"Ssangmun-dong"

      Улица, освещённая фиолетовым маревом, пахла озоном. Изо рта выходил белый дым, а в голове параноидально крутилась мысль о сигарете. Но не с его работой, нужно было хорошо пахнуть. В темноте виднелась высокая, тёмная фигура. КиХун практически сразу узнал ДэХо.       – Добрый вечер, Сонбэ. Как ваши дела?- иногда казалось, что улыбка и ДэХо это синонимы.       – Привет. Да ничего вроде.- ответил Сон, затягивая новую порцию никотина.       ДэХо так и стоял рядом с КиХуном. Повисло молчание. За прошедшую неделю, Сон уже знал почти всю жизнь его «хубэ». И это затишье означало лишь одно – ДэХо ждал, что бы КиХун сам начал их рассговор.       – Как твоя сестра? С ней всё хорошо? Ты говорил, что вы пойдёте на УЗИ.       – А у Вас хорошая память, Хён.- КиХун всё ещё удивлялся, как тот может каждый так быстро переходить от «Сонбэ» до «Хён».- Всё отлично. Беременность проходит спокойно. С каждым днём я всё больше волнуюсь за неё. Это так волнительно. Всего пару месяцев я стану дядей. Пол мы не определяли, но я ужасно хочу племянницу.- заоткровенничал парень и КиХуну показалось что улыбкой ДэХо можно заменить Солнце.       – Девочка это прекрасно, у меня самого есть дочь. День рождения моей дочери – лучший день в моей жизни.– с короткой улыбкой сказал Сон. Он врал. Он даже не был на родах, за что себя корил. – ЧжунХи так и не рассказала кто отец ребёнка?       – Нет, молчит как рыба. Хотя оно может и правильно. Если б я узнал кто это, я бы в тот же день нашёл его и розукасил. Сказал бы всё, что о нём думаю и что бы он забыл о ребёнке и ЧжунХи. – на этих словах лицо ДэХо стало абсолютно противоположным в эмоциях.       – Ладно, хватит о грустном. Ты готов к новым подвигам? Главное не волнуйся. Твои старания на лицо, ты точно всех сегодня поразишь.- приободрил «сонбэ», похлопывая ДэХо по плечу. И это было правдой. ДэХо запоминал все движения очень быстро, они лишь работали над гибкостью.– Пойдём внутрь, а то холодно.       – Конечно, Сомбэ.– сказал парень, и вновь улыбка вернулась на место.       Было немного даже жаль парня. В столь молодом возрасте он взял такую ответственность на свои плечи: больная мать, беременная сестра, учёба в университете. За это Сон его зауважал, за то, что делает ДэХо, когда он сам в подобной ситуации сделать не смог.       Зашли они, конечно, рановато. Только через двадцать минут остальные начнут подходить. Зато у КиХуна есть свободное время на своего бойфренда, и он уже доставал из кармана телефон.       Время стремительно подходило к началу выступления. В зеркале на КиХуна уже смотрела более молодая версия себя. Макияж СэМи действительно творил чудеса. Волосы аккуратно зачёсаны назад и зафиксированы гелем. На тале приятно лежал чёрный костюм с чёрной рубашкой, как у всех остальных танцоров. Загорелся красная лампочка над выходом на сцену – выход через 2 минуты. Все участники шоу подошли к входу на сцену. Музыка стихла, за шторой начала виднеться сцена в фиолетовом свете. КиХун, стоявший за ДэХо, приободряюще похлопал того по плечу. Через две секунды вся команда стояла на своих местах. Музыка начинает звучать по клубу, загорается свет, озаряя сцену. Все синхронно исполняют вращательное движение на пятках, сводят руки в районе паха и делают характерное движение тазом вперёд. Скидываю с плеч пиджаки, оставляя их в районе поясницы. Заводят плечи назад, продолжая волну всем телом. Во время этих движений незаметно снимаю с рук пиджаки и они безвольно падают на пол. Руки переходят на грудь, медленно расстёгивая каждую застёжку на рубашке, проводят по торсу.       КиХун поднимает глаза, устремляя взгляд вперёд, и встречается с другим взглядом, который обращён только на него. Взгляд полный интереса, с лёгким прищуром. Взляд, который впитывает каждое движение, вздох, взгляд. Взгляд как-будто поглощал каждый миллиметр его тела, каждый атом, каждый звук. Ужасно хотелось отвести взгляд в сторону, но кто он такой, что бы сбежать из поля боя. Номер был окончен. МёнГи, МёнДжин и КёнСок спустились со сцены для выполнения «личного танца» с целью привата.       – В нашем клубе такое правило, если ты спускаешься в зал после первого номера, то ты открыт к приватам.– объяснил СанВу ДэХо.– Если тебе после него предложат продолжение, думай трижды, никто не в праве тебя заставлять. Только по твоему желанию.       – Хорошо, Сонбэ.       – В целом, на сегодня всё. Завтра днём я скину в нашу беседу расписание на следующую субботу. Я включу тебя в ещё один номер.- заключил Чхо.– МинСо переведёт тебе оплату завтра днём.       – Спасибо большое. Тогда, до завтра Сомбэ СанВу, Сомбэ КиХун!       – До завтра.       – Пока-пока!       К окончанию разговора троица из зала уже вошла в гримёрную. Быстро переодевшись, СанВу, КиХун и КёнСок поспешили к входу на сцену. Они переодели лишь чёрные рубашки, сменив их на белые, которые были заправлены в штаны и не застёгнуты до пояса. На чёрных штанах висели не застёгнутые ремни. Сцена встретила их бурными овациями. Как только трое мужчин достигли своих мест, они синхронно поставили ноги на ширине плеч, немного опускаясь. Делая характерные движения вперёд-назад, руки вытаскивали ремень из пояса. Следующее движение и ремень уже обвивал шею. Оба конца ремня переходят в левую руку за головой. Оборот вокруг оси и ремень уже оказывается зажат между зубов. Через долю секунды, ремень, как змея, обвивает руки, которые уже подняты вверх. Последовали плавные движения торсом, имитируя волну, поворачиваясь то направо то налево. Ремень, как по волшебству, снова оказывается на шее. Умелым движением в сторону, крепкие тела практически лежат на полу, опираясь на локти и колени. Тела вновь извиваются, практически терясь о пол. Быстрым движением трое мужчин встали, взявшись за повисший ремень руками, сделали пару движений тазом вправо. Номер был окончен, а в КиХуне была уже парочка просверленных дыр.       В следующих двух номерах КиХун не участвовал. В руке тут же оказалась электронка и он заторопился к чёрному входу бара. Ему хотелось втянуть в лёгкие порцию никотина. Ну и посмотреть милые видео с котиками, которые говорят «ewewe» и собачек на полянке, ловящих бабочек, в ленте Инсты. Было удивительно, как мужчина мог быть столь открытым, добрым и эмпатичным с такой работой и столь гнетущим опытом за плечами.       Загорается красная лампочка. Две минуты до выхода. СанВу и КиХун уже подошли к входу на сцену. Они были одеты в белые брюки, белые майки. Подтяжки приятно лежали на плечах. На КиХуне белые, а на СанВу чёрные. Их пару ещё семь лет назад прозвали «братья из Санмун-дона». Студенческие годы не щадили никого, нужно на что-то жить и чем-то платить за университет. Тогда они и встретили Пак МинСо, который предложил им работу. После окончания университета они ушли с работы в клубе, с горящими глазами и большими надеждами на будущее. Но жизнь решила по-другому. Долги нагнали обоих, нещадно давая пару серьёзных затрещин. И вот они снова здесь уже как два года дарят нежадную популярность клубу «Санмун-дон».       Тела приятно обвивает свет, плавные движения в сочетании музыки заставляют молча наблюдать за чем-то совршенным. Наблюдать за соединёнными руками, переплетающимися пальцами. Наблюдать за извивавшимися торсами, за бёдрами, двигающиеся навстречу друг-другу, почти соприкасаясь. Через секунду СанВу уже сзади КиХуна, медленно проводит рукой от груди до бедра. Сжимает мышцы, подбадривая к движениям. Той же рукой отталкивает влево, заводя себе за спину. Они делают синхронный шаг в разные стороны, одной рукой обвивают чужой торс. КиХун ложиться спиной на бедро СанВу, после чего тот поворачивает тело вокруг оси, практически усаживая КиХуна на себя, а сам стоит лишь на пятках и руках. Оба, в ритм музыки, водят бедрами по кругу, а рука СанВу, вновь оказавшаяся на теле КиХуна лишь добавляла пикантности сцене. Взгляд КиХуна устремлён вперед и неизбежно сталкивается с другим, в котором теперь загорелись огоньки страсти и, как-будто, зависти. Интерес и вожделение смешались в глазах напротив. Отчего-то глаза незнакомца опустились вниз, а челюсть уходит немного вперёд, создавая толику обиды на лице. Это было… забавно вызвать такие смешанные чувства у незнакомца. А может КиХуну просто показалось.       Бурные овации знаменовали окончание номера. Мужчины коротко даже поклонились и заспешили назад в гримёрку. Шоу подходило к концу, оставался лишь номер МёнГи и МёнДжина. Переодетые в полицейских, парни уже ожидали своего выхода. Через двадцать минут КиХун и СанВу уже переоделись, смыли макияж и были готовы уходить. СанВу предусмотрительно отдал ключи от чёрного входа КёнСоку, зная о будущих приватах, и уже вызвал такси домой. Спустя час КиХун и СанВу уже мирно спали в своих кроватях.