Декларация независимости

      1374 год от вознесения Маури́, центральная Тарка, земля горнодобывающих компаний и бесправного населения, получившая название Гноле-Чеми.       Уже два года здесь бушует крупномасштабная партизанская война, начавшаяся сперва как небольшая забастовка работников фабрики деревянных игрушек, переоборудованной в завод по производству истребителей. На одной стороне ринга представлен союз многочисленных вооружённых группировок, самой крупной из которых является Гноле-Чемийский фронт освобождения, на другой — паркесская колониальная администрация. Первым крупным городом, захваченным восставшими, был Гумунк, расположившийся в большой, но малоурбанизированной провинции Читуман, с точки зрения колонистов абсолютно безнадёжной для обороны против превосходящих сил партизан. Регулярные войска были выведены из этой области ещё неделю назад и в единственном укреплённом форте остался лишь малочисленный гарнизон из престарелого офицера и троих аскари под его командованием. Эти трое пленили своего командира, связали его, завернули в ковёр с красивым узором и выдали революционерам.       Штаб-квартиру повстанцы устроили в большом трёхэтажном здании, ранее принадлежавшему одному из многочисленных горных трестов, терзавших плодородные земли Гноле. Верхушка партии ГЧФО расположилась на крыше — там были оборудованы шезлонги и бильярдный стол, шары с которого были выброшены вниз, больно ударив по голове какого-то зеваку. Эти неопрятные, пропахшие порохом, но воодушевлённые и обладающие непреодолимой тягой к свободе люди собрались здесь с единственной целью — создать декларацию, провозглашающую независимость народной республики. Коллективными усилиями товарищи водрузили на стол огромный лист пергамента и письменные принадлежности. Деятели современного искусства из бывшей метрополии до сих пор восхищаются этим удивительным документом — его одновременно писали шестеро человек, и каждый из них писал о чём-то своём, при этом часто они противоречили друг другу. Так, товарищ Бувеси ратовал за введение обязательной воинской повинности, официальный культ пророка Джогомаяно и смертную казнь за разнообразные провинности, включая лжесвидетельство и воровство овощей на центральном рынке. Его основной оппонент внутри ГЧФО, учитель физкультуры из южного Ймарина, имя которого было предано забвению из-за неблагозвучности, заявлял абсолютно противоположные тезисы — призывал распустить армию, предать огню старые культы и выпустить всех заключённых из тюрем для занятий физической культурой, способствовавшей, по его мнению, их исправлению. Отличился товарищ Нгаси, не умевший писать, однако нарисовавший множество картинок, включая изображения процесса зачатия ребёнка и коронации самого товарища Нгаси в качестве единоличного правителя. Исследователи считают, что во многом именно эти препирания привели к бескровной гражданской войне в начале нынешнего столетия. Будущие деятели будущего государства допустили в тексте декларации по меньшей мере 110 грамматических ошибок, однако годы спустя их потомки в знак благодарности закрепили именно такое написание слов и утвердили новый образец литературного языка.       До революции работавший безработным приживалой, а ныне уже 50 лет занимающий должность министра по делам детства и юношества товарищ Лиайаго написал в конце своего памфлета на тему сельского хозяйства песню, на три послереволюционных года ставшую гимном независимой республики:       «Мы будем за свободу воевать       Как воины отечества родные       Как будто словно ярый рукомёт       Как словно бы мы кони удалые…»       Голубой рукомёт — забавный крылатый грызун, обладающий сакральным значением в мифологии нескольких народов центральной и западной Тарки, изображённый ныне на государственном гербе Гноле-Чеми.       В 1253 году князь-министр по делам колоний по фамилии Хуккс, почитатель творчества перфекционистов, чертил границы корпоративной территории Гноле по линейке, желая создать идеально ровный квадрат. В ноздрю ему залетела табасогская гнильная муха, он залился продолжительным чихом и рука министра дрогнула, образовав продолговатую дугу, простиравшуюся на многие сотни километров на запад. Таким образом, в составе территории оказалось более 30 племён, отличавшихся по языку, религии и социальному устройству, а если верить в старую гнолийскую легенду о трёхногих женщинах, ещё и по количеству ног. Пытаясь обрисовать будущие границы, товарищ Нангачимана решил продлить это чудовищное щупальце ещё дальше на запад, соединив его с мировым океаном и удовлетворив мечты радикальной интеллигенции о постройке красивого пляжа на берегу. Эти амбиции через несколько лет вылились в восьмидневное пограничное противостояние с соседним королевством Ц’толе, в котором гнолийцы потерпели сокрушительное поражение и щупальце было немного укорочено им в назидание.       Была ещё одна загвоздка — у народной республики Гноле-Чеми не было никакого флага.       — Дорогие товарищи, — сказал бородатый, невероятно обросший человек в кепке, товарищ Нойомо, метивший на пост министра культуры. — Предлагаю нарисовать на нашем флаге положение солнца в момент подписания декларации независимости!       Предложение товарища Нойомо было встречено овациями, продолжавшимися по меньшей мере полчаса.       — А где солнце?! — пронёсся гул вдоль бильярдного стола.       — Вон там! — ответил уборщик складских помещений, который волей случая оказался на партийном собрании из-за фантастической схожести с женой одного из делегатов.       Ловкой рукой бывшего погонщика скота каллиграфическим шрифтом в стиле паркесского минимализма было написано «PARMO KE», что на местном наречии означает «ВОН ТАМ». Следующим штрихом он добавил стрелку, смотрящую в левый верхний угол знамени. Через две секунды после этого действа товарищ Нойомо был убит из снайперской винтовки диверсантом и прислужником колонизаторов, который на допросе признался, что совершил убийство за 160 рупий, однако позже из-за своего рабочего происхождения преступник был отпущен на свободу под залог в размере 150 рупий.       В следующий раз отцы-основатели не собирались на крыше, переехав на менее уютные нижние этажи.