщился и махнул рукой. — Сейчас не время, Томар. Ты исполнил, что было приказано? Эльф закивал головой, от чего его уши зашелестели, как крылья летучей мыши. — Да, хозяин, Томар всё сделал. Юный хозяин и мадам в безопасности дома. И Томар принёс, что было велено. Люциус кивнул. — Идём. Они вернулись в детскую, где их ожидал Абраксас. Малфой-старший вопросительно посмотрел на сына. Люциус кивнул, молча отвечая на его вопрос. Взяв из рук эльфа свёрток, Люциус спросил: — Что теперь? Абраксас направился на выход из комнаты. — Гобелен, — ответил он на ходу. Отец и сын, и сопровождающий их эльф прошли до кабинета. Подойдя к стене с гобеленом, на котором ветвилось семейное древо, Абраксас провёл рукой по изображениям двух младенцев с написанными под ними именами: Драко Малфой и Кассиус Малфой. Посмотрев на эльфа, он спросил: — Ты готов? Жертва должна быть добровольной. Эльф сделал шаг вперёд, прижимая руки к тощей груди. — Томар всю жизнь служил семье Малфой. Вырастил вашего отца, вас, хозяин. И молодого господина. Вырастил бы и юного мастера Драко, но Томар уже слишком стар. И нет для эльфа большей чести, чтоб и после смерти послужить своим хозяевам. Томар готов, господин. Люциус подошёл к столу и, положив на него свёрток, развернул его. Внутри оказался младенец. Мёртвый. — Супруг мадам Миранды нашёл его в магловской больнице. Малыш умер сразу после того, как родился, — запричитал эльф. — То, что нужно, — сухо бросил Абраксас. Взмахнув палочкой, он сделал небольшой, почти незаметный надрез у пуповины мёртвого ребёнка. Захватив заклинанием капельку крови, он отлевитировал её на гобелен. Нанеся порезы на ладонь Люциуса и свою, он также отлевитировал собранную кровь к изображению Кассиуса. Повернувшись к эльфу, он произнёс: — Прощай, Томар. Ты был верным слугой. И... спасибо тебе. Эльф вытер выступившие слёзы и с готовностью кивнул. Абраксас нараспев читал длинное заклинание, рисуя руны на теле слуги. С каждым взмахом палочки, с каждой новой руной, новым словом, эльф слабел, его глаза затуманились, из носа потекла кровь, и он упал. Абраксас в последний раз взмахнул палочкой. Ритуал был завершён. На полу у его ног лежал мёртвый эльф. А на гобелене потускнел портрет одного из новорожденных близнецов, стирая черты лица, оставляя лишь силуэт, а имя окутала траурная лента. Наутро в поместье прибыли незваные гости. Один из эльфов проводил их к семейному склепу. Люциус сидел рядом с безутешной Нарциссой и смотрел пустым взглядом в маленький гробик. Одна из гостей опустилась на скамейку рядом с Леди Малфой и обняла её. — Белла, как мне дальше жить? — заплакала Нарцисса, уткнувшись в плечо сестры. — За что? Мой сынок... — Тише, Цисси, тише, — успокаивала её мадам Лестрейндж. — У тебя есть ещё один сын. Ты нужна ему. На плечо Люциуса опустилась тяжёлая холодная рука. — Сочувствую, мой друг. Это невосполнимая утрата, — прошелестел голос. Люциус поднялся и склонил голову. — Благодарю, мой Лорд. Ваше участие помогает мне легче пережить это горе. — И, тем не менее, Белла права, у вас остался ещё один сын. Вырасти его достойным волшебником, и однажды он пополнит наши ряды. Люциусу лишь оставалось согласиться. — Да, Повелитель. И втайне радоваться, что хоть один из Малфоев будет далёк от Волдеморта, Пожирателей и войны.