Любовь под эффектом | Черная весна

Я лежала, уставившись в потолок, прокручивая его слова в голове. "У меня есть девушка." Боже… это ведь про меня. Сердце глухо стучало в груди, внутри всё переворачивалось от осознания. Я не знала, как к этому относиться. С одной стороны, это должно было быть очевидно после всего, что между нами произошло, но вот так, вслух, чётко и без сомнений— это звучало совсем по-другому. Я его девушка. Эти слова казались такими весомыми, что даже воздух в комнате стал гуще. Ваня и серьёзные отношения— это вообще две несовместимые вещи. Но вот он только что сам сказал это, без колебаний, без своих вечных шуточек, просто и уверенно. Неужели всё действительно настолько серьёзно? Я не знала, как мне реагировать. Где-то в глубине души вспыхнула радость, тёплая и щекочущая, но тут же её накрыла тревога. А вдруг он передумает? А вдруг это просто импульс? Мы же оба не про отношения, мы оба— два красных флага, которые скорее сгорят, чем заживут спокойной парой. Но… может, с ним будет иначе? Я зарылась лицом в подушку, глупо улыбаясь. Чёрт. Неважно, что будет дальше. Сейчас мне просто хорошо.    Ваня притянул меня ближе, его ладонь лениво скользнула по моей спине. Он наклонился к самому уху и, чуть усмехнувшись, пробормотал: — Алиса, давай-ка одеваться. Скоро мама придёт, будет неловко, если она застанет нас в таком виде. Я фыркнула, устроившись поудобнее у него на груди. — А ты, значит, уже всё продумал? Как бы мне намекнуть, что мне и так комфортно? — О, я не сомневаюсь, что тебе комфортно, — он усмехнулся, пальцем очерчивая узоры на моей ключице. — Но моя мама, конечно, женщина современная, но не настолько. Я закатила глаза и, приподнявшись, подперла подбородок рукой. — Может, ей стоит привыкать к тому, что у её сынули появилась постоянная девушка? Ваня хитро прищурился и наклонился ближе. — Оу, «постоянная девушка»? Алиса, ты только что призналась в своих чувствах? — Ой, всё, хватит строить из себя умника, — я закатила глаза и шлёпнула его по плечу. — Я пошла в душ, а ты давай, сиди тут и думай над своим поведением. — Только не слишком долго, — он ухмыльнулся и лениво потянулся. — А то вдруг я за тобой приду… проверю, не скучаешь ли ты там без меня. Я громко вздохнула, делая вид, что страдаю. — Ну да, как же, как же без тебя помоюсь-то… Ваня усмехнулся, наблюдая, как я подбираю с пола его футболку и натягиваю её, прежде чем выйти из комнаты. — Кстати, Алиса, если что, я всегда рад помочь тебе с этим делом. Я посмеялась, уходя в ванную. — Не дождёшься, Кислов.    Я зашла в ванную, закрыла за собой дверь и глубоко вздохнула. В животе всё ещё порхали бабочки, оставляя приятное волнение. Ваня… его слова, его прикосновения, этот хитрый взгляд, когда он подшучивал надо мной. Я невольно улыбнулась, прокручивая всё в голове. Открывая воду, я почувствовала, как тёплые капли касаются кожи, смывая остатки ночи, но не смывая ощущение счастья. Я не могла поверить, что всё зашло так далеко. Мы же всегда были на грани – между дружбой, флиртом и чем-то большим. И вот теперь он просто взял и заявил: «У меня есть девушка». Чёрт, а я-то его девушка. Эта мысль снова вызвала у меня улыбку. Я коснулась губ, вспоминая наш поцелуй. Столько страсти, столько эмоций… Ваня всегда был ветреным, но сейчас, когда он смотрел мне в глаза и говорил, что ему нужна я, — я верила. Верила, но где-то внутри всё ещё был страх. «А что, если это просто очередной его каприз? А что, если он передумает?» Но в этот момент я вдруг поняла: я не боюсь. Я хочу этого. Я хочу его. Пусть даже всё это может обернуться хаосом. Сейчас мне с ним хорошо, и мне хочется просто быть рядом. Тёплая вода стекала по коже, а я закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Какая же это ирония – ещё недавно говорла, что Кислов мудак, а теперь стою здесь, улыбаюсь, вспоминая, как он прижимал меня к себе.    Я вышла из душа, вытирая мокрые волосы полотенцем, и обернула второе вокруг себя. Всё, что мне сейчас хотелось, — просто добраться до комнаты Вани и быстро переодеться. Но не тут-то было. — Привет, Алиса. Я застыла на месте. Голос… блин, ну только не это! Медленно повернув голову, я встретилась взглядом с мамой Вани. Она стояла в коридоре, внимательно осматривая меня с головы до ног, но, к моему удивлению, на её лице была… улыбка? — Не думала, что встречу тебя в таком виде. Я почувствовала, как жар моментально бросился в лицо. Чёрт-чёрт-чёрт! Ну и стыдоба! — Я это… эээ… здравствуйте. Я пойду оденусь. Схватив край полотенца покрепче, чтобы не дай бог ничего не оголилось, я практически бегом кинулась в комнату Вани, захлопнула за собой дверь и выдохнула: — Пиздец! Ваня, лёжа на кровати, приподнял голову и с усмешкой посмотрел на меня: — Чего ты так орёшь? Я резко развернулась к нему, всё ещё в шоке: — Твоя мать, блин! Я голая в полотенце, а она стоит, улыбается и говорит "Привет, Алиса"! Ваня сначала замер, а потом как заорёт от смеха. Он буквально катался по кровати, хлопая ладонью по подушке, а я смотрела на него с максимально злым взглядом. — Ты что, дебил?! Это вообще не смешно! — Да как не смешно! — он едва выговаривал слова сквозь смех. — Ты первая моя девушка, которую мама увидела в полотенце! Я вспыхнула ещё сильнее. — Очень, блин, почётное звание! Давай медаль мне вручим! Ваня подполз ко мне, всё ещё усмехаясь, и, притянув меня за талию, прошептал: — А может, она и не последняя… Я фыркнула и легонько ударила его по плечу: — Отвали, Кислов! Но он только усмехнулся и притянул меня ближе. Я не стесняясь скинула с себя полотенце и начала надевать одежду, не спеша, с явным намёком. Ваня сидел на кровати, уперевшись локтями в колени, и внимательно наблюдал за каждым моим движением. — Алиса, ты меня доводишь, блин… — его голос звучал напряжённо, но с явным восхищением. Я хитро улыбнулась, делая вид, что не замечаю его взгляда. Медленно натянула футболку, затем повернулась к нему спиной, будто случайно задерживаясь, прежде чем надеть штаны. — Ты это специально, да? — его голос стал чуть ниже, и я могла поклясться, что он сжал кулаки, чтобы не схватить меня прямо сейчас. Я обернулась через плечо и игриво прикусила губу. — Это чтобы ты запомнил, что лучше меня у тебя никого не будет. Ваня хмыкнул, усмехнулся и вдруг резко потянул меня за запястье, заставляя упасть прямо на него. — Запомню. Но ты за свои игры отвечать готова? — его лицо оказалось слишком близко, и от его тёплого дыхания по коже пробежали мурашки. Я чуть наклонилась, почти касаясь его губ. — Всегда. Но вместо поцелуя резко встала и усмехнулась: — Только не сейчас. Твоя мама ведь дома. Ваня тяжело выдохнул и закрыл глаза, отчаянно проводя рукой по лицу. — Алиса, ты просто дьявол в женском теле. — Знаю. — подмигнула я. Я закончила одеваться, подмигнула Ване и, ухмыльнувшись, сказала: — Ну что, пошли с твоей мамой болтать? Ваня фыркнул, лениво потянулся и встал с кровати. — Ты так уверенно говоришь, как будто не пять минут назад стояла перед ней в одном полотенце. Я закатила глаза и толкнула его в плечо. — Напоминать не обязательно, спасибо. — Но это лучший момент, чтобы произвести впечатление. — ухмыльнулся он. — Она теперь точно тебя не забудет. — Да уж, ещё бы… — пробормотала я, закатывая глаза. Мы вышли из комнаты, и я почувствовала, как Ваня незаметно взял меня за руку. Его пальцы легко сжали мои, и этот жест показался таким естественным, будто так и должно быть. На кухне его мама сидела с чашкой чая, лениво пролистывая ленту в телефоне. Услышав нас, она подняла взгляд и снова улыбнулась. — Ну что, Алиса, теперь ты хотя бы одета, можно и пообщаться нормально? — с легкой усмешкой сказала она. Я кивнула, чувствуя, как Ваня за моей спиной тихо смеётся. — Да, теперь всё официально. — Ну и отлично. Присаживайтесь, чай будете? Мы с Ваней переглянулись, а потом, не сговариваясь, уселись за стол.    Лариса посмотрела на нас с любопытством, улыбаясь так, будто ей уже всё было понятно. — Вы прям как влюблённая парочка. Я почувствовала, как к щекам приливает жар, а Ваня, наоборот, выглядел совершенно расслабленным, даже довольным. — Так вы вместе? — спросила она, прищурив глаза. И тут, одновременно, я сказала: — Нет. А Ваня в тот же момент уверенно произнёс: — Да. Мы синхронно повернулись друг к другу. Он посмотрел на меня с притворным возмущением, поджав губы. — А ты не офигела? — сказал он, наклоняя голову. Я фыркнула и, чуть отодвинувшись, спокойно ответила: — Вообще-то официального предложения не было. Ваня театрально ахнул, схватился за сердце, а потом резко поднялся. — Ах вот оно что! Я только успела моргнуть, как он внезапно встал на одно колено прямо посреди кухни, взял меня за руку и с преувеличенной серьёзностью произнёс: — Алиса, любовь всей моей жизни, свет моих пасмурных будней, согласишься ли ты быть моей девушкой, терпеть мои шутки и периодически меня целовать? Мама прыснула от смеха, а я закатила глаза, но, чёрт, сердце всё равно предательски забилось быстрее. — Ну, раз уж ты так стараешься… — протянула я, улыбаясь. Он победоносно поднялся, хлопнул в ладоши и сел обратно, ухмыляясь. — Ну вот, теперь всё официально. Мама покачала головой, но было видно — ей явно нравится, что происходит.    Мы сидели на кухне, болтали, а Лариса — мама Вани — внимательно слушала, задавая вопросы. — Как там твоя мама? Всё ли у неё хорошо? — спросила она, улыбаясь. — Да, всё в порядке, спасибо. Работает, как обычно, и блины печёт шикарные, — ответила я. Лариса одобрительно кивнула. — О, это точно! Ваня как-то угощал, мне очень понравилось. Ваня усмехнулся, потянувшись за чаем: — Так, ну хватит тут расхваливать чужие блины, у нас и свои неплохие, между прочим. Лариса покосилась на него и, поджав губы, качнула головой: — Сынок, ну вот не позорься. Ты даже яичницу нормально пожарить не можешь. Я прыснула от смеха, а Ваня возмутился: — Это клевета! Я великий кулинар! Просто у меня творческий подход… Иногда яйца сковородке не подчиняются. — Яйца не виноваты, что у тебя руки кривые, — подколола я, и Лариса снова засмеялась. Затем она перевела взгляд на меня, с теплотой сказав: — Ты вообще умничка, Алиса. Учишься хорошо, в отличие от этого балбеса. Ваня, который только что сделал глоток чая, поперхнулся. — А вот это уже обидно. Лариса пожала плечами. — Ну а что, я же правду говорю. Тебе ещё к экзаменам готовиться, а ты гуляешь! Вот было бы славно, если бы Алиса тебя подтянула. Я ухмыльнулась, повернувшись к Ване: — Ну что, Кислов, готов быть моим учеником? Он лениво откинулся на стуле, сложил руки на груди и сощурился: — Хм… Если уроки будут с наградами, то, может быть, я подумаю. Лариса закатила глаза: — Ваня, у тебя мозги на месте или уже нет? Девушка тебе помогает, а ты всё про свои шуточки. — Ларис, ну это же Ваня, — сказала я, пожав плечами. — Шутки — это его второе имя. Ваня ухмыльнулся и гордо кивнул: — Ты меня просто слишком хорошо знаешь. Лариса вздохнула, покачав головой, но в глазах её читалось веселье. — Ну ладно, ладно, главное — не заваливай учёбу. — Алиса же теперь моя наставница, — усмехнулся он, подмигнув мне. — С такой преподавательницей я точно постараюсь. Я закатила глаза, но было приятно слышать такие слова. Атмосфера в доме Вани была тёплой, семейной, и мне, неожиданно для себя, нравилось быть её частью. Мы ещё немного посидели и Ваня направился меня провожать.    Мы шли по вечерним улицам, держась за руки, смеясь так громко и искренне, что прохожие невольно оборачивались. Но нам было всё равно. Мир будто бы сузился до нас двоих — до наших улыбок, случайных толчков плечами и бесконечных подколов. Когда мы подошли к подъезду, я остановилась перед своей дверью и посмотрела на Ваню. Он тоже смотрел на меня — с какой-то теплотой, которой раньше я в нём не замечала. Я потянулась к нему и легко коснулась его губ своими. Поцелуй был коротким, но каким-то особенным, наполненным тем самым искрящимся счастьем, которое я чувствовала внутри. — Увидимся, Ваня, — сказала я, чуть улыбнувшись. — Пока-пока, кисуля, — он усмехнулся, неохотно разжимая наши пальцы. Я развернулась и зашла в квартиру, едва удерживаясь от того, чтобы не заскакать на радостях. Чувствуя себя по-настоящему счастливой, я влетела в свою комнату, на ходу крикнув: — Мам, я дома! — Вижу, вижу, только стены не снеси, — раздался её голос из кухни. Но мне было всё равно. Я плюхнулась на кровать, уткнулась в подушку и глупо заулыбалась. Сердце всё ещё билось быстрее, а внутри разливалось что-то тёплое и приятное. Сегодня был чертовски хороший день. "Кисуля…" — я тихо хихикнула, вспомнив, как Ваня это сказал. Господи, что со мной? Меня действительно накрыло.    Я переоделась в свою мягкую пижаму и, не теряя улыбки, направилась на кухню. В воздухе витал аппетитный аромат картофельного рагу, и я с удовольствием втянула носом этот запах. Мама стояла у плиты, помешивая ужин, а потом села за стол и внимательно на меня посмотрела. — Ну что, рассказывай, чего так светишься? — с любопытством прищурилась она. Я не сдержалась и хихикнула, усаживаясь напротив неё. — Мы теперь с Ваней пара. Мама одобрительно кивнула, как будто её предположения наконец подтвердились. — Ну вот, а ты всё говорила, что он бабник, что он не для отношений... — она хитро улыбнулась. — Так он и был бабником! — возмутилась я. — Но теперь, видимо, решил исправиться. Мама посмотрела на меня поверх кружки с чаем, медленно сделала глоток и, усмехнувшись, спросила: — А ты уверена, что именно «теперь»? Может, ты просто та самая, ради которой он захотел измениться? Я задумалась. Мысли закрутились вихрем, но не было в них сомнений или тревоги — только лёгкое волнение и радостное тепло. — Не знаю, мама... но, кажется, мне с ним реально хорошо. Она улыбнулась и протянула мне тарелку с рагу. — Главное, чтобы тебе было хорошо. Ну, а если он что-то натворит — я всегда могу поговорить с ним по-матерински. Сковородкой. Я рассмеялась. — Спасибо, мама, но я сама справлюсь.    Я усмехнулась, взяла ложку и, прежде чем попробовать рагу, хмыкнула: — Благо морду я бить умею. Мама приподняла бровь, сдерживая улыбку. — Ну, одной тебя недостаточно, поэтому я всегда готова помочь. Я фыркнула. — О, круто. Будем вдвоём наказывать. Я с кулаками, ты со сковородкой. Мама рассмеялась и подперла подбородок рукой. — Ты главное скажи вовремя. Я ведь могу и первой ударить, на опережение. Я театрально всплеснула руками. — Да подожди ты! Вдруг мне ещё его лицо пригодится? Мама откинулась на спинку стула и с улыбкой покачала головой. — Ладно-ладно, пока не трогаю. Но если что — свистни, подмога рядом. Я улыбнулась и наконец-то принялась за еду, ощущая, какое же это счастье — сидеть вот так, дома, в тёплой кухне, в окружении любви и заботы.