Lovely Prince

Минхо стиснул зубы, пытаясь справиться с капризной рубашкой телесного цвета. Тонкая ткань слипалась на его вспотевшей коже, а пуговицы словно издевались, выскальзывая из пальцев. От помощи слуг он отказался — у них и без того хватало забот, а тратить их время на омегу казалось ему непозволительной роскошью. Он — омега. Среди десяти братьев и сестёр именно ему выпала участь быть избранным. Это пугало. Сегодняшний день вызывал в нём бурю противоречивых чувств. С одной стороны, предвкушение: кандидаты в партнёры, отобранные матерью, наверняка были достойными. С другой — страх. Страх перед тем, что альфы окажутся не такими, как он ожидал, что его будущий партнёр будет холоден, жесток или равнодушен. Или что он сам не сможет быть достойным для того, кого выберет мать. Но больше всего Минхо боялся своего предназначения. Рожать. — Фу, чёрт, — Минхо встряхнул головой, наконец взглянув в зеркало. Его отражение смотрело на него с упрёком. Он был прекрасен, и знал это — многие альфы мечтали заполучить его. Его чёрные волосы, аккуратно уложенные, оттеняли бледную кожу, а глаза, глубокие и тёмные, словно ночное небо, завораживали. Но сегодня даже его собственная красота казалась ему проклятием. — Ваше Величество? — в комнату постучали, и внутрь вошёл маленький, пухлощёкий омега. Джисон. Его глаза, большие и влажные, блестели в свете свечей, а губы, слегка припухшие от волнения, дрожали. — Вы одни? — Один, Джисон-и, — мягко улыбнулся Минхо, поворачиваясь к нему. — Входи, не стесняйся. Паренёк кивнул и нечаянно хлопнул дверью так, что, казалось, эхо разнеслось по всему замку. Он выглядел растерянным, его руки дрожали, а дыхание было неровным. — Это... конец? — прошептал Джисон, уставившись на Минхо своими огромными, полными слёз глазами. — Скажи, что нет. Пожалуйста... Оба омеги замерли, глядя друг на друга. Им не нужны были слова, чтобы понять, что творится в душе другого. Но от этого было только больнее. Джисон жаждал подтверждения, что это не конец. Что всё это сон, ошибка, что он не знал об этом последние несколько лет своей жизни. Пять шагов отделяло их друг от друга. И ровно пять секунд, пока Джисон с рыданием не бросился в объятия принца. Минхо обнял его, поглаживая трясущиеся плечи и шепча что-то нежное, успокаивающее. Джисон не разбирал слов сквозь всхлипы, пока не услышал: — Т... Тристан? — переспросил он, оторвавшись от груди Минхо. Слёзы ещё не высохли на его лице, он смахнул их небрежно и снова уточнил: — Ты хочешь отправить меня... туда? Так далеко? Ты с ума сошёл? А как же... как же мы? — Так будет лучше для нас, для тебя, милый, — покачал головой Минхо. — После свадьбы мы не сможем быть вместе, я буду вынужден... — Да мне плевать! — почти крикнул Джисон, ударяя ладошкой по груди принца. — Я не хочу, я не смогу без тебя, я... я... — он замолчал, пытаясь успокоиться, и продолжил тише: — Я устал. Я устал от всего этого, я не хочу отдаляться, я хочу быть с тобой всегда, но... ты прав. Прости, течка скоро, я слишком чувствительный, я... Минхо прервал его, нежно поцеловав в нос, затем в пухлую щёку, в другую. Джисон сам потянулся к его губам. О Боже, как Минхо будет скучать по этим губам. Сладким, с лёгким привкусом персика — единственного фрукта, который Джисон любил. Сочным, нежным и до безумия сладким. — Хён... — тихо простонал Джисон, сжимаясь в объятиях Минхо. — Хён, пожалуйста... — Хан-и, прошу, выслушай... — начал было Минхо, но Джисон перебил его. — Просто люби меня сегодня, Ваше Величество. Хотя бы сегодня, не отказывай мне, — прошептал он, снова притягивая Минхо к себе. Минхо выдохнул, позволяя Джисону вести его к кровати. Он не торопился, но Джисон явно думал иначе. Он почти разорвал рубашку принца, ворча о том, что фасон нужно сменить. Торопливо сбросил с себя одежду, затем помог Минхо. Будто ему не терпелось почувствовать кожу друг друга. — У нас мало времени, — пояснил Джисон между поцелуями, заметив вопрос в глазах Минхо. — Не думаю, что бал через час отменят из-за наших... увеселительных мероприятий. — Он игриво приподнял бровь, снимая напряжение. Минхо любил такого Джисона — расслабленного, игривого, но в то же время полного желания. Едва оказавшись на кровати, Джисон раздвинул ноги, открывая взгляду Минхо свою смазанную, готовую дырочку. Минхо приподнял бровь, задаваясь вопросом: точно ли течка должна начаться через несколько дней, а не прямо сейчас? Но тихий стон Джисона вычеркнул все мысли из его головы. Его омега, такой нуждающийся, такой мокрый, лежал перед ним, постанывая всё громче. Великолепное зрелище. Минхо поднёс пальцы к сжимающемуся входу, медленно поглаживая его. Джисон дёрнулся бёдрами, призывая к действию. — Хён, пожалуйста... — прошептал он, и Минхо не смог устоять. Он наклонился, касаясь губами внутренней поверхности бедра Джисона, чувствуя, как тот вздрагивает от каждого прикосновения. Его пальцы скользнули глубже, осторожно растягивая, готовя. Джисон застонал, его тело извивалось в предвкушении. — Ты такой красивый, — прошептал Минхо, поднимая взгляд на Джисона. — Такой прекрасный. Джисон ответил ему взглядом, полным любви и желания. Минхо знал, что это их последний момент, их последняя ночь, и он намеревался сделать её незабываемой. Он медленно вошёл в Джисона, чувствуя, как тот сжимается вокруг него, как его тело принимает его. Джисон застонал, его руки вцепились в плечи Минхо, притягивая его ближе. — Хён, — прошептал он, и в этом слове было всё: любовь, боль, страх, желание. Минхо начал двигаться, медленно, осторожно, но с каждым движением наращивая темп. Джисон отвечал ему, его тело двигалось в унисон, их дыхание смешалось, сердца бились в одном ритме. Они были единым целым, и в этот момент Минхо забыл обо всём: о своём предназначении, о будущем, о страхах. Были только они, только этот момент, только любовь. Когда волна удовольствия накрыла их, они держались друг за друга так, будто боялись, что их разлучат. И когда всё закончилось, они лежали, обнявшись, слушая, как их сердца успокаиваются. — Я люблю тебя, — прошептал Джисон, и Минхо знал, что это правда. — Я тоже люблю тебя, — ответил он, целуя Джисона в лоб. *** – Добрый день, Ваше Высочество, – поклонилась пухленькая, но изысканно одетая дама. Её голос звучал сладко, почти как мёд, но в нём чувствовалась лёгкая нотка высокомерия. – Позвольте представить вам моего сына – Со Чанбина. Рядом с ней стоял молодой человек с крепким телосложением и приятной, даже слегка вызывающей внешностью. Его тёмные волосы были аккуратно уложены, а в глазах читалась уверенность, граничащая с дерзостью. Он улыбнулся, слегка склонив голову в поклоне, и произнёс: – Рад приветствовать, Ваше Высочество. Позвольте пригласить вас на танец? Минхо внутренне скривился от напористого тона, но внешне сохранил безупречное спокойствие. Он лишь кивнул, позволив Чанбину взять его за руку и увести в центр зала. Как назло, именно в этот момент заиграла медленная мелодия. «Замечательно», – подумал принц, зеркально отражая улыбку напротив. – Отчего же вы такой грустный, мой принц? – Чанбин слегка наклонил голову, его голос звучал игриво, но в то же время настойчиво. Минхо едва сдержал желание фыркнуть, что он ещё не «его» и никогда «его» не будет, но сдержался. – Сегодня счастливый день, вы можете выбрать себе супруга. Удивительно, в моей семье такое не поняли. – Прошу прощения? – Минхо поднял бровь, делая вид, что не расслышал. – Я говорю о том, что вам дали свободу выбора. Условную, конечно, – рассмеялся Чанбин, его глаза блестели от азарта. – Но всё же. Герцогство Со такое не одобряет. – Вы слишком прямолинейны, герцог, – Минхо слегка наклонил голову, его голос звучал мягко, но с едва уловимой ноткой предупреждения. Прежде чем Чанбин успел возмутиться, он продолжил: – Я знаю, что не в праве вас так называть, однако осведомлён, что именно вы занимаете высокое положение в семье. Законный старший сын, искусный охотник и человек, не брезгующий грязной работой. Плюсом, – он улыбнулся, слегка прищурив глаза, – вы отличный стратег. Люди герцогства только и ждут вашего назначения на пост. – Вот как, – улыбнулся Чанбин ещё шире, делая последние шаги в танце. Его рука слегка сжала ладонь Минхо, словно пытаясь удержать его внимание. – Значит ли это ваш отказ, мой принц? – Вы весьма умны, – с невозмутимым лицом ответил Минхо, слегка отстраняясь. Парень был неплох собой, с чувством юмора, которое не перекрывали все его достижения. Но Минхо видел и чувствовал – это не его типаж. Хотя, будет ли в этом зале хоть кто-то, кто ему правда понравится? Стоило музыке стихнуть, как Минхо тут же увели в сторону. Кто-то другой, выше и стройнее. «Хван Хёнджин», – догадался принц. – «Ни такта, ни изящества. Какой ужас. Впрочем, слухи не врали». Минхо выдернул руку из крепкой хватки и остановил движение. На фоне заиграла симфония из ныне популярной пьесы, которая Минхо искренне нравилась. Вот только насладиться музыкой не выходило – всё внимание забирал на себя этот наглец. – Ваше Высочество, прошу прощения за столь бестактный поступок, – начал Хёнджин, и Минхо подумал: «О, он осознал свою ошибку». – Мне лишь показалось, что вам было неуютно находиться в паре с тем мужчиной, вот я и... – Что?.. – перебил Минхо, уставившись на парня. Как он вообще понял? – Только из-за этого? Не смешите меня. Вы... – Пф... – Хёнджин усмехнулся, и Минхо почувствовал, как его раздражение нарастает. – Ваше Высочество, вы так удивлены? Ваше лицо богато на эмоции, мне почему-то говорили обратное. Минхо фыркнул. Проходящий мимо слуга с шампанским на подносе был как никогда кстати. Принц взял бокал и едва не уронил его, увидев, как его маленький Джисон лукаво подмигнул ему и скрылся в толпе знати. – Так вот оно что, – протянул Хёнджин, делая глоток шампанского. Откуда он его взял? – Мы с вами похожи, не иначе как судьба. – Похожи? – не понял Минхо, слегка нахмурившись. – Вам понравился этот слуга? Как низко... – Не мне, а вам, – мягко улыбнулся Хёнджин, будто бы не он вот так просто отгадал главный секрет принца. А тот по глупости подтвердил. – Я видел, как он смотрел на вас. Мальчишка очарован вами, как и вы им. Сложно не понять всё в ту же секунду. – Собираетесь меня шантажировать? – Минхо нервно облизал губы. Вкус персика окончательно испарился. – Нет, я... хотел совета и, возможно, помощи, – тон Хёнджина снизился до неуверенности. Сказать честно, Минхо совсем не хотел доверять парню, который, во-первых, нагло увёл его от партнёра по танцам (пусть и не самого приятного), а во-вторых, узнал о его слабости. Не будет шантажировать? Слишком подозрительно. Но он выглядел таким... искренним. Минхо выдохнул. Не такой характер ему прививали с детства. Быть стойким, безжалостным, но покорным к будущему мужу. Будь его мужем Джисон... Нет, об этом не стоит даже думать. Слишком поздно что-то менять. Воздух на балконе был свеж и прохладен, в отличие от душного зала. Хёнджин стоял у перил, наблюдая за двумя маленькими птицами, кружившимися возле своего крохотного гнездышка. Их трепетные движения, казалось, завораживали его. – Вы знаете, Ваше Высочество, однажды к нам в поместье приехал купец, – начал он, его голос звучал задумчиво. – Он был очень стар, но мудр, повидал немало удивительного. Минхо внимательно слушал, разглядывая Хёнджина. Тот был красив, очень красив. Высокий, стройный, с чертами лица, которые словно были выточены самой природой. Его глаза, глубокие и тёмные, казалось, хранили в себе тысячи тайн. – Он рассказал, что в жаркой стране, где-то рядом с пустыней, был небольшой городок, – продолжил Хёнджин. – Там жили свободные и красивые омеги, но, по его словам, были и альфы, которые искренне влюблялись в... себе подобных. Минхо резко отшатнулся. Не специально, но его реакция, видимо, испугала Хёнджина, потому что тот замолчал на пару секунд. – Прошу прощения, я... – Продолжайте, – мягко сказал Минхо, слегка усмехнувшись, заметив, как взгляд Хёнджина наполнился надеждой. – Мне интересно услышать историю до конца. – Конца нет, – пожал плечами Хёнджин. – Просто там люди счастливее. Купец сам сказал, что хотел бы остаться там. Всё такое спокойное и дружелюбное... Минхо улыбнулся, представив это место. Интересно, был бы он счастливее, родившись там? Нет. Без Джисона он бы, возможно, нашёл себе кого-то другого – омегу или альфу, вроде Хёнджина, завёл бы семью, не заботясь о том, что где-то далеко живёт маленький омега. Его омега. Минхо прикусил губу и вздрогнул, почувствовав, как к нему прикоснулась рука Хёнджина. Тёплая и сильная, наверняка многие омеги познали её прикосновения. Или не только они? – Зачем вы рассказали мне это? – спросил Минхо, всё ещё слегка сторонясь альфы. – Если это так тревожит вас, почему бы не уехать туда, где вам будет комфортно? – Не могу, – сглотнул Хёнджин. – Думаю, по той же причине, что и вы не смогли бы. Отец желает, чтобы я поскорее женился на статной и красивой омеге. Вот только сердцу не прикажешь, Ваше Высочество. Я склонен к другим интересам и надеялся найти омегу, которая не будет осуждать меня за это. Найти друга, а не просто красивое приложение к моему статусу. Я, кажется, нашёл, но... меня отвергли. – Тогда либо вы полный глупец, либо та омега, – сказал Минхо, слегка усмехнувшись. – Вы интересный, вас легко слушать и сопровождать. Ваша внешность и манеры... Практически идеальны. Хёнджин лишь закатил глаза на слове «внешность», но промолчал. – Позвольте поинтересоваться, кто это? Возможно, я знаю этого человека, – добавил Минхо. Хёнджин печально улыбнулся и прошептал: «Конечно, вы хорошо его знаете». – Тогда почему вы решили, что это отказ? – Минхо коснулся его руки. – Вы мне по нраву, пусть и не самый лучший, но всё же кандидат, отобранный матушкой. – Вы согласны?! – Хёнджин взял обе руки Минхо в свои и слегка сжал. – Прошу, не шутите надо мной, это ранит сердце и душу. Минхо позволил себе выдохнуть и даже слегка рассмеяться. Такого интересного кандидата он и не думал встретить здесь, однако чего только в жизни не бывает. Где-то недалеко, у входа на балкон, стоял Джисон. Он наблюдал за парой и всем, кто подходил ближе чем на два метра, настоятельно рекомендовал удалиться. Свидание принца с кандидатом на роль супруга имело большой вес, и даже когда Её Высочество решила лично узнать, почему доступ на балкон закрыт, она лишь мягко кивнула, оставив их наедине. Минхо почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что Джисон был рядом, что он наблюдал за ним. Но сейчас, в этот момент, он позволил себе забыть обо всём, кроме человека перед ним. – Я не шучу, – тихо сказал Минхо, глядя в глаза Хёнджину. – Но давайте начнём с малого. Дружба – это уже немало. Хёнджин улыбнулся, и в его глазах появилась искра надежды. – Согласен, Ваше Высочество. Дружба – это уже начало. *** Минхо сидел у зеркала, терпеливо ожидая, пока служанка наберёт воду в купальне. Сегодня был день свадьбы, и это событие, казалось, собрало всё королевство. Залы дворца были украшены цветами, а в воздухе витало ожидание праздника. Но для Минхо этот день был скорее испытанием, чем радостью. Каждый шаг, каждое движение напоминали ему о том, что он теряет. О том, что уже потерял. Служанка закончила работу и, поклонившись, тихо удалилась. Минхо снял с себя нижнее бельё и медленно погрузился в тёплую воду. Обычно рядом с ним был Джисон. Он помогал принцу помыться, и не только... Минхо почувствовал, как щёки его заливаются румянцем. Он слабо шлёпнул себя по лицу. Не время, не место думать об этом. Но мысли не отпускали. Он настолько увлёкся воспоминаниями, что даже уловил слабый запах персика. Неужели появилось новое мыло с таким ароматом? Но тошнотворно-сладкий запах стал ярче именно в тот момент, когда принц осознал, откуда он. – Ваше Высочество, поздравляю вас, – голос Джисона прокрался в его сознание, словно эхо из прошлого. – Сегодня счастливый день. – Джисон-и... – глаза Минхо заслезились. – Скажи, что это сон. Скажи, что это глупая шутка моего разума, чёрт возьми... – сорвалось с его языка. – Что тебя здесь нет, пожалуйста. – Меня здесь нет, Ваше Высочество, – улыбнулся Джисон, остановившись всего в паре метров от воды. Его образ был таким же, каким Минхо запомнил его в последний раз: пухлые щёки, большие глаза, полные нежности. Но в его голосе звучала лёгкая грусть, а в глазах — тень чего-то невысказанного. – Прости, я не смог выполнить твой последний приказ. Для кого-то этот день и правда был счастливым, но не для Минхо. – Это я виноват, – прошептал Минхо, глядя в пустоту. – Я не должен был отпускать тебя. Я не должен был отправлять тебя туда... – Ты сделал то, что должен был сделать, – мягко ответил Джисон, его голос звучал как шёпот ветра. – Ты всегда думал о других. Даже сейчас. – Но я потерял тебя, – голос Минхо дрогнул. – И теперь ты... ты... – Я там, где должен быть, – Джисон улыбнулся, но в его глазах была печаль. – И ты должен идти дальше. Для себя. Для него. – Ваше Высочество, пора, – в купальню вновь вошла служанка, прерывая его мысли. Минхо очнулся от грёз. Джисона не было. Лишь слабый запах персика, который уже начал рассеиваться. Действительно, пора. Перед алтарём стояло двое: альфа, способный любить не тех, и омега, который не мог любить более. Оба произносили клятвы так, будто действительно собирались прожить вместе всю жизнь. Будто искренне любили, а не испытывали лишь взаимное уважение и симпатию. Минхо смотрел на Хёнджина, который стоял рядом с ним, и видел в его глазах ту же смесь надежды и сомнения. Они оба знали, что этот брак — не более чем договор, но в то же время оба хотели верить, что со временем всё изменится. Но даже в этот момент, когда кольца были обменяны и клятвы произнесены, Минхо чувствовал пустоту. Он знал, что Джисон был где-то далеко. Там, где его больше не могли достать ни слова, ни слезы. Там, где даже память о нём начинала блекнуть. Возможно, вскоре они с Хёнджином и правда полюбят друг друга. Возможно, будут счастливы. Но сейчас, в этот момент, Минхо чувствовал лишь тяжесть утраты. Знает лишь время. Но время не вернёт того, что было потеряно.