So dirty but still good

***

Сеул. Город, который никогда не спит. Так было всегда. Два мафиозных клана – "Пантеры" и "Змеи" – уже десятилетиями ведут холодную войну за власть. Их лидеры же – Минхо и с недавних пор Хенджин – заклятые враги не без причин, чьи имена произносят шепотом даже самые смелые. Их боятся как отражения в зеркале, когда дома один темной ночью. Минхо действительно безжалостный и хладнокровный, словно пантера. Он не делает лишних движений, не говорит впустую. Его удары всегда точны, а стратегия безупречна, слова же могут порой ранить куда хуже любого оружия. Он родился для власти, с самого детства его готовили к неизбежному, и вся Корея это знает. Хенджин же является полной его противоположностью. Он горячий, непредсказуемый, вспыльчивый. Чрезмерно красивый для мафии. Зеленые глаза так и манят на грех, на доверие. Его же клан действует быстро, хаотично, но не менее эффективно. Хенджин без проблем разрушает все на своем пути и не оставляет шансов тем, кто встает на дороге. Еще с первого дня после того, как он занял место отца, все стало понятно. Он не собирался играть, не хотел интриги. Все было легко для него: либо да, либо нет. Они ненавидят друг друга уже давно. Не просто из-за какой-то тупой клановой войны, а на личном уровне. Слишком разные, слишком одинаковые в своем стремлении уничтожить врага. Хенджин так и горит, когда видит Минхо. Но никто из них не знает, как близко они уже подошли к точке невозврата. Все это недоразумение началось с одной сделки. Ли провернул крупнейшую поставку оружия через порт, поставив Змей на колени. Никто такого не ожидал. Это был удар в самое сердце отца Хенджина в буквальном смысле, и стал причиной его смерти. Хенджин в молодом возрасте семнадцати лет встал на его место, уже ненавидя Пантер. В ответ он устроил поджог в одном из клубов Минхо. В ту ночь они впервые столкнулись лицом к лицу. Прямо там, в клубе. – Ты… милый Хенджин… юный мальчик… мне вот очень интересно, а ты не боишься умереть, м? – Хо стоял перед ним, скрестив руки на груди, его голос был холодным, как зимний ветер. – Бояться? Я? Так еще и тебя? – юноша был непоколебим, усмехнулся, облизывая свои чертовски красивые, пухлые, чутка пересохшие губы. Он смахнул с волос несуществующую тяжесть одним движением. – Да мои люди за секунду превратят тебя в фарш, – спокойно произнес Ли. Он смотрел на Хвана как-то странно, возможно из-за освещения, или же просто воздух был каким-то другим. – Интересно… – протянул он. – А разве ты не мечтаешь сделать это своими руками? Я был о тебе другого мнения, – разочарованно выдохнул Хенджин. – Думал, сам меня превратишь в фарш. Минхо же внимательно смотрел на него, так и не ответив. Он не мог оторваться. Смотрел на его распущенные волосы, дерзкую улыбку, кровь на костяшках пальцев, расстегнутую третью пуговицу алой рубашки. И что-то внутри него скручивалось в тугой узел. Ненависть… это точно была ненависть. Только она.

***

После той встречи война между кланами вышла на совершенно новый уровень. Теперь это был не просто передел власти, а что-то на личном уровне. Они постоянно искали встреч, загоняли друг друга в угол, срывали сделки, устраивали засады. Но однажды Хо поймал Хенджина не в бою, а в ловушке. Сделка на складе оказалась подстроенной, и люди Ли окружили змей. Хенджин поздно понял, что попался. Он стоял перед Ли, истекая кровью из разбитой губы, но даже сейчас ухмылялся. – Смешно тебе? – Что теперь? – спросил Хван. – Убьешь меня здесь? Давай, вперед, тварина. Или тебе нужно шоу? – Ты… наглый мальчишка… – Ли подошел ближе. Он должен был сказать что-то резкое, что-то ядовитое. Но вместо этого он почувствовал, как что-то внутри него взрывается. Его рука сжала ворот рубашки Хенджина, и прежде чем тот успел что-то сказать, Минхо резко наклонился и поцеловал его. Никого не было рядом. Он сделал это грубо, жестко, как удар в бою. Хенджин замер, он просто не знал, как реагировать на это все. Но замер он только на секунду. А потом рывком притянул Хо ближе, отвечая на поцелуй так же яростно, как дрался с ним раньше, несмотря на отвращение. Он просто не хотел показывать Минхо свои слабые места, просить останавливаться и все в таком духе. Если он собирался трахать его, как последняя скотина на свете в таком уязвимом состоянии, то… Этот проклятый поцелуй длился всего несколько секунд, но когда Ли отстранился, в глазах младшего вспыхнуло что-то дикое. Или он хотел, чтобы Минхо увидел это что-то. – Вот черт, – выдохнул он, облизывая губы. – Ты, блять, засосал меня? Чертов ублюдок! Минхо молчал. В голове творился полный хаос, но снаружи он оставался ледяным. – Трахнешь меня тут? В таком виде? Ты реально псих, просто долбанутый на голову! – Исчезни отсюда, пока я не передумал. Хенджин ничего не понял, его действительно отпустили. Либо Минхо был слишком глупым, либо у него были другие планы на Хенджина.

***

Ночами Минхо не раз ловил себя на том, что вспоминает, как Хенджин целовал его в ответ. Все стало другим. У него даже мысли не было о поцелуе в тот день. Он просто хотел заткнуть наглый рот мальчишки, вот и решил удивить. Ли явно не ожидал, что Хенджин ответит на его поцелуй, да еще и так. Все стало другим слишком быстро. Хенджин же ненавидел себя с каждым днем все больше и больше. Ведь он сам, стоя на крыше своего бара, не мог выбросить из головы ощущение рук Минхо на своей коже. Он даже спустя столько дней все равно чувствовал фантомные прикосновения. Кожа словно горела, губы так вообще пылали. Никто из них не мог позволить себе слабость. Они скрывали эти непонятные мысли и воспоминания. На публике же продолжали ненавидеть друг друга. Из-за Минхо умер отец Хенджина. Да, возможно он не был самым лучшим родителем, но… Хенджин так и не смог смириться с потерей. Он был более близок с матерью еще с самого детства, но и отца любил не меньше. Со временем только начал осознавать, кем вообще являлся его отец, что творил, и самое ужасное, что он был единственным наследником и продолжателем дела отца. Хенджин искал забвение и… когда темные переулки становились свидетелями его встреч со своим врагом, их губы снова находили друг друга. Хван не смог выйти из порочного круга. Он нашел спасение в Минхо…

***