Адвокат дьявола.

Нет никакого очарования в депрессии. Теневое Молоко это понял ещё давно, когда только ходил к психиатру в детскую клинику каждые выходные со своими родителями. С ним никогда не было проблем, просто родители переживали, что Молоко ведёт себя… Слишком нормально. Мол, в своё время они и из дома сбегали и дрались, а Молоко сидит тихо-тихо в своём уголочке… Психиатр только руками разводил и советовал каждые выходные просто проходить тесты. Молоко был не против, в конце концов, его родители знали, о чем говорили и были готовы к ребенку с психическими расстройствами, ведь оба были ненормальными. Но единственные, кого Теневое Молоко по настоящему считал ненормальными, были унылые люди. Сидя в очередях, проводя дни в стационаре псих-больниц, Молоко сталкивался с детьми в депрессии. Самое унылое зрелище в его жизни, ведь они предпочитали только ныть и лежать в кровати, отказываясь играть. Молоко был умен не по годам, от того такое поведение его раздражало. Единственная возможность по настоящему наслаждаться детством лежала у них под носом, а они лежат и ворчат, как старики! Наверно, Молоко пронес желание резвиться и веселиться через всю жизнь и унылых людей просто на дух не переносил. От того с ним всегда работали сложные экстравагантные личности. Да, были ссоры, конфликты, но Молоко ни за что бы не променял их на работу со скучными людьми. Ваниль казался ему интересным в своей эмоциональности и неуклюжести. Не сосчитать, сколько раз он ронял кофе на бумаги, сколько раз падал его телефон, сколько раз он подскальзывался и сколько кофе он пролил на себя. И каждый раз, как в первый, он расстраивался и злился, будто он не привык к своим постоянным неудачам. Но теперь? Какая-то глупая девушка, которая в который раз разбивает ему сердце, убивает в нём даже эту особенность! Ваниль стал до ужаса безразличным. Его не трогал не разлитый на ноутбук кофе, не подколы со стороны начальника, ни прикосновения. Ничего. Он стал таким безразличным, что и Молоко ощущал, как с ним он тухнет. Был вечер пятницы, когда Теневое Молоко четко решил отправить несчастного в отпуск. Влюбился один волк, а страдает вся стая! Но он ещё принимал решение, когда он это сделает. И как. Как обычно, отпустив Ваниль в свободное плаванье после работы, мужчина вернулся в свою мастерскую. С недавних пор он стал активно сотрудничать с Мукой и она, как профессионал в сфере звуков, очень оценила немой фильм Молока. Так же она согласилась помочь ему передать некоторые ощущения и чувства через звуки, так что они работали где-то три часа в день, ведь именно столько Мука была готова уделить Молоку и его фильму. А так же её муж дал ему несколько хороших советов и он работал над своей новой постановкой. Он редко создавал что-то не на взрослую аудиторию, от того он был не уверен в своей идее, но очень желал её поставить. Даже если не сам, даже если продать эту идею другому театру, ему было важно сыграть что-то, что по настоящему заставило бы зрителя подумать. Прийдя в свою мастерскую, Молоко садится за стол. Над ним развешаны выкройки, несколько планов и ещё парочка записей. Но заниматься костюмами ему не хотелось совершенно. Он вдруг понял, как ему хочется заняться чем-нибудь ещё. Например… Сделать куклу. Сделать куклу самого себя. В это время Ваниль, как обычно, ехал на автобусе. Но не домой, а в парк. Лилия ответила ему. Написала, что хочет поговорить. Ваниль был рад, хотя и не мог этого показать. Всё, чего ему хотелось, наконец увидеть её. Хотя бы в последний раз. Но та мысль, что больше они могут не увидеться, разбивала ему сердце. Если она правда его бросит, бесповоротно и окончательно… Что с ним будет? В его жизни и так не осталось смысла. Всё было без толку. Выйдя на необходимой остановке, Ваниль направился вглубь парка, ища пруд, возле которого они должны встретиться. На удивление, Лилия была там. На удивление, даже одна. Она была одета в темное платье и пальто, ведь на улице было удивительно холодно для августа. Ваниль был одет в футболку с фразой «не вижу зла, не слышу зла, не говорю о зле» на китайском и рисунком драконов, которые олицетворяли каждое состояние, а на ногах были бриджи на военный манер. На ногах же были туфли с белыми носками. Нелепо, но Молоку такое нравится. Эта мысль, на удивление, вызвала у него легкую улыбку. Но она быстро пропала, когда Лилия обернулась на него с серьёзным лицом. Он подошёл и встав напротив, убрал руки в карманы. Лилия убрала телефон и так же застыла, не зная, что сказать. — Ты хочешь бросить меня? — Ваниль решил заговорить первым. Лилия вздрогнула, но быстро пришла в себя. — Да. — неожиданно сказала она. — Ваниль, послушай, я всегда видела в тебе лишь друга и… — Если ты бросишь меня, я убью себя. — неожиданно прервал девушку Ваниль. Лилия застыла, как вкопанная, широко открыв глаза. Ваниль продолжил. — В моей жизни больше нет смысла. Я всю жизнь был неудачником, Лилия. Мои родители умерли и мне приходится жить у своего дяди, потому что у меня нет денег на собственное жилье. Моя работа не вызывает во мне и толики положительных чувств. У меня нет друзей. Лилия, у меня никого нет, кроме тебя. — Ваниль сделал шаг к девушке, но та в шоке сделала шаг назад. — И если и ты уйдешь, у меня не останется причин жить. — Не говори так. — губы Лилии задрожали. — Ты… Ваниль, пожалуйста, у тебя вся жизнь впереди, неужели из-за одной меня ты готов.? — Я одинок, Лилия, я ужасно одинок. Никто никогда не понимал меня так, как ты. Я… Пожалуйста, позволь мне просто быть рядом. Я готов просто быть запасным вариантом, подушкой для слез, грушей для битья, если надо. — Ваниль впервые ощутил что-то. Отчаяние. — Не говори так, Ваниль, пожалуйста. — Лилия задрожала. — Не опускайся так низко, пожалуйста! — Это не имеет смысла без тебя, Лилия, пожалуйста. — взмолился парень. — Ты всегда была со мной. Почему? Что произошло? — Ваниль. — Лилия поджала губы. — Мы… Ты… Я не могу так. Ты всегда был для меня другом. Я не хочу делать тебе больно. — Но ты делаешь. — Ваниль нахмурился. — Ты отталкиваешь меня. После всего. Неужели я делал недостаточно? Просто скажи. — Хватит! Ваниль, э-это ненормально. — Лилия снова сделала шаг назад. — Я не чувствую себя счастливой с тобой, вот и всё! Я не хочу, чтобы из-за меня ты… Что-нибудь делал с собой, пожалуйста. — Лилия… — вздохнул Ваниль. — Я сделаю. — Не делай. — попросила девушка. — Хотя бы… День. Пожалуйста, дай мне день, мне нужно подумать, хорошо? Умоляю, Ваниль, только не делай ничего. — Лилия и подозревать не могла, что Ваниль был способен на такие заявления. Но была готова поверить его словам. Один только вид его говорил, что парень не спит ночами. Ужасная осанка, бледная кожа, чёрные круги под глазами, да и те потускнели, почти сливаясь в один оттенок с кругами под глазами. Лилия не хотела этого. — День… Я дам. Я дам тебе. День. Но пожалуйста, не игнорируй меня. Я тебя очень прошу. — Ваниль сжал футболку на том месте, где было сердце. Оно разрывалось. — Хорошо. Я скажу тебе ответ завтра вечером. Пожалуйста, Ваниль, я прошу, дождись… — после этого Лилия убежала, как ошпаренная. Весь разговор она записала на диктофон, как ей посоветовала Голден Чиз. Она стала судорожно писать подруге, тут же пересказывая всё, что случилось. В ответ она посоветовала сообщить кому-то из близких Ванили. Но у неё не было их номеров, никого. Кроме, разве что… Молоко давно не притрагивался к созданию кукол. Сначала он попытался её связать, но довольно быстро бросил эту затею, решив, что проще будет сделать ее из ткани. Сделать небольшую выкройку, сшить, набить синтепоном, соединить… Готово! И вот, на него смотрела абсолютно кривая и неловкая версия его же самого в костюме «Правдивого Шутника» (название рабочее!). Он сделал его из остатков ткани, так что он выглядел не так, как бы ему хотелось. Но ничего, он может подходящую ткань и сделать более лучшую версию! Как хорошо иногда сместить фокус… Вдруг, его телефон пиликнул. Обычное явление, даже в одиннадцать вечера. Что неожиданно, ему написали в куки-буке. Молоко любил поболтать с незнакомыми печеньками, хотя ему редко писали. Но это… О, по аватарке мужчина сразу понял, кто это. Белая Лилия писала ему. Настроившись послать её, тем не менее, Теневое Молоко решил прочитать её ужасно длинное сообщение. Тем более, что она прислала какой-то файл. «Здравствуйте, Теневое Молоко. Наша прошлая встреча не задалась, о чем мне очень жаль, я не хотела выставить никого из нас в глупом свете. Признаться, я была просто немного напугана, но я не держу ни на вас, ни на Ваниль зла. Если честно, я надеялась, что после этого между нами все кончится, но он продолжал мне писать и звонить, пытался выловить меня на работе и возле моего дома. Я знаю Ваниль достаточно долго, чтобы знать, что он не сделает мне больно, так что не обращалась в полицию. Я хотела раз и навсегда покончить с ним, но наш последний разговор… Получился ужасным. Я записала все на диктофон. Пожалуйста, послушайте запись. У меня нет данных о его родственниках, но я бы хотела, чтобы вы передали эту запись им. Я беспокоюсь за Ваниль. Пожалуйста, если вам важны ваши сотрудники, помогите ему.» Запись была немедленно прослушана. Два раза. Нет, даже три. Молоко потерял счет времени. В голове просто не укладывалось. Как Ваниль мог сказать такое?! Как он мог сморозить такую чушь? Может, Лилия хотела его подставить? Но чем больше Молоко думал об этом, тем больше убеждался. Ваниль не спит ночами, преследуя свою бывшую девушку. Постоянно думает о ней. Просто забыть не может. А его слова о неудачах и одиночестве? Молоко сжал телефон. Он плохо знал это печенье. Не мог утверждать, так ли всё плохо на самом деле. Но… Его не захлестнуло отвращение или недовольство. Нет. Ваниль был несчастен всю жизнь и, кажется, Молоко просто сам опустил его на дно. Он чувствовал в этом свою вину. Глядя на сообщение от Лилии, Молоко вдруг подумал, может, она не такая уж и плохая? Может, в конце концов, она просто не готова помочь Ванили? Была бы она настоящей эгоисткой, стала бы она искать способы помочь ему? Нет. Молоко так думал. «Спасибо, что сообщили мне! И за это, так и быть, я вас прощаю;) Уверяю, Ваниль получит помощь.» Следущий день для Ванили стал настоящим испытанием. Лёг он очень поздно, потому что почти всю ночь то рыдал, то искал в интернете самые безболезненные способы убить себя, то писал завещание, то… В общем, занимался всем, чем обычно занимаются ответственные самоубийцы. Но в три часа ночи, когда листок с прощальной запиской стал размываться перед глазами, Ваниль просто упал в кровать без сил и крепко уснул, прижимая к себе одеяло. А утром его разбудили рано. Непозволительно рано для того, кто уснул так поздно. Заварной Крем ворвался в его комнату, прыгнув на него сверху и стал кричать. — ВАНИЛЬ! ВАНИЛЬ, ВСТАВАЙ, ТАМ ТВОЙ ПАРЕНЬ ПРИШЁЛ! ПОЧЕМУ ТЫ НАМ НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛ?! БЛИН, ОН ТАКОЙ КРУТОЙ! — Ваниль медленно встал, потирая глаза. Он рассеяно смотрел на кузена, ничего не понимая. Парень? Откуда бы у него был парень? Погодите, парень? Разве дядя Кастард не был гомофобом? А что по поводу всего того беспорядка, что Ваниль устроил вчера ночью? Нет-нет, ребенок точно не должен видеть кучу бумажек с прощанием. По тому Ваниль поспешил одеться в домашнее и выйти в свет. На кухне сидел его дядя и его жена. А рядом с ними… Теневое Молоко. Стоило догадаться, черт возьми. — Ага! Ох уж эта молодежь. — первое время никто не замечал Ванили, который как призрак, появился в проёме столовой. Это всё казалось сном. Ваниль был готов поверить, что он спит. — Вы знаете, я не ожидал, что вы так хорошо разбираетесь в политике! — Кастард улыбался. Не просто улыбался, он хвалил! И кого, Теневое Молоко, того, кто буквально назвался его парнем! — Не хочу хвастаться, но я осведомлён во многих вопросах! Знаете, в моей семье всегда на первом месте стояли настоящие знания! — Молоко резко обернулся на Ваниль, как будто только и ждал, когда он появиться. — Нили! Что ты так долго спишь? — он буквально тут же встал, подойдя к парню и обняв его за плечо. Ваниль застыл, как вкопанный, одновременно напуганный и одновременно злой. Злой от непонимания ситуации. — Ваниль! — Белый Крем тут же встала со своего места. — Ах, я заварю чая! Кто что будет? — Мне и Нили по чашечке крепкого кофе, большое спасибо! — Молоко кивнул женщине и усадил Ваниль за стол, притеревшись рядом. Кастард продолжал улыбаться. — Ваниль, почему ты не говорил нам, что встречаешься с Теневым Молоком? — мужчина, казалось, ни о чем не подозревал и парень не мог ничего вымолвить. — Разве… Разве ты не гомофоб? — всё, что смог хриплым голосом спросить Ваниль. В ответ Кастард лишь рассмеялся. — Знаешь, Ваниль, я просто против этой пропаганды! — Кастард оперся о стол. — Но ведь Теневое Молоко — совсем другое дело! Да, он может быть безумным, но он всегда отвечает за свои поступки! И не делает ничего опасного. — Ваниль застыл, не зная, что сказать, пока Молоко захихикал. — Я обязан познакомить вас с моими родителями! Уверен, вы найдете общий язык. — Молоко и Кастард общались так легко, что Ваниль просто не мог найти слов. Были одни вопросы. Он лишь рассеяно наблюдал, как общались его дядя и начальник, как Белый Крем принесла напитки… И когда, в конце концов, их оставили одних, Ваниль на конец нашёл силы. — Теневое Молоко. — Ваниль нахмурился, глядя на мужчину. Сам он выглядел довольным. — Да, Нили? — казалось, его вообще не трогала вся эта ситуация, в которую он загнал их обоих. — … Что ты черт возьми наделал? — тихо спросил парень. — Зачем?! — Нили. — вдруг серьезно ответил Молоко. — Лилия вчера мне всё рассказала. К тому же, она записала ваш разговор. — Ваниль как будто ударило молнией. Он застыл, широко открыв свои сухие глаза (даже не успел прокапать и надеть линзы). Молоко вздохнул. — Я хотел просто передать это твоим родным. Но потом я подумал… Ты сказал, что ты одинок. Значит и с ними не близок. Я не хотел, чтобы о твоих чувствах знало слишком много людей. Так что, Нили. — он снова приобнял парня. — Ты переезжаешь ко мне. Мы уже обсудили этот вопрос. Я сказал, что это наше общее желание, но ты просто боялся мнения своих родственников. Но теперь всё решено! Разве ты не видишь, Нили? Они принимают тебя. — Молоко взял лицо Ванили в свои руки. Парень медленно положил свои руки сверху, в шоке глядя на Молоко. — Ты… — он задыхался. Ещё вчера он бы готов прощаться с жизнью. Ещё вчера он строил планы на свои собственные похороны. А теперь что? Лилия… Предательница. Неожиданно Ваниль сдернул со своего лица чужие руки. — Какого черта ты лезешь в мою жизнь? — Ты хочешь, чтобы я сказал им правду? — неожиданно задает вопрос Молоко. Он был весьма терпелив, хотя парень ощущал чужое раздражение. Ваниль мелко затрясся и у него задергался глаз. Если Молоко просто расскажет всю правду сейчас, его просто отправят в психушку. Что лучше? Ваниль сделал выбор и резко встал. — Не иди за мной. Я просто приведу себя в порядок и соберу вещи. — дрожащим голосом произнёс парень. — Я ничего не буду делать. — И всё же! — Молоко встал. — Как я могу не помочь тебе? — в наглую мужчина просто следовал за ним и Ваниль раздраженно вздохнул. — Ты думаешь, я позволю тебе копаться в моих вещах? — спросил он ядовитым тоном. — Половину вещей купил тебе я, так что, да. — Молоко развел руками, пока они вместе шли на второй этаж. В доме Кастарда было две ванных комнаты и ванная на втором этаже была для них, а на нижнем этаже для гостей. Ваниль зашел в комнату и закрыл за собой дверь, не намереваясь пускать туда Молоко. В ответ он лишь закатил глаза и стал осматривать интерьер второго этажа. Выдержанный, современный и светлый, прямо как на нижнем этаже. Но Теневое Молоко ощутил, как за ним наблюдают. Резко обернувшись, он увидел испуганные зелёные глаза, которые выглядывали из-за одной из дверей. Это был один из сыновей Кастарда, кажется, Топленные Сливки, поняв, что его заметили, он предпочёл выйти из комнаты и улыбнуться гостю. Его о госте точно так же уведомил младший, просто ворвавшись к нему, пока Сливки спал. — Топленные Сливки, стало быть. — улыбнулся Молоко, подойдя к подростку. В ответ парень неловко кивнул. — Приятно познакомиться со всеми вами лично! — мужчина протянул руку Сливкам и тот неловко пожал её. — М-мне с вами тоже. — неловко пролепетал подросток. — А, эм… — очевидно, он о чем-то хотел спросить, но не мог набраться смелости. — Знаешь, ты бы не мог подсказать, где комната Ванили? Мы собираем вещи для его переезда, думаю, тебе уже сказали. — Молоко убрал руки за спину и Сливки стушевался. — Да, конечно… — он провёл его к самой дальней двери коридора. — А у вас… Всё серьезно? — Ну конечно! — уверенно заявил Молоко. — Я скажу тебе по секрету, дружочек, я хочу сделать ему предложение! — Молоко нагнулся к Сливкам, сказав это достаточно тихо. — Но я боюсь, что это может напугать Ваниль! Но в моем возрасте уже поздно бояться, ха! — Мы просто… Не ожидали, что он снова заведет отношения. Тем более с начальством… — Сливки почесал шею, неловко оглядываясь. — О? — Молоко сощурился. — Что ж, если смотреть технически, это он мой начальник, который затыкает мне рот, чтобы я не ругался с актёрами. — хихикнул Молоко. — А почему вы в нём так не уверены? — Эм, ну… Он тяжело пережил свой последний разрыв. — Сливки ощущал себя преступником, говоря такую информацию. — Для меня было не секрет, что Ванили нравятся парни, так что я был единственным, когда его бросили на втором курсе… — Сливки вздохнул. — Он действительно тяжело это пережил. Он много плакал, умолял меня не уходить и… Вообще, это было то ещё зрелище. — неловко усмехнулся Сливки. — Так что, я… Наверно, немного удивлен. — Теперь понятно, почему он был таким несмелым! — неожиданно громко заявил Молоко. — Не переживай, Сливки, я буду тем, кто сделает вашего брата самым счастливым человеком! — потрепав подростка по голове, Молоко хохотнул и Сливки тоже неловко посмеялся. — Я надеюсь. — после чего он поспешил убежать в свою комнату, будто из-за одного разговора с Теневым Молоком он стал преступником. Сам Молоко же, беззастенчиво войдя в комнату Чистой Ванили, присвистнул. Да, тут был сущий бардак — везде разбросана одежда, которую пытались распихать по сумкам и коробкам, а на столе лежало множество скомканных бумажек, залитых, верно, слезами. Взяв одну из них, Молоко смог прочитать дрожащий текст. «Кто бы это не читал, меня уже нет. Мне жаль, что я сделал то, что сделал, но мне кажется, у меня не было выбора. Я не могу быть счастлив. Вы были хорошей семьёй и вас люблю, но, наверно, мы просто слишком разные. Я не хочу доставлять вам неудобств. Пожалуйста, будьте счастливы. Надеюсь, я успел написать хоть какое-то подобие плана на мои похороны.» Дальше было написано ещё что-то, но одна половина текста была размыта, а вторая зачеркнута сто раз. Молоко бесстрастно хмыкнул и скомкал бумажку обратно. Он положил те сумки, что валялись на полу и стал складывать в них всю одежду, что валялась на полу. Через пару минут в комнату зашел Ваниль, выглядящий уже не так плохо. Он буравил взглядом Молоко, прежде чем войти в свою обитель. Затем он начал выкидывать все те бумажки, которые, видимо, были неудачными попытками его предсмертных записок. Молоко вдруг осознал, что вчера могло бы и не быть Ванили, если бы не хотел быть удобным. Так… Странно. Интересно, ощущает ли он тоже самое? — Нили. — позвал Молоко. — Собирай все вещи. Я заказал грузовик, так что увезем всё за раз. — Зачем все? — Ваниль обернулся, выглядя недовольно. — Ну, я сказал, что ты переезжаешь ко мне на совсем. Так что, будь добр поддерживать легенду. — Молоко подмигнул и продолжил складывать вещи, делая это удивительно аккуратно. Ваниль медленно обернулся на свою небольшую книжную полку и достал из-под кровати несколько коробок. В голове крутилось много мыслей, но не одна не задержалась в его голове слишком надолго. Он мог только наблюдать, как пустела его комната, как она возвращалась к тому виду, какой она была несколько лет назад. Довольно скоро все вещи были упакованы (и распакованы обратно, чтобы Ваниль мог переодеться в нормальную одежду). Обнаружил себя парень, складывающим последнюю коробку в арендованный пикап. Он рассеяно оглядел свои руки, слегка запачканные в пыли и посмотрел на дом. Во дворе собралась уже вся семья, а из дома Молоко тащил последние сумки. Ваниль, отряхнув руки, неловко подошёл к ним. Белая Крем пыталась скрыть слезы, но получалось плохо. Заварной Крем не мог стоять на месте, то и дело качаясь, или срываясь к почтовому ящику или матери, чтобы попытаться её успокоить. Топленные Сливки казался смущенным и отреченным. А Кастард гордо улыбался, убрав руки за спину. И как только племянник подошёл к нему, мужчина заговорил. — Ну что, Ваниль. — он похлопал парня по плечу. — Я поздравляю тебя с новым шагом в вашей и лично твоей жизни! — А не поздно передумать? Ты ещё так молод, Ваниль, оставайся, нам ведь совсем не сложно… — Белая Крем утирала слезы. — Милая, что ты такое говоришь? Он уже принял решение. Ваниль не может вечно жить с нами. — фыркнул мужчина. Ваниль только вздохнул и взял руки Белой Крем в свои. — Всё в порядке. Я буду навещать вас и звонить каждый день. — казалось, за все года, проведённые в этом доме больше всего к Ванили привязалась именно мать семейства. Оно и не удивительно с её мягким характером. — Но мне это правда важно… — в конце концов, он сможет скрыть от них, если вдруг он что-то с собой сделает, да.? — Да, я понимаю… — женщина сжала руки парня. — Пожалуйста, будь счастлив, Ваниль… — И приезжай к нам со своим парнем! Он такой крутой! — Заварной Крем дернул брата за майку. Топленные Сливки неловко помялся, промолчав. Только когда вся семья начала уходить, он остался один. — Брат, знаешь… — Сливки сложил руки на груди. — Я думал, ты мне скажешь. — Прости, это всё очень запутанно… — неловко начал Ваниль. Мог ли он сказать ему правду? Или хотя бы половину? — Это правда неожиданно. То что он заявился, с такими новостями и переезд… Дело не только в отце? — Сливки просто хотел докопаться до сути. И Ванили было больно ему врать. — Я не могу забыть её, Сливки. — вздохнул парень. — Но Молоко… Он достаточно терпеливый, я думаю. Он просто хочет мне помочь абстрагироваться… От неё. От мыслей о ней. — … Ваниль. Если что-то не так, обязательно скажи мне. — Сливки серьезно посмотрел на брата, положив руку ему на плечо. Ваниль вздрогнул, шокированный подобным заявлением и неловко кивнул. Всё это время в машине вместе с нанятым водителем сидел Теневое Молоко. Он дождался, пока Ваниль со всеми попрощается и наконец сядет рядом с ним. Как только дверь машины закрылась, пикап тронулся с места. — Ну что, добро пожаловать в новую жизнь! Уверен, тебе у меня понравиться. — Молоко хихикнул. — Когда расскажешь им о том, что мы еще и в браке? — Я с тобой не разговариваю. — Ваниль сложил руки на груди и прикрыл сухие глаза. Он ужасно хотел спать. — Что? Почему это? — Молоко казался искренне удивленным, пытаясь заглянуть в чужое лицо. — Я ещё должен тебе что-то объяснять? — с раздражением поинтересовался Ваниль. Молоко закатил глаза. — Если бы я не приехал, к вечеру бы организовывали твои похороны, Чистая Ваниль. — неожиданно серьезно заявил Молоко. Парень вздрогнул, открыв глаза. — Если ты реально настроен серьезно, Нили, то я тоже. Я буду рядом каждую секунду, чтобы остановить тебя. Теперь ты всегда будешь со мной. — Я не маленький. — возразил Ваниль. — Да, ты ведёшь себя еще хуже. Я был готов подумать, что ты пытался просто манипулировать Лилией, но знаешь? Я видел твои записки. — Молоко откинулся на спинку сидения, сложив руки на груди. — Я уверен, ты бы сделал это. Потому что после такого она бы ни за что не ответила согласием. — … Ты думаешь, что ты меня понимаешь? — с раздражением спросил Ваниль. — Мы знакомы меньше полугода. — И я уже знаю о тебе столько, сколько ты не знаешь. — Молоко фыркнул. — Давай, я твой муж и я беру на себя всю ответственность. И ты, будь добр, будь хоть сколько-нибудь благодарен, что я делаю это для тебя. — неожиданно, но в этих словах Ваниль узнал себя. До конца поездки он молчал.