Ещё по одной

нечего жизнь жалеть, в этих мельчайших красках — я утону на дне, лишь с болью оставшись ласков. без уваженья к людям, себя разорвав на части: я буду подобен зверю, с оскалом в беззубой пасти. всю зелень сменив на порох из длинных дорожек белых. любовь уважает сильных, любовь уважает смелых. а я же — пустой как сфера — сфера твоих интересов. мелькаю цветами стаффа, вскрываю твои порезы. по венам пускаю скорость, вот-вот и залезу в душу. беги, пока есть возможность, я всё здесь хочу разрушить. ты прав: я же хуже ломки. все чувства во мне как фикция — любить никого не хочется (заменой всех типов аддикции). смотри на меня и помни: я человек без сердца — живу эту жизнь по полной, но только всегда по инерции. ты хочешь ко мне быть ближе? жгутом затяни нам руки. я буду с тобою честным: я буду с тобой от скуки. пока витаминки значат побольше земного шара. мы будем кружить на сцене, мы будем стоять у бара. мы будем пускать по вене, топиться среди дурмана. ещё по одной. ты слышишь? не отходи от плана. глаза — потемневший омут. ты прав: во мне нет ни цента, я стою примерно четверть от одного процента, я вдох. я последний выстрел, который уже не слышен. и хуже всего на свете, что ты хочешь быть поближе. прижать, обнять. и остаться — навечно засечкой на коже. мы вместе никак не будем. и порознь больше не сможем. на память останется шрамом — осадок от тёплых объятий. эта жизнь хоть чего-то стоит, но мне никак не понять её. в дыму, как в большом пожаре, рассудок теряет силу. будь в каждом глотке алкоголя, но только подобно метилу. наполню тобой весь разум, с трудом поделюсь на два. наша жизнь никакая не книга, а только одна глава, абзац на полотнах текста, лишь слово на Страшном суде. и в этой картине мира — я грязь на большом холсте. я очерк. набросок. фальшивка — из примесей эфедрина. и рядом со мной ты будешь лишён своего хитина. жалеть тебя слишком рано. любить уже будет поздно. ты — золотой укол. поэтому равен звёздам. и в этих мельчайших красках, теряется наше время. смотри, как танцует ангел на личных вратах Эдема — и мы с тобой тоже будем, на кончике наших игл. ещё по одной. ты слышишь? мы повторим весь цикл. из длинных дорожек белых. напитков в цветных бокалах. уколов, объятий, смеха. и криков в больших скандалах. теперь повернуть на сорок — и повторить раз девять. чтоб грабли впустить поглубже, а после же их лелеять. ты знаешь, нам будет лучше друг друга найти в петле. и я, честно, дышал бы глубже, будь ты порошком на столе. будь ты как ещё одна доза, как лёгкость среди весны — за что бы я не зацепился — во всём был бы только ты. всю зелень сменив на порох из длинных дорожек белых. любовь уважает сильных, любовь уважает смелых. а я же — пустой как вакуум — пространство и без материй. мелькаю цветами стаффа, вскрываю твои артерии. пускаю по ним дыханье, вот-вот и залезу в клетки. любовь заменяет воздух, я — заменю таблетки. мы вместе с тобой не будем встречать-провожать рассветы: я не успел прийти — а все песни уже допеты. я не успел сказать… а, впрочем, мне будет сложно признать, что такой, как ты, сидит у меня подкожно. признать, что вся эта муть — дороже чистейшего мета. чтоб не встретить меня никогда, ты бы жил анахоретом. и с десяток подобных раз — пожалел, что мы были знакомы. да, ты снова, конечно, прав: не любовь, а одни симптомы. над нами горит неоном большая табличка «уйди же», как думаешь — это знак? чтоб быть нам как можно ближе. меж пальцев пустить желанье друг друга всегда ненавидеть. (ты выбрал бы жизнь со мной, даже если бы смог предвидеть пустоты груди за плеврой, инъекции вместо крови. забудем с тобой о мире. забудем с тобой о боли) целует нас прямо в губы — ломка объятий крепче. лю… …бить и душить будет мало, чтоб стало хотя бы полегче. не спорю: я хуже жизни. но и в ней умирать не ново. ещё по одной. ты слышишь? мы повторим всё снова.