Sweet and spicy

***

Хенджин сидел за своим рабочим столом, лениво щелкая мышью. Уже давно бесячий монитор светился унылой таблицей, заполненной цифрами, которые не имели для него никакого значения. Часы на стене отсчитывали время мучительно медленно, словно дразня его. До конца рабочего дня оставалось чуть больше получаса, но это казалось вечностью. Офис жил своей привычной жизнью: кто-то негромко переговаривался у кофемашины, кто-то строчил письма, прерываясь лишь на короткие вздохи усталости, кто-то занимался работой, например, как Хенджин. Воздух же в помещении уже давно был спертым, пропитанным запахом бумаги, пластика и невидимого напряжения, которое висело здесь изо дня в день. Хван всеми силами пытался сосредоточиться, но вот мысли его были далеко. Он уже видел, как идет по вечерним улицам, вдыхая прохладный воздух, как заходит в круглосуточный магазин у дома. В голове складывался маленький ритуал: сигареты, упаковка его любимого сыра с пикантной горчинкой и холодная банка «Кола Зиро». Он ярко представлял, как достанет из холодильника эту банку, как откроет ее с тихим шипением, как первый глоток охладит горло. В этих мыслях было что-то приятное, почти уютное. Да, возможно, было странно думать о таких обыденных, слишком реальных вещах, но Хенджин и в самом деле ценил мелочи, находил в них счастье. Хенджин зевнул и потянулся. Рабочий день тянулся бесконечно, но он знал, что скоро придет тот самый момент: щелкнет мышка часов на экране, и он сможет закрыть ноутбук, встать, натянуть красивое пальто на стройное тело и, наконец, выйти в долгожданную свободу. Сынмин отвлек его незамысловатой ерундой. Они сидели рядом. Ким принес ему кофе, сказал сделать лицо попроще, и за разговором время пролетело куда быстрее. Они обсуждали своих домашних животных и то, как Сынмин втюрился в красавчика ветеринара. Ким все отрицал, но мило краснел, выдавая себя. Чанбин был давним знакомым Хенджина, он смог бы помочь, но пока издевался над другом. Сынмин был и вправду заинтересован. И вот, наконец, спустя время, стрелка часов приблизилась к заветной отметке. Он дождался последней минуты, терпеливо, будто не хотел выдать, как сильно ждет этого момента. А затем спокойно, но с внутренним ликованием, закрыл ноутбук, попрощался с Сынмином, после сложил нужные бумаги в папку и встал со своего места. На улице было прохладно, но приятно. Ветер слегка взъерошил его длинные волосы, и это было приятно, даже в каком-то моменте освежающе. Хенджин быстро шагал по тротуару, минуя спешащих людей, усталых после работы, как и он сам. В свете уличных фонарей асфальт блестел, и редкие капли дождя мерцали в свете неоновых вывесок. Круглосуточный магазин встретил его знакомым светом и легким запахом кофе из автомата у входа. Здесь всегда было тихо, несмотря на то, что двери никогда не закрывались. Хенджин прошел мимо стеллажей, привычно схватил пачку сигарет, двинулся к холодильникам и вытянул холодную банку Колы. Он не каждый день жаловал себя газировкой. Затем парень легким шагом направился в отдел с сырами и взял свой любимый – полутвердый, с легкой пикантностью. На кассе никого не было. Продавец, пожилой мужчина с добрым лицом, лениво посмотрел на него, без эмоций пробил покупки. Мужчина тоже не был в восторге от своей работы. Как же Хенджин его понимал. Он быстро расплатился и вышел наружу. Свобода, можно отдохнуть, посмотреть новую серию любимого сериала, просто затискать милашку Лили. Вот оно – маленькое удовольствие, ради которого стоило пережить этот скучный день. Кошка точно соскучилась по хозяину. Хенджин что-то отвлекся, прижал холодную банку к щеке, наслаждаясь прохладой, а потом возобновил шаги. Он пошел домой, зная, что впереди его ждет тихий вечер, сигарета на балконе и привычный вкус сыра, который почему-то каждый раз приносил ему маленькую радость. Может быть еще по-быстрому приготовит лапшу быстрого приготовления, пожарит мясо с овощами. Все шло как надо, только вот незадача… У подъезда он заметил знакомую фигуру. Минхо, его сосед, стоял, прислонившись к перилам, скрестив руки на груди. Он был ниже Хвана, но крепче, и от него всегда веяло уверенностью. Улыбка, точнее довольная ухмылка, мелькнула на его слишком соблазнительных губах, когда он увидел младшего. — Ты чего так задержался? – спросил он, взглянув на него с прищуром. – Извини? – не понял Хван. – Я тебя ждал, Хенджин. Хван лишь пожал плечами, не желая вдаваться в подробности. Он направился к двери, но услышал за спиной тихий смех. — Ну, ничего, — протянул Хо, наклоняя голову набок. – Что? – Хенджин все и так знал, что его ждёт. Что он еще пожалеет о таком поведении. – Сегодня ночью ты у меня еще поучишься, милый, – Минхо говорил хитро, явно с ухмылкой. Он знал, как Хенджин реагирует на такой тон, как ему нравится. Хван замер на месте. Он не ответил, но улыбнулся про себя, чувствуя, как легкий озноб пробежал по коже. Он спешно открыл дверь и шагнул внутрь, зная, что эта ночь будет особенной. Они едва переступили порог, как Хо резко притянул парня к себе. Их губы столкнулись, горячо, жадно, будто их удерживали весь день от этого момента. Дверь звонко захлопнулась за ними, Хенджин вздрогнул от неожиданности, промычал в чужие губы. Минхо не был нежным, Хенджин и не хотел, чтобы он был нежным. Хороший секс он не планировал сегодня, но явно не был против. Еще и с горячим соседом. Парень бросил пакет на диван, стащил с крепких плеч Минхо его кожаную куртку, пока все не переставал целовать уже румяные губы. Неукротимое желание было повсюду. Руки Минхо беспорядочно мяли худую задницу. Хенджин почувствовал, как его ноги мелко дрожат от предвкушения. Минхо знал, как ему нравится, явно пользовался этим. Он отстранился от губ, припал к шее, оставляя яркие засосы. Хо было все равно, как Хенджин все это будет прятать. Младший чертыхнулся, простонал и откинул голову назад. Он расслабился и готовился, ждал, когда Минхо снимет с него рубашку, но… Все прекратилось также неожиданно, как и началось. Минхо отстранился, сел на диван, широко расставив ноги, и указательным пальцем поманил уже давно поплывшего Хенджина к себе. – На колени, – Минхо смотрел хищно, следил за каждым движением. Хенджин не стал сопротивляться. Он и так еле стоял. Уже через мгновение он сидел у чужих ног, терпеливо ждал, когда Минхо снимет с себя рваные джинсы и боксеры. Ли не заставил ждать. Хенджин завороженно, жадно следил за ним. Минхо дразнил, сам касался себя. Ли откинул голову назад, пока большим пальцем размазывал по головке предэякулят. Хенджин же сидел между ног, смотрел жадно и пускал слюни, хотел сам. Он уже был на грани. – Соси, – прозвучало шепотом. Хенджин только этого и ждал. Он все это время сидел и еле сдерживался, рот непроизвольно наполнился слюной, язык гладил внутреннюю сторону щеки. Хенджин любил чувствовать тяжесть члена на языке, дарить удовольствие. Минхо прекрасно знал это. Хенджин начал с малого. Он прошелся по стволу кулаком несколько раз, расслабляя Минхо. После лизнул натекшую головку юрким языком. Все это время Хван пристально смотрел в глаза Ли. Мурашки появлялись на спине каждый раз, когда он чувствовал, как Минхо оценивает его, смотрит сверху вниз. – Я сказал соси, у меня не так много времени, не знаешь? – Прости… Хенджин виновато посмотрел на хена и придвинулся ближе. Он вобрал головку в рот, начал крутить языком по чувствительному месту. Минхо фыркнул, схватил Хенджина за волосы и сам начал толкаться в податливо открытый ротик. – Вот так, да… Хенджин задыхался, но ему было хорошо. Он любил доставлять хену удовольствие, любил его член, как он ощущался во рту, пока таранил глотку и заставлял глаза слезится. Он не был мазохистом, но легкая боль действительно приносила ему особое удовольствие. Минхо же любил быть главным, любил подчинять. Хенджин чувствовал, как Ли толкается все быстрее и глубже. Он удивился, ведь не думал, что хен кончит ему в рот. Хван зажмурился, когда горячая струя выстрелила прямо в глотку. – Проглотил? Хенджин кивнул. – Умничка, а сейчас иди ко мне на колени, – потребовал старший. Хенджин не стал медлить. Колени, скрытые строгими брюками, все равно побаливали. Он был худым, уставшим после рабочего дня, все это явно не играло ему на руку. Хенджин избавился от брюк и нижнего белья не без помощи ловких рук Минхо. Они не хотели и не собирались тратить время зря. Минхо шлепнул Хенджина по заднице, как только тот, кряхтя, сел ему на колени, подполз ближе к накаченным бедрам и застонал, когда его уже колом стоящий член коснулся нижней части живота Минхо. Ли усмехнулся. Он моментами нежничал тоже, гладил покрасневшую кожу, целовал в шею, ласкал чувствительные бутоны сосков, проходился по бокам, выступающим тазовым косточкам. Хенджин плавился хлеще мороженого на солнышке. Руки Минхо, его касания творили с младшим что-то необъяснимое. Минхо любил прелюдии, ласкал тело так, что Хенджин кончал без симуляции нужных мест. – Хен… – заскулил Хенджин, когда Минхо коснулся колечка мышц, кружа кончиком большого пальца у входа. Там было сухо, Минхо сейчас явно не собирался уходить из гостиной в комнату Хенджина за смазкой. Они и так трахались без презиков, ведь были чистыми. У Хенджина он вообще был первым. До этого Хван встречался только с девушками, да и их было не так уж и много. – Открой ротик, Джинни, – Минхо звучал ласково. Хенджину хотелось подчиняться. Он тут же выполнил просьбу и почувствовал, как средний и указательный пальцы погружаются в его приоткрытый рот. Он под внимательным взглядом Минхо начал медленно ласкать грубые пальцы шершавым, приятно горячим языком, смачивая вязкой слюной. При этом он сам тоже смотрел на Минхо исподтишка и делал это так мило… что Ли зарычал и как-то резко вытащил пальцы. Хенджин ярко почувствовал, как Минхо впился в его ягодицу, раздвинул и другой рукой крутил у входа. Ли вставил средний палец без предупреждения и до костяшек. Хван всхлипнул, ведь не ожидал такого – Поцелуй меня, хен… – А ты заслужил? – Не заслужил твои губы? – удивился Хенджин. Он задержал дыхание, когда почувствовал, как Ли согнул палец в нем и начал медленно двигаться. – Что я сделал не так? – Много говоришь, когда не надо, – звонкий шлепок стал причиной первого болезненного стона. – А когда задаю вопрос, молчишь. – Хен… – Заслужи мои губы, давай, – Минхо улыбнулся. Он вставил второй палец, тут же развел их на манер ножниц. Хенджин взвыл, но больше от неожиданных действий, чем от боли. – Чтобы ни одного звука, пока я растягиваю твою прелестную дырочку для своего члена, детка. Понял меня? Вот тогда я дам тебе поцеловать себя. Хенджин лишь кивнул. Минхо чмокнул его в щечку, заставляя почувствовать невозможное. Он так умело играл с ним, сочетал грубую нежность. Он возобновил движения. Хенджин нахмурил брови, схватился за плечи хена, закусывая пухлые губы. Минхо уже совсем скоро добавил третий палец, Хенджин уже привык к боли. Куда сложнее было сдерживать стоны, когда Минхо проезжался по комку нервов глубоко внутри. Он явно делал специально, мучая. Хенджин кусал щеку изнутри, уткнувшись в пространство между шеей и плечом, его лихорадило. – Готов? – неожиданно спросил Минхо, ведя носом у виска. – Да… – Какой славный, самый красивый и послушный для меня, Джинни, – Минхо вынул пальцы. – Поцелуй меня, хочу целоваться, – просил Хенджин. Минхо притянул к себе Хенджина за волосы, обрушил свои губы на чужие. Хван расслабился, застонал в губы и закрыл глаза. Он наслаждался тем, как же охуенно Минхо вылизывал его рот, втягивал в свой рот его язык, кусал губы. Хенджин поддавался, плыл по течению и отдавался. Как же хорошо… Минхо сам нуждался в бешеном поцелуе и не меньше, он тоже был на грани. Хенджин просто идеально подходил ему. – Вставлю? – прохрипел Минхо в губы. Он не сдержался, чмокнул в приоткрытые лепестки. Хенджин аж дернулся от неожиданности. – Пожалуйста… Этого было более чем достаточно. Минхо проник в тепло чужого тела медленно, пока все целовал и целовал Хенджина. Он просто не мог насытиться, Хенджин был слишком сладким, слабым в его руках… Хван напрягся, когда почувствовал, как член погружается в него все глубже с каждой секундой. Его разрывало на части. – Еще немного, Джинни. Хорошо? Потерпи немного, и все пройдёт. Тебе будет очень хорошо. Минхо гладил его по спине, чувствуя, как сокращаются мышцы от напряжения. Хенджин зажмурился, сжался, ахнул в шею. – Расслабься, еще секунду потерпи, и все закончится, хорошо? Хенджин в ответ простонал, кивнув. Минхо и вправду остановился через пару секунд. Они остались в таком положении еще немного, пока Хенджин не привык. – Хен… двигайся, – прошептал Хенджин. Он терся щекой о уже влажную грудь Минхо, пока сам Ли ласкал его тело поглаживаниями и поцелуями. – Двигайся… – Выдержишь? Точно? – Да, давай, – уверил он. Минхо начал толкаться. Он двигался осторожно, но все равно было сухо, неприятно даже ему. – Ложись на спину, — Ли вышел из Хенджина, отстранил его от себя, когда он кое-как встал на ноги, Минхо встал следом, освобождая место на диване. Хван лег, раздвинул ноги в стороны. Он смотрел на то, как Минхо смотрит на его тело, как он изучает каждую точку в виде родинок, нервностей и шрамов. – Хен… – не выдержал, позвал сам, хотя ему было приятно плавиться под взглядом старшего. Член уже ныл от возбуждения, Хенджин был на грани. Минхо не лег на него, а сел между ног и неожиданно поднял задницу в воздух. В следующее мгновение Хенджин взвыл, ведь почувствовал, как Минхо прошелся языком по сфинктеру. Он вылизывал Хенджина с упоением, делал это мокро, смачивая дырочку как следует. Хенджин умирал от ощущений. Пальцы на ногах поджимались, бедра тряслись, руки мешали, глаза были наполнены слезами удовольствия. Минхо отстранился, но не сдержался и в последний раз чмокнул в центр пульсирующей дырочки. Он целовал его сокровенное местечко, а Хенджин с ума сходил. – Хен, вставь, я… я больше не могу, – захныкал Хван. Минхо оторвался от увлекательного занятия, действительно отстранился и опустил задницу обратно на диван. – Будет больно, скажи, хорошо? – Да… Минхо толкнулся слитым движением. Он вошел на всю длину и тут же посмотрел на лицо Хенджина. Ничего намекающего на боль или дискомфорт не было. Хенджин двинул бедрами навстречу и скрестил длинные худые ноги на его талии. Минхо больше не останавливался. Он наклонился к лицу Хенджина, расположил руки по обе стороны от головы и поцеловал, пока гонялся за удовольствием. Хенджин неосознанно царапал крепкую спину и так короткими ногтями. Он тяжело дышал, все чувствовал, как изнывающий член трется о живот хена. Губы покалывали, ноги расслабились. – Я… я… – Хенджин был близок. Он бился в предоргазменных судоргах, гортанно стонал и просил быстрее, глубже. – Кончаешь? – Да… Минхо ускорился и через несколько секунд почувствовал, как кожа живота покрывается спермой и как все начинает пульсировать. Хенджин кончил ярко и с его именем на губах. Минхо тоже не хватило надолго. Он вынул орган и излился на плоский живот Хенджина. Они загнанно дышали. Минхо пришел в себя первым, слез с Хенджина и направился в сторону ванной. Включил горячую воду, пришел обратно и взял Хенджина на руки. Он и так был уставшим, а сейчас еле держался, чтобы не заснуть. Они быстро смывают с тел следы страстного преступления, одеваются, выходят из ванной. Хенджин уже знает, что будет… Минхо сейчас уйдёт, и он останется один в холодной постели, окруженный темнотой и голыми стенами. Он не хотел, чтобы Минхо уходил. Хенджин хотел обнимать его во сне, просыпаться с ним рядом, вместе завтракать и все такое. – Идем? – голос Минхо удивляет. Обычно он уходит, так ничего и не сказав. – Мм? – переспросил Хенджин. – Идем? – повторил Хо. – Куда? – не понимал Хенджин. – В комнату твою, я спать хочу, – удивлял Минхо. Хенджин не мог поверить тому, что только что услышал. – В мою? – удивился Хенджин. – Не хочешь? Я могу уйти к себе. – Нет! Идем, хен! Минхо улыбнулся.

***

Утро застало Хенджина раскинувшимся на кровати, его тело было теплым, расслабленным и... полностью обнаженным, он же вроде одевался, хотя... Он вспомнил второй раунд уже на кровати, как они в этот раз трахались гораздо медленнее, нежнее. Оба устали, но просто не были в состоянии отлипнуть друг от друга, когда оказались на одной кровати. Хенджин медленно приоткрыл глаза, лениво провел рукой по простыне, чувствуя остаточное тепло рядом. Воспоминания прошлой ночи обрушились на его сознание слишком ярко, неожиданно. Глупая улыбка расцвела на красивом лице. Минхо, похоже, еще спал. Хенджин соскользнул с кровати и направился в ванную. Сегодня у него был выходной. Парень направился в ванную. Быстрый душ, прохладная вода, пробуждающая кожу, что еще нужно для прекрасного начала дня? Он выключил воду, завернулся в махровый халат, который мягко облегал его тело, и босиком отправился на кухню. Хван без проблем включил кофеварку, засыпал молотый кофе в фильтр, а затем достал молоко из холодильника. Хенджин прекрасно знал, что Минхо любил теплое молоко по утрам, и уже машинально поставил кастрюльку на плиту. Кухня наполнялась ароматом кофе, в воздухе витала уютная тишина. Он знал, что вскоре услышит шаги хена, и этот момент казался таким же важным, как и все, что случилось ночью. Минхо остался… Он не мог сосредоточиться — мысли постоянно возвращались к Хо. Их ночи, их утренние привычки. Что у них за отношения? Только секс и теперь уже совместные завтраки? Или нечто большее? Всё началось год назад. Тогда Хенджин, пьяный после вечеринки, перепутал квартиры и пытался открыть дверь Хо. Он упрямо возился с замком, пока дверь неожиданно не распахнулась. Ли стоял на пороге, скрестив руки на груди, с прищуром глядя на него. — Ты чего тут устраиваешь? — спросил он, не скрывая усмешки. Хенджин поднял на него мутный взгляд и выдохнул: — Кажется, я... это не моя квартира? Хо фыркнул, затем вздохнул и отступил в сторону. — Заходи, раз уж пришёл. Хенджин уже и не помнил всех деталей той ночи. Но он не отказался и зашел. На следующий день он помнил только обрывки: тёплое дыхание, вкус алкоголя на губах, горячие ладони на коже. Когда он проснулся утром, Минхо уже пил молоко на кухне, грея в руках кружку. Всё было так естественно, словно они делали это уже тысячу раз. С тех пор всё пошло само собой. Бесконечные ночи, утренний кофе, случайные прикосновения. Но ни разу — ни одного разговора о том, что это значит. – Доброе утро, – голос Минхо привел его в порядок. Хен был таким пушистым, опухшим и просто самым милым. Только татуировки на торсе напоминали, кем вообще был Минхо и что творил с ним прошлой ночью. – Д-доброе, хен, – Хенджин еще не был в таком состоянии, все было впервые. Он немного волновался, еще стеснялся и вообще не знал, что делать и как себя вести. – Расслабься, Хенджин, – сказал Ли. Он сел напротив. – Я разогрел тебе молоко, – вспомнил Хван. Он поставил кружку на стол рядом с Минхо, после сел на свое место и пялился на чашку кофе. – Спасибо, – ласково ответил Минхо. – Сколько времени? – Тринадцать сорок семь. – Ох… я опаздываю, – нахмурился Минхо. – Быстро схожу в туалет, выпью молоко и пойду. – Но… нам с тобой надо будет поговорить, хен! – возмутился Хенджин. Он и не знал, что Минхо в такое время будет работать. Хотя откуда ему знать, где и с кем он гоняет. – Надо, и мы обязательно поговорим, милый, – Минхо удивил своим «милый». Хенджин замер и не заметил, как Минхо оказался слишком близко к нему, чмокнул в щеку и ушел в его комнату. Чашка с молоком уже была пуста.

***

Хенджин вышел из офиса, глубоко вдохнув прохладный вечерний воздух. Работа осталась позади, но мысли о Хо не отпускали, даже спустя несколько дней. Он шёл домой быстрым шагом, не обращая внимания на прохожих, и уже заранее представлял, как откроет дверь, скинет пальто и увидит его на своём диване, спокойно листающего книгу или смотрящего телевизор. Он сам отдал Минхо ключи от своего дома и не знал, чем вообще думал. У него тоже были ключи от квартиры Минхо… Но когда он поднялся на свой этаж и вставил ключ в замок, дверь неожиданно приоткрылась сама. И чего не закрыл дверь? Хо был уже внутри. Хенджин не удивился даже. – Ты что-то слишком рано освободился сегодня, – заметил он, взглянув на младшего с лёгкой ухмылкой. – Ты тоже, – ответил Хван, закрывая за собой дверь. – Дверь чего не закрыл? – Ждал тебя, милый, – хохотнул Ли. – Очень смешно, хен, – фыркнул Хенджин в ответ. – Я не шучу, – Хо пожал плечами, откинувшись на спинку дивана. В руках он держал кружку, из которой поднимался слабый пар. Даже чай заварил, ну прям как у себя дома. Хенджин забыл купить молоко и Ли вынужденно пил чай. – А если серьезно? – Решил подождать тебя здесь. Всё равно делать было нечего. Хенджин скользнул взглядом по квартире. На кухонном столе стояла тарелка с недоеденными фруктами, а на плите – чайник. – Ты тут как у себя дома, – пробормотал он, снимая ботинки. Хо ухмыльнулся шире. – А разве не так? – А разве так? – Хенджин замер, разглядывая Хо, который, казалось, чувствовал себя абсолютно непринуждённо. На миг ему захотелось что-то сказать еще, взять и упрекнуть его за самовольное вторжение, но слова застряли в горле. Вместо этого он подошёл к дивану и опустился рядом. – Ты что-то хотел? – спросил он, устало потирая лицо. – Я не понимаю тебя… Минхо сделал глоток из кружки и пожал плечами. – Просто быть здесь, – Минхо поднял глаза на него, – С тобой. Разве этого мало? – Со мной… – С тобой, Хенджин. Хенджин вздохнул, опустив взгляд. Он не знал, как реагировать. Их отношения были туманными, не обозначенными ни одним словом, но именно эта неопределённость пугала его больше всего. – Ты ведь не останешься? – тихо спросил он, не поднимая глаз. Хо все медлил с ответом, а затем медленно поставил кружку на стол. – А если останусь? Как в ту ночь… Останется… Хван почувствовал, как сердце пропустило удар. Он медленно поднял взгляд, встретившись с внимательным, чуть насмешливым взглядом Ли. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь мерным тиканием часов на стене. – Если останешься… – начал он, но осёкся. Слишком много чувств, слишком мало слов. – Не знаю… Минхо не отводил глаз, изучая его реакцию. Затем слегка улыбнулся и качнул головой. – Ты всегда такой нерешительный, Хенджин? – Нерешительный? – переспросил он. – Милый, когда волнуешься. Хван скривился, но ничего не ответил. Он не знал, чего ожидать от этого разговора, да и от Ли тоже. Тот всегда появлялся и исчезал по своему желанию, оставляя после себя ощущение странной пустоты. – Я могу уйти, если хочешь, – продолжил Хо, будто проверяя его. Хенджин сглотнул. Он не знал, что правильнее: отпустить или оставить. Но когда он снова заговорил, голос его прозвучал тише, чем он ожидал: – Останься…