Amphetamine dream

Звук клуба глушит любые мысли и оставляет воспоминания о кровавых играх где-то за дверьми. Запах табака, алкоголя и чего-то серьезнее пьянин с первым вдохом, проникая в самые лёгкие. Нам Гю уже успел приобрести пакетик метамфетамина. Теперь денег ему хватит на любое вещество. Он рад исключить из своей жизни панический страх, когда снуешь туда-сюда в надежде найти хоть копейку на дозу, которая помешает с головой утонуть в болезненной ломке. Поморщившись от гадких мыслей, он находит свободный столик, попутно смахивая с него пыль рукой, и высыпает дозу желанного вещества на стол. Нам Гю достает свою карту, находя ей лучшее применение, он измельчает метамфетамин ребром и заканчивает свое дело, придавив плоской стороной карты. Когда вещество наконец принимает форму мелкого порошка, губы невольно растекаются в улыбке, и Нам Гю осторожно формирует белоснежную дорожку. Спрятав карту, парень судорожно ищет хоть какую-то бумажку в карманах. Нащупав какой-то чек, он быстро скручивает его и склоняется к дорожке желанной эйфории. Резкий вдох, и нос наполняет мерзкое жжение, заставляющее поморщится. Следующее ощущение — горечь в горле. Нам Гю выдыхает, тепло расползается по телу до покалывания в кончиках пальцев. И наконец долгожданная эйфория. Вся усталость, сожаления, страх расплываются под действием наркотика в крови. Забывается даже неприятное ощущение в носу. Улыбка расплывается по лицу. Ни прошлые переживания, ни страх, ещё не успевший покинуть тело после злосчастных игр, ни тоска, оставшаяся после них же больше не кажутся чем-то, что может пошатнуть его моральное состояние. Остаётся только сладкая эйфория и энергия, которая та принесла. Обычно Нам Гю не танцует, но сейчас готов кинуться на танцпол. Даже кучка, звонко смеющихся; что сейчас бьёт по ушам даже сильнее, чем обычно; явно пьяных девушек сейчас кажется любопытной. Их смех прерывается, слышатся удивлённые восклики и, кажется, просьбы о фото? Нам Гю морщится, не желая смотреть в ту сторону и поднимает глаза, натыкаясь на здешний источник света. Вокруг цветных огоньков расплываются блики, а все вокруг кажется чуть менее четким, чем десяток минут назад. Неожиданно свет загораживает слишком уж знакомый силуэт. Кислотно-зеленая чутболка кажется даже ярче, чем раньше, но, подняв глаза, Нам Гю улавливает зрением неоновый фиолетовый вместо волос. Он моргает, надеясь, что это ослабит весёлый эффект, но голос сверху отрывает от осознания новых эффектов: — Эй, Нам Су! Hi, man! Нам Гю выдыхает, но не чувствует раздражения, которое раньше вызывала забывчивость Таноса. — Я Нам Гю— проговаривает он отводя взгляд. Су Бон клонится к нему, вглядываясь в глаза и широко улыбается. Он усаживается рядом, не удосужившись спросить разрешения. — Да, Нам Гю, не хочешь поделиться, а? Нам Гю вскидывает брови, попутно стараясь сосредоточиться на его лице, а не слишком уж ярких одежде и волосах. Тогда он бросает взгляд на глаза. Небесно голубая радуждка, не скрытая расширенными зрачками, сейчас играет новыми красками. — С чего бы мне делиться? У тебя хватит денег на свою дозу. — Ах, don't be so greedy! Я ведь делился с тобой! — он преувеличенно огорчённо вздыхает, глядя на Нам Гю щенячьими глазками. Тот хмыкает и протягивает Таносу пакетик вещества, но прежде, чем тот выхватит его, предупреждает: — Метамфетамин. — Люблю стимуляторы. — ухмыляясь, говорит Су Бон. Он делает то же самое, что Нам Гю ранее и, наконец вдохнув порошка, мотает головой. Наркотик растекается по крови и явно начинает действовать. Танос энергично поворачивается к нему, широко улыбаясь. И Нам Гю знает, что совсем скоро эти небесные радужки скроются за расширенными зрачками. — И это первое на что ты потратил деньги? Oh man! — он смеётся. — Кто бы говорил, а, хён? — парень усмехается. — Сам-то первым делом ввалился сюда. — И встретил тут тебя. — рэпер нескрываемо окидывает его взглядом. — Рад, что мы всё-таки пересеклись. — Успел соскучиться по мне? — совершенно несерьёзно бросает Нам Гю. — Боялся больше не встретиться. — звучит слишком свободное под действием сильного стимулятора. Сердце стучит слишком быстро. Но Нам Гю некогда гадать: от метамфетамина это, или от странно откровенных слов Су Бона. Он касается чужого плеча, слегка мнет его, как делал там. — Ну мы ведь живём в одном городе. Они тихо смеются. Сейчас это кажется смешнее, чем показалось бы на трезвую голову. — You know, yes, скучал. — Нам Гю чувствует чужие пальцы в своих волосах. — Особенно по губам. — слышится уже совсем близко. Так близко, что горячее дыхание ощущается на собственных губах. Нам Гю подаётся вперёд. Нет, не потому что все это время сам жаждал снова ощутить его губы. Не потому что скучал. Это все метамфетамин. Метамфетамин вынуждает чувствовать слишком много, что даже от обычного соприкосновения губ по спине бегут мурашки, и искорки в глазах, когда пальцы Таноса смыкаются на прядях черных волос. Это метамфетамин вынуждает самому схватить руками чужое лицо, боясь выпустить хоть на секунду. Только метамфетамин заставляет их обоих углубить поцелуй, погружаясь в жар с головой. Одна из рук скользит ниже, задерживаясь на плече, но не долго. В конце концов, она останавливается на бедре, слегка сжимая, и скользит под футболку, касаясь пояса джинс. Су Бон стонет в чужие губы и тянет к себе. Нам Гю не сопротивляется ни капли, опирается о диван, совсем прильнув к нему. Однако он же и обрывает поцелуй, слегка отстранившись, и тут же встречает слегка недовольный взгляд. Тонкую линию радужки едва видно за расширенными; точно не от чувств; зрачками. Горячей рукой Нам Гю хватает Таноса и тянет за собой, судорожно выискивая закрывающуюся комнату. Они вваливаются в нее, не желая отрываться друг от друга. Нам Гю торопливо закрывает щеколду и толкает Таноса к дивану позади, наваливаясь сверху. Чужие руки; слишком горячие; скользят под футболку. Каждое лёгкое касание отдается дрожью, мурашками по спине, и, едва сдерживаемыми, стонами. — Come here, my boy. — звучит горячим шепотом и Нам Гю снова льнет к чужим губам своими. Они целуется снова, и снова, пока не ощущают, что их тела становятся неотъемлемой частью друг друга. Нам Гю чувствует жгучие укусы и кусает сам. Собственная футболка скользит вверх по телу, пока по нему изучающе блуждают руки Су Бона, вынуждая выгибать спину и тихонько стонать в чужие губы. Отрываясь ото рта Таноса, Нам Гю ведёт дорожку поцелует до челюсти и к шее, после чего легкие касания губ кончаются и он кусает нежную кожу, оставляя яркий след за собой. Прижимается губами чуть ниже кадыка, оставляя новый засос. Счёт времени теряется где-то между поцелуями, неосторожными касаниями, укусами и тихими стонами губы в губы. Сколько бы времени не прошло: пять минут, десять, час — им все равно будет мало. Мало близости, поцелуев, друг друга. Нам Гю теряет терпение и хватает пальцами пояс джинс рэпера. Он торопливо расстёгивает ширинку; далеко не с первого раза; и тянет одежду прочь, оголяя бедра. Однако его утягивают в очередной поцелуй, переворачивая и вынуждая лечь на диван уже его самого. Нам Гю поднимает глаза. Слишком яркие волосы все ещё следят глаза, но новый взгляд, с которым он сталкивается, заставляет, и без того неистово стучащее, сердце ускорить свой ритм. Его футболка скользит вверх и он, не сопротивляясь, позволяет стянуть ее, а следом и штаны. Нам Гю с трудом вдыхает. Он облизывает пересохшие губы и тянет Су Бона к себе. Тот кусает мочку уха, скользит ниже по шее и наверняка там остаются засосы и следы его зубов. Никогда ещё простая прилюдие не заставляла чувствовать так много и сразу. Перед глазами плывет, а тяжёлое дыхание граничит со стонами на губах. Су Бон выпрямляется, устраиваясь между ног Нам Гю. Пытаться выравнять дыхание в эту короткую минуту бессмысленно. Стимулятор гонит кровь по венам, вызывая сладкое перевозбуждение. Взгляд цепляется за плывущего перед ним Су Бона. Тот проходится языком по своей ладони. Вязкой из-за метамфетамина слюны мало, потому он облизывает снова и наконец касается члена Нам Гю, тут же выдергивая из горла шумный стон. Су Бон прижимает друг к другу их члены и стонет сам. Он неторопливо скользит рукой вниз вверх, размазывая слюну по длине, и медленно находит ритм. Каждое движение отдается мурашками по спине и стонами со стороны обоих. Ускоряя темп, Су Бон сжимает бедро Нам Гю. Тела слишком горячие, слишком чувствительные, и слишком податливые. Жар растекается от низа живота, отдается дрожью в бедрах. Стоны становятся громче, а движения все менее ритмичными. Каждый толчок руки отдается искрой во всем теле, пока наконец не наступает оргазм. Танос выдыхает и наваливается сверху. Тело почти горит. С трудом выравнив дыхание, Нам Гю кладет руку на спину Су Бона, приобнимая. Звук клуба снова доносится до ушей, приглушённый закрытой дверью. Тусклый свет комнаты слепит глаза. А дрожь все ещё не хочет отпускать. — Давац потратим эти деньги вместе... — звучит шепот над ухом. Сил ответить нет, потому Нам Гю лишь сжимает в пальцах чужую футболку.