Капитан

      Вечер в Южной Калифорнии был мягким и приветливым. Город жил своей обычной жизнью: то тут, то там проносились дети на самокатах, велосипедах и роликах, а рядом шли группы студентов, чьи громкие разговоры и смех сливались в весёлый гул. Джереми нравилось это ощущение беззаботности. Он сложил руки за головой, вдохнув тёплый воздух. Это была та самая погода, когда днём стоит жара, но к вечеру становится слегка прохладно, благодаря легкому ветерку и сумеркам. Солнце, садясь за горизонт, заливало небо оранжево-розовыми мазками.       — Сейчас бы на пляж… — вздохнул Джереми, подставляя лицо последним лучам. — Там закаты еще красивее. Можно лежать на песке и наслаждаться.       Рядом раздался недовольный вздох.       — Неужели капитану действительно плевать на продуктивность команды? — прозвучал резкий голос.       — Да брось, — улыбнулся Джереми, не открывая глаз. — Баланс важен. Отдых еще никому не мешал.       — Вы вообще не тренируетесь! Только пляжи, то просто ерундой страдаете, то едите всякий мусор, так еще и меня в это втягиваете!       — Не драматизируй, Жан, — тихо засмеялся Нокс. — Вот сегодня мы с тобой провели дополнительную тренировку.       — Этого мало! — Жан вскинул руки. — Все должны были остаться! И тренировка должна была быть дольше. Двух часов мало!       — Ты смерти моей хочешь? — Джереми остановился, уставившись на него. — Я еле ноги волочу.       Жан резко обернулся. На его лице застыло недоумение.       — Ты серьёзно?       Джереми молча кивнул, глядя ему в глаза. Взгляд Моро выражал то же самое — растерянность, граничащую с отчаянием.       — Это никуда не годится! — Жан взмахнул руками, как птица, пытаясь объяснить необъяснимое. — Ты должен их мотивировать! Быть сильнее всех! Поднимать статистику! Ты капитан! — Последнее слово он произнес с таким напором, будто это было проклятие.       — Как капитан, — Джереми передразнил его интонацию, — я отлично мотивирую команду. Они выходят на поле с огнем в глазах, а уходят — с улыбками. — Он шагнул ближе, опустив руки на напряженные плечи Жана. — И однажды ты тоже забудешь про статистику и просто… получишь удовольствие от игры.       Жан молчал. Джереми улыбался. Мимо промчались двое детей, визжа от восторга. Моро отвернулся, сжав губы.       — Какая чушь, — пробормотал он себе под нос.       — Выше нос, зануда, — Нокс подмигнул и зашагал к дому, оставив Жана наедине с закатом.       В горле пекло, словно он проглотил раскаленный песок. Даже после всего выпитого — и своей воды, и половины кулера в раздевалке — жажда не отступала.       Дверь дома легко поддалась. С кухни доносилась громкая музыка, и не приходилось сомневаться, что Кэт и Лайла, ушедшие сразу после тренировки, вовсю наслаждались вечером. Джереми нарочито грохнул спортивной сумкой о пол и, громко откашлявшись, прошел на кухню. Опыт подсказывал: в этом доме тихое возвращение без предупреждения могло обернуться неприятным «сюрпризом».       Девушки стояли у кухонного островка, увлеченно разглядывая что-то на экране ноутбука. Джереми, пройдя мимо, убавил громкость музыки и потянулся к холодильнику. Бутылка с водой, щедро нашпигованная лимонными дольками, холодила его руки. Он сделал несколько жадных глотков, поморщившись от кисловатого привкуса. Лайла терпеть не могла обычную воду, называя её «пресной», поэтому в холодильнике всегда плавали ломтики цитрусовых, веточки мяты или кусочки фруктов. Это не раз становилось поводом для её споров с Жаном — тот считал такие добавки «бесполезной блажью».       — Не пей столько холодного, — раздался за спиной голос. Жан, переступив порог, скривился, будто от зубной боли. — После тренировки нужно теплое питьё.       Джереми лишь ухмыльнулся, высунул язык и нарочито отхлебнул ещё, глядя прямо в его возмущенное лицо.       — Вы, троянцы, никогда не перестанете меня удивлять, — Жан скрестил руки на груди, прислонившись к стене.       — Вечно ты командуешь, — фыркнула Лайла, отрываясь от экрана. — Джереми, у тебя конкурент на капитанство.       — Так вот почему ты пытался меня добить на тренировке! — с наигранным ужасом воскликнул Нокс, поворачиваясь к Жану.       — Нет. Просто вы тренируетесь спустя рукава, — уголки губ Моро дрогнули в едва заметной усмешке. — Для капитана это позор.       Джереми подошел вплотную, изучающе оглядывая его с головы до ног.       — Что? — буркнул Жан.       — Ищу кнопку, которая переключает твои фразы, — с мнимой серьезностью произнес Джереми, но не выдержал и рассмеялся, видя его растерянность. — Ты как заевшая пластинка. Но знай: я буду бороться за твой отдых до последнего вздоха!       Он прижал руку к сердцу и, разыгрывая обморок, повалился на стоявших сзади девушек. Кэт ловко подхватила его, не дав рухнуть на пол. Опираясь на нее, Джереми заглянул в ноутбук.       — Лайла, опять транжиришь бюджет? — он ткнул пальцем в экран с открытым сайтом онлайн-шопинга.       — Скоро разоримся на её посылках, — хихикнула Кэт.       — Ой, точно! — Лайла хлопнула в ладоши. — Жан, пошли со мной. У меня кое-что для тебя!       Она многозначительно приподняла бровь, направляясь в соседнюю комнату. Жан недоуменно взглянул на Джереми, ища подсказки, но тот лишь развел руками. Бывший ворон, тяжко вздохнув, последовал за ней.       — Что у неё? — спросил Джереми, когда дверь захлопнулась.       — Без понятия, — пожала плечами Кэт. — Может быть что угодно.       — В её случае — да, — усмехнулся Нокс.       — Как тренировка?       — Чуть не сдох, — простонал он. — Жан выглядит спокойным, но на поле он монстр.       — Зато теперь доволен, — заметила Кэт. — Хотя по нему и не скажешь.       — Точно. Его надо выматывать, как пса на прогулке, чтобы потом не кусался, — Джереми замолчал, неловко почесав шею. — Хотя сравнивать его с собакой как-то неправильно. Но ты меня поняла.       — Главное — при нём не повторяй, а то надуется, — предупредила Кэт.       Джереми кивнул. Тишина повисла на пару секунд, прежде чем она продолжила:       — Как он у нас?       — Осваивается. Хоть перестал шарахаться от меня, с командой общается, — задумчиво протянул Джереми. — Осталось убедить его, что я не дам ему загнать себя в могилу ради статистики.       — Ты справляешься, капитан, — одобрительно похлопала его по плечу Кэт.       Нокс хотел ответить, но из коридора донеслось громкое «Я сказал НЕТ!», топот и оглушительный хлопок двери на втором этаже. Они переглянулись и синхронно рванули к лестнице.       — И что это было? — Лайла стояла посреди коридора, насупленная.       — Это тебе виднее, — Джереми перевёл взгляд с верхнего пролёта на неё. — Что случилось?       — Ну… я хотела помочь ему с… принятием себя. Купила пару игрушек, чтобы привыкал к… позитивному опыту. Но он взбесился! — она развела руками, словно оправдываясь. — Я так потратилась! И вообще, как он в туалет ходит, если даже вид члена не выносит?       С каждым словом глаза Джереми округлялись, а пальцы холодели. Разумное зерно в её словах, конечно, было, но подход… Жан точно этого не оценит. И он не оценил.       — Твою ж… — прошипел он сквозь зубы.       Не дожидаясь продолжения, Джереми рванул наверх, к их комнате. Он молился, чтобы Моро снова не закрылся в себе, как напуганный ёжик. Столько сил ушло на то, чтобы снять с него «колючки»… Повторять это снова? Джереми сомневался, что у него хватит сил. Надо срочно сгладить углы.       Джереми распахнул дверь и застыл, будто в него ударили током. Жан не сидел на кровати, не шагал по комнате, ругаясь на ломаном французском, как делал обычно, когда злился. Он сжался в узкой щели между кроватью и тумбочкой, словно пытался провалиться сквозь пол. Колени прижаты к груди, пальцы впились в виски так, что ногти оставляли багровые полосы на бледной коже. Его тело сотрясала мелкая дрожь, будто по нему били хлыстом, а дыхание рвалось наружу — короткое, хриплое, как у загнанного зверя.       — Жанн? — неуверенный голос Джереми дрогнул, словно он говорил сквозь вату. Он прикрыл дверь, но звук щеколды заставил Жана вздрогнуть.       Тишина.       — Эй? — Джереми сделал шаг, и пол скрипнул. Жан вжался в стену сильнее, его плечи дёргались в такт неровным вдохам. Пальцы скользнули по лицу, оставляя красные дорожки — будто он пытался стереть себе лицо.       — Чёрт возьми, Жан, что с тобой? — Джереми рухнул на колени перед ним.       Он протянул руку, но даже не успел дотронуться, как Жан дёрнулся, ударившись затылком о стену. Его глаза, дикие и невидящие, метались по комнате.       — Не-не-не надо… — шёпот Жана превратился в хриплый стон. Он сжался так, что кости пальцев побелели, будто вот-вот треснут. — Пожалуйста…       Джереми прижал ладонь к его колену — напряжённому, как пружина. Жан замолк, затаив дыхание, но через секунду его накрыло с новой силой. Джереми отдёрнул руку, будто от огня.       — Жан! — вновь попытав удачу, позвал Нокс, но тот не ответил.       Было видно, что Моро пытается дышать, но он то не мог выдохнуть, то с трудом вздыхал. Джереми нащупал телефон в кармане, оторвав глаза от парня напротив только чтобы найти нужный номер в списке контактов. В телефоне послышались гудки, и Нокс сделал пару глубоких вдохов и сжал кулаки покрепче в попытке успокоиться, взять хотя бы себя в руки.       — Джереми? — послышалось после нескольких мучительно долгих гудков.       — Дай номер Добсон, — без приветствия сказал Нокс.       — Зач…       — Скинь номер смс-кой, Кевин, — строго перебил Джереми и сбросил звонок.       Нокс отнял телефон от уха. И его рука безвольно рухнула.       — Жан?       — Нет, пож… по… пожлста… Не надо. Нет. Нет. Нет.       — Жан, всё хорошо, слышишь?! — сказал Джереми, стараясь говорить спокойно, что становилось сложнее с каждым тихим словом, вылетающим изо рта.       — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пож… — слова сливались в монотонный шёпот. Пот стекал по его вискам, пропитывая чёрные волосы, а тело билось в конвульсиях, будто его трясло изнутри невидимой рукой.       — Ты чего, Жан?! — Джереми вцепился в его запястье, пытаясь разжать пальцы, впившиеся в волосы. Его собственные руки дрожали так, что он едва удерживал хватку. — Отпусти! Слышишь?! Отпусти!       Жан вырвался с рыком, ударив Джереми локтем в грудь. Тот отшатнулся, но тут же рванулся вперёд, хватая обе руки парня. Под кожей Жанна пульсировали жилы, а дыхание хлюпало, как у тонущего.       — Жан, дыши! — Джереми тряс его, голос сорвался в крик. — Дыши, слышишь?       Внезапно дверь скрипнула.       — Что тут у вас, мальчики? — Лайла заглянула в комнату с игривой улыбкой.       — Выйди и закрой дверь! — Джереми выплюнул слова сквозь стиснутые зубы, не отрываясь от попыток удержать Жана.       — Что случ…       — ПОШЛА ВОН! — его рёв оглушил даже его самого.       Лайла исчезла, хлопнув дверью. Жан взвыл, выгибаясь дугой, и Джереми едва успел поймать его, прежде чем тот ударился головой о тумбочку. В кармане завибрировал телефон — смс с номером Добсон.       Он не стал ждать и сразу вбил номер, нажимая кнопку вызова. Но звонок сбросили с того конца. Джереми опустошёно посмотрел на телефон и позвонил ещё раз. И ещё. На третий раз Нокс услышал торопливый голос:       — Это Бетси Добсон, у меня сейчас клиент, так что давайте я вам перезвоню… — ответили на том конце провода.       — Это Джереми Нокс, Жан… — перебил он, голос сорвался в хриплый шёпот. — У него… я не знаю, истерика, паника… Чёрт, я не знаю, что делать… Его трясёт, он не дышит, не… не реагирует… — слова спотыкались, будто язык стал ватным.       Доктор Добсон замерла на секунду, затем её тон стал резким.       — Джереми, дыши. Говори по порядку. Что с Жаном?       Он вдохнул так глубоко, что закружилась голова, но это не помогло. Пальцы впились в телефон, будто пытаясь выдавить из него ответ.       — Он… сидит в углу, обнял себя, трясётся… Говорит «пожалуйста», как… как заезженная пластинка… — Джереми сглотнул ком в горле, заметив, как его собственная рука дрожит так, что экран расплывается перед глазами. — Он… он не слышит меня, доктор.       — Молодец, что позвонил. Скорее всего, это паническая атака. Ты можешь помочь ему. Слушай: заставь его дышать «квадратом». Вдох на четыре, задержка, выдох…       — Я… говорил ему! — голос Джереми взлетел до визга. — Он не… не реагирует на мои слова! Он не слышит меня…       — Слышит, — резко оборвала его Добсон. — Он слышит тебя, но не может ответить. Переключи его внимание. Пусть считает предметы, трогает что-то… Джереми кивнул, словно Добсон могла увидеть это, и рухнул на колени перед Жаном. Тот сидел, сжавшись в комок, лицо спрятано в коленях, только пальцы, белые от напряжения, впились в волосы.       — Жан… — голос Нокса задрожал. — Дыши со мной. Вдох… — он втянул воздух, но лёгкие будто заполнились свинцом. — Выдох…       Жан не шевельнулся. Только сдавленный стон вырвался из его губ: «Пожа-а-алуйста…» — растянуто, как скрип ржавой петли.       — Ты молодец, Джереми, — голос в трубке звучал далеко, будто из другого мира. — Ему важно чувствовать, что он не один. Если не станет лучше, нужно вызвать скорую.       — Вдох, Жан! — строго сказал Джереми, хватая Жана за плечи. Тело под его ладонями дёргалось, как в лихорадке. — Дыши. Нужно дышать, Жан, слышишь? Вдох!       Жан резко поднял голову. Глаза — стеклянные, невидящие — уставились в пустоту. Губы, синие, шевелились без звука.       — Не… могу… — выдохнул он, и это больше походило на хрип.       Джереми впился ногтями в свои ладони, пытаясь заглушить дрожь. "Я не справляюсь. Не справляюсь. Это я виноват. Я не могу помочь."       — Жан, это я… — он прижал его руку к своей груди, где сердце колотилось, как бешеное. — Чувствуешь? Дыши…       Но Жан вырвался, ударившись спиной о стену. Его дыхание превратилось в хриплые всхлипы, а пальцы снова впились в волосы, будто пытаясь вырвать их с корнем. Мир сузился до узкого пространства между кроватью и тумбочкой, где Жан, словно загнанный зверь, боролся с невидимым врагом. А Джереми мог только шептать, раз за разом, как молитву:       — Всё пройдёт… всё пройдёт… — хотя верил в это меньше, чем когда-либо.       Джереми чувствует, как его самого начинает трясти всё сильнее, ему самому становится тяжело дышать, а тело холодеет. Он поднимает глаза к потолку и считает, пытаясь сдержать слёзы бессилия, когда слышится тихое и хриплое:       — Капитан.       И Джереми бросается в пропасть. Он кидается вперёд, крепко прижимая Жана к себе. Его руки обхватывают мокрое от пота тело, и он сам начинает задыхаться — от страха, от беспомощности, от чего-то ещё, что сжимает горло. Их трясёт обоих, будто они попали в один и тот же шторм. Жан хватает Нокса за руку, его пальцы впиваются в кожу, как когти. Он пытается оттолкнуть, но в то же время тянет к себе, словно Джереми — единственное, что удерживает его на плаву в этом бушующем море.       Они борются несколько минут — один пытается вырваться, другой держит изо всех сил. В конце концов, Джереми побеждает.       — Дыши, дыши, пожалуйста, — умоляет он, прижимая Жана к себе так сильно, что у самого перехватывает дыхание. — Давай, Жан, всё хорошо.       Джереми вытягивает перед лицом Жанна свою дрожащую ладонь.       — Сколько пальцев, Жан? Посчитай. Я знаю, у тебя получится.       Он утыкается лицом в чужие волосы, продолжая шептать что-то невнятное, но успокаивающее.       — Три, — наконец слышится тихий хриплый голос с акцентом.       Джереми переводит взгляд на свою руку. И правда — три. Он опускает ладонь и хватает Жана уже обеими руками, крепко прижимая к себе, начиная медленно раскачиваться.       — А сколько книг на полке? — заикаясь, спрашивает он, продолжая гладить Жана по волосам.       — Семь, — через паузу слышится ответ.       — Правильно. Ты молодец, Жан, — Джереми даже не взглянул на полку. — Ты большой молодец. Дыши, хорошо? Вдох…       И Жан дышит. Джереми чувствует, как тело в его руках начинает дрожать чуть реже, но напряжение не отпускает.       — Жан? — зовёт Нокс. — Тебе хуже или лучше? Жан? — в отчаянии шепчет Нокс.       И тут он вспоминает про телефон. Джереми тянется за ним, замечая, что звонок всё ещё идёт.       — Вы тут? — говорит он в трубку, чувствуя, как его руку то сжимают сильнее, то отпускают.       — Да, Джереми. Я тут.       — Я не понимаю, — отчаянно шепчет он. — Ему становится хуже или лучше? Он отвечает, но он всё ещё напряжён, и я не понимаю… Дышит он или нет? Это он дрожит или я? Что мне… Вызывать ли скорую?…       — Джереми, всё хорошо. Ты отлично справляешься, — прерывает его доктор Добсон. — Жану становится лучше. Паническая атака не проходит моментально, она отступает волнами. То, что он напряжён, — это нормально. Его состояние сравнимо с судорогой. Но уже заметно улучшение.       Джереми слушает, продолжая разминать чужие руки и шептать:       — Всё хорошо. Я здесь. Всё хорошо.       — После панической атаки наступит эмоциональное истощение и слабость. Ему нужно будет отдохнуть и прийти в себя, — продолжает Добсон. Её спокойный голос удивляет Джереми. — А ты сам как?       — Я в порядке.       — Джереми, тебе тоже нужно дышать, слышишь?       — Спасибо, — говорит он и сбрасывает звонок.       Телефон отложен в сторону. Джереми прижимает Жана к себе так сильно, будто хочет спрятать его от всего мира. Он молчит, вслушиваясь в тяжёлое, хриплое дыхание. А потом начинает говорить.       О том, как он решил, что хочет собаку, и как выбрал любимую породу. О том, как родители запретили ему заводить питомца, и как он злился на них. Рассказывает, как пришёл в «Экси», за что ему нравится играть, как стал капитаном. Говорит о каждом игроке в команде, об их особенностях и увлечениях. О том, как дорожит ими.       И вдруг он чувствует, как тело в его руках расслабляется. Жан лежит, крепко держась за его кофту. Джереми замолкает.       — Жан?       — М? — слышится тихий ответ с заминкой.       — Как ты себя чувствуешь? — хриплым, усталым голосом спрашивает капитан.       — Лучше, — на выдохе говорит Моро. — Я сейчас встану.       И Жан правда пытается подняться, но ослабшее тело не слушается. Джереми лишь крепче прижимает его к себе.       — Всё в порядке. Отдохни чуть-чуть, — он запускает ладонь в чужие волосы, медленно массируя голову. — Всё хорошо.       Нокс тяжело вздыхает, уставившись в стену напротив. Они сидят молча. Слышно лишь их дыхание и тихий шелест одежды от лёгкого раскачивания.       — Капитан?       — Да, Жан? — Джереми откликнулся с заминкой, не сразу осознав, что обращаются к нему.       — Я… — Жан начал и замолчал, его пальцы судорожно сжали ткань футболки Джереми. — Я как-то… Не так выгляжу?       — М? — Нокс моргнул, не понимая. — В смысле?       — Ну… — Жан сделал прерывистый вдох, будто воздух всё ещё обжигал лёгкие. — С одеждой. Или… с поведением. Что-то не так?       Он говорил медленно, с паузами, словно каждое слово приходилось вытаскивать клещами. Джереми ловил смысл с опозданием, словно слушал сквозь толщу воды.       — Да нет? — неуверенно начал капитан. — Твоя одежда слишком чёрная. Я уже говорил, что красный тебе идёт. Но если тебе комфортнее в чёрном — ничего. — Он сделал паузу, пытаясь поймать взгляд Жанна. — Хотя от красно-золотой формы ты не отвертишься, — Джереми слабо улыбнулся, вспоминая, как Жан морщился при виде цветов «Троянцев». — Характер? Нормальный. Тараканы есть, но у кого их нет?       — Нет, ты не понял, — Жанн выдохнул, его голос дрожал. — Ладно, не важно.       Тишина сгустилась, как смола. Жан попытался отстраниться, но Джереми притянул его обратно. Страх сжал горло — если отпустит, всё повторится.       — Если не хочешь говорить… — Джереми подбирал слова, чувствуя, как тело в его руках замирает. — Тогда ладно. Но… — Он облокотился на кровать, силы покидали его. — Знай: всегда можешь прийти ко мне. Или к Добсон. Объясни, что имел в виду, и я честно отвечу. Хорошо?       Молчание. Музыка с первого этажа стихла, дом погрузился в беззвучие. Комната постепенно тонула в темноте. Джереми собрался встать, но Жан вдруг вцепился в его толстовку, дыхание снова участилось.       — Жан?..       — Грэйсон говорил… — Жан начал так тихо, что Джереми наклонился ближе. — Что… шлюх видно издалека. — Он глубже уткнулся в грудь капитана, будто пытаясь спрятаться. — Может, он… прав?       Джереми замер. Его взгляд скользнул по взъерошенным волосам Жана.       — Нет, — твёрдо сказал он, отрывая парня от себя и заключая его бледное лицо в ладони. — Нет, Жан. Грэйсон — мудак. Ты это знаешь. Правда?       — Он ждал кивка, но видел лишь потухший взгляд. — Ты выглядишь и ведёшь себя нормально. Он хотел тебя ранить. Не верь ему. Слышишь?       — Тогда почему Лайла…? — Жан не договорил, но Джереми понял.       — Она хотела помочь с принятием твоей… сексуальности, — он вспомнил её слова. — Мы догадывались, через что ты прошёл. Это была её глупая попытка.       — М-м, — Жан мычал, отводя глаза.       — Я… не убедил? — Джереми вздохнул. — Позвоним Добсон. Она объяснит лучше.       Он потянулся за телефоном, но Жан резко сел, взмахнув руками:       — Как это поможет?!       — Ну… — Джереми запнулся. — Смысл в том, чтобы… исследовать себя в безопасной обстановке с полным контролем над ситуацией. Без давления. Они сидели близко, ноги переплетены. Джереми заметил, что до сих пор держит Жана за руку, а тот, кажется, не против.       — Она… — Жан замялся. — Ткнула меня… тем, что купила. — Он указал пальцем в щёку. — И улыбалась, как… как он тогда.       Сердце Джереми ёкнуло. Он провёл пальцем по месту, куда указал Жан:       — Прости, что Лайла заставила тебя вспомнить. Я поговорю с ней. Больше такого не повторится. Ладно?       Жан кивнул. Джереми опустил руку, не отводя взгляда.       — Это… правда кому-то нравится? — Жан спросил шёпотом.       — Да, — Джереми сглотнул. — Зависит от человека, настроения… Этим могут заниматься по-разному. И что-то может не понравиться. А может вообще не хотеться. И это нормально. — Он говорил быстро, потом откинулся на кровать. — Но лучше спроси у Добсон. Я… боюсь навредить, сделать хуже.       — Ты не сделаешь хуже, — Жан вдруг посмотрел на него. — Капитан.       — Можно обнять? — Джереми выдохнул. — Очень хочется.       Жан неуверенно кивнул после паузы. Джереми обнял его так крепко, будто пытался защитить от всего мира. Ночь сгустилась над городом, последние лучи солнца, которые хоть немного освещали комнату, убежали за горизонт. Комната погрузилась в темноту.       Джереми думал о том, что нужно включить свет, о предстоящем разговоре с Лайлой, о желанной воде для першащего сухостью горла, о том, что следует размять затёкшие конечности.       — Спасибо, Джереми.       И Джереми решает, что всё может подождать.