Мертвая луна/The dead moon

Мы вышли из пентхауса в полной тишине. Город светился неоном, машины мчались по ночным улицам, но я почти не замечал их. В голове звучал голос Виктора: "Вы готовы сыграть по-настоящему?" Я не знал, что бесило больше — то, что у нас не было выбора, или то, как легко он нами манипулировал. Скарлетт молчала, идя рядом, её каблуки цокали по тротуару. Илья шагал чуть впереди, явно погружённый в свои мысли. — Вы хоть понимаете, во что влезли? — тихо сказала Скарлетт, когда мы остановились у машины. Я открыл дверь, но не сел. — У нас есть выбор? Она вздохнула, скрестила руки на груди. — Можно было придумать что-то другое. — Например? Скарлетт отвернулась, явно злилась. — Вы просто сделали то, что он хотел. Виктор не даёт предложений — он ставит условия. — Разве ты не знала, что так будет? — усмехнулся Илья, оборачиваясь к нам. — Конечно, знала, — фыркнула она. — Но думала, что вы хотя бы попробуете торговаться. Я устало провёл рукой по лицу. — Поздно. Теперь мы в игре. Скарлетт посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло что-то странное. — Да, Денис. Теперь вы в игре. И правила диктует Виктор. Мы сели в машину. Скарлетт — на переднее сиденье, Илья — сзади. Всю дорогу она молчала, глядя в окно. Я чувствовал, что между нами что-то меняется. Виктор был прав — мы призраки. Люди без прошлого. Но теперь я не был уверен, что хочу оставаться призраком. А Скарлетт... Я начинал видеть в ней нечто большее, чем просто проводника в этот мир. Мы ехали молча. Напряжение в машине было почти физически ощутимым. Я чувствовал, как внутри меня закипает что-то тёмное — злость, страх, возможно, даже азарт. Виктор дал нам задание, и теперь у нас не было пути назад. Скарлетт сидела рядом, глядя в окно. Её лицо было скрыто тенью, но я видел, как пальцы нервно постукивают по колену. Она злилась. На нас, на ситуацию, на себя. — Если ты хочешь сказать, что мы идиоты, просто скажи, — наконец нарушил я тишину. Она не повернулась, но я заметил, как уголок её губ дёрнулся. — О, Денис, я уже устала повторять это вслух. Я усмехнулся, но внутри был на взводе. — Тогда зачем ты с нами? Она резко обернулась, и её взгляд врезался в меня. — Хороший вопрос. Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Что-то висело в воздухе, что-то невыраженное, что-то новое. Я не мог это описать, но мог почувствовать — словно между нами появилась тонкая нить, которая натягивалась с каждым новым словом, каждым новым взглядом. — Ладно, хватит вам пялиться друг на друга, — проворчал Илья с заднего сиденья. Скарлетт вздохнула и снова отвернулась. Я сжал руль сильнее и прибавил скорость. Мы ехали выполнять грязную работу для Виктора. Но, чёрт возьми, мне казалось, что в этой машине происходит что-то куда более опасное. Город утопал в неоне. Машина скользила по ночным улицам, а я всё сильнее чувствовал, как внутри меня растёт напряжение. Мы ехали выполнять задание Виктора — выбить долг с какого-то богача, но мои мысли были заняты другим. Скарлетт. Она сидела рядом, глядя в окно, её пальцы ритмично постукивали по колену. Я чувствовал её раздражение, но не понимал, из-за чего именно. Из-за нас? Из-за Виктора? Или, может, из-за того, что она сама влезла в это болото вместе с нами? — Ты вообще понимаешь, что теперь ты в этом так же глубоко, как и мы? — спросил я, не отводя глаз от дороги. Скарлетт не сразу ответила. — Понимаю. — Тогда почему ты до сих пор ведёшь себя так, будто у тебя есть выбор? Она повернула голову, её тёмные глаза впились в меня. — Потому что у меня есть мозги, Денис. В отличие от некоторых. Я усмехнулся. — Ты ведь знала, что так будет, да? Что Виктор нас использует? — Конечно. — Тогда какого чёрта ты вообще нас сюда привела? Она молчала несколько секунд. — Потому что я думала, что смогу всё контролировать. Я хмыкнул. — Плохая новость: мы больше ничего не контролируем. Скарлетт снова отвернулась к окну. — Не говори так, будто тебе это не нравится, — пробормотала она. Я резко посмотрел на неё, но она продолжала смотреть в окно, будто не сказала ничего важного. Я хотел возразить, сказать, что мне не нравится, что мной манипулируют, что я ненавижу быть пешкой. Но часть меня... Часть меня действительно получала от этого удовольствие. Этот риск, эта тьма, этот новый мир, где не было правил... Я посмотрел на её профиль — идеальные скулы, чуть прикушенная губа. Опасная. Притягательная. И именно то, что мне сейчас не нужно. — Мы на месте, — резко сказал Илья с заднего сиденья. Я резко свернул в переулок и заглушил двигатель. Перед нами возвышался особняк с высокими заборами и камерами на каждом углу. Окна тонули в мягком жёлтом свете — внутри явно шла какая-то вечеринка. — Как будем заходить? — спросил Илья. Скарлетт посмотрела на меня, её глаза блестели в темноте. — Обычным способом. — Каким? Она улыбнулась. — Красиво.