Ты пойдешь со мной в Хогсмид?

— Нет! Прозвучало резко, как пощечина. Слишком резко. Рюноске сам изумился, услышав злость в собственном голосе. Улыбка просто скатилась с лица Ацуши как вода со стекла. — Прости, я не хотел обидеть тебя. — Произнес Ацуши, как будто это он должен был извиняться. И он что, начал дышать по квадрату? — Можно только ещё один вопрос? Ты ненавидишь лично меня или это из-за факультета? Рю моргнул. Потом ещё раз. Потом скользнул взглядом по слизеринскому галстуку Ацуши. Как будто хоть кому-то не плевать. — Я тебя не ненавижу. И дело не в факультете. Дело в том, что если бы ты спросил хочу ли я… — Рю оборвал себя и тяжело вздохнул. Как объяснить другому, чтобы он понял, если сам не знаешь? — Я бы всё равно ответил «нет», потому что ненавижу бесполезное жонглирование словами. Дело в том, что я в принципе никуда и ни с кем не пойду, а проведу все выходные в библиотеке. Профессор Слизнорт не принял моё эссе. И теперь мне надо переделывать его с нуля. Он даже оценку не поставил! Вообще никакую! Выражение лица Ацуши с каждым словом Рюноске прояснялось и становилось облегченно-радостным. — Профессор Слизнорт? — Уточнил он, — А могу я взглянуть на эту работу? — Хочешь посмотреть на мой позор? — фыркнул Рю и, порывшись в сумке, достал свиток. Раскрыл он его тут же, за обеденным столом, прижав хлебницей и игнорируя возмущение других гриффиндорцев. Ацуши поставил подбородок ему на плечо, чтобы заглянуть в свиток. — У тебя красивый почерк, — заметил он и Рюноске почувствовал что краснеет. — Глупый комплимент, — пробормотал он. Весь свиток был в пометках, а внизу профессор Слизнорт даже оставил краткий вывод. — Не знаю, что меня удивляет больше, что профессор Слизнорт действительно читал твою работу или то, что не поставил за неё высший балл. Что точно он сказал? — Что это командная работа и чтобы её сдать мне нужна команда. А ещё назвал несколько человек, кто тоже нуждается в команде. — И ты? Рю не видел лица Ацуши, но судя по голосу тот снова улыбался. — Что за глупость? В одиночку работать проще. Это и так займет слишком много времени, а если я постоянно буду отвлекаться на разговоры, глупые шуточки и перерыв на кофе по три раза за вечер, не закончу никогда. — Чисто ради интереса, а я был в том списке? Я мог бы. Надо глянуть ежедневник, но я почти уверен, что на работу с этим эссе меня ещё никто не пригласил. — Извини, но я видел твои зелья. — Извини, но ты, кажется, не видел моих оценок. В этом было слишком много правды. Ацуши любимчик, кажется, у всех учителей. Возможно, даже, у профессора Бинса, кто его знает. И они все упорно ставили ему оценки за просто так. Это ужасно бесило. — Черт. Ладно. Тогда встретимся в библиотеке после уроков? — Не имеет смысла, — покачал головой Ацуши, — просто перепиши это начисто и добавь вывод, который дописал профессор. Прямо слово в слово. Рю фыркнул. — Это никогда не сработает. Он уже отверг эту работу. — Ты невнимательно слушал профессора. Просто доверься мне, хорошо? Сколько времени тебе понадобиться? На мгновение показалось, что Ацуши хотел его приобнять, но не решился. — Ну у меня окно, так что хоть к следующему уроку. — Отлично, — Ацуши снова сиял как солнышко, — у меня сейчас трансфигурация, жди меня у кабинета после урока с готовым эссе. Или с пустым пергаментом, если будет совсем лень. Он махнул рукой и исчез. *** Когда прозвенел звонок с урока, Рюноске уже стоял у класса трансфигурации. Выцепить Ацуши не составляло труда — он был тем парнем, что скользил в потоке студентов, находя нужных ему людей и столь же быстро утекая. Одному он что-то шепнул на ухо и тот радостно закивал, второму сунул в руки пачку печенья, не обращая внимания, что он с кем-то говорит, у третьего вытянул тетрадь из стопки и помахал ей же на прощанье. — Идём, — Ацуши ловко схватил Рю за локоть, — мне нужно взять кое-что в спальне. — А ты не можешь взять это после? — Возмутился Рю, но в ответ услышал смех. — Нет, если ты хочешь получить оценку до конца перемены. Кстати, я думал добавить это к рождественскому подарку профессору, так что ты мне должен. — Должен что? — Увидишь. *** — Ты что собрался ему предложение делать? — спросил Рю, когда Ацуши вынырнул из слизеринской гостиной с маленькой бело-голубой коробочкой в руках. По-честному, она не очень походила на коробочку для кольца, скорее на шоколадную лягушку из лимитированной серии, но Рюноске не смог удержаться от комментария. Ацуши рассмеялся, снова подцепив его под локоть. — М, нет. Я предпочитаю кого-то своего возраста, хотя согласись лет семьдесят-восемьдесят назад… — Не продолжай, — Рю закатил глаза. Они дошли до кабинета профессора Слизнорта, Ацуши громко постучал и дождался слегка дребезжащего «Войдите». Первым он нагло впихнул в кабинет Рю, а только после прошел сам. И тут же снова сцапал его за локоть как старого приятеля. — Добрый день, профессор, — улыбнулся Ацуши, — мы тут с Рю занимались проектом, который вы задали и я вспомнил, что хотел подарить вам одну занятную вещицу. Ой, или вы заняты? Профессор Слизнорт вообще не выглядел занятым. Перед ним стояли чашка кофе и тарелка с печеньем, а из плохо закрытого шкафчика выглядывала бутылка бренди. Он поправил очки на носу и вгляделся в ребят. — А, мистер Накажима, для вас и ваших занятных вещиц я всегда свободен, вы же знаете. И мистер Акутагава, я вижу вы прислушались к моим советам. Даже лучше, чем я ожидал. Быть может, мистер Накажима убедит вас поприсутствовать на собрании клуба Слизней. Рю сдержал «да ни за что на свете», даже в голове это звучало грубо. — Я как раз в процессе, — как-то хищнически улыбнулся Ацуши. — А пока взгляните на это. Он с гордостью выложил на стол перед профессором бело-синюю коробочку. — Конечно-конечно, — профессор Слизнорт взял коробочку своими пухлыми пальцами и осторожно потянул за ленту. Коробочка раскрылась как цветок и внутри на синей подушке оказалась серебряная монета. Рюноске шагнул ближе, чтобы разглядеть ее. Он уже догадался, что это была за монета, хоть никогда не видел ее вживую. — Ох, мальчик мой! — Пробормотал профессор. Он бережно взял ее в руки и поднес к свету, давая и себе и остальным насладиться изображением белого тигра на ней. Ацуши обошел его со спины и присел, разглядывая монету под тем же углом, что и профессор. — Зверь лунного света, — выдохнул Рю и только после понял, что сказал это вслух. — Сущая безделица, — улыбнулся Ацуши, — вам нравится, профессор? Вы бы хотели себе такую в коллекцию? Профессор Слизнорт сглотнул, как будто его поманили бутылкой хорошего вина, а потом поглядел на Ацуши лукаво. — Вы большой хитрец, мистер Накажима. Вы сказали, что принесли безделушку! А между тем, я видел такую не больше трёх раз за жизнь! — Значит, она ваша. И не спорьте. Считайте это подарок. Профессор Слизнорт явно и не собирался спорить. Он очень бережно уложил монету в коробочку, но не закрыл ее, подошёл сначала к каминной полке, потом к стеклянному шкафу, набитому фотографиями, кубками и ещё какой-то бесполезной чушью и зацокал языкам. — Так, так, так, куда же мне ее поставить? Рюноске понял, что Ацуши ему активно кивает на тот самый шкаф. Он что хочет, чтобы Рю выбрал место для монеты? — Давай — одними губами произнес Ацуши. Похоже, так всё и было. Рюноске подошел к шкафу и нашел чуть ли не единственное пустое место, чуть выше уровня глаз. — Вот сюда, — он щелкнул ногтем по стеклу, — как раз по вечерам сюда будет падать лунный свет, придавая блеск монете. Профессор поглядел на него самым долгим взглядом из всех за шесть лет обучения. — Вы правы. Вижу, чувство вкуса вам тоже присуще, мистер Акутагава. И как продвигается ваше эссе? — он открыл шкаф и поставил монету прямо на то место, что указал Рюноске. — Вообще-то я… мы его почти закончили, — ему было крайне неловко, что он сделал примерно ничего по улучшению эссе, но пытался выдать его за новое. — Да, может быть, вы взглянете и скажете, чего не хватает, — улыбнулся Ацуши. — Конечно, конечно, — закивал профессор Слизнорт. Рю порылся в сумке и достал свиток. Профессор принял его, пробежался невидящим взглядом, — возможно, он заметил, что в эссе присутствуют слова, но Рю не был в этом уверен — и благодушно вздохнул. — Ну вот, совсем другое дело. Очевидно, высший балл. — объявил профессор и тут же проставил оценку в свиток, — Вот что случается, когда вы, мистер Акутагава, начинаете прислушиваться к словам своего старого профессора и работаете в команде. — Да, так и есть, — в глубокой задумчивости подтвердил Рю. Ему стало интересно, что бы случилось, подай он пустой пергамент, как предложил Ацуши. — А теперь, мальчики, идите, мне нужно побыть одному. Кыш, кыш. Они ушли так быстро, что Рю даже не помнил попрощались ли они. Очнулся он через пару поворотов от кабинета, осознав что Ацуши снова сцапал его за локоть. — Что это сейчас было? Эхо пустых коридоров заставило смех Ацуши двоиться и троиться. — Самая быстрая и легкая оценка в твоей жизни, я полагаю. — Он даже не взглянул. Я правда мог сдать пустой лист. — Однажды я сдал ему свои стихи вместо эссе. И получил высший балл. До сих пор интересно, прочел ли он их. — Ты пишешь стихи? — Все пишут в шестнадцать лет. — Я — нет. — И очень зря. Рюноске замер, заставляя и Ацуши остановиться. — Ты зря потратил на меня ту монету, она была слишком ценная по сравнению с глупым эссе. Ацуши удивленно моргнул, улыбнулся и рассмеялся. — Да, точно ты же не знаешь. Эти монеты ценность для всех, кроме дома, который их чеканил, — он ткнул пальцем в себя, — дома Накаджима. В детстве я сделал полный макет Йокогамы из них, сажая эти монеты на клей, и держал его у себя под кроватью. И никто мне и слова не сказал. На сколько я помню, последний раз когда у нас был оценщик, он оценил стоимость всех монет в семь миллиардов йен. Повисла тишина. Должно быть, Ацуши ждал какой-то реакции от Рюноске. Но в его разуме кроме тяжелого шока не было ничего. Наконец, он собрался с силами и сказал: — Знаешь, раньше я часто задавался вопросом почему ты попал на Слизерин? Мне казалось, он тебе не подходит. Теперь я понял почему. Ацуши улыбнулся. — Кстати, раз уж ты так удачно сдал своё эссе и теперь свободен от домашки, я повторю вопрос. Ты пойдешь в Хогсмид в воскресенье? Со мной. — Да! Конечно, да!