Пугачёва-Пугачёва.

Навестив Аллу и Мартина, которые учились в Дубайской школе, Филипп заехал в отель и быстро собрал вещи. Юным наследникам не очень-то нравилось учиться в Свисс-Скул, летом Алла-Виктория настояла на переводе их с братом в московскую школу, но Филипп из воспитательных целей снова отправил детей заграницу. Впрочем, находчивые и общительные, они не сильно страдали от этого решения, пусть и были определенные языковые сложности - предметы преподаются только на иностранном языке - и сперва это оказалось для подростков непривычным. По пути в аэропорт Филипп размышлял о новом проекте - ему впервые предложили роль в полномасштабном фильме. Они с Денисом Дороховым сорвали кассу за "Братьев", и теперь Киркорову открыты все двери в мире киноискусства. Впрочем, и в этой - почти новой - сфере Филиппу предстояло пройти небольшой тренинг по актерскому мастерству, ибо его актерского опыта в предыдущих кино-работах оказалось явно недостаточно для такой роли, как Калигула по пьесе Камю. Еще не подписав контракт, Киркоров тщательно все взвешивал - потянет ли, хватит ли времени, учитывая график, хватит ли сил так разрываться, ведь съемки обещали затянуться минимум на год, а Фил хотел вернуться на сцену и гастролировать, начиная со значимого БКЗ "Октябрьский", где в апреле состоятся первые концерты после годичного перерыва. После серии весьма удачных выступлений Максима Галкина в аэропорт на минивэне ехала и Пугачева. Не став дожидаться уже бывшего супруга, она созвонилась с дочерью, купила билет в Майами и сейчас подъезжала к аэропорту. Женщина не строила никаких планов, все, чего ей хотелось - причалить хоть к какой-нибудь, более-менее надежной, гавани, которая сейчас являлась таковой в лице ее старшей дочери. К младшим ребятишкам - Лизе и Гарри - Кристина обещала слетать в Лондон чуть позже, и Пугачева захотела присоединиться, чтобы проведать подростков. Когда "Галчата" упорхнули учиться в Лондон, Алла, на свое собственное удивление, почувствовала невероятное облегчение... вкупе с прогорклой тоской по детям. С одной стороны, Лиза и Гарри дарили Алле вдохновение, стимул жить дальше, но, как только ребята уехали, Пугачева вдруг поняла, что они являлись в какой-то степени и тем самым сдерживающим фактором - оплотом их брака с Максимом. Своими поступками - которые лишь на публику, ибо зависела напрямую от Галкина и потому поддерживала - Макс ее смущал, она бы поступала иначе, будь в ее силах что-то решать. А потому, когда смысл поддерживать давно рухнувший корабль с громким названием "семья" в лице "Галчат" улетел в Лондон, Пугачева тут же развелась. Но и... что ей делать дальше - как быть, как жить - все же не знала. Она поступала по наитию, с чем, собственно, и связан ее нынешний отлет из Дубая в Майами. Киркоров благополучно зарегистрировался на рейс, отдал багаж и, проходя мимо прочих стоек регистрации, краем уха услышал знакомый тембр голоса. Сопровождающие Киркорова люди прошли дальше, чуть вперед, не сразу обратив внимание, что их босс остановился. - Фил, что случилось? - оторвавшись, наконец, от телефона, уточнил директор, - Пойдем, нам уже зал ожидания приготовили, - для того, чтобы Киркорову никто не мешал и не доставал просьбой дать автограф, пришлось выкупить часть Emirates First Class Lounge в секции А - секцию Б оставили другим пассажирам, которые готовы раскошелиться на 7 тысяч долларов. За три часа до отлета певец мог спокойно отдохнуть в шикарных условиях, даже поспать и принять душ, - Пойдем, нас уже ждут. - Подожди, - жестом остановил его певец. Филипп повернулся в сторону и прислушался: кто-то настойчиво что-то требовал. Необъяснимое на уровне логики, но понятное интуиции чувство отозвалось в глубине души, Филипп напрягся и невольно задышал глубже. Словно позабыв о помощниках, оставил небольшую сумку на колесиках, что разрешено взять в ручную кладь, и прошел на источник шума. Какая-то женщина на повышенных тонах дискутировала со служащими аэропорта, что-то требуя. Но дама изъяснялась на русском, в то время, как работники перескакивали то на английский, то на арабский и, буквально не зная, как им быть - ведь пассажирка не понимала ни того, ни другого - переглядывались друг с другом. - U flight alone? I just trying to explain your flight has been canceled. Somebody translate for her! (Вы летите одна? Я лишь пытаюсь объяснить, что Ваш рейс отменен. Кто-нибудь переведите ей!), - карабинер, казалось, уже отчаялся, видя настойчивость мадам. - Что ты мне лепишь? - не сдавалась женщина, - Каких мест нет? Я Пугачева! Для меня место есть всегда! - Алла почему-то была уверена, что ее место в бизнес-классе занял кто-то другой и не оставляла попыток прояснить ситуацию. - Impossible, m'am! (Невозможно, мэм!) - выдохнул растерявшийся окончательно парнишка, вернув гражданке ее бордовый российский паспорт. - Что значит "импосибле"? - почти передразнила его прима, - Да вы что, в самом деле! Вы знаете, кто я? Ай эм рашн стар! Рашн! Пугачева! - забрав все-таки свой паспорт, зачем-то потрясла им перед носом. Напарница, желая вступиться за коллегу, пояснила более прозрачно: - In Russia u a star, ye. But here... (в России Вы звезда, да. Но здесь...) - сочувственно пожала она плечами, - M'am, your flight is cancelled. - What's the problem? (В чем проблема?) - Филипп узнал Аллу - а как ее не узнать - и тихо подошел к стойке регистрации, где поднялась буза за считанные минуты. Пугачева резко обернулась на знакомый голос и настолько не ожидала увидеть здесь Фила, что буквально опешила. - Какие люди, - как-то фыркнула она, отчего-то улыбнувшись. Заметив, что Филипп понимает английский, работники аэропорта вкратце объяснили ситуацию, и тогда Фил перевел. - Они говорят, что твой рейс в Майами отменен. Причину они сами не знают. И просят тебя не кричать, иначе им придется вызвать полицию. - вежливо пояснил Фил, на что Алла буквально побагровела от злости - женщина не привыкла, что ей в чем-то отказывают. - Идиоты, - буркнула она, - Я рассчитывала прилететь к Кристине! И что мне теперь делать? - Они предлагают тебе лететь с пересадкой. - все еще переводил Киркоров, - С небольшой компенсацией. - Что за пересадка? - Через Стамбул. Рейс через шесть часов. - Алла, все же отойдя от стойки регистрации, забрав свою сумку, надела солнцезащитные очки, словно привычным жестом пряча лицо и эмоции на нем. Филипп стоял как вкопанный, ожидая ее ответа - чтобы перевести. И в то же время смотрел на нее... - Я... - все-таки вымолвил он, - рад видеть тебя в здравии, Алл. Рад, что с тобой все хорошо. - но Алла лишь тяжело вздохнула и, подойдя к панорамному окну в зале, устало оперлась о перила. - Лететь с пересадкой мне здоровье не позволяет, Филипп, - тихо ответила женщина, будто зная, что Киркоров подошел и стоит сзади, - здоровье уже не то. Сутки на самолете... Нет. Для меня это нереально. Но и в Дубае я оставаться не намерена, - о том, что каждая копейка на счету - ведь после развода Алла принципиально жила на свои накопления - и позволить себе отель в ОАЭ или раскошелиться на новый, весьма дорогой билет не может, Алла говорить не стала. "Полетели со мной в Москву. Полетели... Всего пять часов, и ты на Родине! В привычной тебе среде!" (Филипп). - Я готов помочь тебе, - словно жирно намекая на отлет в Москву, твердо произнес Киркоров. Он подошел еще ближе: сердце колотилось, как ненормальное, когда мужчина стоял рядом с ней - все еще любимой женщиной. Они так близки. И так далеки друг от друга одновременно. В их истории - многозначительной, сложной, но настоящей - так много недосказанного, которое каждый трактует даже сейчас, как позволяет фантазия, - Полетели в Москву, Алл, - все-таки вымолвил Филипп и сразу же сделал полшага назад, чтобы Алла не подумала, что на нее давит - этого она не могла стерпеть и простить. "Я... боюсь. Хочу и... боюсь." (Алла). - Знаешь, Филя, - вдруг повернувшись к нему лицом, Алла слегка улыбнулась, - я тоже рада знать, что ты жив и здоров. А большего мне не надо. - многозначительно улыбнувшись, Пугачева на краткий миг прислонила руку к его предплечью, что Филиппа прошиб заряд тока, - А помощь... ты мне уже помог - переводом. Я хоть теперь разобралась, в чем причина этой канители с рейсом. - Пойдем, поговорим. - предложил Киркоров, осмелившись взять ее за руку, - Только не говори, что у тебя нет времени и ты занята, - хмыкнул он, вспомнив отрепетированную отмазку бывшей жены всякий раз, когда она хотела избежать беседы тет-а-тет. - Киркоров, - улыбнулась прима, все-таки сняв солнцезащитные очки, - ты такой!.. Киркоров! - засмеялась она, но все же согласилась проследовать в зал ожидания первого класса, где им удалось поговорить. "А почему я, собсно, должна отказываться от его помощи? Он мне обязан! По гроб должен! Фиг ли нет! Пусть помогает!" (Алла). "Как же я рад ее видеть! Господи, как же рад! Уже и не верил, что мы встретимся! Уже к психологу идти хотел, ибо мерещится везде! А может, это было лишь предчувствие встречи? Мы же связаны как-никак, мы же венчаны!" (Филипп).