Геометрия. Веснушки. Белая ручка.

—Луиса... А можешь помочь с одной фотосессией? - тихо раздаётся просьба, чтобы о ней услышал лишь нужный человек. Только выдался удобный момент.

Их друзей нет рядом.

Темно синие глаза как омуты изучают паркет как будто тот видит его в первый раз. Можно притвориться что этого диалога и не было избежав неловкий момент. Но сердце трепещет... Это важно.

Ему... стыдно?

—Конечно, Норман! Пусть это и слегка нестандартная просьба... - названная улыбается самой прекрасной улыбкой что только можно было, будто призывает поднять голову с покрасневшими щеками.

Посмотреть на яркий гриб после взрыва, который увидев умрёшь.

Уголки губ приподнимаются гармонируя с её головокружительной внешностью. *** Замечательные рыжие волосы, заплетённые по бокам в два причудливых хвостика. Кожа манящая, словно карамель и липкая от испарины из-за с данного момента. Усыпана словно... звёздами?

Звучит заезженно.

Парень аккуратно закатывает рукав водолазки плотно облепившей тело подруги. Так и хотелось быть на месте этой несчастной одежды, прилегать к изгибам тела вплотную, быть настолько близким к рыжей девушке что буквально воровать кислород из под носа. Дышать тем же...это излишняя навязчивость. Пальцы касаются прохладной кожи кажется впервые осматривая под "одежное" пространство так близко, такая... возможность выдаётся лишь раз, дальше это будет ещё более глупее чем сейчас. Вторая рука берёт белую ручку, удобный корпус ложится на поверхность. Светлый цвет уведёт волшебные точки в контраст, выделит их на чуть смугловатой коже. Взгляд падает на лицо затаившую дыхание модель для съёмки. Рот приоткрыт в ожидании, а часть тела лежит на коленях синеглазого. Так не нужно было...

Это не было обязательным.

Это - приятный бонус.

Инициатива от Луисы. Подушечки пальцев бережно ведут по коже находя веснушки, как незрячий. Ты видишь в них луч солнца озаривший тебя, и хочешь двигаться дальше, даже если он снова тебя ослепит. Их правда было много, как он не замечал? Синие вены выступают на руках это - дополнительный контраст. Даже до изучения колористики Норман понимал это. Первый "мазок" в начале картины. Треугольник между большим и указательным пальцами, это выглядит чертовски красиво. Главное преодолеть «страх белого листа». Ещё одна кучка точек, красивая до безобразия. Равнобедренный треугольник ближе к запястью. Тот усмехается покачивая головой, он решает рассказать об этой мысли. Нарушить лёгкую тишину. Никогда они ранее не сидели настолько тихо и близко вдвоём. —Смотри... Лу, равнобедренный треугольник... Хоть где-то геометрия пригодилась. - тот покусывает свои губы в улыбке, опускает плечи мельком глядя на кареглазую что уткнулась своим смешком себе в плечо. Это всегда было приятно слышать её ласкающий уши смех... Давно уже есть желание вкинуть какую-то шутку только из-за её оглушительного смеха и умопомрачительной улыбки. Даже если остальные не поймут что бывает редко. Шутка удалась лишь после одобрение от рыжеволосой. Такой долгий, приятный момент что и слова трудно подобрать. Трепет влажной кожи, приятные мурашки окружавшие со всех сторон, за ними липнет и холод.

Геометрические фигуры.

Норману никогда не нравилась геометрия. Теоремы - не учились. Доказательства - не формировались в голове.

Круг, треугольник, ломанная.

А глаза уставали глядя на тетрадный лист исписанный подчистую мелким почерком. Он фигурально обматывал себя липкими извилинами мозга, всё тело, душил себя стараясь запомнить хоть что-то.

Параллелограмм, полусфера, треугольник.

Это было не зря.

Это всё было для того чтобы найти лишний раз иллюстрации из учебника ненавистного ему предмета на теле кареглазой. Подвязать тему фотосессии, насладиться времен приведённым к подготовке. Одно ему определённо нравилось, точки. Точки - означавшие конец предложения. Россыпь точек которыми был усыпан его предмет обожания. Девушки из-за которой лёгкие обдаёт жаром... Он и не замечает как рассматривает одно и тоже по разу 25-му. Ему нравилось это, но приходит осознание что руки будут выглядеть слишком пусто на фоне полосатой кофты, надо дать футболку или попросить избавить это шикарное, завораживающее тело от одежды. Звучит нагло..., но попытка не пытка.

Новое созвездие.

О боже запишите все веснушки Луисы как новые звёзды! Тот поднимает руку выше, к ключицам и чуть оттягивает плотно прилегающий материал, он не станет напирать. —могу я? Или может тебе..- в ответ на недосказанное предложение робкий кивок и мимолётное движение рыжими словно огонь прядями перед горевшими глазами, губы растягиваются в блаженной улыбке. *** Кисти рук вновь бродят по телу чувствуя грудную клетку умеренно поднимающую и опускающуюся. Щупают плечи словно как слепой шрифт Брайля пытаясь найти выпирающие участки, но водят лишь по грани кости оставляя после себя приятный запах.

Это большое доверие.

Маленькие треугольники на плечах белыми чернилами. Рука спускается ниже вдоль грудной клетки неосознанно считая рёбра. Норман знает что пигментных пятен в этой части практически не бывает, но проходится по талии слыша тихие вздохи над своим ухом.

Его обдают кипятком.

Рука останавливается на месте под грудью, чуть раньше чем заканчиваются рёбра. Под трепетом нежной, бархатной кожи еле ощущается белесый шрам практически с синеватым подтоном, наверное из-за освещения. Бинты не нужны, кровь не течёт по телу, но реакция точно такая же если бы так нужно было сделать. Поджимая губы тот спрашивает глядя рыжеволосой в её ослепительно карие с оттенком янтаря глаза. —откуда это? - указывая на зажившее ранение поглаживая тихий шёпот вновь нарушает тишину, бережно, осторожно словно боясь спугнуть.

—Сейчас это не важно - значит не время. Она отвечает мягко, но всё равно эти 4-е слова слышатся словно разбитый фарфор антиквариатной куклы.

Словно выстрел из пистолета.

Кажется что в её голосе слышится надломанность, и хриповатость.

А глаза вот-вот и заслезятся от накативших воспоминаний. Только кажется...кажется Норману. Хочется утереть солёные дорожки и быть по-прежнему рядом. Быть до неприличия близко не как физически, а больше психологически. Очень сильно не хотелось верить в точто когда то Луисе нужна была помощь и брюнет не смог её поддержать.

Не был рядом когда нужно было.

Если это то о чём он думает то он бы помог сразу если бы знал в чём проблема. Стёр бы все ногти в кровь, обцарапал всё горло , истек багряной жидкостью полностью и без остатка. Тот тяжело сдавливает свою грудную клетку, роняя на воздух: —прости. *** Красивый силуэт в приглушённом свете отражается в объективе камеры. Как и задумывалось. Стоит в бок, смотря то ли на увлеченного фотографа, то ли на главный его атрибут. Слегка неровные рисунки, в особенности треугольники смотрятся просто захватывающе дух. Карие глаза горят огнём, похожи на марс в кромешной, завораживающей тьме космоса. Руки обхватывают предплечья перекрещиваясь скрывая грудь. Обычное, расслабленное выражение лица гипнотизирует делая так чтобы 2-х часовая съёмка пролетела как пару минут что для одной, что для другого.

Всё таки звёзды это не так уж и заезженно...

*** Подумав парень нажал на всплывшее окно с фотографиями недавней давности. Шумно взглотнув вспомнив все подробности той фотосессии, он переименовал папку.

"Новое созвездие".

Когда нибудь он добьётся того что ломанные на его любимом теле станут официальными.