Понять искусство дано не каждому

Ирис творил. Каждый мазок был выверенным, он идеально вписывался в общую картину. Улыбка украшала губы психа. Подойдя к своему шедевру, он поправил пряди синих волос, а после откуда-то сверху донёсся мелодичный голос.       – Прекрасно. Теперь всё симметрично. Не двигайся, дорогой. Ах, да, ты же не можешь. Ахах, – тихо посмеялся экзопланета, возвращаясь к холсту. Выдавливая немного красного на палитру, он принялся "украшать" свой шедевр. Каждая струйка, каждая сломанная кость, каждая синяя прядь, испачканная в крови, должны были быть запечетленны во времени. Это великолепно. Синеволосый медленно моргнул, через силу вновь поднимая тяжёлые веки. Он не чувствовал боли. Не чувствовал себя. Он был произведением искусства. Работой, на которую потратили много сил и не так много времени. Но он уже не осознавал этого, пустым взглядом уставившись в пустоту. Хм, на картинах этого ублюдка он выглядел.. Живым. Его взгляд был таким живым, будто он и не был мёртвым. Странно было смотреть на своё поломанное тело на холсте, но Нептун привык. Он был прекрасен. он был идеален. он был шедевром. Не смотря на онемевшие конечности, парень не мог скрыть крупную дрожь рук, так долго находившихся приподнятыми. Правая рука повёрнутой под неестественным углом кистью закрывала глаз, оттопыривая локоть. Левая рука дрожащими, худыми пальцами сжимала пряди волос у шеи, пачкая синий красным. Ирис продолжал творить. Водя кистью по холсту, его рука будто танцевала медляк, водя туда-сюда. Так прекрасна картина. Он окинул взглядом Нептуна, замечая дрожь рук. Это несомненно мешалось, но он не требовал от своей "игрушки" невозможного. Поэтому молча рисовал. Вдруг послышался тихий, сиплый голос. Скорее даже хрип.       – Мне больно. Я не чувствую рук. Когда мне можно будет отдохнуть? Обратился Нептун к Ирису. Сжав зубы, он мысленно успокаивал себя, пытаясь сдерживать дрожь. Если будет слишком сильно дрожать - Ирис сделает замечание, а значит, и наказание не за горами. Синеволосый готов был выжимать из себя последние силы, лишь бы не получить наказание. Когда он получал наказание - это был ад. Но когда он держался, и продерживался до конца, Ирис был так добр. Не настолько добр, как его Уран, но достаточно, чтобы стараться изо всех сил. Тогда не приходилось есть мясо, и был шанс, что он мог подлечить Нептуна.       – Тсс.. Ещё немного, дорогой. Потерпи чуть-чуть, иначе как я закончу своё творение? Со снисходительной улыбкой ответил он, поверх холста смотря в потухший взгляд Нептуна. Ирис видел, как тот старался, видел как тот выжимал последние силы ради его благосклонности. И его шедевр будет вознагрождён, это точно.

Красная струйка украсила мертвецки бледную кожу.