Мой король

Его прижимают к груди в темном коридоре замка, а рука неизвестного плотно закрывает рот, не позволя издать хоть какой-то звук. – Тихо, – шепчет ему знакомый голос, от которого коленки подгибаются и появляется слабость в мышцах. – Я хочу, чтобы сегодня после матча ты ждал меня в классе на третьем этаже. Голый. Класс рядом с одногрудой статуей, дверь будет помечена маленьким символом на ручке. В сумке найдешь то, что должно быть в тебе. Вставь это, когда пойдешь на матч. Не забудь о процедурах. Хочу, чтобы ты позаботился о себе. Кивни, если все понял. Мальчик, заключенный в тиски чужих рук, из которых он, впрочем, не имеет никакого желания выбираться, быстро кивает. – Молодец, – довольно отзывается обладатель бархатного голоса, мягко поглаживая щеку большим пальцем. – Я хочу, чтобы ты пришел на игру и смотрел только на меня. Хотя я даже могу не приказывать тебе этого, ведь это и есть твое истинное желание. Именно этим ты собрался сегодня заниматься? Мальчик вновь быстро кивает, сгорая от стыда, расползающегося ядом по телу. – Я забью три гола подряд в ворота Слизерина в твою честь, – продолжает искуситель за его спиной. – И ты отблагодаришь меня за это. Мальчик опять безропотно кивает, предвкушая все то, что с ним сделают сегодня (у него нет причин для отказа). – А теперь я хочу, чтобы, как только я уберу руки, ты досчитал вслух до двадцати и только после этого отправился в библиотеку, куда ты и шел, когда я поймал тебя здесь. – Искуситель зажимает ему нос, лишая кислорода, но мальчик не делает ни одной попытки вырваться. – Не вздумай обернуться раньше, чем закончишь. Я узнаю, и тебе не понравится. Они стоят в тишине еще несколько секунд, пока мальчик не начинает хрипеть от нехватки воздуха. Как только мучитель решает, что достаточно (легкие начинает жечь от боли), руки и крепкое тело за спиной исчезают, оставляя после себя прохладу и живительный кислород. – Один, – на вдохе произносит мальчик, хватая воздух ртом, как лягушка. Он продолжает считать и захлебываться воздухом. В тишине утренних коридоров он слышит твердые шаги за спиной, все дальше удаляющиеся от него с каждой новой произнесенной цифрой. Надломленный голос отражается от каменных стен. Он смотрит прямо перед собой, вытянувшись в прямую линию, не позволяя себе двинуться, пока не придет к заветной цифре, как ему и было велено. Он сходит с ума, оттого как эта короткая игра воспламенила его разум. – Двадцать, – произносит он заветное число и резко оборачивается. Конечно, его встречает пустота – узкая лестница, соединяющая замок с южной частью, каменная стена с красивым витражным окном, через которое виднеется луг в проталинах, и ни одной живой души. Северус Снейп наблюдает, как лениво поднимается солнце, растворяя темноту ночи. Он борется с желанием подняться по узкой лестнице и свернуть вправо, в закоулки замка, чтобы увидеть прямую спину и шелковистые темные волосы быстро удаляющегося Сириуса Блэка. Но все-таки не делает этого, ведь ему было сказано идти в библиотеку, куда он действительно собирался, а не подглядывать за красивыми мальчиками. Северус крепче сжимает ремень школьной сумки, не решаясь прямо сейчас посмотреть, что же ему оставил лев-искуситель. Он резко разворачивается и идет в сторону библиотеки, зло стуча ботинками. Библиотека встречает его большими окнами, запахом старых книг и недовольным лицом миссис Пинс, которая не рада столь раннему посетителю. Северус берет несколько книжек для подготовки домашнего задания и, сев за самую дальнюю парту, лезет в сумку, чтобы достать пергамент, перо и чернила. Он громко сглатывает, смотря в открытую сумку, – на самом верху красуется хромированная анальная пробка с широким основанием, суженная с одного края. Мерлин, ему предстоит просидеть с ней внутри весь матч – остается лишь надеяться, что игра быстро кончится. В этом году у команды Слизерина ужасный ловец, поэтому при всей своей ненависти к Джеймсу Поттеру, ловцу команды Гриффиндор, Снейп посылает ему мысленное пожелание удачи завершить этот матч как можно раньше. Северус не может сосредоточиться на главе, строчки прыгают перед его глазами, но мыслями он в недрах своей школьной сумки, где покоится подарок от Сириуса Блэка. И когда в пятый раз он читает абзац про темное значение некоторых рун, Снейп решает, что ничего сегодня не сможет усвоить, и с громким хлопком закрывает книгу. Мадам Пинс поднимает глаза и в упор смотрит на одинокого мальчика. – Извините, – мямлит Снейп. Мадам Пинс качает головой и вновь опускает глаза в книгу. Интересно, что она там читает? Может быть, о природе желания некоторых людей подчиняться, а других – повелевать? Снейпу такая книжка пригодилась бы, ведь он до сих пор не понимает, почему на протяжении нескольких месяцев позволяет Блэку вытворять с ним все, что тому заблагорассудится, когда они остаются вдвоем. Интересно, есть ли подобный раздел с книгами столь интимного содержания на полках школьной библиотеки? Вряд ли. Внутри у Снейпа недовольно бурчит прилежный ученик, напоминая, что он пришел сюда ради высшего балла за домашнее задание, а не ради грез о Сириусе Блэке. Не желая так просто сдаваться, Северус открывает учебник по рунам и опускает перо в чернильницу. Он пишет и пишет, старательно выводит букву за буквой, но не уверен в последовательности изложения своих мыслей. Северус отрывает голову от пергамента, когда в библиотеке появляются другие ученики, желающие сесть за домашние задания. Нужно поспешить – до матча осталось несколько часов, а он еще не сделал ничего, что от него требуется. Снейп складывает вещи в сумку, предварительно высушив чернила на пергаменте заклинанием, сдает учебники и идет прочь. Северус напряженно оглядывается по сторонам, проверяя, не следит ли кто-нибудь за ним, но заинтересованных своей персоной не находит. Он идет по витиеватым коридорам замка, перепрыгивает через исчезающие ступени на лестницах, обходит группу пятикурсниц, бурно обсуждающих приворотное зелье. Снейпу даже не нужно замедлять шаг и прислушиваться, чтобы узнать, что накормить им хотят, человека, руки которого в грубой манере сегодня с утра дали ему надежду на бессонную ночь. Нужно будет предупредить Сириуса, что его свобода, которую он ценит больше жизни, может оказаться под угрозой, конечно, если Блэк позволит сегодня говорить. Гордо задрав нос, Снейп проходит мимо девочек, осматривающих безопасные на первый взгляд желейные конфеты. Сириус является главным объектом желания школьниц всех возрастов. Жаль лишь, что никто не знает, что на самом деле любит Блэк в постели. Спросили бы Снейпа – ему стоит только сумку открыть, чтобы продемонстрировать уровень чужого грехопадения (впрочем, и своего тоже). Северус добирается до ванной старост и проскальзывает внутрь. В середине дня в четверг вряд ли кто-то сможет ему помешать, но он все равно накладывает дополнительные заклинания, чтобы уж наверняка остаться в одиночестве. Русалка с картины, заинтересованно поглядывающая в его сторону, плюхается в воду и исчезает с холста, когда мальчик посылает в нее заклятие, не позволяющее подглядывать за его действиями. Снейп снимает с себя одежду, взмахом палочки открывает краны: из одних тут же начинает литься вода, а из других – разноцветная пена. Снейп окунается в теплую воду и замирает. Он ждет, когда его кожа станет распаренной, а после приступает к водным процедурам: до красных следов растирает себя мочалкой, смывая недельный пот, вычищает грязь из-под ногтей, вспенивает шампунь и наносит его на волосы, тщательно распределяя по голове и длине пену, подстригает ногти на ногах и руках, вымывает ушную серу, трет пятки шершавым камнем, чтобы сделать их гладенькими, бреется и все в таком духе. Северус Снейп обожает следовать инструкциям и, если уж ему сказали позаботиться о себе, он выполнит это задание на высший балл. Мальчик вылезает из ванной и с неуверенностью смотрит на маленькую пробку, которую выложил из сумки в самом начале. Он раздумывает, как лучше поступить: засунуть ее в себя здесь и удлинить свое наказание по времени или сделать это в комнате и иметь возможность быть застуканным соседями. Он выбирает второе, уповая на воспитанность (ха-ха) слизеринцев, которые не посмеют поднять опущенный полог кровати. В спальне пусто и пахнет яблочными чипсами, которые обожает его сосед. Приподнимая доску в полу и возвращая ту на место, Снейп достает тюбик с прозрачной жидкостью из тайного места. Он шмыгает на кровать и задергивает полог, закрепляя его положение заклинаниями. Северус остается один на один с анальной пробкой и тюбиком смазки. Он ложится на бок, подгибает ноги и аккуратно касается смазанным пальцем сжавшегося кольца мышц. Пока Снейп выполняет действия, которые его в приказной форме попросил сделать Сириус, он ненавидит себя за то, что, когда они только начали заниматься этими грязными делами, поведал Блэку о том, как продвинулись магглы в создании различных атрибутов для секса. Если бы тогда Северус знал, что почти все это, ему придется запихивать в себя, он бы тактично умолчал о возможностях, таящихся в маггловском мире, и позволил бы Блэку связывать себя с помощью заклятья пут. Он чувствует себя таким наполненным, когда пробка входит до конца. Северусу приходится сдержать вскрик, когда он необдуманно резко двигается. Черт, это будет тяжелее, чем ожидалось! Благослови Мерлин, Поттера, чтобы тот поймал снитч в первую минуту матча, когда игроки еще и взлететь-то не успеют. Снейп бесконечно долго одевается в чистые, выстиранные и выглаженные вещи, проклиная свою глупость, когда он не додумался даже носки надеть заранее – до того, как инородный предмет, распирающий изнутри, окажется в нем. Он, не сдержав тихого вскрика, наконец-то опускает свою пятую точку на скамью болельщиков. Северус украдкой вытирает пот со лба и боится, что Сириус будет очень недоволен, что он вспотел и его тело вновь покрылось тонкой пахнущей пленкой. Снейп наблюдает, как на поле начинают появляться красные и зеленые мантии. Он выхватывает в красном море статную фигуру, блестящие на солнце волосы. Северус следит, как длинные пальцы плотно и напряженно обхватывают рукоять метлы, зная, что – и главное как – эти руки могут сжимать. Это что как раз дергается у него в штанах. Северус следит за быстро движущейся точкой в развевающейся красной мантии, которая с успехом отлетает от своих противников, не позволяя задеть себя. Как Сириус и пообещал, он забивает три гола подряд в ворота Слизерина. От каждого гола воздуха в легких Северуса становится меньше, а глаза распахиваются шире. Красная трибуна взрывается победным криком, и, всего на секунду, но Северус замечает, как Блэк, забив третий победный мяч, разворачивается на метле и стреляет в его сторону глазами, не скрывая ухмылки. Снейп проводит языком по сухим губам. Наконец-то, когда напряжение в теле Северуса становится невозможно выносить, Джеймс Поттер ловит мяч и красная трибуна взрывается самым громким криком за сегодняшний матч. Снейп уже встает, собравшись уходить, но кое-что привлекает его внимание, заставляя замереть на месте. Джеймс Поттер делает победный круг, вытянув снитч в правой руке, он подлетает к красной трибуне, к рыжеволосой девочке и, зависнув в воздухе, целует в губы, жадно сминая ее теплую мантию. Снейп в ужасе переводит глаза вниз, на поле, чтобы увидеть реакцию Сириуса Блэка. Тот стоит как всегда прямо – Северус знает, что слишком прямо – и вместе со всеми смотрит на устроенное шоу, но он единственный из гриффиндорцев, кто не выражает буйную радость выходкой ловца. Снейп спешит прочь. Он добирается до замка так быстро, как только ему позволяет нынешнее затруднииельное положение. Ему необходимо как можно раньше попасть в класс на третьем этаже. Каждая ступенька, которую он преодолевает, отдает в подрагивающие колени и член, жаждущий внимания. Снейп крепко держится за перила, зная, что, если он отпустит, то оступится и упадет. Так его и найдут на этой лестнице – с пробкой в жопе и в растерзанных чувствах. Вся школа узнает, а многие и увидят (ведь болельщики как раз возвращаются с матча) его унижение. Эта мысль вселяет ужас наравне с трепетом. Снейп находит глазами статую амазонки с одной грудью, которую, согласно легендам, они отрезали себе сами, чтобы было удобнее стрелять, и устремляется в ее сторону. На ручке дубовой двери он замечает маленький мерцающий голубым светом символ в виде звездочки. Оказавшись внутри и удостоверившись, что дверь плотно заперта, Северус поспешно снимает с себя одежду. Он знает, что Сириус явится с минуты на минуту и будет злее обычного. Его состояние будет продиктовано тем вульгарным поцелуем, который толпа нашла романтичным. Наверное, во всем Хогвартсе было всего два человека, которые сочли выходку ловца команды Гриффиндор неподобающей – Северус Снейп и Сириус Блэк, впервые объединенные общей мыслью. Первый – потому что в его в душе все еще теплится угасшее романтическое чувство к Лили Эванс, а также понимание, что именно на его нескладное тело обрушится весь гнев человеческий, спрятанный в плоти и разуме другого гриффиндорца. А второй – потому что страстно желает быть на месте Лили Эванс. Удивительно, но двух врагов сводит вместе новообразовавшаяся пара влюбленных голубков. В широких кругах всем и каждому известно, как сильно Снейп ненавидит Поттера и как удручает его потеря дружбы с Эванс. Тот факт, что Лили начинает встречаться с Джеймсом после всего открытого презрения к его личности, доводит Северуса до ярости, граничащей с безумством, по отношению к Поттеру. В узких же кругах, и то далеко не каждому, известно, что Блэк влюблен в Джеймса Поттера и после того, как отношения друга наконец-то сдвинулись с мертвой точки, Сириус потерял любую надежду на взаимность. Это, в свою очередь, очень раздражает аристократичного принца. И свою злость и презрение Блэк выплескивает в своей обычной манере – на ненавистного Снейпа, – но достаточно необычным способом. Глупость, которая однажды свела их вместе и должна была навсегда отвратить друг от друга, наоборот связала мальчиков крепче крепкого, поэтому Северус сейчас стоит абсолютно голый в пустом классе, ощущая гуляющий по полу сквозняк, с инородным предметом в попе и ожидает появления еще одного героя этой пьесы. И, как бы так покорректнее выразиться, Северусу Снейпу все это очень нравится. Впервые на него обращают внимание не только для того, чтобы унизить, но и даровать удовольствие или позволить его выпросить. Конечно, без унижений не обходится, но без этой части было бы не так приятно. Северус Снейп достаточно быстро заключает неоспоримый факт о себе: он способен чувствовать себя живым, только находясь на пике эмоций, и забраться на эту высоту ему благородно позволяет Блэк. Снейп думает о том, что же сегодня с ним сделает Сириус: сядет напротив и будет глумится над Северусом, который не посмеет дотронуться до себя без прямого разрешения; заставит ползать на четвереньках и вылизывать ступни; отшлепает до красных отметин на бледной коже? Все, что бы не пожелал сделать с ним Блэк, Северус ему позволит, ведь безвольность одно из его любимых ощущений. Из раздумий его вырывает звук открывающейся двери. От предвкушения член чуть дергается, а в легких становится катастрофически мало кислорода. Сириус Блэк впивается в тощую фигуру глазами. Он делает движение палочкой и на окна по его велению опускаются тяжелые портьеры, оставляя две мальчишеские фигуры в темноте. Но не долго Северус испытывает разочарование, что не сможет видеть Блэка, – в углу вспыхивает факел, отбрасывая темные тени вокруг себя.В свете огня Блэк выглядит еще прекраснее, чем обычно – его строгий профиль, искажен сдерживаемой яростью, губы бледны и нуждаются в укусах, волосы цвета темной ночи разбросаны в беспорядке по плечам, а глаза…Глазам Блэка Северус готов писать поэмы, если бы Мерлин наградил его даром писательства. Серые, как плавленный металл, как грозовые тучи, как непроглядный туман. Снейп лелеет мечту, что когда-нибудь эти глаза будут смотреть на него хотя бы с небольшим интересом, а не призрением или безразличием. – Ты позаботился о себе? – нарушает тишину Сириус. Северус тут же кивает. Он не двигается, но неотрывно следит за Сириусом, кружащим вокруг него хищником. Как же хочется верить, что Сириусу действительно важно знать о состоянии Снейпа. Ведь зачем-то он просит его делать вещи, которые абсолютно не коррелируются с понятием “сексуальность”, но очень подходят к значению слова “забота”. – Ты сделал, как я сказал? – следом спрашивает Сириус и вновь получает кивок. Он останавливается за спиной Снейпа, но тот не решается обернуться, лишь сдерживает дрожь и устремляет взгляд на смешную лепнину головы льва на потолке. Северус не позволяет себе и рта раскрыть без прямого пожелания второго участника представления, но вряд ли Блэк захочет услышать его голос – он предпочитает использовать тело Снейпа без звукового сопровождения. – Покажи, – шепчет Сириус ему прямо в ухо, вызывая мурашки по всему телу. Он до сих пор не прикасается к Снейпу, заставляя того испытывать зуд от желания почувствовать нежные руки на своем теле. Северус раздвигает ягодицы, демонстрируя основание пробки, тело которой спрятано глубоко в нем. Он сгорает со стыда, чувствуя цепкий взгляд на себе. Ему приходится демонстрировать себя, как товар на прилавке, но почему-то это ужасно его заводит – на члене появляется первая капля. – Хороший мальчик, – говорит Сириус. Чертова похвала для собаки, для дворняжки, которая принесла палку, брошенную хозяином, но как же приятно это слышать, словно ангелы целуют прямо в макушку. Блэк наконец-то прижимается всем телом к голому Снейпу, чтобы тот мог почувствовать и его возбуждение. Северус стонет от контакта, которого он ждал с самого утра, когда ему даровали обещание. Снейп дрожит, не зная, насколько разозлила Блэка выходка его друга и сможет ли его тело вынести гнев гриффиндорца. Минутное наслаждение, неопределенность ближайшего будущего, бесправность собственного положения и власть над ним столь прекрасного существа – самый дурманящий голову напиток для Северуса. – Обопрись руками о парту, расставь широко ноги, – хлестко, словно плетью по спине, говорит Сириус. Снейп подчиняется. Ноги не слушаются его и он оступается, но вовремя успевает схватиться за край стола. Он делает, как было велено. Проще, конечно, когда Сириус связывает ему руки, а не когда оставляет мнимую свободу действия, которую Снейпу приходится контролировать самому. Северус утыкается глазами в поверхность стола – облупившаяся краска, темное дерево в просветах. Блэк садится на корточки позади, и Снейп чувствует горячее дыхание на своем бедре. Он прикладывает все усилия, чтобы не рухнуть на парту. Не говоря ни слова, Сириус медленно начинает тянуть пробку на себя. Северус стонет, когда раздвигаются мышцы, и резко обрывает себя, услышав недовольное цоканье. – Ты ужасно громкий, – заявляет Блэк, хлопая в негодовании руками по бедрам. – Из-за тебя нас услышат, а я, если ты не заметил, не запер дверь и не наложил заклинание. Сдерживайся. Северус вскидывает в ужасе голову и пытается повернуться, чтобы проверить правдивость слов Сириуса. Нет, он не мог быть таким жестоким и оставить хотя бы малейший шанс, чтобы их застукали здесь в столь компрометирующем положении! Блэк лишь вновь цокает и аккуратно возвращает голову Северуса в исходное положение – рассматривать потрескавшееся покрытие школьной парты. Снейп дрожит в ужасе, боясь за свою и так изрядно подмоченную репутацию – Сириусу едва ли что-то будет, он и из этой передряги выйдет сухим из воды, даже не намочив кончики волос, а вот Снейпу достанется сполна. Его возненавидят еще больше, а Лили будет смотреть не только с презрением, но и отвращением, и тот единственный маленький потерянный шанс на ее взаимность, который он все еще лелеет в душе, будет утерян навсегда. В реальность его возвращают ладони, мягко поглаживающие спину, и Снейп вспоминает, о чем он действительно должен позаботиться. Северус старается молчать изо всех сил, но, когда Блэк, играясь, то вытаскивает, то обратно засовывает в него эту чертову пробку, тело предает мальчика, и он вынужден издать скулеж. Снейп опускается грудью на парту, не в силах терпеть это наслаждение в столь напряженной позе. За спиной он слышит недовольное цоканье. – Ладно, у меня есть кое-что, что поспособствует твоему молчанию, – говорит Сириус и выпрямляется во весь рост. Его тень всего на пару секунд накрывает тело Северуса. Снейп выпрямляется под требовательными ладонями, опять опирается на прямые руки, расположив ладони на столе, утыкается глазами в темное дерево и ждет своего мучителя, надеясь, что тот предложит ему что-то интригующее. Сириус Блэк оправдывает это ожидание, требуя открыть рот и вставляя в него какой-то шарик, который он ремнями закрепляет на затылке Снейпа. Северус закатывает глаза, в очередной раз испытывая (наигранную) вспышку гнева на самого себя, из-за того что показал Блэку изобретения магглов. Сириус возвращается меж ног Снейпа, вновь начиная играться с пробкой. Скулы быстро сводит от невозможности закрыть рот. Северус чувствует, как тоненькая нить слюны тянется с его губ на поверхность стола. Плечи дрожат от напряжения, как и ноги, но он не позволяет себе ни одного движения, боясь представить, какие еще маггловские приспособления есть сегодня в арсенале Блэка. Лучше не злить мучителя понапрасну, а то, не дай Мерлин, он решит прекратить эту сладкую, но ужасную пытку. Судя по довольному тону и ласковым словам, которыми его одаривают, Блэку абсолютно все нравится. – Наверное, было жутко неудобно сидеть на трибуне и чувствовать, как эта маленькая штучка распирает тебя изнутри, – злорадствует Сириус. Он прижимается голой грудью к спине Снейпа и продолжает свой спектакль, целью которого является растоптать достоинство Северуса в пух и прах: – Ты ерзал? Кусал губы? Старался усесться так, чтобы хоть на секунду забыть о том, что ты добровольно засунул в себя? Его руки с жадностью исследуют нескладное тело – сжимают, царапают, ласкают. Снейп поддается назад, впечатываясь задом прямо в ширинку Сириуса, являющейся очевидным доказательством того, что тот тоже наслаждается каждой минутой происходящего. И как только такого глумливого, наслаждающегося чужими унижениями мальчика шляпа отправила в Гриффиндор? Очевидно же, что Блэк типичный представитель своей сумасшедшей семейки и его галстук должен быть серебряно-зеленым. Сириус обходит его и встает напротив, приподнимая безвольную голову. Слюна тонкой струйкой бежит по подбородку, воспламеняя желание еще больше. Если бы не эта штука во рту, Снейп бы уже опустился до жалких упрашиваний, но он лишь испускает едва слышный вздох. Он хочет умолять Сириуса разрешить то напряжение в его бедрах, из-за которого стоять ровно на месте не представляется возможным. – Тебе очень идет, – шепчет Сириус, удерживая лицо в ладонях. – Эти затянутой поволокой глаза, открытый в немой просьбе рот. Я хочу запомнить эту картину. Блэк в блаженстве закрывает глаза, давая Северусу передышку, потому что, как только он открывает их вновь, Снейп чувствует себя распятым. Сириус опускает палец в маленькую лужицу слюны на столе, успевшую накапать изо рта Снейпа, и обводит его искусанные губы. Северус дрожит и непроизвольно тянется за длинным пальцем, когда тот отнимают от его губ. – Нравится доставлять мне удовольствие? Делать любую вещь, которую я тебе скажу? Чувствовать себя грязью от служения? На каждый вопрос, даже на последний, который звучит как пощечина, Сириус получает яростный кивок. Северус не может ему ни в чем отказать, особенно в желании – какой бы природы оно ни было. – Пришло время благодарностей. Я хочу, чтобы ты хорошо постарался. Сириус давит Снейпу на плечи и вынуждает сесть на колени, а сам располагается перед ним, широко расставив ноги вокруг его головы. Слюна течет по подбородку, на шею и спускается на грудь, пока Северус наблюдает, с какой медленной жестокостью перед ним растегиваются пуговица и молния на штанах. Наконец он видит его – самый красивый член в мире. Толстый, увитый венами, с идеальной розовой головкой. Северус в нетерпении ерзает – пожалуйста, пожалуйста, он так хочет взять его в рот. Блэк взмахом палочки освобождает его рот от кляпа, и Снейп с ужасом понимает, что не может двигать челюстями. Импульс сжать челюсти, вернуть их в сомкнутые состояние приводит к боли. Сустав словно забыли смазать и теперь Северусу предстоит всю оставшуюся жизнь проходить с открытым ртом. Но Сириуса, кажется, мало заботит чужое временное дисфункциональное состояние – он тыкается бархатной головкой в раскрытый рот. Северус уверенно сосет, зная, как любит Блэк – когда нужно заглотить яйца, когда поиграть с уздечкой, когда подразнить уретру, когда оставить поцелуи по всей длине. Он знает все о правильном обращении с членом Сириуса Блэка – только попросите и он напишет мануал на эту тему, хотя нет, не напишет, не желая выдавать секреты чужого удовлетворения, чтобы, ни дай Мерлин, никто не смог забрать у него этого мальчика. Сириус не позволяет прикасаться к себе ничем, кроме как губами, поэтому Северус больно щипает собственные бедра, чтобы удержаться от соблазна. Блэк закидывает голову назад, властно кладет руку на затылок Северуса и поддается глубже. Снейп отзывается на каждый импульс, и скоро горячая струя брызгает ему прямо в горло, а Сириус, забывшись, стонет в голос. – Умничка, – говорит Блэк, похлопывая Северуса по щеке, как исполнительного пса. – Я готов выдать тебе рекомендации, чтобы полшколы выстроилось в очередь, желая оказаться в твоем рту. Ты, наверное, будешь счастлив обслуживать их без остановки, пока твои губы не распухнут, а горло не начнет саднить. Попросишь ли ты тогда пощады? Сириус с прищуром смотрит на сидящего перед ним Снейпа. Глаза Северуса расширяются от ужаса картины, которую нарисовали перед ним, но еще – чего уж таить – от желания. Ведь, пока Снейп со всей скурпулезностью будет обслуживать каждый член Хогвартса, Сириус будет наблюдать и благосклонно разрешать этому сраму твориться. И, может быть, после даже приласкает. Надолго улететь в эти фантазии ему не дают пальцы, растягивающие его щеки в разные стороны изнутри. Снейп покорно стоит на коленях и смотрит прямо в глаза Сириуса, два пальца которого больно проникают в рот, доставая до глотки. – Насколько ты возбужден? – спрашивает Сириус. – Сможешь кончить прямо сейчас, если я прикоснусь к тебе? Северус быстро кивает – только одна фантазия о длинных пальцах Блэка на его члене устремляет всю кровь к бедрам. – Я придумал, кое-что получше, – широко улыбаясь, продолжает Сириус. – Уверен, что ты очень возбужден: столько времени в томительном ожидании, когда же наконец ты будешь в моей власти. Предполагаю, что ты с ума сходишь от возбуждения и желания кончить. Как благородный Гриффиндорец, я приду тебе на помощь. Северус захлебывается слюной от восторга, представляя эти руки – или, может, ему повезет – губы на своем члене, но Блэк непредсказуем, тем и славится. Сириус изящно спрыгивает со стола, освобождая место для Снейпа. – Обопрись, – командует он. Северус беспрекословно подчиняется. Игра выглядит бесконечной, и Снейпу уже начинает казаться, что ему так и не получить желаемой разрядки. Но все-таки он таит надежду, ведь Сириус пообещал, а он всегда держит слово, насколько бы неприятно это было признавать. Они опять возвращаются в исходные положения, с которых начали: Снейп упирается глазами в темное дерево, а Сириус сидит на корточках позади, разглядывая ту часть тела, которая обычно лишена повышенного внимания со стороны других парней (и девушек, кстати, тоже). Северус стонет от облегчения и горечи, когда Блэк вытаскивает из него пробку, оставляя пустым и жаждущим. – Обернись, – командует он низким голосом, от звука которого Снейп готов даже взлететь, если его попросят. Как только он оборачивается, его взгляд тут же упирается в лицо Сириуса. В красоту линий его скул, в прямую линию носа, в темные брови и густые ресницы, которым завидует каждая девочка в школе. Он переключает внимание на розовые губы, которые созданы для поцелуев, но прямо сейчас делают гораздо распутнее вещи. Сириус одним плавным элегантным движением облизывает пробку, которая только что была вытащена прямо из… У Северуса перехватывает дыхание. Он хочет смотреть всю оставшуюся жизнь, как Сириус Блэк, не отводя взгляда от его глаз, лижет тонкий наконечник. Очередное подтверждение того, что слов на ветер Сириус не бросает, – Снейп чувствует, насколько же близко это представление подводит к приближающемуся наслаждению. Блэк добавляет еще несколько баллов к возбуждению Северуса – он собирает во рту слюну, и крупная капля тянется с его губ на гладкую поверхность пробки. Блэк проделывает это все, не разрывая зрительного контакта, наслаждаясь обескураженным видом Северуса. А удовлетворившись реакцией на устроенное шоу, возвращает пробку в ее законное место – в попу Снейпа. Северус чувствует, что не может стоять на ногах, по спине бежит пот, а в глазах двоится от силы мысли, что сейчас внутри него есть что-то от самого Сириуса Блэка. Как же это прекрасно. Сириус встает с колен, оставляет легкий шлепок на правой ягодице, вынуждая ойкнуть, скорее, от удивления, чем от боли, и заставляет Снейпа опять уткнуться глазами в ненавистную столешницу. Северус предпочел бы смотреть на Блэка, но когда в их взаимоотношениях хоть кто-то интересовался его желаниями? – Я доставлю тебе наслаждение, – говорит Сириус, лаская лишь словами, но не руками, чего катастрофически мало в сложившейся ситуации, – при условии, что ты не будешь прикасаться к себе. Я тоже не коснусь тебя там, как бы ты не умолял меня, но ты можешь попробовать. Разочарование Северуса, что сегодня он не удостоится внимания хотя бы рук (о языке можно и не мечтать) Блэка на своем члене, так велико, что он находится в шаге от слез. Не то чтобы Сириус балует его своими прикосновениями, но все-таки обычно он более дружелюбен. Этот чертов поцелуй на трибуне ест его сердце, как червь яблоко. А отдуваться Снейпу! Северус по требованию уверенной ладони, лежащей меж его лопаток (кожа горит под ней) наклоняется сильнее, опуская локти на стол. Он шире расставляет ноги, следуя указаниям все той же ладони, оставляющей горящий след везде, где она только касается кожи. Спасибо, хоть кляп не вернули – видимо, Блэк был серьезен, когда говорил об упрашиваниях. Снейп издает тихий вздох, когда чувствует движение пробки внутри себя (прекрасные длинные пальцы давят на основание, проталкивая глубже), а член болезненно дергается от этой фрикции. Сириус ставит ладонь рядом с локтем Снейпа и, если чуть двинуть рукой, то можно будет прикоснуться к его шелковистой коже, но Северус этого не делает, зная, что его по головке не погладят за несогласованную самодеятельность. Сириус склоняется над ним так, что волосы щекочут шею и плечи. Блэк двигает пробкой внутри, крутит круги, дразнит, вытаскивая, и резко пихает назад. Северус тихо мычит и сжимает руки в кулаки, пытаясь сосредоточиться на ощущениях в члене. Волны возбуждения накатывают все быстрее и быстрее, особенно когда Сириус Блэк открывает свой прекрасный рот и без остановки начинает нахваливать разработанный зад, повадки девушки легкого поведения и покорность его воли. Снейп жаждет услышать, что он красивый, что даже сейчас – униженный, потный, кусающий свой кулак, в попытке заглушить рвущиеся наружу мольбы – он достоин внимания того, кто мучает его на протяжении уже нескольких месяцев, коварно вылавливая в коридорах и вынуждая попробовать все, на что стыдливый Северус в жизни бы не решился (но мечтал в каждой своей фантазии). – Кончай, милый мой, – шепчет Сириус с каким-то надломом в голосе, словно такой жалкий Снейп его возбуждает. Словно Снейп ему интересен. То ли, этот странно выделенный “мой”, то ли болезненный укус под лопаткой, заменяющий реальное нежное прикосновение, то ли пробка, так правильно попадающая ему из раза в раз по чувствительному месту, но Снейп захлебывается слюной и до боли впивается зубами в собственный кулак, чувствуя, как волна жара устремляется из яиц прямо в член. Ноги перестают держать, и Северус клонится неконтролируемо в бок. Его подхватывают уверенные руки и прижимают спиной к груди. Снейп безвольной куклой обвисает в любимых руках, чувствуя, как член до сих пор пульсирует. Пробка все еще в нем и, судя по всему, никто не собирается облегчать ему жизнь, убрав ее. – Сохрани ее в себе до возвращения в свою холодную постель, – шепчет Блэк, подтверждая предположение и чуть надавливая на основание. – Если захочется, можешь лечь с ней спать. Тебе решать. Мысли хаотично прыгают в голове, отвлекаясь на шаловливые руки Сириуса, скользящие по телу. Северус хочет оставить пробку в себе навсегда, чтобы она, измазанная в слюне Блэка, служила напоминанием об этой ночи. И если уж, ему позволяют решать… Блэк усаживает Северуса на стул, а сам опускается на колени, чтобы их лица были на одном уровне. Он берет лицо все еще дезориентированного Снейпа в свои руки и спрашивает: – Сделаешь еще кое-что для меня? – и получив утвердительный кивок продолжает, хотя он и без этого знает, что Северус сделает для него, что угодно. – Я хочу, чтобы всю неделю ты хорошо питался, не пирожками раз в день, а полноценные приемы пищи три раза в день. И чтобы ты высыпался, минимум восемь часов в сутки. Снейп с недоверием смотрит в серьезные серые глаза напротив. Эти указания можно воспринять, как жест заботы? Потому что он уже размечтался. – И еще я хочу, чтобы ты не удовлетворял себя всю эту неделю, но каждый вечер, ложась в свою холодную постель, ты вспоминал то, что произошло здесь. Какой на вкус мой член, как он ощущается в твоем рту, какие унижения я подарил тебе и как ты отблагодарил меня за каждое из них, как я научил тебя кончать без рук и как сильно тебе это понравилось. Кивни, если все понял. Вот так звучит настоящий Сириус Блэк, а не его заботливый клон, вырвавшийся на свободу минутой ранее. Снейп покорно кивает, после чего руки с его лица исчезают, и ему хочется стонать от разочарования. Сириус поднимается с колен и, не оборачиваясь, идет к двери, по пути снимая защитные заклинания (все-таки обманул про их отсутствие, чтобы испугать Снейпа!). Дверь тихо хлопает, и Северус остается один в темном классе. Он гадает, какое из указаний будет сложнее выполнить.