Адвокат дьявола.

Спать одному в доме, зная, что Теневое Молоко так и не придет, было холодно. Ваниль впервые ощутил такой холод. Даже в общежитии, даже в доме дяди, даже в его собственном доме, во всех местах, где он безоговорочно был один, не было так холодно. Ваниль… Да ладно, нет, он не жалел о том, что отправил несчастного куковать в тюрьме, вот ни капли! Заслужил, знаете ли! Такое отношение вообще было нечестным по многим причинам. Во-первых, Чистый Ваниль всё ещё его адвокат. И, вроде как, если Теневое Молоко знает, что собирается совершить аморальный поступок, то был ОБЯЗАН предупредить того, кто потом будет его в суде защищать. Но вместо этого? Он даже не потрудился хоть раз упомянуть, куда уходит и избегал вопросов! Своему адвокату никогда нельзя врать, таковы правила. Во-вторых же… Ваниль не знает, что во-вторых. Молоко, видимо, так и не считает их достаточно близкими, чтобы подпустить к своей работе. И это Ваниль бесило. Потому что Теневое Молоко не боится влезать в чужое личное пространство, но стоит Ванили выйти на встречу, как он тут же делает три шага назад и возводит забор. Будто только он мог приходить и уходить. Ваниль не собачка, он тоже личность! Утро было ещё более холодным, чем ночь. Обычно утром они и виделись. Или, хотя бы Ваниль видел признаки чужого недавнего присутствия. Недопитое тёплое кофе, грязная одноразовая посуда… Но сегодня нет. Нет ничего, потому что Теневое Молоко в тюрьме. И Ваниль не сожалеет. Не сожалеет, когда сидит на кухне один, на резко ставшем неудобном стуле. И когда смотрит на пустой холодильник, в котором нет остатков заказанной еды. И когда выходит он на работу в полном одиночестве, прижимая к себе сумку с ноутбуком. В душе не болит, нет, конечно не болит и не ноет за Теневым Молоком. Особенно, когда Ваниль подходит к «тараканьему» коридору (таким прозвищем его нарёк Теневое Молоко и теперь отказывается ходить по нему). Глядя с тоской на железную дверь, парень её пихает и его встречает светлый коридор. Больше никаких происшествий здесь не было, и Чистый Ваниль спокойно шествует к скрытой двери. Только он потянулся к ручке, как вдруг в нос прилетело железо, откинув адвоката на пол. Да, конечно, этого стоило ожидать. — Ой, простите, ради Ведьм! — небольшого роста паренек подскочил к упавшему на пол Ванили. — Всё в порядке? Вам нужна скорая?! — Тише… — Ваниль держался за нос, из которого капала кровь. К счастью, пока только на руку. Хотя, вероятно, скоро и белая майка с забавной подписью о мандаринах окрасится в красный. — Всё нормально, у меня просто слабые капилляры… — Ваниль фокусирует взгляд на светлой фигуре перед собой. — … Сильвербелл. Всё в порядке. Ты куда-то торопился? — Ой! — паренек стал прыгать руками по своему светлому костюму и выудил из кармана салфетку. — Вы возьмите! Мне так неловко! У нас сейчас репетиция свадьбы во втором павильоне… Вы не видели Мастера? — обеспокоенно спросил Сильвер. Ваниль ненадолго завис, принимая салфетку и укрывая ей текущий нос. — … Нет, я не видел. — адвокат отвернулся, хмуря белёсые брови. Сильвербелл вздохнул, вставая с места. — Он, вероятно, не будет появляться ещё пару дней… — Ах… Ладно, в любом случае спасибо. — как только актёр убедился, что Ваниль в порядке, так сразу убежал. А парню пришлось наконец войти в офисное помещение. Здесь было так же необычайно тихо. Обычно в своём кабинете возился Сапфир или, на крайний случай, работал принтер… Но сегодня нет, никого. Как будто все в одночасье решили оставить Ваниль в полном одиночестве. В кабинет даже не хотелось входить. Ваниль знал, что, когда зайдет туда, там будет так же пусто и никаких следов присутствия начальника. Ни мусора, ни разбросанных по всему столу бумаг, ни включенного компьютера. Ваниль сжал ручку двери и понял, как сильно у него заболело сердце от мысли, что он не увидит даже клочка белых волос на полу. Какого черта? Резко оторвавшись от ручки, парень оперся о дверь спиной, прижимая к себе сумку с ноутбуком. Он не может тут оставаться. Тоска веяла из каждого уголка театра, одиночество преследовало его. Чистый Ваниль был согласен даже на костюм таракана, лишь бы не быть сейчас одному. Именно тогда его телефон запиликал. «Проверка связи. Чистый Ваниль, это еще твой номер телефона?» Слава Богу, конечно, его бросили не все. *** Ночь в тюрьме была отвратной. Начиная с того, что Теневое Молоко так много и долго бесился, что сорвал голос. И конечно, злой дядя дежурный полицейский только и хихикал над его горем. Теневое Молоко вообще хотел кинуть в него что-нибудь, но к сожалению, кинуть он мог только другого заключенного. Спать было невозможно. Так что Молоку оставалось только сидеть у решётки, надеясь, что скоро Ваниль одумается и вернется за ним. Ну право слова, детский сад! Мужчина, признаться честно, не мог понять, в чем именно его вина. Ну, да, он не сказал Ванили, где шастал каждую ночь, но, эй, он всегда говорил, что беспокоиться не о чем. Чистый Ваниль сам виноват, что надумал там себе что-то… Да и вообще, если бы не Зелёнка! — Слушайте, я всё думаю, — неожиданно, но первым разговор начал Темное Какао. Он вертел в руках ручку, откинувшись на спинку кресла. — Почему «Нили»? Вы в отношениях или что-то в этом роде? — взгляд Какао казался абсолютно безразличным, однако в голосе точно читалось любопытство. Но хотел ли его удовлетворять Теневое Молоко? Ни капли. Хотел ли он просто почесать языком, несмотря на то, что горло болело? О, ещё как. — А тебе какое дело? — прохрипел в ответ заключённый, поворачиваясь лицом к Какао. — Завидуешь? — усмехнулся криво Молоко, утыкаясь лицом между холодных решёток. — Да так, просто. — пожал плечами парень. — Я подумал, что это странно называть своего адвоката ласковым прозвищем. — Какао сощурился. Он явно ждал реакции, хотя внешне оставался абсолютно безразличным. — Мы женаты! — вдруг выпалил Молоко, ощутив, как к лицу прилила краска. Почему-то ему абсолютно не нравился этот полицейский. Ему казалось, что они с Ванилью общались странно. Темное Какао удивленно вскинул брови, но остался не впечатленным. — Жениться на своем адвокате? А когда разводиться будете, кто вас защищать будет? Задачка для экзамена по праву… — задумчиво сказал Какао, поглядывая в телефон. — Какая разница! Это мой муж! — захрипел громче Молоко, дергая за решётки. — Не смей даже приближаться к нему! — Ого. — приложив кончик ручки к губам, Какао сощурился. — Я даже не планировал, буду честным… — врал, конечно он врал. Молоко чует ложь за километр. — Но ради интереса, почему я не должен? Только потому, что Мистер Чистый Ваниль — ваш муж? — Да! — в сердцах захрипел Молоко. — И как только я узнаю, что ты приблизился к нему, я набью тебе рожу! — Вы хилый. — махнул рукой Какао. — Я уложу вас одной левой и даже не посмотрю, что вы старше. — он стал что-то записывать и Молоко бы сейчас руку на отсечение отдал, чтобы узнать, что там. — Слушай меня сюда, у нас просто небольшие разногласия о нашей работе, вот и всё! Завтра он придет за мной, заберет и будет умолять простить, что он такой плохой муж и оставил меня тут на всю ночь! — Молоко постучал по груди кулаком, говоря всё это. Какао глядел на него странным взглядом. — Вы осквернили могилу. — начал Какао. — И, судя по всему, вообще в секрете от своему мужа и адвоката устроились копателем могил. Вы мне только скажите, как у вас это в голове всё работает, что вы проблемы не видите? — с каждым словом чужой голос становился всё строже, а терпение Молока всё ниже. — Какая тебе разница?! У меня творческий кризис! Чем бы мне помог Нили? Пошел бы за мной? — Да. — с серьёзным лицом ответил Какао. — Он бы пошёл. — Да тебе откуда знать! — решётка уже жалобно скрипела от любых телодвижений мужчины. — Я его бывший парень. — спокойно ответил Какао. У Молока отвисла челюсть. — Ты его ЧТО?! *** Чистый Ваниль оставил все вещи на работе, предполагая, что он сюда ещё вернется. Небольшая передышка на разговор с Тёмным Какао точно пойдет ему на пользу! Стоило бы обговорить с настоящим полицейским, к чему готовиться. Оспаривать заключение придется в любом случае. Насколько Ваниль помнит, за это у них дают до трёх месяцев заключения, а у них нет трёх лишних месяцев. Ещё неделю без Молока все смогут работать, но чем дальше, тем хуже. Ваниль… Он одновременно радовался тому, что Теневое Молоко скоро выйдет, но с другой стороны… Ему было тяжело. Почему? Потому что Молоко выйдет? Что он может выйти злым? Что за это время, что Ваниль тут разбирается, с ним что-нибудь случится? А вдруг травма? Непоправимая? В общем, в блинную Ваниль зашел уже нервный. К счастью, глазами он смог найти чужую крупную темную фигуру среди светлого интерьера. Подсев к Какао, парень попытался спрятать нервозность. — Здравствуй. — тихим голосом поприветствовал друга Ваниль. Какао мягко кивнул, хотя лицо его было ровным. Да уж, за годы Ваниль научился читать своего друга. Но сейчас… Почему-то ему стало некомфортно. Будто Темное Какао мог что-то знать. — Приятно видеть тебя не в такой… Официальной обстановке. — вздохнул Ваниль. — Закажем что-нибудь? — Я не хочу. — покачал головой Какао. Ваниль подпер тело руками, опираясь о стол. Он тоже не хотел есть. — Тогда, ну…? — Ваниль прокашлялся. — Я ещё ни разу не работал в суде, успевал замять дела до того, как они вышли бы за пределы театра. Ты знаешь, что меня может ждать? Оспаривать заключение мне придется в любом случае, у нас куча проектов… — Ваниль. — вдруг Какао склонил голову в бок и его необычно длинные волосы, сегодня не убранные в хвост, скатились вслед за движением головы. — Ты только скажи, ты его любишь? — Я… — на этом моменте у парня отвисла челюсть. Он покраснел, отвернулся, сел ровно и вообще не мог найти позиции, в которой было бы удобно сидеть. Какао мог бы даже посмеяться над другом, но вдруг ему стало совсем не смешно. — Я не знаю, о любви ещё рано говорить… — Вы женаты. — заметил Какао, щуря и без того узкие глаза. — Ну… — Ваниль стушевался, сжав ткань свободных брюк на коленях. — Это было… Не знаю, в общем, не то, чтобы… — парень не знал, как описать подобный ход другу. С одной стороны, Чистый Ваниль не видел ничего такого в браке по расчету, однако… Темное Какао относился к этой теме очень остро. Его собственные родители были в браке по расчету и Ваниль был уверен, что друг будет его осуждать. — Наверно, мы поторопились. — в конце вздохнул Ваниль. — Я вижу. — кивнул Какао. — Хорошо, я задам тебе другой вопрос. Он тебе нравится? — всё, чего хотел парень, лишь докопаться до сути. — Ну… Да, нравится… Он хороший руководитель. — Ваниль положил руки перед собой и сложил их в замок. — Я восхищен его умом и памятью, он знает всё о кинопроизводстве и искусстве актёрства… Иногда мне кажется, что его мозг никогда не спит! Он постоянно находится в каком-то творческом потоке… — Ваниль болтал и перед лицом невольно появлялся сам Теневое Молоко. В балетной пачке. — У него ужасно много умений… И поёт, и танцует, и шьет… — на лице невольно расцвела улыбка. — И он красивый… Я имею в виду, ну, у него правильные черты лица, острые такие… Он похож на злодея… — Чистый Ваниль. — Какао перебил друга, мягко усмехаясь. — Он правда тебе нравится, как человек, да? — смущенный осознанием, парень отвернулся от ухмыляющегося Какао, краснея. — Иначе бы я не жил с ним… — пробубнил Ваниль. И перед глазами красное, смущенное лицо Теневого Молока, когда он был полностью в его власти… Резко стало как-то даже жалко. Как там Молоко в тюрьме? — Ну, Ваниль, я могу только сказать тебе, что он скучает по тебе. Очень. — Какао кивнул. — Всю ночь выл по тебе, и я уверен, ноет до сих пор. Скучает. Прощения просит. — Ах… — Ваниль положил руки на грудь. Душа его таяла. Какао ему никогда не врет, да и похоже это на Молоко — почесать языком он обожает, особенно, когда чем-то увлечен. И всё же… — Но почему он мне ничего не сказал? — лицо слегка помрачнело у обоих. — Потому что ты бы пошёл за ним. — может, Какао чуть-чуть привирал. Но только из лучших побуждений! — Ты бы пошёл, Ваниль, я не сомневаюсь. — Ладно-ладно. — Ваниль помахал головой. — Я просто… Я подумаю. До завтра. А сейчас надо готовиться к суду… — О, Ведьмы. — хохотнул Какао, хлопнув в ладоши. — Теперь можно и заказать! Этот разговор будет долгим. *** День был ещё хуже, чем ночь. Потому что бедолаг, которым Теневое Молоко всю ночь мешал спать, выпустили и он остался совсем один в камере. Наедине с двумя пауками, в каждом углу комнаты. И дежурящим полицейским, который был ещё скучнее, чем прежний. Этот Темное Какао хотя бы его развлекал философскими разговорами, а этот? Сидит только в телефоне, как будто его ничего не волнует! К утру горло разболелось окончательно и голоса хватало только на просьбы дать воды. Тот скудный завтрак, которым его накормили чуть ли не на рассвете, так и норовился выйти из желудка обратно. В конце концов, он привык к лучшей еде! Даже если денег не так много, Теневое Молоко ни за что не экономил на еде. Когда в камеру уже во всю проникало уже не такое тёплое солнце, мужчина стал ходить кругами по клетке. Примерно на сто пятом круге взбесился и дежурный. — Ну вот что ты ходишь? Тебе чё, заняться нечем? — немолодой мужчина стукнул по столу кулаком. — Сядь уже. — Пошёл ты. — еле-еле прохрипел Молоко. Хотя чужих слов полицейский не разобрал, но смысл уловил. — Если будешь хорошо себя вести, обещаю дать книгу. — стал пытаться найти пути разрешения конфликта полицейский. Услышав знакомое слово, Молоко чуть ли не тут же сел на скамью, уставившись своими уставшими глазами на полицейского. И примерно через десять минут наискучнейшего восседания на скамье, Молоко упал на неё и уснул. Проснулся он уже через два часа, и ему дали обещанную книгу. Как на зло, толстенькая книжка оказалась посредственным романом, но тем же лучше — внутри себя можно развести неплохую дискуссию. Дали бы ему блокнот и ручку, он бы и анализ текста написал. «Девушка не знала, что и думать. Её жених солгал о своей работе, выставив её в ужасном свете перед всеми родственниками… Пф, ну и что там такого? Так… Её жених работал гробовщиком. В её семье абсолютно все относились к таким людям с презрением и недовольством. Ну, что поделать? Она сама, конечно, была не такой — ей не было важно, кем работал её жених, ведь она любила его таким, какой он есть. Как слащаво. Разве такое возможно? Угу… Но сам факт того, что её дорогой жених посмел соврать ей о такой вещи, заставил девушку сомневаться в своих чувствах. Ведь, стало быть, жених не доверил ей такую тайну до самой свадьбы, значит и вовсе не доверял. Значит, считал, что любовь её ничего не стоит. Что все ночи, проведённые в жаркой страсти, ничего не стоили… Какого черта?» Мысли снова и снова возвращались к Ванили. Девушка на страницах книги была милой, кроткой и тихой блондинкой. Она отдавала всю себя отношениям мужчине, который обманул её… Потому что не доверял. Да ладно, что в этом такого! Пока жених зарабатывал деньги, имела ли значение его работа? Почему все люди так зациклены на этой правде? Почему надо устраивать такие сцены на ровном месте?! Молоко перевернулся на бок. Скамьи не были особо широкими, но сам мужчина был таким тонким, что легко умещался на ней. Буквы расплывались перед глазами из-за усталости. Ваниль тот ещё любитель устроить немного драмы. То с Лилией, то с его желанием навредить себе… Как он там? Закрыв книгу, Молоко подложил её себе под голову. Теперь, когда Молоко здесь, он там совсем один. Опять. В груди защемило. А ведь Теневое Молоко и до этого, пусть и невольно, оставлял его одного. Да, у него была возможность знать, если что-то пойдет не так, но… Самоубийство тоже небыстрый процесс. Накопительный эффект был пугающим. Никогда не знаешь, когда рванет. Но, если так подумать, а если бы его не поймали? Молоко бы принёс эти кости домой, соединил в нормальный скелет… Ваниль бы точно задал вопрос. Стоило ли ему говорить правду? Точно нет. Пришлось бы снова врать. Молоко поджимает губы и ещё раз переворачивается, но уже лицом к стене. Между ними вообще сложные отношения какие-то. Молоко всё ещё помнит ту ночь… Уже не так четко, но помнит, что ему было хорошо. Не потому, что у них была близость. Потому что там был Ваниль. Он так по нему скучает… Может, он и был не прав. В том, что соврал. В том, что оттолкнул. Ведь в первую очередь Теневому Молоку понравился Ваниль тем, что он такой светлый… Невинный. Всепрощающий. Хороший. — Обед! — дежурный полицейский постучал дубинкой по решётке. *** Вечером Ваниль вернулся домой ещё более уставший, чем обычно. Кроме беседы с Тёмным Какао ему пришлось побегать за разными бумагами. Суд — дело непростое. Ещё, конечно, все вокруг только и спрашивали, где же Теневое Молоко? Как будто он до этого не пропадал где-то целыми днями и ночами. Но чем чаще адвокат слышал это имя, тем хуже ему становилось. Ему хотелось, чтобы всё снова было хорошо. Он даже иногда думал, что поторопился, занявшись с Молоком сексом, но вспоминал, что вместо того, чтобы толком поговорить с ним, мужчина его оттолкнул. В чем проблема сказать? Войдя в спальню, Ваниль сел на кровать и потер переносицу. От движения тела по подушке что-то покатилось. Ваниль обернулся с уставшим лицом и увидел, что с вершины кровати скатилась игрушка… Теневого Молока. Ваниль невольно усмехнулся. Все это время он игнорировал игрушку, но теперь она показалась ему даже милой. Взяв её в руки, Ваниль хотел было встать и включить свет в комнате, дабы рассмотреть её получше, но вдруг заметил, что на груди, где была большая твердая брошь, как будто что-то блестело. Красным. Это была камера? Ваниль впал в шок на несколько секунд. Затем вместо шока напала паника. Камера? В игрушке? Так явно? Как он не заметил?! Что уже успел увидеть через неё Молоко? Зачем это? Неужели это те меры предосторожности, которые помогали следить ему за тем, чтобы Ваниль ничего не сделал? Чистой Ванили казалось, что хотя бы эта комната была его крепостью. Но теперь? Мог ли он доверять Молоку? Брови нахмурились. Ваниль резко встал с игрушкой в руках и вошёл в чужой кабинет. Здесь, конечно, царил сущий беспорядок. Горы ткани, электроники и прочая шляпа. Ваниль стал искать среди техники что-нибудь, похожее на компьютер. Но тут не было ничего такого. Куча техники вообще была похожа на разобранные части бытовых приборов. Может, тогда в его комнате? Продолжая прижимать игрушку к себе, Ваниль вошёл в чужую комнату, сразу включив свет, не позволяя фиолетовым лампам в террариуме Бездны околдовать его. Змея лежала, наполовину зарывшись в песок и ей, казалось, было плевать на то, что Ваниль шастал по чужой комнате. Комната Молока представляла из себя, на удивление, минималистичное зрелище. Здесь был только террариум, шкаф и двуспальная кровать. Всё выполнено в нежных голубых цветах, и окна были закрыты жалюзи белого цвета. Ваниль немедленно оглянулся. Заглянул в шкаф. Только одежда. Под кровать — пусто. Да где же хоть один монитор?! Может, оно у него в телефоне? Имело смысл. Присев на чужую кровать, Ваниль повернул игрушку к себе лицом. Ухмылка на лице игрушки была мягкой, успокаивающей, но теперь она казалась грязным предательством. Не зря Ваниль сомневался в Молоке, да? Он тот ещё псих. Злясь, Ваниль решил зажать брошь, чтобы сломать камеру внутри. На удивление, брошь зажалась. С усилием конечно, но она проваливалась в свою рамку так, будто это было задумано. И когда Ваниль её отпустил, он услышал… «Я люблю тебя!» Абсолютно классическая фраза, которую ты ожидаешь услышать от мягкой игрушки, произнесённая веселым голосом Теневого Молока. Ваниль застыл. И ещё раз нажал. «Я люблю тебя!» Когда фраза произносилась, огонёк тух. «Я люблю тебя!» Ваниль и забыл, как звучит радостный возглас Теневого Молока. Не обременённый ни тяжестью пожара, ни страхом. «Я люблю тебя!» Он записал это на игрушку самого себя, своим голосом. И подарил эту игрушку Ванили. «Я люблю тебя!» Ванили так его не хватало. Так не хватало услышать эти слова этим голосом. «Я люблю тебя!» — Я тоже тебя люблю. *** ЛАДНО, всё! Теневое Молоко, великий и ужасный, признает, что он был не прав! От начала и до самого конца! Он полностью заслужил гнить в этой тюрьме. Потому что он — грёбанный псих, которому опасно гулять среди обычных людей. Серьезно, захотел бесплатно урвать кости! В самом деле, в чем проблема была купить скелет? Почему он лгал Ванили? Почему лгал самому себе? Ему было плохо. Он хотел обратно в нежные объятия парня, хотел бы извиниться. Хотел бы, в конце концов, снова слушать его нежный спокойный голос! Теневое Молоко уже готов на всё, чтобы вернуть к себе прежнее доверие. Если оно, конечно, было… — Подъем. — дежурный полицейский постучал по решётке дубинкой. — Давай, возвращаем книгу. Тебя забирают. — на лице у мужчины была задорная улыбка. Молоко резко поднялся, удивленно глядя на полицейского. Немного неловко, но Молоко передал книгу мужчине, после чего его наконец выпустили. Было так необычно видеть комнату не через призму решёток. На ватных ногах, Молоко шёл за полицейским. Неужели за ним наконец пришла Яблочко? Или… Нет, не может быть… Выйдя в главное здание полицейского участка, Молоко сразу стал искать глазами знакомые черты лица. И скоро их глаза встретились. Оба они застыли, как вкопанные. Ваниль медленно отвернулся от мужчины, с которым вёл беседу, заставив того неловко замолчать. Затем ноги Ванили сами повели его в сторону Теневого Молока. И последний, не сдерживая широкой улыбки, пошел к нему на встречу. Через пару секунд Ваниль вцепился в него своими сильными руками, крепко-крепко обнимая. Плечо пыльной кофты тут же промокло от чужих слез. — Прости! Пожалуйста, прости! — лепетал Ваниль, хныча в чужое плечо. Молоко нежно обнимал парня, поглаживая его по спине и довольно улыбаясь. Ваниль тоже скучал. — Я тебя так люблю, пожалуйста, больше никогда… — О, э! Любовь, да? — Молоко закашлялся, вызвав недоумение на лице парня. — Прости, мне неловко такое говорить… — шепотом тут же исправился Теневое Молоко. — Я тоже тебя люблю. — ещё более тихо прошептал в губы Ванили Молоко, затем целуя его. Ваниль растаял в чужих руках, довольно жмурясь и отвечая на поцелуй. Нет, ну посреди полицейского участка Теневое Молоко ещё никогда не обжимался.