Пока не растаял снег

На одной из тусовок с командой Рика он повстречал хомсу Тофта. Тот периодически выходил из душного помещения на воздух и бродил вдоль берега, как и Снусмумрик. -Ты ведь тоже пишешь песни? – поинтересовался хомса. -Бывает. Тофт покивал. -В холоде вдохновение находит меня быстрее, поэтому я уже скоро собираюсь в Муми-дол, не хочешь пойти вместе? «А я так загулялся… Может, стоит в этот раз пойти не в одиночку?» -Хм, я подумаю. И после этого короткого разговора на побережье, он и правда стал думать, что воздух уже становится прохладнее, а ветер над волнами бушует всё чаще. Когда начинаются настоящие шторма он уходит обратно на север. Насыщенная зима получилось, можно и пораньше вернуться, решил Мумрик и при очередной встрече сообщил это хомсе. Что удивительно, он тоже ходил на большие расстояния, но брал с собой лишь узелок на палочке, а то и вообще ничего. «Он не может быть свободнее меня», подумал Снусмумрик. Как-то раз с уже назревшей об уходе идеей в голове, он заметил Кики, спускающуюся с катера, на котором он сам приплыл. -Мумрик! Привееет, как я рада тебя видеть! Я думала ты уйдёшь куда-нибудь в лес. -Привет, - они обнялись, - скоро я так и сделаю. -Так ты уходишь? -Да. -Знаешь, я тоже. Только мне надо вон туда в одну деревню к родителям. -Кики, я тоже пойду в ту сторону. -Значит, мы пойдём вдвоём?! – она смутилась и вся подобралась, как будто от его ответа зависела её дальнейшая судьба. -Не вдвоём, ещё будет один парень. – пыл радости девушки поубавился, но совсем грустной она не стала. -Кто он? -Мой давний знакомый Тофт. Тоже идёт на север. *** И вот так с неожиданно собравшейся компанией он отправился в путь. Снифф была неугомонна и всю дорогу болтала, поэтому парень понял, что идти с ней целую неделю до Муми-дола ему бы не хотелось. Он был каким-то уставшим в последнее время, а кости ломило, как будто только и делал, что стоял на ногах в одной позе. Очень странно, ведь он даже давно не курил галлюциногены. На их пути снова показалось болото, но в этот раз они смогли обогнуть его посуху. Он решил рассказать, что случилось с ним в предыдущий раз. Кики слушала, выпучив глаза и издавая звуки восхищения и ужаса, а хомса, казалось, думал о своём. На привале Кики прижалась к нему, и Снусмумрику стало неловко, но Тофту как будто весь бренный мир был до лампочки, поэтому позволил ей себя гладить. Она перебирала его волосы, и с обожанием разглядывала его лицо. Потом заправила ему прядь за ухо и вдруг ойкнула: -Что это? – она попыталась дотронуться до его уха, но он остановил руку и спросил, что там. -Такая-то грязь, мусор или… - она прищурилась. Мумрик потрогал рукой и понял – плоское жёсткое округлое тельце, плотно присосавшееся к тёплой коже. Это был клещ. -Клещ!.. -Да, похоже на то. -Но, Снусмумрик, это же опасно! Почему ты так спокоен? Он пожал плечами, а Тофт ответил вместо него: -Ну и что случится? Меня сто раз кусали. Когда постоянно переходишь с места на место такое случается. -Мне говорили, что они переносят страшные болезни. -Это редкости, Кики. – ответил Мумрик, а сам подумал, что вообще-то при начале энцефалита как раз таки повышается температура, ломит кости и появляется слабость… Он решил пока не пугать впечатлительную Кики и сказал, что им пора идти – ей нужно было вернуться домой до темноты. Теперь всю дорогу следил за своим самочувствием, и оно всё больше ему не нравилось, а перед самым подходом к деревне началась мигрень, и он остановился, хватаясь за голову и склоняя её. -Мумрик, что с тобой? Тофт, забери его рюкзак, ему надо в больницу. Когда этот клещ укусил его? Мы не знаем, его всё равно надо удалить. – и хомса покорно принял тяжёлый рюкзак, а девушка взяла парня под руку, и они пошли к светло-розовому, как то платье Кики, зданию больницы. Зайдя внутрь снифф сразу побежала к регистратуре и затараторила про клеща и слабость Снусмумрика. Яркий белый свет раздражал, хотелось скорее спрятаться под полог тёмной палатки. Но ему не дали этого сделать, а отвели удалять впившегося гада, а после на томографию головного мозга. А потом ещё на какие-то исследования и ещё… Когда за белыми стенами уже было темно, ему диагностировали клещевой энцефалит. Он пребывал в смятении – столько лет жил, и все кусавшие его были нормальными. Эта зима определённо собрала много неприятных событий, способных лишить его жизни. А он не хотел. «Да, я стал думать, как философ или может как обычное взрослое существо, но я не настолько стар, чтобы умирать». Следующую пару дней лежал под капельницей. Приходила Кики, но он этого не знал, ведь был слишком слаб, чтобы думать о чём-то, кроме головной боли и когда это закончится. Вскоре ему стало вполне нормально и белое пространство вокруг начало угнетать. Курс уколов и лекарств продолжался, а он уже посматривал на приоткрытое для проветривания окно, обдумывая, сможет ли отсюда сбежать. Кики снова его посетила и её забота, искреннее переживание за его состояние убедили остаться здесь до выписки, хотя в этой деревне никто не стал бы ловить измождённого путника, бредущего в сторону леса, а сами врачи следили за пациентами сквозь пальцы, так что незаметно вылезти в окно не составило бы труда. Девушка рассказала, что Тофт переночевал ту ночь в деревне, а на следующий день ушёл после того, как Кики сообщила, что Мумрик будет здесь как минимум две недели. Он объяснил, что вдохновение не ждёт, что в этой деревне никого не знает и вообще не хочет тут торчать. И он его прекрасно понимал, сам бы не стал кого-то ждать, только если это не самый близкий друг.