Hide and Seek

—𖤓—

Запись 2.

«Ты когда-нибудь задумывался о том, что человек может совершить ради себя? Эгоисты — самые дикие звери, клянусь. В моей жизни было много эгоистов, и я знаю, каково это — игнорировать потребности других ради своей выгоды. Вот только за поступки в прошлом нужно отвечать. И все эти поступки в какой-то момент выйдут тебе боком. Например, сейчас....Руки в темных кожаных перчатках проникали все глубже под женскую рубашку. Крепко сжав ее талию, я услышал долгий стон. Соблазнение женщин не составляло огромного труда. Сказал пару красивых слов, твердо, но легко тронул ее колено, и вот она уже в твоих руках. Я бродил руками по горячей коже, сдавливая хрупкую и пьяную девушку, словно хищник свою жертву. Рука медленно полезла в карман. Даже через несколько слоев одежды я ощущал тяжесть холодного оружия. От одной только мысли, что жизнь этой девушки в моих руках, заставляла сердце колотиться в ритме одержимости. Правосудие должно совершиться. Дёрнув рукой, я открыл нож. Возбуждённая девушка даже не услышала этого звука и продолжала тереться об собственную смерть. Взглянув в чистые глаза, она кокетливо улыбнулась и потянулась за страстным поцелуем. Острие вонзилось в бледную кожу, прорезав ее. У этой девушки было очень много планов на этот день. Соблазнить богатого парня с манерами, а после выкачать из него денег. Любая девушка мечтает выбраться из этого дерьма. С губ слетел последний вздох, и мертвое тело сползло вниз к моим ногам. Лицо сохранило отстранённый вид, вытаскивая лезвие. Судьба этого тела меня не интересовала. Опустив девушку на кровать, я быстро и дико сорвал с нее одежду, любуясь изящным женским телом. Рука в перчатке легла на рыжие волосы, растрепав их так, чтобы от красивого каре не осталось и следа. Я встал с кровати и оглядел квартиру. Куда она могла спрятать это? Невольно прикусив губы, я метнулся к трюмо с украшениями. Подцепив пару золотых и серебряных изделий, я спрятал их в карман и подошёл к мобильнику. Прятать столь важные вещи в электронной коробке крайне глупо. Подойдя ближе, я схватил ее за ослабевший палец и силой вжал в экран. Я водил ее пальцем по кнопкам, словно манипулятор и наконец-то нашел то, что мне нужно. Цель оправдывает любые средства, пусть даже такие. Запомни, прошлое это неотъемлемая часть меня. Эту часть, уничтожить просто невозможно...»       Откинувшись на спинку кожаного сиденья, Яков пересматривал досье, которое ему выдали. В полиции он давно и знает все «прелести работы». Одна из таких сидит за рулем ярко-красной машины. Руф не обладает смекалкой и не блещет логикой на расследованиях, но по какой-то причине выше Якова по чину. Полиция в Маеттоне работала отвратительно. Яков ловил себя на мысли, что его окружают придурки, которые не могут самостоятельно раскрыть ни одного дела. Бесило больше всего то, что ему придётся работать с Руф. Человеком, который даже отпечатки пальцев нормально собрать не может. Расследование обещает быть интересным. За окном показалась большая зелёная вывеска «Welcome to Waert». Их заслали в пригород Маеттона. Яков никогда не был здесь, да и не хотел уезжать куда-то далеко. Он взглянул на Руф в солнцезащитных очках, которая качала головой в такт странной песни из ее плейлиста. Заметив его взгляд, она выкрутила колёсико на минимум, убавив звук. — Что-нибудь интересное в этой бумажке есть? — Только личность жертвы. Карлот Минхаузер, 22 года. Проживает в Ваерте, улица Маршала, 33. Не жената, детей нет. Работает в клубе «Wolves», — быстро зачитал Яков, опираясь щекой об кулак. — И всё? Ну и скукота. — Дура, мы туда и едем, чтобы найти больше информации. Руф закатила глаза и прибавила музыку, чтобы не слышать возмущение напарника. Из колонок заиграла песня «Sexy bitch», и Яков скривился в отвращении. Долгая дорога вымотала его, а идиотский и очень громкий плейлист Руф добивал. С тяжёлым вздохом он уткнулся лбом в холодное стекло, мысленно проклиная всех и вся. 

***

      На лестничной клетке уже столпились соседи, которые старательно пытались заглянуть внутрь и самостоятельно убедиться в новости о смерти Карлот Минхаузер. Руф уверенно шагала вперёд, а Яков плелся сзади. — Так, дамы и господа, полиция на месте. Вам ничего не угрожает. Отойдите в стороны и предоставьте дело профессионалам. — она так и излучала мужественную энергию, уверенно расталкивая толпу. Якову от таких слов захотелось блевать, но он сдержался, кашлянув в кулак. Соседи начали шептаться, распространяя теории и неожиданные факты о Карлот. Яков обладает хорошим слухом и зацепился за одну из таких. Обернувшись, он встретился глазами с статной женщиной в домашнем халате. — Что вы сказали? — Что? — удивлённо спросила женщина, будто не ожидав, что ее сплетни услышит полиция. — Кем была Карлот Минхаузер? — Да давалкой она была! — воскликнула она, но какой-то мужчина покачал головой и продолжил вместо неё. — Карлот была очень хорошей и доброй девушкой. Пусть у нее и была... Ну, скажем, непристойная работа, она была очень хорошим человеком. — Кем она работала? — Я же говорю, шлюхой она была. Шлюхой! — продолжала женщина. — Эта скотина увела у меня мужа. Хорошо, что эта швабра кони двинула. — Да что ты такое говоришь?! Между соседями началась перепалка. Желания участвовать в ней Яков не имел, поэтому быстро юркнул через толпу к входной двери.       Маленькая, но достаточно уютная и светлая квартира представляла собой женское логово. Заходя, Яков споткнулся об белые лабутены, после наткнулся на гору из модных журналов и попал в спальню. В нос ударил запах, который уже успел выветрится. Видимо, после обнаружения трупа соседи открыли окно. По комнате уже разгуливала Руф. Она с умным видом кружилась вокруг кровати, на которой лежало тело девушки с прикрытым лицом. Яков убрал ткань и осмотрел труп. На девушке практически не было одежды. Нижнее белье и рубашка валялись недалеко на полу. На шеи, словно адские цветы, разместились засосы. Есть раны и похуже, но самая страшная — это ножевое ранение в животе. Убийца не делал лишних движений, он вонзил оружие так глубоко и точно, что лишь одного удара хватило для летального исхода. Кровь проникла в постельное белье, остатки одежды и кожу, вызывая неприятный запах, удалить который крайне сложно. Об убийстве люди узнали только спустя 2 дня. В участок позвонила напуганная соседка и рассказала о том, что из квартиры снизу странно пахнет и Карлот не выходит на связь. После рассказала о том, как ее муж выломал дверь и они обнаружили труп. Двух дней хватило, чтобы труп начал гнить, хорошо, что те люди додумались открыть окно. Находится долго с телом стало сложно, и Яков натянул черную маску на лицо. — Что тебе сказали те курочки? — поинтересовалась Руф, подходя ближе. — То, что она была шлюхой и увела мужа какой-то женщины, — спокойно произнес Яков, собирая палочкой образцы ДНК на теле девушки. — Ну, слушай, — задумчиво произнесла Руф, оглядывая тело девушки с ног до головы. — Я знаю, что здесь было! Изнасилование! Яков скептически посмотрел на нее и с тяжёлым вздохом прошептал: «С кем я работаю...». — Я тебя удивлю, но это даже близко не изнасилование. Ниже живота убийца не заходил. Я предполагаю, что она добровольно пошла с ним потому, что следов борьбы или синяков от связывания нет. Возможно, доверяла, возможно, была знакома раньше. Зайдя домой, они естественно начали свои дела. Он оставил пару засосов и укусов.— Яков провел пальцем по ее шеи и груди. — После зарезал и оставил тело. — Глупость какая. Всегда знала, что ты тупой. Мотив — это секс. — Нет. Это нечто более глубокое, чем просто похоть... Яков выпрямился и оглядел квартиру. Чистая, совершенно не тронутая. На полках фотографии и статуэтки. В конце комнаты трюмо с косметикой. Яков подошёл ближе и осмотрел полки. На одной из них стояла открытая шкатулка. — М-м-м... .. Деньги, значит. — Что говоришь? — Говорю, убийце нужны были деньги. Он обчистил шкатулку. Руф воскликнула в победе, обратив на себя внимание Якова. В ее руках был телефон-раскладушка, покрытый кровью. Он подошёл ближе и осмотрел его. — Проверь историю звонков. Руф кивнула и открыла входящие звонки. На экране были только пару контактов: «Клиент 1», «Ганс», «Дорис» «Мама» — Запиши эти номера. Яков убрал телефон в пакет и продолжил осмотр квартиры. В голове мелькали мысли. Начиная от вариантов того, кем приходился убийца жертве, заканчивая мыслями о причастности Ганса или Дорис к убийству.  — Обыщем квартиру полностью. Я пойду на кухню, а ты продолжай здесь.  Руф кивнула и вытащила из кармана фонарик. Яков, так и не досмотрев, что она делает, вышел из комнаты и направился на кухню. К удивлению, только кухня была островком спокойствия среди женского хаоса. Кухонный стол с кувшином для воды, плита, холодильник, на котором приклеена записка. Яков подошёл ближе и прочитал содержимое. На ярком стикере быстрым почерком было написано: «Уолт 2. 2 этаж».  — Ахринеть можно! Яков! Сюда быстро!! Он отпрянул от холодильника и, глянув на дверь, пошёл обратно к Руф. Девушка сидела на полу, направив фонарик под кровать. Яков прошёл ближе и нагнулся, чтобы рассмотреть то, на что светит Руф. Край светлого линолеума был чётко вырезан и откинут назад. Под полом находилось несколько больших пакетиков с таблетками и порошком. Глаза Якова округлились, а брови подпрыгнули так высоко, что появились морщинки. — Так она ещё и наркоманка. С ума сойти! Только вот зачем ей столько?  Яков вытащил пакеты из пола и выложил на полку. Пакеты аккуратно завёрнуты в несколько слоёв, а сверху бумажки с адресами и инициалами. — Видимо, она курьер. — Пиздец. Она сто процентов была обкуренная, поэтому и не сопротивлялась.  — Иногда ты говоришь крайне умные вещи, — протянул Яков, глянув на напарницу. Руф закатила глаза и направила фонарик на Якова. — Я всегда говорю умные вещи, это просто ты недостаточно развит, чтобы их понять. — Ты меня уже задолбала. Займись лучше делом и собери образцы ее слюны и этого порошка. Яков вздохнул и отвернулся на дверь, ведущую на кухню. Та записка.... Могла ли она значит что-то? Или это очередной адрес доставки наркотиков?

***

Ближе к обеду они закончили осмотр квартиры и отправились в клуб «Wolves», место, где работала Карлот. Как оказалось, Дорис из списка контактов Карлот тоже работала в этом клубе, значит, могла видеть жертву накануне. Здание клуба отличалось яркой неоновой вывеской и охранником на входе. Руф вытащила своё удостоверение и показала мужчине в строгом чёрном костюме. — Майор Руф. Могу ли я опросить персонал?  — В чём дело? — грубо спросил охранник, оглядев сначала Руф, а потом Якова. — Произошло очень кровавое дело, связанное с вашим работником. Мы хотим разобраться в нем. — Если вы будете оказывать сопротивление, я буду вынужден записать вас в подозреваемые, — дополнил Яков, и охранник нехотя пропустил их. В обеденное время людей в клубе практически не было. На чёрном диване разместилась компания ребят, заметив полицейских, они удивились и стали шептаться. Яков окинул их суровым взглядом и пошёл дальше. Клуб состоял из двух зон. В первой находились столы для гостей, а во второй — танцпол, который сейчас не работал. Официантки столпились около барной стойки, весело щебеча.  Руф подошла ближе и протянула им удостоверение. — Майор Руф, могу ли я задать вам пару вопросов, красотки? Яков буркнул, стукнув её по плечу. — Хватит пользоваться этими идиотскими кличками. Мы на работе.  — Ой, да замолчи уже. Если девушки не привлекают, то дай возможность другим кайфануть с ними.  Официантки выглядели изумлённо, словно никогда не видели полицию ранее. Они переглянулись между собой, а после одна из них подала голос.  — Да, конечно. Эм... Что вы хотите узнать? — Тут есть Дорис Армайнд?  Услышав знакомое имя, девушки повернулись назад, а после расступились, показывая ту самую Дорис. Она испуганно уставилась на Якова, нервно сжимая блокнот для заказов в руках. — Это я. — Лейтенант Яков. Могу ли я увидеть ваши документы? Дорис попятилась назад и убежала в маленькую комнату для персонала, помеченную вывеской. Спустя пару минут она вернулась с паспортом в руках. Яков забрал документ и внимательно осмотрел его. — Дорис, два дня назад в 15:50 вам позвонила Карлот Минхаузер. О чём вы говорили? — он вернул ей паспорт и скрестил руки на груди. — Хм... Карлот спрашивала, могу ли я подменить её вечером. Она всегда так делает по пятницам. Уходит с ночной смены в бары и развлекается.  — В какое примерно время она ушла в клуб? — Примерно в 11 вечера. — Вы в курсе, что она мертва? Глаза девушки моментально потухли. Она опустила взгляд на замок из своих пальцев и сжала их с такой силой, что костяшки побелели. Яков прочитал на лице боль, но не такую, чтобы рыдать. Другие официантки начали подбадривать её, поглаживая по плечу и голове. — Все знают, что случилось с Карлот, — ответила другая официантка вместо Дорис. — Откуда?  — Это маленький город, здесь новости распространяются всего за час. Вот мы с девочками считаем, что это сделал Люка.  — Кто это? — Очередной паренёк, которого она охомутала.  — Так Люка тогда с нами работал, — вмешалась другая официантка.  — А вдруг он после смены к ней пошел? Она же пьяная была! Какой идиот не воспользуется такой?  — Не-е-т. Это точно не Люка, он в нее по уши влюблён и не стал бы убивать.  Яков закатил глаза и отошёл от девушек. Слушать эти бредовые сплетни он не хотел, голова и так ломилась от теорий. Руф, гордо вытянув подбородок, подошла к девушкам, продолжая задавать вопросы. Яков откинулся на барную стойку и закрыл глаза. Мысли метались так быстро, что он не успевал поймать ни одну из них. Голова жутко болела, а на почве расследования Яков мучился, но при Руф не показывал это. 

***

      Сев в машину, он тут же прилёг головой на стекло, закрывая глаза. На улице уже стемнело, и народ потихоньку начал прибывать в клуб. Яков просто бы не выдержал и 10 минут нахождения в шумном клубе, поэтому пришлось уйти. Руф заметила неважное состояние напарника и убавила музыку. — Что с тобой, бандит?  — Отстань. Просто не выспался...— пробурчал Яков. — Что там с девушками? — Обычные девушки. Никто накануне не видел ее. Хотя... Одна из них сказала, что видела ее с каким-то парнем, когда сидела в кофейне примерно в тоже время. От одного только слова «кофейня» у Якова приподнялось настроение. Спокойная обстановка, вежливый и не прилипчивый персонал и чашка кофе, которая могла повысить его давление.  — Что за кофейня? — Уолт 4, кофейня «Muffin», говорят, там очень вкусный кофе и сэндвичи, может, съездим? — Только чтобы поесть? — скептически спросил Яков, хотя сам хотел попасть туда.  — Ну, Яков! Мы целый день ездим по городу, я устала как собака и хочу есть. Судя по твоему бледному и уставшему хлебальнику, ты тоже.  Яков буркнул в знак согласия, и машина тронулась. Руф так и не стала включать музыку, доля человечности в ней все же присутствовала.       Кофейня «Muffin» представляла собой маленькое помещение, окружённое жилыми домами и бутиками. Окна, украшенные звёздами, выходили на дорогу и соседнюю улицу. По словам Руф, это центр города. На стеклянной двери красивым шрифтом был написан текст «Muffin. We're open 24 hours. Welcome to coffee heaven» Яков толкнул дверь, и они вошли внутрь. В носу появился приятный кофейный запах, от которого Яков оживился. Он огляделся и заметил, что в конце зала сидел только один посетитель. Мужчина в черном пальто, сгорбившись, он пил свое кофе, внимательно осматривая зашедших полицейских.  — И какой дурак ходит в кофейню в...— Руф посмотрела на наручные часы и продолжила: — В половину первого ночи. — М-да, открывать такой бизнес крайне глупо. Они прошли к пустой барной стойке и огляделись в поиске персонала. Ни официантов, ни бариста, вообще никого, кроме них двоих и того мужчины в черном пальто. Руф прошлась около витрины, с искрами в глазах рассматривая аппетитные булочки и сэндвичи. Яков подошёл ближе и, заглянув за стойку, увидел персонал. Молодой парень спал, сложив руки на стол. На вид он был ровесником Якова, но расслабленное и миловидное лицо предавало ему детскости. Полицейский вытащил из пиджака удостоверение и несколько раз ткнул им в рыжие волосы спящего юноши.  — Вставай. Парень возмущенно буркнул и поднял сонный взгляд на Якова.  — Что?...,— он хотел сказать что-то ещё, но Яков перебил его, выставив открытое удостоверение прямо перед носом парня.  — Лейтенант Яков. Вы арестованы. — Эээ... Почему? — сонно, но с долей страха спросил бариста. Не такого пробуждения он ожидал. — Потому что спите на рабочем месте. В наказание вы приготовите один американо и, — Яков обернулся на Руф, — Ты что будешь? — Хммм... Какао и сэндвич с ветчиной. Парень удивленно похлопал глазами и отошёл к кофемашине, умело заваривая американо — Могу ли я увидеть ваши документы? — продолжил Яков, облокотившись на стойку. Бариста нервно попятился назад. — Я не ношу их с собой. — Ну что за дела, мистер Немо? Документы не носите, на рабочем месте спите. — Простите, простите... Я в две смены работаю, устаю сильно. — Парень протянул ему белый стакан с горячим американо. — Меня зовут Вальтер. — Угу, пока ты не покажешь мне свой паспорт, можешь быть хоть Джоном. — Яков нахмурился и отпил кофе.  — У кого-то обострение язвительности. Сядь куда-нибудь и успокойся, а то бедного парня уже запугал. Яков окинул Руф злым взглядом и остался стоять на месте. Вальтер передал заказ Руф и внимательно осмотрел двух весьма необычных посетителей. Полиция в Ваерте — явление крайне редкое. Участки тут есть, и они работают, но встретить хотя бы одного представителя профессии практически невозможно. Город маленький, каждый друга знает, поэтому и таковых преступлений никогда не происходило. Полиция есть, но ее никто не видит.  — Немо, нам нужен доступ к камере видеонаблюдения. — Лейтенант, вы много требуете. У нас нет камер, — усмехнулся Вальтер, но, поймав на себе злой взгляд Якова, быстро вернул спокойную улыбку. — Ни одной? — Одна есть, но я сомневаюсь, что она работает. — Нам необходимо ее посмотреть. — Да, блядь, Яков, у меня кофе остывает, давай потом. — И как ты майором стала с таким уровнем ответственности? Руф пожала плечами и села за столик около окна. Выставив сэндвич и стаканчик с какао на деревянную поверхность, она принялась жадно поглощать еду. Яков с неким отвращением глянул на напарницу и сел рядом, сдвинув стул ближе к Вальтеру. Кофейня была устроена так, что столы около окна находятся недалеко от прилавка, поэтому Вальтер просто прошел вперед к концу стойки. Ему жутко хотелось спать, поэтому он подпер подбородок рукой и закрыл глаза. Не прошло и минуты, как его снова ударили удостоверением. От удивления он подпрыгнул и посмотрел на парня. — Не спать, солдат. Вальтер понял, что продолжить сон в тишине у него не получится. Поэтому ему ничего не осталось, кроме как дождаться окончания трапезы полицейских и продолжить разговор.