Пугачёва-Пугачёва.

Съемки "Маски", несмотря на все семейные перипетии Киркорова-Пугачевой, когда супругам явно не до развлечений, состоялись в пятницу в привычном режиме и павильоне. Филипп, искренне боясь, что его жену могут раскусить, во время перерыва подкидывал коллегам версии, что в Каркуше скрывается какой-то комик, может быть, даже мужчина. Впрочем, на волнение Киркорова никто внимания не обратил - все члены жюри в обыденной жизни заняты своими делами и им явно не до того, кто же скрывается под маской Вороны, никаких расследований на эту тему они не проводили. - Каркуша снова с вами, мои дорогие! - едва на сцену вышла Ворона, Фил улыбнулся - он ждал эту участницу и ее выступления гораздо больше других Масок, однако, старался оставаться непредвзятым и объективным по отношении к другим участникам, - Всем приве-е-ет! - помахала крылышком Ворона, и зал взорвался аплодисментами, приветствуя полюбившуюся им Маску. - Привет-привет, дорогая Ворона, - микрофон взял Родригез, - Вот знаете, дорогие коллеги, - обратился он к остальным членам жюри, - смотришь на Каркушу и порой хочется ее... снять! - Снять?! - оживился Киркоров, чуть не подавшись вперед, - В смысле? - В смысле, снять с нее маску, Филипп, - словно играясь с ним, улыбнулся Тимур, - убедиться, что там не Пугачева и спокойно выдохнуть! - Ну не знаю, - вмешалась Валерия, - Пугачева, конечно, великая... была, - добавила она, и Фил недовольно вскинул бровью, - но... тяжеловато уже прыгать в костюме весом пятнадцать кило. Я долго думала... - Так! - в игру включился Костюшкин, который на полном серьезе все еще не понимал, кто скрыт под маской Вороны, - И что? Там Галустян? - Совершенно точно, что участник наш - женщина. Причем невысокого роста, рост ей добавляет танкетка и сама голова находится на уровне... шеи, - пригляделась Валерия, - то есть, голова добавляет ей роста, но смотрит Каркуша, конечно, там, где шея. - Мутанта какого-то описываешь, ей-Богу, - фыркнул Фил. - Скорее всего, - добавила Валерия, - что там невысокая, но крайне артистичная женщина и мне кажется, что это может быть Лолита. - Регина, - обратился к ней ведущий Слава Макаров, - Вас сегодня совсем не слышно. У Вас какие версии? - Не знаю, ой не знаю, - тяжело вздохнула Тодоренко, - понимаете, от Маски идет какой-то очень знакомый шлейф... - Просто проветривать после выступления других участников надо! - хихикнула Каркуша, и все улыбнулись, - Мне понравилась версия с Галустяном, я люблю юморнуть! - Дорогая Каркуша, вот... - листая свои заметки, обратилась к ней Регина, - у Вас столько подсказок, но они, по сути, ни о чем. Любите Филиппа. Но а кто в нашей стране не любит Филиппа? - и зал зааплодировал слегка смущенному Киркорову, - Дети есть... - продолжила она, - Ну, если Вы дамочка за сорок, то это, вроде как, естественный, так сказать, базовый набор. Мне трудно делать предположения, но не покидает ощущение, что Вы - кто-то очень значимый на нашей эстраде и в шоу-бизнесе в целом. - Ну, я ж говорю, - включилась Валерия, - Лолита там! Все сходится! - Ой, - махнула рукой Каркуша, - да хоть горшком назовите! Спеть-то хоть можно? - Спеть - пожалуйста, - кивнул Костюшкин, - Силь ву пле! - Но мне потребуется ваша помощь, - на удивление присутствующих произнесла Ворона, - Филипп! - Да? - Киркоров, не ожидавший ничего подобного, слегка опешил, - Моя помощь? - Прошу Вас, мой король! - демонстративно протянула к нему руки Алла, - Выйдите ко мне! - Кажется, Каркуша решила похитить нашего председателя, - рассмеялась Тодоренко, глядя, как Фил, встав со своего места, не спеша, буквально не зная, что ему делать, направился к сцене. - Вот Ваш трон, присаживайтесь! - попросила Ворона, когда на сцену принесли удобный стульчик с гравировкой "ФК" - фирменного герба Филиппа Киркорова. - А... - замялся Фил, - Что мне делать? С Вами петь? - Нет-нет! Сидеть и наслаждаться, сидеть и наслаждаться! - едва ли не вприпрыжку скакала возле него участница, - Я хотела сделать Вам приятное! - Каркуш, тогда масочку придется снять, а то как-то неудобно, - хихикнул Стас, наблюдая за происходящим на сцене. - Ну что, поехали? Пристегните ремни, Филипп Бедросыч! - в этот момент зазвучала музыка, только вот массовка на сцену не вышла - только Каркуша и Филипп... Крайне необычный номер, где под песню Каркуша сперва ходила возле Фила: - Никто тебя не любит так, как я! Никто не приголубит так, как я! Никто не поцелует так, как я! Любимая Каркуша я твоя! Фил еле сдержался, чтобы не засмеяться, настолько он оробел, что впервые почувствовал себя немного неловко, особенно, когда Каркуша, наклонившись, продолжила: - Ну, где же ты, любовь моя? Для тебя мои глазки горят! Для тебя мое сердце стучит! Лишь с тобою делю я... печаль... Непривыкший сидеть просто так, Филипп встал с "трона" и в проигрыше увлек Ворону в медленный танец, пока играла плюсовка записи. Судьи, не ожидавшие ничего подобного, буквально оторопели, наблюдая за "медляком" Каркуши и Филиппа. Но, когда закончился проигрыш, Киркоров уже просто стоял рядом с двухметровой фигурой Вороны, слегка улыбаясь, а участница продолжила, артистично положив руку на сердце: - Никто меня не любит так, как ты! Никто не приголубит так, как ты! Никто не поцелует так, как ты, Любименький хорошенький ты мой! Сонг закончился, и зрителям настолько понравился почти чистый экспромт, что они, встав со своих мест, громко скандировали "Молодец" и хлопали. Даже судьи, которых удивить, в общем-то трудно, едва не прослезились, наблюдая этот чувственный, но очень светлый номер. Киркоров галантно поцеловал Вороне женскую руку в черной перчатке, после чего та поклонилась зрителям. - Каркуш, - дождавшись, пока Филипп вернется на свое место председателя, взяла микрофон Регина, - ну после такого на нашем главном жюри только жениться! Муж Вас не заревнует? - Муженек мой все знает! - поманила пальчиком Каркуша, - Даже это! - Фига у вас там шведская семья, - продолжала юморить Регина, - Новые нормы общества, что поделаешь! - Да-да! Моему бывшему, - разоткровенничалась Ворона, - даже до этого бывший не мешал! - Фил невольно покраснел, словив посыл, что бывший - это Макс, а "до этого бывший" - это он сам. - Ну я говорю, да, большое гнездо! - Каркуш, Вы телефончик свой оставьте, - хихикнул Костюшкин, - поди пригодится! - Слушайте! - озарило вдруг Валерию, - А не может ли это быть Настя Стоцкая? Она как раз подходит - и Филиппа лю... - запнулась она, словив на себе взгляд Киркорова, - любит... И! - Точно! - едва ли не запрыгала Ворона, - Настя! Стоцкая! Точно! У-у-ух! - Филипп понимал, что Алле сейчас неприятно, и она пытается своим актерством скрыть эту неприязнь: - Каркуш, не слушайте Валерию - она пилюли для памяти не запила! Забыла, что Настя счастлива в браке со своим мужем и на "Маске" ей делать нечего. - Тогда Лолита, - настаивала Валерия. - Честно, Каркуш... - все-таки выступил Фил, - мне абсолютно все равно на все эти выдумки и предположения, на бесконечные версии, я смотрю только на Вас - на участницу - и... должен признаться, что Вы с первого выпуска покорили мое творческое сердце, мою душу. Я аж трепещу, когда Вы выходите на сцену и мне дико приятно, что Вы... надели корону, что я Вам подарил. - Пришили, Филипп! Пришили! - похвасталась Каркуша, аккуратно дотронувшись закрепленной тиары. - Ну, кстати, я не согласен, - вмешался Родригез, - что там кто-то возрастной. В прошлый выпусках уважаемая Ворона нам фуэте крутила, а если щас и вовсе на кортаны присядет, я вовсе отмету версию, что там Пугачева, - Алла, желая отвести от себя подозрения, приподняла перьевую юбку, под которой виднелись стройные ноги в кожаных леггинсах, и резко присела на корточки. Но... проблема в том, что, когда она присела, послышался такой громкий хруст треснувших швов брюк где-то в районе промежности... Что после секундной паузы хохотал, осознав происходящее, весь зал, а у самой Аллы чуть слезы не брызнули от неловкости, она мгновенно покрылась румянцем и, прикрыв огромную дырку все той же юбкой, попыталась встать - благо, подошел смеющийся Слава Макаров и помог ей подняться. Хохотали все члены жюри, даже Филипп не сдержался, прикрыв покрасневшее лицо рукой, а кожаные леггинсы так быстро расползлись по швам, что теперь едва ли не тряпкой валялись возле ног Вороны, прикрытые длинной до пят юбкой. - Ахаха! - все еще смеялась Регина, - Ахахахах! Я щас умру со смеху! Это штаны с функцией проветривания! - В жизни не без промахов, Каркуш, - попыталась замять ситуацию покрасневшая от хохота Валерия, - Ниче, бывает! Так просто костюмеры придумали, там молнию сделать, чтобы участнице беспрепятственно в туалет ходить! Умно! - Зато теперь мы уверены, - хихикал Родригез, - что там кто-то молодой! Лолита уже не подходит! - всем смешно, а вот Алла, запутанная в ногах сползшими брюками, буквально не знала, что делать - шаг ступить боялась, зная, что может упасть при неловком движении. - Так, давайте на паузу! - скомандовал Киркоров, - Рекламу! Рекламу! - едва софиты погасли, подошел, на удивление многих, к участнице на сцену, - Каркуш, держись за меня, - Алла, едва ли не плача от такого обидного промаха, вцепилась в предплечье мужа, и он аккуратно увел ее в гримерную. С ними еще шли двое сопровождающих, но они не могли, наклонившись, чуть приподнять порванные леггинсы с пола, чтобы Ворона на них случайно не наступила, ноги были бы видны оголенные под юбкой, и с этой задачей справился Филипп. Понимая, что он не может с ней остаться в гримерной, да еще в присутствии костюмеров, что ему может значительно влететь за нарушение правил, поблагодарила кратким кивком вороньей головы, исчезнув в комнате. Филипп переживал за жену, но в то же время понимал, что его поступок вызовет вопросы, а уж отсутствие - тем более, и потому поспешил вернуться на место председателя. - Молодец, Фил, - крепко пожал ему руку Стас, - мужик! Видно же, что участница молодая, растерялась! Неопытная, поди! Красава, что помог! - Филипп немного опешил от этих слов, но руку Костюшкину пожал, - Ну че, как там ножки? Удалось рассмотреть че-то? - полушепотом спросил Стас. - Н... нет, - пожал плечами Фил, все еще думая о том, как там Алла. Но у нее все хорошо - дали другие запасные лосины, помогли избавиться от шмотков леггинс, напоили водичкой, сняли воронью голову. Она отдыхала, ожидая, пока ее снова пригласят на сцену для голосования. "Надо же... Всю жизнь со сцены ногами сверкала, а тут так неожиданно... Хорошо, хоть задницу никто не увидел. Кто бы мог подумать, что сейчас меня это огорчит?" (Алла). Коля вовсе не хотел портить отношения с бабушкой - женщиной, которая смогла заменить ему семью, воспитав с младенчества - но и оставлять ситуацию, как есть тоже. Впрочем, Людмила Васильевна сама дала повод наладить контакт с внуком, когда пригласила его на свой юбилей. Только вот приглашала она его, а пришел Коля с Никой... Прилюдно фыркать в присутствии приглашенных гостей уже как-то неудобно, потому Нике поставили стульчик к столу. - Людмила Васильевна, - робко произнесла Ника, - это Вам подарочек от нас с Колей, - протянула красивый брендовый пакет, - там солнцезащитные очки от Bulgari, мне кажется, Вам подойдут, Вы часто ездите отдыхать в солнечные места. - Спасибо, - подарок понравился имениннице, но она все еще недовольна, что внук пришел не один. Воспользовавшись моментом, когда Коля вызвался помочь бабуле с подачей горячего, Людмила Васильевна настояла, - Колюня, ты посмотри, какая Катенька красивая! Молодая! Папа у нее кто! - Ба, ну ты опять, что ли? - Ты просто присмотрись, какая семья хорошая! Они часто в Европу ездят, путешествуют! - Ну и что? - Я специально пригласила Степан Борисыча с дочкой, чтобы вас свести, полюбезничай с ней! - Не буду я ни с кем любезничать, у меня жена есть! Ну... Невеста, - поправил себя Коля. Не желая портить себе настроение, Людмила Васильевна сменила тему, но все же прилюдно расспрашивала вышеупомянутого Степана Борисовича и его дочь Катю о том-о сем, надеясь, что информация вызовет у ее внука интерес, однако Коля все внимание уделял только Нике. Понимал, что она чувствует себя, мягко говоря, неловко, и сам за ней ухаживал, то накладывая салат, то подавая блюдо, лишь бы ей не было некомфортно. Спустя полчаса после приезда Ника более-менее расслабилась из-за трепетного отношения Коли к ней и, несмотря на то, что совсем не участвовала в разгоревшейся дискуссии, смогла влиться в атмосферу. Впрочем, остальным до нее как до лампочки - все приятно беседовали, и лишь подруга именинницы Алевтина Павловна, которая также приняла немалое участие в воспитании Коли, поинтересовалась у парня: - Коленька, ты не познакомишь меня со своей спутницей? Какая милая барышня. - Алевтина Пална, это Ника, - улыбнулся парень, обрадованный, что хотя бы его крестная мать, коей являлась подруга бабушки, поинтересовалась избранницей. - Очень приятно, Ника, - улыбнулась ей Алевтина, - Какое у Вас красивое имя. Полное, наверное, Вероника? - Взаимно, - посмотрела, чуть смущаясь, Толмачева, - Алевтина Пална. Да нет, меня полностью зовут... - отчего-то замялась она, - Николь. В честь мамы... Она вроде бы была француженка. - Да-а? - заметно оживилась Алевтина, - Как интересно! - Но я ее никогда не видела, не знала... Выросла в детдоме. Мама умерла при родах, а папа подкинул на порог дома малютки, только бирка с именем была... - Ничего, детонька, это бывает, у всех судьба по-своему сложная. Наш Колюня, - слегка потрепала парня по макушке Алевтина, - тоже без родителей рос. Его бабушка душу в него вложила, и как я рада, что вы сегодня присутствуете на ее юбилее. - Ника, почувствовав теплоту от этой женщины, улыбнулась и сразу перевела чуть смущенный взгляд в тарелку с салатом, - Какая хорошая девочка, - полушепотом произнесла Алевтина на ушко Коле. Именинница услышала, что сказала ее лучшая подруга, но встревать не стала. "Угу. Три кирпича и щелочка." (Людмила Васильевна). Самое интересное произошло чуть позже, когда приглашенный Степан Борисович решил подарить подарок. Встав из за стола, он произнес красивый тост, что именинница расплылась в довольной улыбке, а после, достав бумажный, формата А4, конверт, обернутый красным бантом, протянул юбилярше: - Я тебя, Людмила Васильна, знаю столько, что и сказать стыдно! - хихикнул Степан, - А потому в твои 70 лет хочу подарить тебе действительно нужный и полезный подарок! - юбилярша с большим интересом и трепетом распаковала конверт: - Что же тут? - медленно, широко улыбаясь, предчувствуя что-то поистине дорогостоящее, произнесла Людмила. - Я надеюсь, что ты оценишь мое отношение к тебе, - улыбался Степан. Всем присутствующим тоже стало интересно, и они замерли в предвкушении. - Свидетельство, - зачитала Людмила, - Дёминой Людмиле Васильевне принадлежит участок... - в эту секунду она замерла, пытаясь осознать, что читает, - два на три метра... - Людмила с глубоким недоумением посмотрела на Степана - он стоял, довольный, словно павлин, распустивший свои перья и любовался реакцией, искренне полагая, что ей понравится: - Да, Людочка, да! - кивнул он, - Это твой личный участок на московском кладбище! Пришлось поднапрячь некоторые свои связи, конечно, но это того стоит. - Людмила просто остолбенела, шок и гнев вперемешку с недоумением отражались на ее мимике, в какой-тот момент захотелось заплакать, а потом - засмеяться: - Степан... - нервно хихикнула юбилярша, пока гости застыли, ожидая, что же будет дальше, - ты охренел мне такие подарки дарить? - всю интеллигентность как ветром сдуло, ей искренне захотелось выругаться, и она с трудом сдержалась, буквально прикусив язык. Затем снова посмотрела на подаренный сертификат, где была поставлена только дата рождения, а вместо даты возможной смерти многоточие, - под номером 1547Б на Богородском кладбище, - дочитала юбилярша. - Не стоит благодарности, - махнул рукой довольный Степан. - Ты... совсем, что ли? - А что такого? - искренне удивился Степан, не получив визгов благодарности в ответ, - В Европе это очень цивилизованный подарок! Там принято дарить друг другу места на кладбище. - То есть, по-твоему, подарить живому человеку... могилу... - посмотрела на остолбеневших гостей, - это, что, цивилизованный подарок? - Нет, ну когда-нибудь этот вопрос все равно встанет, а сейчас он уже решен! Кстати, там в конверте полный пакет ритуальных услуг. - Встанет? - переспросила Людмила, - Встанет? Да чтоб у тебя больше не встал, кобель ты плешивый! - гости, с трудом сдерживающие хохот, потому что никак не ожидали услышать такую брань из уст интеллигентной женщины, переглянулись, - Вали в свою Европу! - швырнула в лицо Людмила Васильевна конверт со всем содержимым. - Люд, ты чего? - так и не забрав подарок, Степан поспешил на выход. Праздник был испорчен, и гости из чувства такта сперва пытались замять ситуацию, переведя ее в шутку. Подключилась Ника, и только благодаря ней - когда она по сути взяла на себя роль тамады - ситуация забылась к вечеру. Впрочем, когда гости разошлись, юбилярша не смогла сдержать слез горькой обиды: - Как он мог мне могилу подарить? - плакала Людмила Васильевна, - Что ж за нелюдь такая? - Зато в Европу ездит! - хихикнула Алевтина, - Люсь, забудь! - А... что, собственно, происходит? - вмешался Коля, почти впервые в жизни видя свою бабушку плачущей. - Так Степан Борисыч - это давняя любовь твоей бабули! - разоткровенничалась Алевтина, - Она хотела за него замуж. - Пална! - прервала ее Людмила, - Зачем? - А что, пусть парень знает! Не вижу ничего дурного! Просто бабушку твою он в свое время променял на девочку из интерната, и ее бомбило сильно. А она хотела с этим дяденькой породниться! - Ну теперь все ясно, - ухмыльнулся Коля, - Теть Алевтин, бабуль, - ласково обнял бабушку, - на свадьбу хоть ко мне придете? - улыбнувшись сквозь слезы, Людмила обняла внука, понимая, что его переубедить невозможно.