Я демон-мести, а не сваха!

             31 октября 2000 года в Паучьем тупике за час до полуночи стройная мужская фигура в длинной чёрной мантии еле заметной чёрной тенью двигалась к неприметному старому дому, в котором давным-давно не загорались окна. Дверь, которую много лет не открывали, с тихим скрипом пропустила хозяина в его обветшалые и запущенные владения, и он, зайдя в дом и заперев дверь чарами, начал плавными изящными взмахами волшебной палочки очищать небольшую гостиную от пыли, грязи и паутины. Слишком давно не приходил он в отчий дом. Слишком много боли было в воспоминаниях, связанных с этим местом. Но он давно принял и отпустил свое прошлое и пришел сюда не за тем, чтоб предаваться сожалениям. Камин в стылом доме ожил. Пара старых потертых кресел была торопливо сдвинута от камина к стене с выцветшими обоями, на подлокотник одного из кресел был повешен сюртук, несколько свечей на каминной полке мягко замерцало, отбрасывая на стены танцующие на сквозняке тени. Спокойное место и тишина — вот и всё, что сейчас было нужно одинокому мрачному волшебнику. Здесь никто не сможет помешать и нарушить ход ритуала. Освободив середину гостиной, волшебник опустился на пол и начертил заговоренным мелом перевёрнутую пятиконечную звезду. Затем положил на каждую вершину подношения:       • земля       • вода       • воздух       • огонь       • чаша с кровью призывающего. А по кругу пентаграммы заняли свое место чёрные свечи.       Когда до полуночи оставалось всего пять минут, волшебник расстегнул белоснежные манжеты, поддернул рукава рубашки, обнажив узкие запястья, и, протянув ладони, начал напитывать пентаграмму призыва своей магией. Воздух вокруг словно загустел и завибрировал, заставляя волоски на руках встать дыбом. В полумраке гостиной начала собираться и закручиваться в спираль неведомая сила, заставив тени свечей заплясать в безумном танце и разметав спадающие на глаза черные волосы волшебника. Его низкий мягкий обволакивающий бархатный баритон нараспев повторял строки катрена, призывающего демонов. Ровно в полночь, когда все действия ритуала были совершены, заклинания произнесены и напряжение магии достигло апогея, осталось последнее — назвать имя.       — Демон мести Ровена!       Чёрные свечи, расставленные вокруг звезды, одновременно зажглись, пентаграмма вспыхнула потусторонним зелёным огнём, а в центре ее закружился черный вихрь, постепенно обретая вид силуэта женской фигуры. Демоница откинула за спину свои длинные чёрные волосы и обвела взглядом мрачное темное помещение и того, кто посмел её побеспокоить. Ее мертвенно-белое лицо, покрытое черными рунами, не выражало никаких эмоций. А в черных глазах с абсолютно черными белками пылал адский огонь ярости. Но когда она рассмотрела мужчину, который её вызвал, внутренний огонь усмирился, а на смену ярости пришло удивление, и даже предвкушение и азарт. Сложив руки на груди, она с вызовом посмотрела на мужчину, и ее холодный властный голос произнес:       — Северус! Ты совсем страх потерял! Какого хрена меня вызвал?! К тому же в день моей смерти!              — Ли… Кхм… демон мести Ровена, прошу прощения, что побеспокоил тебя. Но только ты можешь мне помочь. Я ждал этого дня: только зная день, когда был заключён контракт между Владыкой и душой, и зная ее новое имя, можно вызвать именно этого демона и никакого другого. — Северус смотрел на нее прямо и не стал поднимать свои щиты. Какой смысл? Она и так видела любого насквозь и читала эмоции, как на ладони.       — Подготовился, изучал демонологию. Похвально. — Даже похвала, неспешно произнесенная таким ледяным голосом, звучала пугающе. Ровена улыбнулась, хотя ее улыбка больше походила на оскал — чем я могу тебе помочь? Кого ты хочешь наказать и за что?       — Наказывать не нужно. Мне нужен совет.       — Совет от демона? Северус Снейп, ты часом не тронулся умом? Я — демон мести. Найти, наказать, отправить душу в ад — вот моя работа! — Ее одеяния всколыхнулись, а глаза блеснули алым.       Северус устало сел в кресло, взмахом руки разрушая рисунок призыва.       — Прости, что побеспокоил. Я отпускаю тебя, демон мести Ровена! Да будет так!       Пентаграмма засияла и погасла. Прикрыв на секунду глаза и сжав пальцами переносицу, Северус начал неспешно приводить в порядок манжеты.       А Ровена… Ровена осталась стоять в гостиной старого дома и, склонив голову на бок, продолжила внимательно разглядывать вызвавшего ее волшебника.              «А он изменился после нашей последней встречи. Стал выглядеть здоровее и не таким худым, и кожа больше не отдает болезненной желтизной. Привел в порядок волосы. Только выглядит как-то расстроенно или испуганно. Интересно. Не помню, чтобы Северус кого-то боялся.»       Почти бесшумно устроившись в свободном кресле, Ровена лениво провела острыми черными ногтями по обивке подлокотника, привлекая к себе внимание характерным царапающим звуком, и с ехидством в голосе сказала:       — Поведай мне о своей тяжкой доле. Выложи всё, не тая, обнажи душу.       Северус неверяще уставился на демоницу, вальяжно поправлявшую свои черные одеяния.       — Ты не ушла? Я подумал, ты не хочешь…       — Время, Северус, не стоит его тратить, у меня ещё много дел. Итак?       — Ты помнишь, о чем говорила в нашу последнюю встречу? — Он посмотрел на нее из-под густых черных ресниц.       — Разумеется. Я сказала тебе жить дальше. Сказала, что не держу на тебя зла. И сказала про студентку Грейнджер.       — Да. Только она давно не студентка. Она — молодая женщина. — Северус умолк и отвел взгляд.       — И?       — Я послушал твоего совета.       — И? Северус, мне достать свой стилет, чтобы не тянуть из тебя каждое слово? Под моими пытками ломаются даже самые сильные души!       — Не сомневаюсь. — он подбирал слова, — Гермиона — умная, красивая молодая женщина. Мы работаем вместе. И ходили обедать, как коллеги по работе. — Он на секунду замолчал, пытаясь скрыть волнение в голосе, — Возле неё всегда вьются молодые мужчины.       — Ты хочешь, чтобы я устранила твоих соперников?       — Нет! Мне нужен совет. Как пригласить её на настоящее свидание, так, чтобы она согласилась?       Ровена рассмеялась. Ее тихий, холодный, пробирающий до костей смех пронесся по коридору старого дома, от чего в шкафу что-то задребезжало, а на втором этаже треснуло старое зеркало. Северус ждал ответа, до боли выпрямив спину и практически не дыша.       — Северус, Северус. Прошло много лет, а ты не изменился. Спрашивать совета об отношениях у демона? Додуматься до такого мог только ты. Повеселил!       — Я не знал, что ещё делать! Это ты все это начала! — он нервно взялся за рукав, но потом заставил себя вернуть руку на подлокотник.       — Не забывайся, Северус. — Что с жуткой улыбкой, что без демоница выглядела одинаково пугающей, и хотя, если всмотреться, было видно, что черты лица и его контур были такими же, как у той рыжеволосой женщины, которой она была когда-то, жесты и голос у нее были иными, — Я давно не та, кем была когда-то. Но ты меня повеселил, поэтому я помогу тебе. Когда-то я сказала тебе, что ты уже занимаешь все мысли этой девушки, это был лишь росток чувств к тебе, но сейчас всё изменилось. — Ровена увидела, как потускнели вдруг тёмные глаза Северуса, который поспешил опустить взгляд, а из его приоткрытого рта вырвался маленький выдох. — Этот росток вырос в самое настоящее и прекрасное, что может быть. В её душе поселилась любовь к тебе. Перестань накручивать себя и просто пригласи её на свидание. На ужин. Она не откажет. Ни в чём…       Северус поднял взгляд и взглянул в лицо демоницы, словно пытаясь понять, не обманывает ли она, его грудь тяжело вздымалась.       — Я… Эмм… — Он пытался подобрать слова, но слова не шли.       — Но помни, что она — духовная сестра моего Гарри. Обидишь ее — пощады не жди. А теперь иди, Северус.       Адский огонь взметнулся до потолка, ослепив и обдав жаром, и исчез. На месте, где сидела Ровена, остался лежать закаленный адским огнём черный стилет с кровавыми рунами на клинке.       Северус подошел, поднял его и рассмотрел. Руны мерцали алыми всполохами, словно рукоять впитала в себя часть адского огня.       «Поговорил со старой подругой. Получил и наставление, и предупреждение — два в одном.»       В воздухе вдруг с хлопком появился и закружился вниз кусок черного пергамента. Северус подхватил его и прочитал выведенные алым по черному слова: «Не забудь пригласить на свадьбу.»

***

      Через неделю после описанных событий.

      Северус проводил Гермиону, заботливо укрытую согревающими чарами, до её дома после их свидания. Они хорошо провели время: поужинали в уютном маленьком ресторане, где никто не знал, кто они и откуда, потом прогулялись по магловской части Лондона, обсуждая несколько интересных теорий. И вот теперь он стоял на пороге её дома и всматривался в золото её глаз, надеясь увидеть в них подтверждение слов Ровены.       Гермиона была счастлива, она провела незабываемый вечер в компании небезразличного ей человека. Их никто не знал и не отвлекал, все его внимание было сосредоточено только на ней. Она надеялась, что после сегодняшнего вечера всё изменится, и от дружеских и рабочих отношений они перейдут к более близким. Но Северус медлил. Он стоял так близко, что она слышала его запах, чувствовала тепло его тела, но что-то сдерживало его, не давая сделать последний шаг — поцеловать её.       «Может, я всё придумала? Может, он видит во мне только бывшую студентку и коллегу по работе? Он — Мастер в двух науках, изобретатель новых зелий, тот, без кого не случилась бы победа над Тёмным Лордом. Он — умный, сильный волшебник. Возле него постоянно вертятся женщины. Красивые. Куда привлекательнее меня. Из знатных родов. Чем я могу конкурировать с ними? И все же он сейчас здесь, со мной.» Не в силах больше терзаться мыслями, Гермиона, истинная гриффиндорка, заправила локон за ушко и, улыбнувшись, сказала:       — Я замечательно провела время, Северус. Ты — интересный собеседник. — Она опустила ресницы, — Смею надеяться, что моя компания не показалась тебе скучной или невыносимой.       — Я тоже прекрасно провел время. Возможно, ты захочешь это повторить? — Его голос, казалось, ласкал не только ее уши, но и кожу.       — С удовольствием. Знаешь, обычно мужчина, проводив девушку после свидания, целует её на прощание. Это своего рода традиция. — После этих слов сердце девушки забилось, как сумасшедшее, а в голове пронеслось: «Всё или ничего».       Любуясь ее раскрасневшимися щеками и локонами, которые разметал ветер, Северус наклонился к ней и тихо проговорил прямо в губы:       — Кто я такой, чтобы нарушать традиции.       И их губы встретились. И Гермиона получила желанный поцелуй, самый лучший за всю её жизнь. Сперва Северус целовал её мягко и нежно, словно боясь спугнуть своим напором, но когда он почувствовал, как нежные девичьи руки обняли его, а стройное тело прижалось, ища поддержки, он больше не сдерживался. И поцелуй из практически целомудренного превратился в жадный и страстный. Они целовались, забывая дышать, пока воздуха в легких не стало катастрофически мало. И тогда Северус немного отстранился, восстанавливая дыхание и всматриваясь в любимое лицо, боясь найти в взгляде усмешку, но видел лишь счастье и любовь.       Затягивать отношения никто из них не пожелал. И Гермиона, и Северус были собственниками, и хотели быстрее официально объявить всем, что они теперь до самой смерти принадлежат друг другу. Гарри радовался за названную сестру, он давно знал о ее чувствах к их бывшему профессору и поддерживал ее выбор. Со свадьбой тянуть не стали, и в первый день весны в старинном особняке Блэков Северус и Гермиона принесли друг другу клятвы верности. На скромное празднество были приглашены только самые близкие друзья. В отдалении от гостей, в темноте алькова стояла женская фигура, полностью скрытая мантией. Старый домовик Кричер, проходя мимо неё, церемонно поклонился и с гордостью в глазах посмотрел на гостей хозяйки. Её свадьбу посетила высший демон, теперь за род Блэков можно было не волноваться.       Северус незаметно подошёл к демонице и тихо прошептал.       — Спасибо. И рад видеть тебя здесь.              — Я не могла пропустить такое событие, ты всё-таки женился! А говорил, что никогда и ни за что.       — Мало ли, что я говорил. — Уголок его губы приподнялся в ухмылке, а глаза отыскали невесту, и он полюбовался изгибом ее плеч, — Тогда мне было всего десять.       — Понадобилось всего каких-то тридцать лет, чтобы ты изменил своё решение. Хотя, я думаю, в этом заслуга той малышки. Её упрямству в отношении тебя стоит поаплодировать. Вижу цель, не вижу препятствий, как про нее говорит Гарри. — Ровена иногда наблюдала за Гарри из тени. Иногда он оборачивался, всматривался в пустоту и задумывался о чем-то своем, но она так ему и не показалась.       — Прости, что спрашиваю, но разве твой контракт не закончен? Гарри уже двадцать.       — Я договорилась с Владыкой. Теперь моя душа принадлежит мне, и я могу идти на перерождение, когда захочу, но пока меня устраивает моя работа. Я приглядываю за сыном и, в случае чего, могу всегда прийти к нему на помощь. Когда-то я доверила жизнь своего ребенка людям, которых считала лучшими друзьями, и наставнику, которому доверяла. И ничего хорошего из этого не вышло. Лучше я сама буду присматривать за ним, а когда настанет час, пойду вместе с ним на перерождение или в посмертие.       — Ты не хочешь рассказать ему о себе?       — Нет. Пусть всё остаётся как есть. Он не должен переживать из-за моего выбора.              — Для демона мести ты слишком человечна.       Ровена усмехнулась.       — Не заблуждайся на мой счёт, Северус. Я демон. Я не чувствую жалости или сострадания к тем, к кому прихожу, но Гарри был и остаётся моим сыном, этого не изменить даже пустой оболочке и тысяче лет работы в аду. Когда у тебя появятся свои дети, ты поймёшь о чем я говорю. Тебе пора, молодая миссис Снейп уже пошла искать тебя. Не заставляй её ждать. И на последок — больше не рисуй пентаграммы, чтобы вызвать меня. В твоём возрасте стоять на коленях вредно. — Усмешка и яркий адский огонь, полыхнувший в черных глазах демоницы, указывали, что она довольна своей шуткой в адрес старого друга.— Если я тебе понадоблюсь — просто капни каплю крови на мой стилет и назови моё имя. Если я буду занята, то отправлю к тебе свою питомицу.       — Адскую кошку?       — Да. Она тоже тебя запомнила. Иди, не заставляй ждать молодую жену.       Северус чуть поклонился и отправился к Гермионе. Оставшуюся часть свадьбы молодожены провели вместе — принимали поздравления от гостей, танцевали и украдкой целовались.       Первая брачная ночь была для Гермионы первой во всех смыслах. Она, как и все девушки, переживала, но Северус не дал страху завладеть ею. Он целовал и ласкал её так нежно и трепетно, что она забыла о своих переживаниях и полностью отдалась умелым рукам и губам своего мужа. Его магия окутывала её, как защитный кокон, и даже когда он впервые вошёл в её тело, она не почувствовала боли. Северус старался не спешить, он сходил с ума от её тихих стонов, жарких объятий и ответных страстных поцелуев. Эта ночь была откровением и для него. Ещё ни одна женщина не доверяла ему так, не открывалась ему так и не дарила ему всю себя без остатка. В её глазах он читал только любовь и желание. Он не знал, за какие заслуги его прекрасная жена выбрала его и кого ему благодарить за это, но за неё он был готов отдать свою жизнь. И он сделает все, чтобы она никогда не пожалела о своем выборе.