Пугачёва-Пугачёва.

Филипп ждал, пока Алла проснется - несмотря на приготовленный для нее сюрприз, будить сладко дремлющую жену ему не хотелось, и он молча сидел на кровати, слегка улыбаясь. Еще рано утром курьер привез заказанный ранее подарок, и Фил надеялся, что Пугачевой тот понравится. - Филипп, - полушепотом окликнула его Люся, зайдя на порог спальни, - ты просил - я принесла, - Киркоров тут же подлетел и забрал поднос с кофе, который Дороднова приготовила по его просьбе. - Спасибо, Люсь. Дети как? - также шепотом спросил Филипп, стараясь не разбудить Аллу, - Завтракали? - Так они уже давно в школе! - заметила Люся, - Это вы с АллБорисной дрыхнуть изволите, сударь! - Да ну тебя! - ухмыльнулся Киркоров, - Ладно, иди. Спасибо за кофе, - Дороднова ушла, плотно прикрыв за собой дверь, и Фил, подойдя к постели, на свое удивление обнаружил, что Алла... уже не спала. Молча лежала на боку и, глядя на супруга, нежно ему улыбалась, - Я разбудил? Прости, пожалуйста, - присел с ней рядом Филипп. - Да нет, я и без того проснулась. А ты такой тихой мышкой старался не шуршать, что я не стала говорить тебе, - чуть привстав, Алла ласково поцеловала мужа, - Это мне? - уточнила она, взяв одну из двух чашек с ароматным классическим напитком. Филипп кивнул, улыбнувшись, - Не "Лувак", надеюсь? - хихикнула прима, - А то кофе из говна с утра пораньше, конечно, взбодрит, но мне такой бодрости за даром не надо, - Филипп негромко засмеялся: - Да нет, это классическая арабика. Аллунь... - молча наблюдая, как жена угощается напитком, Филипп думал, как бы сказать деликатнее, - У меня для тебя есть сюрприз. Я тебе вчера говорил, помнишь? - Угу, - кивнула Алла, делая еще один глоток кофе, - Помню. - Так вот, - не желая медлить, Филипп, хитро улыбнувшись, встал с постели и, покопавшись в шкафу, достал кирпично-красный подарочный пакет с красноречивой надписью-логотипом "ЦУМ". - Вау, - уже предвкушая нечто интересное, оживилась прима, вернув чашку обратно на поднос, - Люблю слова из трех букв, - хихикнула она, принимая подарок, - "ЦУМ", "ГУМ" - это прекрасно. А что здесь? - Филипп достал из пакета две коробки: одна продолговатая белая с логотипом надкушенного яблока, а вторая - довольно крупная, и именно с нее Пугачева захотела начать распаковку, - Трусики... Много трусиков... - буквально остолбенев, рассматривала она кружевное нижнее белье, - Бюстгальтеры... Халат и туника... Филь, - посмотрела на мужа, чуть покраснев, - Мне лет-то сколько такое носить? - Сама говорила - женщина всегда остается женщиной. А я хочу, чтобы моя женщина была самой красивой. Нравится? - Очень... - все еще рассматривала Пугачева тот бюстгальтер, который захотелось примерить прямо сейчас, - все красиво, у меня глаза разбегаются. Пожалуй, - скинула с себя одеяло и оторвала бирку, - вот прямо щас этот и надену! До чего ж симпатичная моделька, мне нравится! - Там чашки мягкие, но с косточками. Все, как ты любишь. - Да, Филя, - довольно улыбнулась прима, справившись с застежкой, - делать сюрпризы - это твое. Приятно до безумия. И красиво. Только вот... с туникой за сто тыщ ты немного... переборщил. Ну куда я в ней? Не прозрачная, и на том спасибо. - Да хоть по дому ходи, она свободная, должно быть удобно. - Тебе нравится на мне? - игриво повертелась перед ним Алла, словив на себе восхищенный взгляд мужа. - Безумно. Ты просто прелесть, - приблизившись, Филипп горячо поцеловал ее в губы, и Алла, довольная таким подарком, едва ли про второй сюрприз не забыла, - Посмотри это еще, пожалуйста, - вручил ей Фил другую коробку, - Это часы. Знаю, что ты не очень их любишь, но тут много классных функций от измерения уровня кислорода в крови до... - он не успел договорить, любящая жена прервала его долгим поцелуем, лаская в благодарность любимого мужчину, - тебе помочь их настроить?.. - шепотом спросил Фил, но Алла в ответ притянула его к себе ближе, что он почти навис над ней: - Позже... Филь... - игриво улыбнулась женщина, поглаживая его лицо, - ты не хочешь помочь мне... лифчик расстегнуть?.. Там застежка такая... - кокетничала прима, - я еще не привыкла... - Филипп счастливо улыбнулся и, наклонившись еще ниже, впился в ее губы жадным поцелуем... Самое тяжелое для супругов - период ожидания нового УЗИ, когда должны сообщить новости о состоянии сурмамы и ребенка. Пугачева, которая вновь начала курить, дымила без остановки на террасе их спальни, не в силах справиться с волнением - уже утром необходимо ехать в клинику, чтобы все узнать. Симптоматика, что она прежде испытывала в виде тошноты, слабости и омерзения к табаку, как-то внезапно стихла, и Аллу это пугало - мало ли, что. При том, что звонить Эрриндер она боялась, когда Фил предложил это сделать: - И че я ей скажу? Знаете, меня перестало полоскать на всю квартиру, я снова начала курить, не могли бы Вы осмотреть сурмаму - вдруг она уже не беременна? Так, что ли? И потому эта идея быстро забылась, а оставшуюся неделю Пугачева и Киркоров изнервничались, просто не зная, что думать - состояние Аллы это некий детектор и хотелось узнать причину, почему же этот детектор перестал вдруг работать. Увидев снова Нику Толмачеву с Колей в перинатальном центре, прима уже не удивилась: у актрисы плановый осмотр, и в этой встрече нет ничего необычного, удивлял только сам факт синхронности - насколько близко время приема врача что у Аллы, что у Ники, разница буквально в полчаса. - Алла Борисовна! - обрадовалась Толмачева, - Как хорошо, что я Вас встретила! - Неужели? - с опаской посмотрела на нее прима, не понимая, чего та от нее хочет. - Представляете, меня номинировали на премию "Лучшая женская роль на телевидении", вот думаю, идти мне или нет? "Она, что... хвастается передо мной, что ли? Мне это знать к чему вообще?" (Алла) - А я тут причем? - не сдержала искреннего недоумения Алла, - Хочешь - иди. Хочешь - не иди. - Ну... вдруг Вы против. Я же Вас играла... - замялась Толмачева. - Ника, все очень просто - ты актриса, сыгравшая свою роль. Если тебя номинировали на премию, сходи. Че бы нет? Вдруг и приз получишь! - Там после будет пресс-конференция, - честно призналась актриса, - меня точно спросят, знакома ли я с Вами. - Спросят - ответишь. Не вижу проблемы. - То есть... Я могу говорить все, что посчитаю нужным, да? О Вашем образе в кино, о Вашем... - Ника! - прервала ее Алла, - Говори, что хочешь. Танки грязи не боятся, - ухмыльнулась она, - В конце концов, речь идет о киношном образе, а не о реальном. А киношный так или иначе, - поддела ее слегка Пугачева, - отличается. Разве нет? - Толмачева, которая буквально не знала, что ответить, посмотрела на Киркорова - но и он не понимал, почему Алла каждый раз норовит задеть эту рыжую, страшно похожую на нее, как две капли воды из нулевых, актрису. - Вы так и не ответили... - решила ответить Ника той же манерой - подковыркой - что здесь делаете? Может, Вы тоже беременны? - улыбнулась Толмачева, чувствуя, что былое взаимопонимание - этот плацдарм нейтрального, ближе к положительному, отношения - сейчас трещит по швам. Пугачевой вовсе не хотелось враждовать, тем более, что к этой актрисе она не испытывала неприязни, а поддевки при встрече воспринимала скорее, как разминку, чтобы та не расслаблялась, но сейчас ситуация чуть вышла из под контроля и требовала житейской мудрости, - Простите, Алла Борисовна, - произнесла Ника, - Я не хотела Вас обидеть. Просто видеть Вас в перинатальном центре, согласитесь, непривычно - не ради же меня Вы приехали. - Я приехала навестить давнюю подругу - она врач и здесь практикует. - выпуталась Пугачева, вовсе не желая открывать истинные мотивы, - Как я понимаю, она ведет твою беременность? - Не совсем. Не сама Эрриндер, а ее коллега. - честно ответила Толмачева, - Здесь все врачи хорошие. - У тебя все в порядке? - Алла словила себя на мысли, что самочувствие этой рыжей ее почему-то беспокоило, - Больше не скачешь козой? - ухмыльнулась прима. - Я прислушалась к Вашему совету. Даже на паузу поставила свою актерскую деятельность. - улыбнулась Толмачева. - Вот и правильно, - кивнула Пугачева, - Ника, я вполне нормально к тебе отношусь. - решила расставить все точки над "и" Алла, - Но только потому, что знаю, что тебе претит мысль быть моей копией, ты стараешься отличаться - я терпеть не могу подражателей. Особо твое старание прослеживается в сериале - играя меня, ты все-таки осталась собой. И мне это нравится. Потому что второй Пугачевой, - улыбнулась Алла, посмотрев на мужа, - нет и не будет. Да и я не позволю - сама знаешь. - Алла Борисовна, я бесконечно Вас уважаю. В чем-то сочувствую, в чем-то восхищаюсь. Но Вы правы - я Ника, а не Ваш клон, потому все же стремлюсь свою индивидуальность не засовывать куда подальше, а наоборот проявлять. - Характер у нас с тобой ого-го, - Алла снова поймала эту волну взаимопонимания, и от того улыбнулась, - Ладно. В твои годы мне многого хотелось, но больше всего, пожалуй... ребенка, - разоткровенничалась на удивление всех и даже собственное, Алла, - Ты береги его, - жестом руки показала на еще незаметный живот актрисы, - не повторяй... моих ошибок. - Ника не нашла, что ответить - лишь слегка улыбнулась, кратко кивнув. Такое внимание к этой теме так и осталось для актрисы загадкой - она-то понятия не имела, сколько у Пугачевой было попыток, особенно неудачных, но тактично промолчала, не спрашивая о подробностях, - Филь, - Пугачева повернулась лицом к супругу, - может, постучимся в кабинет? Вдруг Эрриндер нас уже готова принять? - Пойдем, Аллусь, - Киркоров, на прощание пожав руку стоявшему рядом Коле, подошел к двери кабинета и постучался. Супругам позволили войти, но Ника так и осталась стоять - что-то хотелось еще сказать важное Пугачевой, и она решила подождать ее. - Никуш, пойдем? - взяв женщину за руку, уточнил Коля. - Подожди, я... хочу с ней поговорить, - настояла Толмачева, - мне хочется, чтобы она относилась ко мне чуть иначе. - Ник... Алла Пугачева - это всегда Алла Пугачева. И самое лучшее от нее отношение - это нейтралитет. А он у тебя уже есть. Эту женщину невозможно переделать и не надо ждать от нее дружбы, тебе это самой ни к чему. - Фиг с ней - с этой дружбой. Но хотя бы понимание... - тяжело вздохнула Толмачева, - Впрочем, оно у меня уже есть... - задумалась она, - Ладно, пойдем. Плановый прием сурмамы не обернулся чем-то неожиданным - все в пределах нормы и по сроку. Только вот Алла нервничала, как не в себя, сама не понимая, откуда взялось это волнение. Переживал и Филипп, а потому, когда Эрриндер лишь заикнулась о том, что сурмаме необходимо пропить курс фолиевой кислоты - стандартное назначение - то супруги едва ли не пачками скупили все, что было в местной аптеке. - Я очень хочу этого ребенка, - вслух произнесла свои мысли Алла, словно забыв о том, что в кабинете еще и муж, и врач. - Вы напрасно так беспокоитесь, все хорошо, - заверила приму репродуктолог, да только вот градус волнения так и не получилось снизить. Алла попросила увидеть сурмаму, но даже глава клиники не мог поступиться действующими правилами и потому не пустил Пугачеву в палату. - Я хочу знать, что она ест, что пьет, когда и по сколько гуляет, - по словам Пугачевой Эрриндер поняла, что у Аллы началась паранойя, - ведь вынашивает нашего ребенка. А все, что она ест, отражается на нем, - Пугачева словила себя на мысли, что такой нервозности, когда другая сурмама вынашивала "Галчат" у нее не было - от слова совсем. Так, легкое, но вполне понятное, волнение - не более. А вот сейчас... казалось, прима даже жить готова в клинике, лишь бы сурмама была под присмотром, лишь бы уберечь единственного ребенка - пока еще плод в животе - от любой возможной угрозы. - Алла Борисовна, Вы меня простите, но у Вас... - Эрриндер замешкалась, не зная, как бы тактичнее сообщить, - В общем, Вы перенервничали. Не дай Бог, это перерастет в невроз и панические атаки, бессонницу. Давайте я Вам выпишу назначение на капельки - это легкое седативное, просто, чтобы Вы были поспокойнее. - достав бланк, врач выписала рецепт на хороший препарат, но Алла вовсе не торопилась брать заверенный печатью и подписью листочек, - Алла Борисовна... - настаивала доктор, - Вы поймите, между мамой и ребенком есть связь. Если Вы неспокойны, то и он тоже, - этот аргумент подействовал лучше предыдущего, Пугачева задумалась. - Тогда и мне, - внезапно попросил Киркоров, - выпишите эти капли... Я тоже нервничаю, - признался он. Глубоко вздохнув, доктор продублировала рецепт, и Фил забрал сразу два листка, - Спасибо. Поймите нас - это очень важно. Для нас ребенок - это не просто ребенок, это целая... жизнь. - Я понимаю вас, как никто другой - я же врач в сфере репродукции. Понимаю ваше волнение. И от вас с супругой на данном этапе не требуется абсолютно ничего - только терпение. Терпение и выдержка. Всю остальную работу проделают врачи, а сурмама внимательно выполняет все рекомендации, нервировать ее визитами или анализами сверх графика не нужно. Постарайтесь абстрагироваться. - Скажите, а... - Пугачева решилась задать тот вопрос, что мучил ее с самого начала, как они с Филиппом захотели воплотить эту затею, - почему прижился только один плод? С чем это связано? Особенность организма сурмамы? Качество эмбрионов? - Много факторов, все не назовешь, да и... даже если следовать всем рекомендациям, непонятно, отчего приживаемость зависит напрямую. Все сугубо индивидуально, при подсадке мы не можем спрогнозировать стопроцентное количество тех, что приживется. - Ладно... Один есть, и слава Богу. - Все в руках Всевышнего, - улыбнулась Эрриндер. Встав из за письменного стола, она подошла к Пугачевой, - Это я Вам не просто, как медик говорю, а как ученый. Самые глубокие верующие - это как раз-таки те, кто называют себя материалистами. Вы не представляете, какие случаи мне приходилось наблюдать, как женщины беременели после менопаузы, при непроходимости труб... Мне - врачу - многое непонятно, как такое возможно, а вот возможно. Потому что... - Всевышний так захотел, да? - додумала за нее Алла, на что Эрриндер кивнула. - Думаю, так. Вам, Алла Борисовна, совсем не стоит переживать. Да, я понимаю - это Ваш последний шанс. Буквально. Потому что больше эмбрионов нет. И Вы нервничаете. Но... попробуйте пустить ситуацию на самотек. Доверьтесь этому случаю, который наблюдают врачи. Несмотря на позитивные новости, прима вышла из кабинета врача подавленной - ей вовсе не хотелось пускать ситуацию на самотек и забывать про то, что она сутками помнила. Кроме того, невозможность контролировать чужую жизнь - сурмамы - что та ест, пьет, аккуратничает ли она, вынашивая ребенка, подкашивала Пугачеву. Эта та ситуация, когда сделать буквально ничего нельзя и остается только быть беспомощным наблюдателем. Филипп чувствовал ровно то же самое - его трясло при мысли, что что-то могло пойти не так. Он не знал, как пережить еще один возможный выкидыш и, главное, как утешать потом жену, когда у самого душа кровью обливается - они столько раз это проходили в далекие годы первого брака, что от самого страха потерять ребенка сердце дергалось больно в груди. Успокоительное, что выписала им врач, они купили, но после него эмоции приглушались до безразличия, и Алле эффект настолько не понравился, даже насторожил, что она отказалась от дальнейшего приема, а Филипп и вовсе не начинал - он снова вернулся к активной работе, ему постоянно необходимо быть в тонусе и эмоциональном подъеме. Работа ненадолго отвлекала, но все равно все мысли сосредоточены на одном вопросе. Помимо Ники на церемонию вручения премии пригласили еще и Аллу - в качестве почетной гостьи, о которой снят сериал. Журналистам не терпелось получить рецензию из первых уст примы, но вот Алла идти не хотела: - Филь, пойми - она внешне чрезмерно на меня похожа. Женщину может разозлить, когда другая приходит в таком же платье, что и она, а тут... моя копия... Да нафиг надо! - пыталась объяснить мужу Алла, - Все будут пялиться и сравнивать: насколько я хуже выгляжу, насколько я постарела. Не хочу! Я вообще не хочу ничего общего иметь с этим отражением, которое выпрыгнуло из зеркала и живет жизнь, мне не подвластную! Не хочу! - Тогда я тоже не пойду, - ответил Филипп, видя настроение жены, - Хоть меня и звали, не пойду. Нафиг. - Это ты сам решай. Я тебе высказала свое мнение всего лишь. Но две Пугачевы на одной сцене стоять не будут. Это принципиально! - Иди ко мне, - улыбнулся Филипп, прижимая ее к себе ближе, - принципиальная ты моя, - нежно чмокнул в макушку, и Алла крепко обняла его, - Давай возьмем детей и съездим куда-нибудь отдохнуть. Хочешь? - Не хочу, Филь... Я привязана к Москве текущим положением - вдруг что случится с нашим ребенком? Вдруг сурмама... - не договорила Алла свое самое страшное опасение, - В общем... Не хочу. Я просто не могу. Если это решение жены Филипп понимал и разделял, то вот настойчивую просьбу Дородновой отпустить ее в Марьино - нет. Он искренне недоумевал, что может делать один глубоко пожилой человек в своей однокомнатной квартире? - Люсь, почему ты бежишь? Чего тебе не хватает? - спросил как-то вечером Киркоров, когда речь снова зашла о неприятной теме. - Я вам просто не нужна, Филипп. Раньше была нужна - Алле и тебе. Сейчас моя функция исчерпана, всю работу по дому выполняет Лера, я чувствую себя приживалой. У вас очень здорово, грешно жаловаться, но... мне некомфортно. У вас своя семья. - Но ты тоже член нашей семьи! - не сдавался певец, - Я не понимаю тебя! - Скоро в вашем доме появится ребенок, - улыбнулась ностальгически Люся, вспомнив, как раньше Алла и Филипп хотели и готовились к его появлению, как они ждали, - в доме итак много народу, вы будете уставать. Мое присутствие будет сперва лишним, а после раздражать, я не хочу ждать, пока вы меня выпнете. Помощи от меня никакой. Филя, я приеду, если надо - ты знаешь. Для вас с Аллой все, что угодно в любое время дня и ночи. Но, чтобы сохранить наши теплые отношения, чтобы они не переросли в раздражение, лучше мне съехать. - Поступай, как знаешь. - Фил просто устал с ней спорить, как будто бороться и, тяжело вздохнув, согласился, - Без денег и помощи я тебя не оставлю. Если что понадобится, обязательно сообщи. Дороднова еле сдержала слезы, когда, собрав свои вещи, прощалась с Аллой и Филиппом. И, если Фил сильно огорчился отъезду человека, которую считал едва ли не тетей, то вот мысли Пугачевой забиты совсем иным болезненным вопросом - ей ни до чего. Трепетно Филипп и Люся обнялись, Киркоров помог ей погрузить сумку с вещами в багажник машины, и водитель Владимир отвез Дороднову на Батайский проезд. Самая главная причина, по которой Люся уехала - ощущение, что она не нужна. Не в силу возраста, а, как будто, свою определенную миссию и роль в их с Аллой судьбе она уже исполнила, а просто так мозолить глаза бесполезным присутствием ей не хотелось. Однако, это вовсе не значило, что помощница отказалась от них - нет. Она, как прежде, готова была помочь и прийти в любое время по первому же звонку. Филипп заботливо пополнил банковскую карту Люси на миллион рублей, чтобы сердце за нее не так болело и попросил ее позвонить, когда доберется до дома. - Филь... - видя, что ему грустно, Алла подошла со спины и молча обняла Филиппа, - поехали, может, погуляем? Куда-нибудь... куда глаза глядят. - Поехали, - повернувшись к жене, ответил, кратко кивая, Фил, - куда, - повторил он, - глаза глядят. Толмачева сильно обрадовалась, когда ей вручили первую в жизни премию за лучшую женскую роль - настолько, что захотела отметить это событие в ресторане. Популярность этой актрисы росла, у нее появились новые знакомые, которые порой толкали на не совсем, учитывая интересное положение Ники, правильные поступки - кто-то предложил поиграть в боулинг, и Ника без какой-либо задней мысли согласилась. - Опять она, - буркнула Пугачева, заметив Толмачеву на соседней дорожке. Алла любила не только нарды и бильярд, но еще и боулинг - эта игра отлично отвлекала от переживаний. Но и Ника, как ни парадоксально, любила "покатать шары", а потому, заметив Пугачеву, кивнула ей в знак приветствия, - Удивительно, - хмыкнула прима, когда Ника подошла к ней, чтобы поздороваться, - как в огромной столице среди стольких боулинг-клубов мы опять оказались рядом. Прям карма какая-то. - это совпадение ей вовсе не нравилось, но портить настроение себе не хотелось. - Алла Борисовна, а я Вам рада, - слегка улыбнулась Толмачева, - Представляете, мне премию вручили! Первую в жизни! - Что ж, поздравляю, - ухмыльнулась Алла, - впрочем, не впервой люди, которые делают себе карьеру и деньги на моем имени, получают какую-то премию, - Ника немного обиделась, но промолчала, а Пугачева тем временем, весьма ловко метнула шар, что он сбил большинство кеглей, - Я надеюсь, - вернулась к разговору прима, - ты не играешь? Ты все-таки беременна, поднимать тяжести вовсе ни к чему. - Я... - замялась Ника, покраснев, - хотела чуть-чуть поиграть. Шар ведь весит не больше пяти кило. Что такого? - Смотри сама. Я тебе не мамочка, - фыркнув, Пугачева взяла еще один шар и, просунув в дырки пальцы, окончательно сбила три оставшиеся кегли. Немного испуганная этим предупреждением, Ника отказалась играть, когда к ней подошли знакомые и напомнили о ее очереди бросать шар. Вместо нее играл Коля, а Ника расслабилась на диванчике в компании, попивая безалкогольный мохито. Алла почувствовала, что не может отвлечься - периодически посматривая на Нику, она будто проверяла, не играет ли та и не пьет ли спиртное. Пили все, кроме Толмачевой, которая в компании подвыпивших знакомых очень скоро стала чувствовать себя неуютно. Только Коля поддерживал жену и слегка пригубил. Пугачева все-таки смогла расслабиться и отвлечься игрой - они с Филиппом устроили настоящее соревнование, несколько партий подряд выиграла Алла, несколько Фил, но им обоим хорошо и весело. Четыре часа пролетели просто незаметно и, когда Пугачева с мужем уже собиралась уходить, она как-то рефлекторно посмотрела на столик, за которым сидела Толмачева. Друзья ее уже ушли, и Ника пила чай в компании Коли - казалось, в какой-то момент актриса вообще пожалела, что пришла в боулинг, ведь поиграть и выпить так и не удалось. - Ну что, - ухмыльнулась прима, все-таки подойдя к этой парочке, - как поиграли? - Другие хорошо. Но мне тоже не было скучно, - ответила Ника, не желая показывать свое разочарование. - Хах, я вижу. - хихикнула Пугачева, - Филечка, - обратилась она к подошедшему супругу, - ты не хочешь нашу партию с Колей доиграть? Мы же не торопимся? - Да нет, не торопимся, - улыбнулся Филипп, - Коль, ты хочешь? Можем посоревноваться. - Да запросто! - обрадовался Николай, - Только мне и проиграть Вам не стыдно, Филипп Бедросыч. - Фил, - поправил его Киркоров, - так проще. Ладно, а вы, наши дамы, чем будете заниматься? Скучать? - Скучать, родной мой, не придется, - улыбнулась Алла, - Ника, ты же играешь в нарды? Мне как раз нужен хороший партнер, давненько я не играла! - почему-то Алле вдруг захотелось сделать Толмачевой приятное, раскрасить ее серый будний день интересной партией, чтобы поднять настроение, и Ника широко улыбнулась, у нее прямо глаза загорелись: - Конечно! Я обожаю нарды, Алла Борисовна! - Смотри, я просто так не сдамся! - хихикнула прима. Когда к столику подошел официант, Пугачева попросила принести настольную игру, но молодой парнишка так растерялся, что не знал, что ответить: - Простите... У нас боулинг-клуб, у нас нет... нард... - Мальчик, мне, что, надо дважды просить? - насупилась прима, - Ты не знаешь, кто тебя просит? Тебе имя мое назвать? - Да что Вы, Алла Борисовна, я... - Будьте так любезны, молодой человек, найдите для примадонны российской эстрады нарды! - не сдавалась Алла, и Ника с интересом и неким сочувствием официанту наблюдала за происходящим. "Господи, где? Где я их найду? Что мне делать? Меня же уволят! А если не найду, то тоже уволят! Твою мать! У меня кредит не оплачен! Что мне делать?" (официант). - Ну... у нас... есть в торговом центре магазин настольных игр, я... могу ку... - замялся парень, кашлянув от внезапно накатившего стресса, - купить для Вас... - Да уж, пожалуйста, - кокетничала Алла, - купи. И принеси нам еще чай. Баранки есть? - Б... будут. Я еще в продуктовый сбегаю. - Вот спасибо, молодой человек! Все бы были такие, как Вы, жить стало бы легче! - хихикнула прима. Когда парень ретировался, буквально забыл про чашки, за которыми подошел изначально, Толмачева, не сдержавшись, задала вопрос: - Алла Борисовна, Вы ведь задали сложную задачу этому парню. Ему придется потратить свое время, чтобы исполнить Вашу просьбу. Почему Вы так поступили? - Потому что это я, Ника. Запомни, подобное поведение никто себе не может позволить в нашей стране - только я. Но я заслужила этот свой статус трудом и потом, потому никто мне не ровня. И не указ. Выше меня - только президент. Или Господь Бог. - Но... если заметят отсутствие этого парня на рабочем месте, то уволят! - Нет. Не уволят. Он выполняет мою, - подчеркнула Пугачева, - просьбу, потому ему нечего бояться. Бояться надо тому, кто мне смеет перечить. "Она знает цену себе и своему таланту. Дала то поручение, что выполнить сложно, но все-таки можно. Какая она? Зажравшаяся сволочь? Да вроде не похоже - ведь действительно подобное никто себе позволить не может. Интересно, что будет, когда парень принесет ей нарды... Хотела бы я быть на нее похожа? Нет. Но я ее понимаю." (Ника). Когда официант спустя рекордные пятнадцать минут принес и баранки из продуктового, и нарды, Алла хитро улыбнулась - ей приятно, что ее слово имеет вес и что любая прихоть выполнялась, как в старые добрые времена. - Как зовут тебя, безотказный юноша? - игралась Алла с ним, как кошка с беззащитным мышонком. - П... Петя. - робко, заикаясь, ответил парень. - Петя. - ухмыльнулась прима, - Не забудь, Петя, про чай. И листочков мяты туда накидай, чтобы ароматнее было, ладушки? - Д... да. Конечно, - оставив на столе покупки, парень все же унес старый чайник и побежал исполнять новый заказ. - Алла, Вы... хамите людям, играетесь с ними, но при этом не терпите подобного отношения к себе, - заметила Толмачева. - Мала ты еще, чтобы меня учить. Я имею право на такое поведение. Ты - нет. Вот будешь стоять со мной рядом на такой же высоте, тогда, может быть, я к тебе прислушаюсь. А теперь давай, - вытащила из пакета новенькие нарды, - расставляй фишки, пока я играть не передумала. - в ее глазах Ника заметила оттенок злости, но это только сперва. Пытаясь понять мотивацию, актриса догадалась, что Алла таковой не являлась на самом деле и пыталась так поиграться. Пусть и с чужим человеком. Ее искренне удивило что, когда Петр принес обещанный чай и новенькие чашки, Пугачева достала из барсетки две пятитысячные купюры и протянула их парню, - Это за баранки, нарды. И тебе чаевые. Столько хватит? - Спасибо, - никак не ожидавший, что расходы ему компенсируют и дадут сверх того, Петр расплылся в широкой улыбке, и Алла улыбнулась в ответ, видя, как парень искренне радуется, - приятного вечера, Алла Борисовна. - Вот видишь, - посмотрев ему вслед, заметила прима, - все довольны. - Да, только он понервничал сперва. - А жизнь - это вообще сплошные нервы. Покой только на том свете. Чем раньше ты это поймешь, Ника, тем проще и насыщеннее будет твоя жизнь. Я вот поняла совсем недавно. И очень жалею, - тяжело вздохнула Пугачева, - о просранных двадцати годах. "Она пытается меня учить? Или щеголяет своей вседозволенностью?" (Ника). Партия в нарды подняла Толмачевой настроение, даже несмотря на несколько проигрышей, ей интересно играть с Аллой. Прима тоже не ожидала, что Ника неплохо играет, а потому партия стала по-настоящему захватывающей. Пока мужья соревновались в боулинг, нарабатывая очки, Алла и Ника устроили настоящий баттл, попивая чай с баранками. Лишь когда время перевалило за полночь, все четверо направились к выходу. - Ну как, мой хороший, - обратилась Пугачева к Филиппу, слегка приобняв его, - доволен? Кто победил? - Коля круто играет! Он мне дал жару! Почти вровень шли, но я все же обогнал! - Ника, переобувая сменные кеды, с большим интересом наблюдала за Аллой - с Филиппом она совсем другая, без маски, без напыщенности. Просто женщина, которая очень любит и которая также получает эту любовь от мужа, а она проявляется во всем - как Фил помог ей переобуться, придержал сумку, подставил руку, чтобы не упала, обхватил за талию. Толмачева улыбнулась при мысли, что такое глубокое чувство, которое срывает любую маску, знакомо и ей - Коля тоже ухаживал за беременной женой, присев перед ней на корточки, чтобы помочь снять сменную обувь. Пожалуй, больше всего удивлялись работники боулинг-центра: на их глазах Алла Пугачева и Филипп Киркоров, вовсе не скрывая своих чувств, нежно целуются, а женщина, которая похожа на молодую Аллу - Ника - прижимается объятиями к своему супругу. Подобного давно никто не видел, но все тактично промолчали. - Благодаря Вам мой праздник удался, - подошла к Алле Ника, - спасибо Вам за игру. - Да не за что. Вечер был приятный, - ухмыльнулась Пугачева, на чистом рефлексе прижимаясь к Филиппу плотнее. Он пожал Коле руку, все четверо уже попрощались и собирались выходить, как вдруг Ника согнулась в приступе сильной боли, обхватив руками живот, - Что такое? - в Алле будто что-то проснулось, какой-то инстинкт, и она схватила Толмачеву за предплечье, - Ника? - Коля помог присесть, но боль никак не отступала. Парень растерялся, не зная, что делать и куда в таком случае обращаться. - Очень болит... - едва ли не взвыла Толмачева, все глубже сгибаясь. Видя, что с ней происходит, Пугачева задрожала - ее триггернуло в самый непростой период жизни и она почти физически ощущала, что чувствует эта женщина. - Так... Спокойно. Тебе надо лечь, - сотрудники клуба уже сбежались, кто-то принес воды, но Ника за несколько секунд успела побледнеть, - Отойдите все! - рявкнула Алла, разгоняя зевак, - Откройте окно! Воздух нужен! - сразу несколько человек ринулись выполнять поручение, - Ник... - желая помочь, Алла попросила, - Успокойся. Это спазм, щас отпустит. Ты поднимала что-то тяжелое? - Нет, - все еще жмурясь от боли, ответила Толмачева, - Ничего. Не знаю, с чего вдруг... - Филя... - встав с дивана, прима прошептала мужу, - срочно звони Марку. Срочно. Я знаю, чем закончится, надо звонить, пока не поздно. - А че звонить-то? Надо ее везти! - заметил Киркоров, - Марк по телефону что сделает? - Алла кивнула, молча наблюдая, как Ника все еще корчится от боли, ворочаясь с бока на бок, - Коль, - жестом позвал Фил, - бери ее и в машину. Надо срочно к врачу ехать. Я позвоню сейчас, вас примут. - Я думал, ехать к нашему в Крылатское... - Далеко. Здесь рядом клиника Курцера, буквально пять километров, это быстрее. - Щас, я такси поймаю... - замешкался парень, но Фил недоуменно посмотрел на него, - Я машину на плановое техобслуживание поставил, сегодня на такси передвигаюсь. - Так, ладно, - вмешалась прима, - делаем иначе. Ты берешь свою девчонку, и наш водитель отвезет вас. А потом приедет за нами. - Алла Борисовна, я... - Не спорь! - прервала его Пугачева, - Или ты хочешь, чтобы она ребенка потеряла? Быстро пиздуй в клинику! Филечка позвонит Курцеру, предупредит. - пока Филипп звонил Марку, чтобы подтвердить прием, Алла присела рядом с Никой, - Девочка моя... - на собственное удивление произнесла прима, никак не ожидавшая, что чужая боль и ситуация так ее тронет, - Все... успокойся. Все будет хорошо. Ник... - Алла Борисна... - поджав под себя колени, тихо произнесла Толмачева, - Вы... Вы хорошая. Сильная, но добрая и милосердная. - Пугачева лишь ухмыльнулась, подбадривающе сжав ее руку, чтобы та быстрее успокоилась, - Здорово, что я знаю Вас настоящую. - Харош пиздеть, - прервала ее Алла, когда почувствовала, что Ника переступает невидимую грань дозволенного и чего-то личного: видеть себя настоящую Пугачева позволяла только Филиппу, - Еще не хватало мне нервничать за тебя. Не бойся, щас наш водитель в клинику отвезет. Все будет нормально. - Спасибо, - прошептала Ника, и Алла еле сдержалась, чтобы не сматериться - привязываться к кому-либо вовсе не входило в ее планы, своих забот вполне хватало. Уже через полчаса Толмачева находилась в палате под наблюдением врача - Марк провел все необходимые процедуры и по показаниям оставив пациентку в клинике на сутки, отзвонил приме: - Вы очень вовремя ее привезли, фактически спасли. Нам удалось остановить уже... начавшийся выкидыш, сейчас с Вашей знакомой и ее ребенком все в порядке, она пробудет у нас под наблюдением некоторое время. - А из-за чего это? - искренне переживая, спросила Алла, на что получила ответ, который ее чуть с ног не сбил: - Да то же, что и у Вас в анамнезе, Алла Борисовна - истмико-цервикальная недостаточность. Там особых причин для выкидыша не нужно. - Пугачева, стоя, как вкопанная, сбросила звонок. В один миг от осознания произошедшего и услышанного ее бросило в жар, в душе поднялся такой гнев, что она швырнула телефон, благо, тот отлетел на кровать и не разбился. - Аллусь, что такое? - видя, что жена буквально бордовая от злости, поспешил к ней из гардеробной Филипп. - Даже эта сучка! - орала Пугачева, - Даже она!.. - не договорила фразу Алла, проглотив от гнева половину, - У нас одинаковые анамнезы, Филя! Одинаковые, понимаешь?! - кричала, тряся перед лицом мужа руками, а вопли было слышно и на первом этаже, и Фил значительно перепугался за моральное состояние жены, видя, что с ней творится, - Она выносит и родит! Ей помогли, ее ребенка спасли! А моего тогда не!.. - злость, перемешавшись с завистью и болью, вылилась плачем наружу, и Алла буквально давилась, сглатывая слезы, - Мне тогда не помогли! А ей!.. - Киркоров, прекрасно понимая, что творится в душе любимой женщины, прижал ее к себе и, запустив пальцы в блондинистую макушку, крепко обнял, - Это несправедливо, Филя! - бросив на мужа заплаканный взгляд, рявкнула Пугачева, - Мне больно! Очень... - чуть успокоившись, утерла слезы Алла, - больно... - почти шепотом завершила фразу, в объятиях полностью нависнув на Фила. Киркоров понимал, что всякие слова сейчас бесполезны и утешать можно только жестом. Долгие двадцать минут супруги молчали, обнимаясь, и только любовь приглушила давнишние раны, которые всковырнула сегодняшняя ситуация с Никой. На душе паскудно, буря разыгралась от противоречий - да, Алла хотела помочь и помогла. Но в то же время как же ее злил этот благополучный исход - до такой степени, что эту черную зависть она и не скрывала. Решила поделиться эмоциями с Редель и, не найдя у подруги поддержки, еще больше разозлилась. - Дура ты, Аллка, - хихикнула бизнес-вумен, - тебе лет дофигище, а простых, совершенно очевидных, истин ты так и не сечешь. - И что же я, - насупилась прима, обиженная словами Алины, - не секу? - передразнила ее, не понимая, почему подруга не поддерживает ее доводов. - Ты сама говорила, что все испытания даются не за что-то, а для чего-то. На мой взгляд произошедшее с этой актрисулькой и твое участие в помощи ей - это твоя карма. - Чего-о-о? - Алла, казалось, возмутилась донельзя, и Редель постаралась объяснить доступнее: - Если вы так с ней похожи, что анамнезы одинаковые, то считай, что этим вечером ты помогла не ей, а себе - закрыла свой гештальт. Так хоть понятнее? - Ну... - смягчилась Алла, - допустим. - И раз ты закрыла для себя эту тему, тебе автоматически открываются новые двери, новые возможности. Потому что нереально войти в новую дверь, не перешагнув порог старой. Сегодня для тебя тема прошлого - болезненных воспоминаний - закрылась. Иди вперед. Наоборот я бы радовалась такому развитию событий, ведь это означает, что шансы на счастливое будущее с вашим общим Филькиным ребенком увеличиваются в разы! А ты, вместо того, чтобы радоваться, орешь, как потерпевшая, нервируешь мужа и поливаешь говном эту Нику только потому, что у нее, видите ли, получилось! Да за нее радоваться надо! - Алина, - улыбнулась Алла, окончательно успокоившись, - а ты в кого такая мудрая? В мамочку или в папочку? - хихикнула прима. - Алла, это жизнь! Конечно, огорчаться чужим поражениям проще, чем радоваться чужому счастью, но даже из этого можно извлечь для себя что-то важное! А ты кричишь и материшься, как сапожник! Дети-то хоть твоих криков не слышали, я надеюсь? - Нет, они давно спят, - тихо ответила прима, в глубине души понимая, что не совсем права. - Нечего их пугать, нечего Филиппу нервы делать! Он итак все бросает, лишь бы быть с тобой каждую секунду, волнуется и переживает за твое состояние! Алл! Если так дальше пойдет, ты его переживешь! Серьезно! Задумайся хоть! - Типун тебе! Не надо так говорить! - Не надо так себя вести, подруга. Ты меня знаешь - я тебе добра желаю, но твои закидоны, мамзель, одобрять не собираюсь! Филя тебе не может сказать из-за любви, тогда скажу я, что думаю - из большой любви! Понятно? - в этот момент Алла надулась, немного обиженная таким тоном, и Редель словно почувствовала эту реакцию, - Неча на меня щечками дергать, Аллуся! Тебе позволено куда больше, чем другим, потому и спроса больше! Лучше Бога поблагодари за сегодняшнюю ситуацию! Надеюсь, тебя хоть сейчас отпустит, а то кипишь так, что из пизды скоро пар сочиться будет! - Да, Алинушка, - улыбнулась Алла, - для счастья мне нужна любовь Филиппа и... твои пиздюли. Спасибо. Мне легче стало. Я правда - не рассматривала ситуацию с такого ракурса. - Алл, тебе годиков много, ты знаешь азы мудрости, других учишь, а сама ею не пользуешься. Почему элементарные вещи тебе надо разжевывать и класть в клювик? Извини, пора бы научиться реагировать более мудро. - Кто рано мудреет, Алина, тому жить не интересно. А у меня всякий раз - такой аттракцион. - Была б ты дурой, было бы проще. А так... умная баба... с закидонами. Помни, что твое состояние сказывается на близких тебе людях. Хер со мной - я снотворное выпью и спать пойду. А Филипп? Ему каково? Он же вынужден выслушивать твою бредятину, сопереживать, утешать. А его кто утешит? Почему ты думаешь, что можешь так поступать с ним? В конце концов, это женщины любят утешать страдающего мужчину, прижимать к груди страдающего мужчину, но мужчины не любят страдающих женщин - мужчины любят глазами, а женщины - ушами. - Ладно, Алин, ладно. Не ругайся. Пойду мужа утешать, - пошутила Пугачева, желая поскорее закрыть эту тему. Филипп и правда переживал за моральное состояние жены и, едва она появилась на пороге спальни с довольной широкой улыбкой в приподнятом настроении, переоценив свой взгляд на вечернюю ситуацию, у Фила буквально от сердца отлегло. Женщина подошла к любимому мужу и, приподнявшись на цыпочки, обвила его шею, а затем поцеловала. - Как ты, Аллусь? - заметно переживал Фил, все еще опасаясь, что переживания не прошли бесследно. - Филечка, прости меня, пожалуйста - я тебе все мозги вытрахала. Со мной все хорошо. Я... взглянула на ситуацию чуть иначе, теперь мне кажется, что все было не напрасно, - вкратце поделилась с Филиппом своими размышлениями, и Фил, выслушав внимательно, согласился, чуть успокоившись, - Филя... - загадочно улыбаясь, произнесла Пугачева, - скажи, что любишь... Скажи... - Очень люблю, - как-то вяло улыбнулся Киркоров, потому что успел устать от насыщенного переживаниями дня. Но в глазах - все то же искреннее глубокое чувство. Он наклонился и поцеловал жену, а она ответила, даря ему один поцелуй за другим, - Алина права, - произнес Филипп, - я тоже думаю, что эта ситуация дана нам для чего-то. Чего-то очень хорошего и светлого, - сразу поправил он, и Алла кивнула, прижавшись к нему. Именно этот казус с Никой вселил в Аллу и Филиппа дополнительную уверенность, что у них в этот раз обязательно все получится, прима заметно успокоилась, как и Филипп. Оставшиеся месяцы супруги считали в нетерпении, когда родится их малыш. Иногда время любит повторять старые истории, соединив снова Аллу и Филиппа, подарив им шанс на счастье. А иногда рассказывает совсем другие, как в случае с Никой и Колей - даже несмотря на кажущуюся схожесть судеб, все-таки они различны в деталях, а именно мелочи определяют все. Когда родился первенец Ники и Коли, мальчик Василий, никто не удивился - Толмачева не столь известная актриса, чтобы все СМИ пестрили этой новостью. А вот, когда папарацци разнюхали сенсацию о предстоящих родах будущего малыша Киркорова и Пугачевой, пришлось еще тщательнее скрывать - чтобы банально не сглазить. Сутки до запланированных родов Алла и Филипп провели в клинике - заплатили за палату, зная, что сурмаме вот-вот рожать и не пропустить этот важный, определяющий момент. Эрриндер позволила наблюдать за ходом процесса, как и обговорено в договоре - они не присутствовали в одном боксе, но наблюдали через специальное стекло саму подготовку и период схваток. Алла не смогла сдержать волнения - слишком она переживала, расхаживая по залу из угла в угол. Нервничал и Филипп, но все же старался быть опорой жене и не показывать, насколько ему страшно. Он внутренне, про себя, молился, чтобы все прошло успешно. - Аллусь, иди ко мне, - Пугачева вцепилась в его объятия, еле сдерживая слезы, ее всю трясло с головы до пят, она побледнела и слова застряли комом в горле. - Филя... - что-то большее прима просто не смогла произнести, нервы сдавали, но Киркоров на своей шкуре прекрасно чувствовал все то, что она хотела сказать. - Чш-чш... - успокаивал, как мог, покачивая слегка в объятиях, - все хорошо, Аллочка. Все будет хорошо. - Пугачева с большим трудом сглотнула слюну - челюсть дрожала, и зубы стучали от страха, что может что-то случиться с их долгожданным ребенком. Они специально не стали узнавать пол малыша - хотели сюрприза, небольшого эффекта неожиданности и не подбирали имен: Алла сперва хотела взять кроху на руки, и потом уже, посоветовавшись с Филиппом, выбрать подходящее. Но сейчас мысли, приправленные острым страхом, путались настолько, что женщина то хотела шагнуть в операционную, где полным ходом шли безопасные вертикальные роды, то вцепилась в руку Филиппа, зажмурив глаза. - Филечка, я очень боюсь... - прошептала побледневшая Пугачева, - Вдруг что не так. - Нет-нет, - Фил и сам боялся, только по старой привычке засунул свой страх и переживание в самый угол души, - даже не думай. Малыш скоро родится. - Алла обернулась и посмотрела на стекло - сердце сжалось, едва в пятки не ушло, когда она увидела, как несколько врачей окружили сурмаму. Эта стандартная практика напугала Пугачеву, она занервничала сильнее, - Не бойся, ей помогают. Все хорошо, - словно прочитав ее мысли, утешил Фил. Супруги на одной эмоциональной энергетической волне, без слов могли почувствовать все то, что так трудно передать словами, и в какой-то момент Алла посчитала своим долгом поддержать Фила: - Филь... Ты не нервничай, - попыталась улыбнуться, только вышло это как-то криво, - уже... - поджала губы, сдерживая слезы, - уже скоро. Я думаю. - Так, ну как ваши дела? - вошла к супругам врач, на ходу снимая стерильный халат, - В обморок не падаем? - пошутила она, - Не переживайте, у нас полное раскрытие, скоро родим. - от этих слов и слишком сильного волнения Аллу аж качнуло, и Фил подхватил ее под локоть, не дав упасть, - Так, понятно. Ничего, нервы. Понимаю, - тяжело вздохнула доктор, - Лягте, пожалуйста, на кушетку, я Вам давление измерю. - Не надо... - голова закружилась, в ушах зазвенело, но Алла держалась, чтобы не пропустить самый важный момент - момент появления на свет долгожданного родного ребенка, - Я... в порядке. - Алла Борисовна, не надо омрачать мне смену инфарктом, пожалуйста, - настаивала врач, - Или Вы ложитесь, или я выведу Вас с мужем из палаты и все новости сообщу по факту. - нехотя Алла все же легла на кушетку, и доктор быстро измерила ей давление, - Предобморочное... - прошептала врач, - что ж мне с Вами делать? Почему Вы так нервничаете? - Долго объяснять, - ответила Алла, - ребенок долгожданный. Очень. - Я понимаю, но нельзя же так реагировать. Еще чуть-чуть, и Вы в обморок упадете, а оно мне надо? У меня хлопот с роженицей хватает. - Там все нормально? - Успокойтесь. Все нормально. Ладно, лежите, - убрав тонометр, вздохнула доктор, - сейчас попрошу медсестричек принести Вам чай. - Филь, попей и ты, - предложила мужу Алла, протягивая ему принесенный вскоре стаканчик. Но крепкий сладкий чай не сбавил волнение, лишь слегка приглушил симптоматику. Еще долгие мучительные полтора часа Алла и Филипп буквально не знали, куда себя деть от этого страха - страха, что могло что-то пойти не так - нервничая так, что их обоих вскоре трясло. Они так и сидели на кушетке в обнимку, изредка попивая уже давно остывший приторный чай, ожидая новостей. - Филипп Бедросович! Алла Борисовна! - наконец, дверь палаты открылась, и вошла одна из ассистенток, что присутствовала на родах. Супруги в один момент разом вскочили с кушетки, в груди у обоих от сумасшедшего волнения как будто что-то раскаленное перевернулось, и они уставились на девушку в белом халате, ожидая, что та скажет, - Поздравляю вас! Девочка! Хороший здоровый ребенок, 53 сантиметра, вес 3 350! Замечательный показатель! Хотите посмотреть? Алла и Филипп держались за руки, но со стороны казалось, что они придерживают друг друга, у обоих в глазах слезы, на лице - сумасшедшая пьяная улыбка. Они заново прокручивали в голове услышанную новость, пытаясь осознать и поверить в то, что им сказали. Медленным шагом прошли в родовой зал, где девочку уже успели спеленать. Малышка не плакала, лишь потирала крохотными ручками прикрытые глазки, и Алла осторожно взяла ее на руки: - Моя... - губы задрожали от плача, слезы текли сумасшедшей рекой по щекам, а сама Пугачева улыбалась, рассматривая эти родные черты еще одного важного в ее жизни человечка, - моя дочка... - Филипп аккуратно коснулся рук жены, видя, что они слегка трясутся, и поцеловал Аллу в висок, сглатывая трудно сдерживаемые слезы, - Филя... - посмотрев на мужа, прима видела в его глазах все те чувства, что испытывала сама - эту дикую помесь абсолютного счастья с тенью пережитого страха. - Наш ребенок, - прошептал Филипп, бережно взяв дочку на руки, - мой долгожданный малыш... - наклонился и коснулся губами крошечного лобика, пока Алла, утерев слезы, погладила маленькую, сжатую в кулачок, ручку. - Как назовете? - полюбопытствовала подошедшая к ним Эрриндер, - Сегодня двадцать пятое января, некоторые пары по святцам имя выбирают, - как бы невзначай заметила врач. В этот момент супруги переглянулись, и синхронная идея об имени пришла им в голову. - Танюша... - прошептал Филипп, по реакции жены, когда та улыбнулась, догадавшись, что именно это имя пришло ей в голову, - Татьянушка. Пусть будет Танечка. - Татьянушка, - повторила Алла, поцеловав ребенка. - Хорошо. - кивнула Эрриндер, - Запишем Татьяной. Киркорова Татьяна Филипповна. Мать - Алла Пугачева, отец Филипп Киркоров. Завтра документы для ЗАГСа будут готовы. А сейчас, - осторожно перехватив кроху, отдала врач коллегам, - девочка кушать хочет. Не беспокойтесь, я распоряжусь, чтобы вас пускали везде и всюду. Когда малыш окрепнет, выпишем домой, обычно на третий день, - она говорила и видела, как у Пугачевой от стресса руки трясутся, - Алла Борисовна, пойдемте я Вам укольчик успокоительный поставлю. Хорошо? - взяла ее под руку, но Алла посмотрела на малышку - ее уже, положив в специальный боксик, увезли. - Аллунь, пойдем? - Филипп значительно успокоился, увидев дочку, а вот Аллу трясло еще сильнее, - Аллочка... - помог ей вернуться в палату, и Пугачева медленным шагом поплелась к кушетке. - Филь... - еле слышно окликнула мужа женщина, слегка наклонившись. Видя, что она падает, Киркоров подхватил на руки, но с каждой секундой прима все больше слабела в его объятиях. - Алл, ты чего? - лицо Пугачевой побелело, словно известка, дыхание стало прерывистым, а голова почти запрокинута назад, - Алл! - слегка встряхнул, но Пугачева уже не стояла на ногах, все-таки потеряв сознание. - Каталку сюда! Быстро! - врачи среагировали оперативно, сразу подбежали санитары и медсестры, которые помогли уложить женщину, - Спокойно, - заметив, что Филипп нервничает, поспешила объяснить, - вегетатика у нее шалит, ничего, бывает. Сейчас стабилизируем, - Алла уже пришла в себя и, первым делом, попытавшись приподняться, нашла руку Филиппа. - Лежи-лежи, - остановил ее Фил, - все хорошо. Я рядом. - Филя... - плохое самочувствие все еще сохранялось тягучими неприятными вегетативными последствиями обморока, но все же Алле чуть легче, - Филь... - вдруг улыбнулась Алла, - получилось... - Конечно, получилось, - присев на корточки, поцеловал ее руку Филипп, - все хорошо, наш ребенок здоров. Алл, ты как? - Простил, - широко улыбнулась женщина, крепче сжимая его ладонь, - Бог простил... - Киркоров из последних сил держался, чтобы не разреветься - слишком много переживаний, словно снежная лавина, обрушились на мужчину, и все же он прильнул к ее губам долгим поцелуем. - Мы ей укол поставили, - объяснила врач, - Ваша супруга сейчас поспит. Может, Вам тоже? - Не-не, - отнекивался Филипп, - Я норм. Аллочка, ты спи, - погладил жену, убрав прядь волос с ее лба, - Отдохни. Все хорошо, я с тобой. Не желая рисковать, Эрриндер все-таки настояла на том, чтобы Филипп выпил таблетку успокоительного. Оно оказало сильный седативный эффект, и спустя полчаса Киркоров спал рядом с Аллой на соседней кровати. Самый трудный этап непосредственно рождения их долгожданного общего ребенка уже позади, можно расслабиться, и супруги проспали почти сутки, восстанавливая силы. Когда Алла снова взяла на руки малышку, прежние ощущения сменились искренней заботой, теплотой, ее сердце трепетало нежностью и желанием защитить это новорожденное чудо - пожалуй, давно она не испытывала этих, чисто материнских, чувств. Филипп с первой секунды проникся крохой, он не отходил от ребенка ни на шаг и заново вспоминал азы, как обращаться с детьми, самостоятельно пеленал малышку. Это то самое счастье, о котором Алла когда-то мечтала - и не просто так, ведь человеку свойственно мечтать о том, что в силах осуществить. На третий день, как положено, Аллу и Филиппа отпустили с дочкой на руках из роддома и, выехав через задний двор во избежание шумихи и папарацци, они приехали домой. Что Киркоровы-младшие, что "Галчата" с большим воодушевлением отреагировали на появление сестренки. - Мы будем ее любить, - заверил Гарри. - И заботиться, - кивнула Алла-Виктория. Мартин и Лиза с интересом смотрели на сестру, немного побаиваясь взять ее на руки, хоть и хотели. Вскоре этот страх прошел, к слову, и все четверо детей охотно принимали участие и в купании, и в пеленании, помогая родителям. - Филь, ты знаешь, - уложив малышку спать, легла в кровать к мужу Алла, - я всех детей люблю. Но Танечку... она просто мое дыхание. Понимаешь? Дышу ею. - Понимаю, Аллусь... Настолько долгожданный ребенок, дочка, - прижал к себе женщину Фил, - Наш ребенок, Алл... - У нее будет самая лучшая судьба. Самая прекрасная. Давняя мечта сбылась. Безусловно, рождение младшей дочки еще больше укрепило семью. А Люся, находясь в своей квартире в Марьино, смотрела последние новости по телевизору о рождении маленькой Танюши и, радуясь за близких людей, глотала слезы столь же долгожданного счастья...