Бор не терпит посторонних звуков

Высокий светлый кот кратко подёргивал кончиком тонкого хвоста, сосредоточившись на невидимой цели на противоположной стороне Гремящей Тропы. Территория племени Теней отбивала непривычный звон тишины, пугая своим молчанием тощих крыс, которые всё чаще и чаще начали наблюдаться охотниками возле Змеиной Горки. — Ну что? — вопросительно мяукнул Быстролап, поднимая на наставника яркий взгляд тёплых янтарных глаз. — Нарушители обнаружены? Долгохвост нетерпеливо дёрнул ухом, всё ещё напряжённо сверля неприступную угольную чащу высоких сосен. — Нет, к удивлению, — тихо отозвался кот, выискивающе щуря зеленые глаза. — Даже запаха нет. Вот это и странно. — Почему же? — недоумённо фыркнул котик, придирчиво вылизывая лапку. — Никто границы не переступает, и тебя это беспокоит? Радоваться должен. — Нет, я имею ввиду, — вздохнул Долгохвост, — на их стороне не ощущается их запаха. Словно уже давненько никто границ не помечал, понимаешь? — Забывают? — предположил Быстролап, следуя примеру наставника и впиваясь настороженным взором вдаль. — Это племя Теней, — сжато хмыкнул полосатый кот. — Они никогда ничего не забывают. — А нас это вообще должно волновать? — аккуратно выдал котик, хмуро взирая на Долгохвоста снизу вверх. Тот задумчиво возвел блестящий сомнением взгляд на низко проплывающие легкие облака. — Никто из наших уже давно не видел теневых, — глухо шепнул Долгохвост, досадливо щёлкая хвостом. — Помнишь в каком составе они явились на прошлый Совет? Быстролап проследил за взглядом наставника, так же туманно наблюдая за неспешным передвижением небесных пушинок. — Ну, из учеников там вообще никого не было, чему я значения не придал, а на воителей даже не смотрел. — Их там можно было на когтях одной лапы пересчитать, — объяснил ученику Долгохвост. — А Ночная Звезда вообще выглядел так, словно несколько ночей не спал. — Но ведь он не пожаловался на неприятности в племени Теней, хотя Синяя Звезда интересовалась. — Это было похоже не на то, что он отмахнулся от навязчивого вопроса, как делал это раньше, а на то, что он просто проигнорировал его. Теперь они вообще не появляются на границах. Странно, не находишь? Быстролап, казалось, всерьёз задумался о словах наставника. Он впился немигающим взглядом вперёд, выискивающе принимаясь разглядывать мрачные тени, смекая, что только в них можно отыскать ответы. Таки не выловив ни намёка на жизнь, оруженосец стрельнул краем глаза в наставника. Долгохвост нерешительно мялся — всё же любопытно было узнать, что там такого стряслось! Только вот интерес к делам соседей ранее должен был быть ему чужд — с чего это сейчас ему не всё равно? Возможно, дело было в той белке, что они нашли полную луну тому назад, которая всё никак не давала ему покоя. Что-то тут явно не то, а вот что именно, пока не ясно. Связать как-либо пропажу племени Теней с белкой было весьма странно, ведь точек соприкосновения не имелось абсолютно, но Долгохвост отчего-то именно сейчас припомнил странную находку. Воитель глубоко вздохнул, сдавшись и мягко касаясь оруженосца кончиком хвоста. Им следовало сосредоточиться на обучении, а не лапы прохлаждать на границах, куда их так-то никто не просил ходить. Долгохвост решительно встряхнулся, сбрасывая со шкурки въедливый запах Чудищ с Гремящей Тропы, и коротко кивнул в сторону. — Вперёд. В Песчаный овраг. — Там же сейчас Веснянка и Буран, мы им не помешаем? — чуть приободрился котик, подскакивая к уходящему наставнику и с немым ожиданием заглядывая тому в глаза. Весь диалог до этого в то же мгновение был им позабыт. — Я договорился с Бураном о совместной тренировке, — пояснил полосатый кот, в самый последний раз бдительно оглядываясь в сосновую чащу. — Мы хотим посмотреть чему вы научились за это время, и на чём нам следует сосредоточиться в вашем дальнейшем обучении. А ещё он хотел поговорить с Бураном. Быть может, тот что-то знает о случившемся в племени Теней. Оживленный голосами котов овраг наполнился радостными приветствиями оруженосцев, стоило Быстролапу припустить к хорошенькой кошечке и её наставнику. Не желая затягивать, Буран сразу перешёл к делу, велев Веснянке и Быстролапу поочередно нападать друг на друга — обязательно без когтей! Долгохвост многому обучил своего оруженосца, и по-настоящему гордился его успехами, однако радоваться вместе с ним от того, что котик смог в идеале повторить прыжок с зацепом у кота получилось скудно. Он нервно сглотнул, понижая голос. — Мы были на границе с племенем Теней, — начал Долгохвост, беспокойно дёргая кончиком хвоста. Веснянка допустила ошибку, позволив Быстролапу опрокинуть себя на спину. Быстро оценив своё положение, кошечка мигом откатилась в сторону от налетевшего на неё оруженосца, и, не дав тому времени одуматься, больно ударила задними лапами в плечо, оперевшись на передние. Буран одобрительно хмыкнул, после чего с интересом взглянул на замолчавшего воителя. — Они давно не помечали границ. Да и сосновый бор подозрительно тих. Ты не знаешь, что там могло произойти? — Не знал, что ты любитель посплетничать, — по-доброму усмехнулся в усы белый кот, наблюдая за оруженосцами. Однако что-то в его голосе и нарочно беззаботном взгляде переменилось. И это что-то ощутимо попахивает скрытым предупреждением. — Не в моём духе интересоваться делами вражеского племени. Молодец, Веснянка! Старайся больше нападать, а не только защищаться! — Поняла! — воодушевившись похвалой наставника, бойко выкрикнула кошечка, в то же мгновение подныривая под живот прыгнувшего Быстролапа и вновь повторив приём задними лапами. Долгохвост горделиво распушился, стоило Быстролапу ловко метнуться в бок, из-за чего лапы ученицы с силой легнули воздух. — Хорошо справляешься, Быстролап! — поспешил одобрить действия упомянутого полосатый кот. — Не дай противнику прийти в себя! Вымотай её шквалом атак! Повинуясь наставлениям Долгохвоста, Быстролап вновь прыгнул на огоченную провалом кошечку. Конечно он понял, что Буран не хочет об этом говорить, но, повинуясь неизвестному порыву, Долгохвост вновь вернулся к теме, в надежде получить ответы. — Боюсь как бы их проблемы не коснулись нас, — поделился воитель со старшим котом переживаниями, наблюдая как переменился Буран в мордочке. Взгляд его стал мрачным, точно тучи тяжёлых мыслей заволокли ясность в мудрых глазах. Он обернулся к Долгохвосту, твердо уставившись в его обеспокоеную мордочку. — А они способны это сделать без нашего вмешательства? — будто с вызовом бросил риторический вопрос Буран. Его хвост, до этого расслабленно лежавший возле лап, вдруг сердито взметнулся в воздух, словно говоря тем самым, что тему кремовый кот выбрал неудачно. «Если никто не влезет, проблемы племени Теней останутся только проблемами племени Теней», — перефразировал про себя воитель. Долгохвост точно не такой реакции ожидал от всегда спокойного и собранного кота, оттого и почувствовал себя нашкодившим котёнком, которому пригрозили целую луну ловить в шерсти старейшин блох, если он не прекратит лезть куда не стоит. Ещё мгновение старший воитель с грузным молчанием вглядывался в тревожно забегавшие глаза соплеменника, после чего устало вздохнул, расслабляя напряжённые плечи. — Я не знаю чего ты хочешь, и почему тебя это так беспокоит, но единственный совет, который я могу тебе дать: сосредоточься на нашем племени, — терпеливо выговорил Буран. — Племя Теней способно о себе позаботиться. Синей Звезде — если ты вдруг хотел, чтобы она приняла меры по этому поводу — сейчас и без того тяжело. Ей ни тепло ни холодно от того, что в племени, которое уже несколько раз за эти сезоны пыталось на нас напасть, происходит неразбериха. Это сугубо их дело и нас оно никаким образом не должно касаться. Поэтому я бы очень хотел чтобы и ты прекратил пытаться добраться до истины, которая точно не аукнется добром нашему племени. Пристыженно сковав взгляд на лапах, Долгохвост мысленно отругал себя за излишнее любопытство. В словах Бурана сквозил здравый смысл и каменная уверенность. Ведь и правда, забота о племени — вот что должно волновать воителей, и Долгохвост на мгновение дал старшему усомниться в своей увлечённости в жизнь и безопасность товарищей по палатке. Буран ясно дал понять, что не желает и дальше разочаровываться в соплеменнике, от этого и такая реакция. Но ведь было ещё кое-что, что могло натолкнуть Долгохвоста на определенные мысли. — Ты что-то знаешь? — с подозрением протянул кот, позволив себе в самый последний раз быть наглым. — Нет, — решительно произнес Буран, не дав Долгохвосту усомниться в правдивости своего ответа. — И выяснять ничего не собираюсь. Пока это не касается Грозового племени, никто не захочет разбираться с тем, что происходит за Гремящей Тропой. А ведь и правда никто. Все давно позабыли и о белке, (даже Песчаная Буря кажется не вспомнит, что в том патруле происходило), и о состоянии теневых воителей на Совете. И о непомеченных границах забывают тут же, в этом даже сомнений не было. Никто не блещет ярыми альтруистическими порывами. Никому не интересно, всем плевать с самой высокой ветки Большого платана на благополучие вражеских племен. Долгохвост встрепенулся, стоило последней мысли пронестись в голове. Никому, кроме Огнегрива.

***

Честно сказать, Долгохвост сильно сомневался в своём решении поговорить на эту тему с Огнегривом. За эти пять рассветов он метался между желанием и толковыми словами Бурана, что корочкой покрыли мысли. Не внять смыслу сказанных белым воителем слов было невозможно — полосатый кот ещё остро ощущал стыд за тот разговор. Однако на Совете произошло то, чего Долгохвост и боялся. Племя Теней не явилось, и это буквально кричало о том, что стряслось что-то страшное. Тем не менее, тема была замята после новости о том, что укрываемый в лагере Грозового племени Хвостолом был мертв, а Коготь, покусившийся на жизнь Синей Звезды, изгнан и объявлен предателем. Серая предводительница выглядела крайне незаинтересованной поднявшимся гвалтом на поляне, после её слов о том, что отныне любой, кто увидит бывшего глашатая её племени, имеет право разорвать того в клочья. Сама мысль о том, что такой преданный и сильный воитель оказался предателем, казалась абсурдной. И ставший новым глашатаем Огнегрив выглядел донельзя встревоженным и даже задетым, когда на него обрушились предвзятые слова о его происхождении и о том, что такой молодой кот незамедлительно приведет племя к краху. Никому нет дела до вражеских племен, да? Долгохвост надменно скривился, глядя на речных старших воителей, что шептались о домашней киске с властью у лап. И он нарочно игнорировал очередную волну стыда за то, что совсем недавно их слова казались бы ему справедливыми. Возможно, Долгохвост бы присоединился к ним, не докажи Огнегрив своей преданности кропотливым трудом, который игнорировать уже не получалось. Он был несправедлив к глашатаю, это Долгохвост признать мог. Потому, всё же решившись, после Совета он нагнал шагающего в конце шеренги грозовых котов задумчивого Огнегрива. — Долгохвост? — осторожно выдал он, не пытаясь скрыть удивления в голосе, когда полосатый воитель окликнул глашатая. — У тебя ко мне какое-то дело? Рыжий кот неловко мял лапами холодную траву, ведь Долгохвост буквально являлся последним котом, который заговорил бы с ним первым. Кончик хвоста нервно раскачивался из стороны в сторону, изредка поддрагивая, выдав настороженность хозяина с головой. Долгохвост сам ощутил, как смущение робким паучком оплетало его грудь. С таким серьезным делом, которое после разговора с Бураном и вовсе казалось котячьим лепетом, было весьма уместно обращаться к глашатаю, если бы это не значило обращаться к Огнегриву. Ему и правда было чего стыдиться перед этим котом. Но ведь Долгохвост не был бы Долгохвостом, если бы не махнул на это противное чувство лапой, прикрывшись гордостью. Он лаконично указал шагать вперёд нагнавшему их Быстролапу, желая поговорить с Огнегривом с глазу на глаз. Оруженосец на это лишь подозрительно прищурился, впервые не повинуясь наставнику. Его стойкость и любопытство сейчас было совсем не к месту, за что и получил несильный пинок в бок от обескураженного этим поведением Долгохвоста. — Это по поводу племени Теней, — оповестил глашатая кот, как только Быстролап неохотно двинулся вперёд, настороженно оглядываясь. — Я заметил, что они уже несколько дней не помечают границы. Ни одно племя в здравом уме не будет так халтурно к этому относится, понимаешь? У меня не получается избавиться от ощущения, что там что-то произошло. Как бы их беда не коснулась нас, как соседей. Огнегрив пару раз глупо хлопнул глазами, явно недоумевая. Его мордочка исказилась в замешательстве, а голова склонилась к плечу, когда он медленно открыл пасть, чтобы что-то сказать. — Огнегрив! — громко окликнули спереди, отчего оба мелко подскочили, не ожидав что их кто-то будет ждать. Песчаная Буря стояла в паре лисьих прыжков, с подозрением косясь на неожиданную компанию глашатая. Долгохвост даже оскорбился от такого очевидного недоверия. — Всё в порядке, я скоро нагоню! — крикнул в ответ кот, взмахом хвоста дав понять, что переживать не о чем. Кошка в последний раз смерила их скептическим взглядом и скрылась за холмом. Огнегрив вновь обернулся к хмурому воителю, выгялдя при этом чуть более расслабленно. — Так, — протянул он, силясь словить нить их разговора. — Буран говорил что ты сам не свой после того события с белкой. Почему же тебя теперь так волнует племя Теней? Понятно, Буран и здесь постарался. Долгохвост с силой сжал зубы, отчего-то разозлившись. Почему их не волнует то, что племя Теней буквально пропало? Может Долгохвост чего-то не знает? Они пытаются что-то скрыть от него? — Почему вас это не волнует, я понять не могу, — процедил кот, раздражённо раздыбив шерсть на загривке. — Неужели, ты не считаешь подозрительным, что они не появляются на собственной территории, а потом ещё и Совет всех племен пропускают? Неужели мы просто закроем на это глаза? — Знаешь, Долгохвост, — внезапно перебил вспылившего кота Огнегрив, смерив того прищуром, полным подозрения. — Племя Теней нам не друзья. Они не раз помогали Когтю свергнуть Синюю Звезду, почему же ты считаешь, что теперь нам должно быть до них дело? Или, быть может, ты хочешь присоединиться к Когтю? Жалеешь что отклонил его предложение? Смелые слова грузной тучей напряжения осели между ними. Это совершенно не то, что он ожидал услышать. Долгохвост подавился воздухом, внезапно всё осознав. Теперь понятно почему Буран так насторожен по отношению к нему, и почему никто не желает ничего слышать о котах по ту сторону Гремящей Тропы. Они ему не доверяют. Считают, что он с предателем заодно? Думают, что он пытается их заманить прямиком в лапы Когтю? — Ты это сейчас серьёзно? — проскрежетал Долгохвост. Обида жгучим пожаром разъела его грудь, сдавливая сердце. Он столько всего делал для племени, столько раз доказывал свою преданность, чтобы получить в благодарность вот это? Подозрение? Недоверие? Злость забурлила под распушившейся шерстью, приподнимая её. Подушечки лап зачесались, будто он прошёлся по куче невидимых колючек. Долгохвост сделал огромное усилие над собой, чтобы не выпустить когти. Огнегрив счёл его вид угрожающим, мигом принимая боевую стойку и обжигая кота перед собой яркой зеленью внимательных глаз. Это полоснуло горючей болью хуже удара с выпущенными когтями. — Я верен Грозовому племени, — холодно отчеканил Долгохвост, заставляя шерсть отпуститься. — В таком случае прекрати пытаться заманить кого-либо туда, у тебя всё равно ничего не выйдет, — злостно вторил тому Огнегрив, не меняя стойки. А он ещё хотел извиниться перед ним. Как же. Обойдется теперь. Огнегрив явно не нуждается в извинениях Долгохвоста. Не тогда, когда любые его слова глашатай будет переиначивать, выставляя полосатого кота мерзавцем. — Да с чего ты взял, что я пытаюсь это сделать?! — в сердцах воскликнул кот, защищаясь от нападок. — Неужели ты считаешь, что я подговорил всё племя Теней не приходить на Совет, только для того, чтобы вынудить вас отправиться на их территорию? О, великий и всесильный я, каков молодец! Была б моя воля, весь лес к своим лапам бы прибрал, стоит только захотеть! А? Так ты считаешь? — Ты — нет, а вот Коготь способен на такое! — прокричал в ответ Огнегрив, не обратив внимания на сквозящий язвой тон соплеменника. — Если ты продолжишь поднимать эту тему, я немедленно сообщу Синей Звезде о том, что ты с ним заодно! — Ты даже не пытаешься меня услышать! — А что мне пытаться услышать, когда все факты указывают на это?! — Какие факты? Что за чушь ты несёшь? Когда я хоть на мышиный усик давал вам повод усомниться в своей верности?! — Сейчас! Никто, кроме тебя, не пытается выманить сладкими речами соплеменников на территорию врагов! Прямо туда, куда ушёл Коготь! Длинный полосатый хвост беспощадно хлестал бока воителя. Возмущение рвалось из него рокочущими всплесками волн, однако драться прямо сейчас нельзя было ни в коем случае. Хотя очень хотелось прочесать по этой наглой рыжей морде пару тройку раз. Долгохвост тут же отдернул себя, обращаясь к крупицам здравомыслия, что вели ожесточенную борьбу со злобой в сердце. Без когтеприкладства. Не с Огнегривом. Это прямая дорога вслед за Когтем. Долгохвосту оставалось проглотить этот пропитанный желчью горечи ком в горле. Досада захлестнула всё его нутро — ни единому слову Огнегрив сейчас не поверит. Всё будет выставлено против Долгохвоста, нравится это тому или нет. С противным скрежетом зубов захлопнув пасть, грозовой воитель в последний раз оглядел решительно настроенного Огнегрива прищуром, в который постарался вложить столько презрения, на сколько только сейчас был способен. А после молча рванул мимо него, вслед за ушедшими товарищами, направляя в лапы всё то бешенство, что свирепствовало в груди, желая хоть так справиться с эмоциями. Долгохвоста выставили предателем, но преданным себя чувствовал только он.

***

Огнегрив мчался сквозь кусты и уходящие верхушками в небеса столбы деревьев, держа путь в сторону Гремящей Тропы. Лапы гулко барабанили по земле, а взлетающая за ним листва, грациозно медленно кружась в воздухе, пёрышком опадала вниз, прикрывая собой следы. Ветерок просачивался юрким воробушком меж стволов, тормоша в танце мелкую молодую траву и стебли невысоких кустов. Рыжий кот замедлился, чутко принюхиваясь и навострив уши. Хвост с изящными, чуть темными, полосками слабо дёрнулся, стоило знакомому запаху пролизнуть мимо носика кота. Глашатай тут же развернулся к другой тропинке, взяв след и наступая на пятки ускользающему аромату трав. Запах Пепелюшки был свеж. Это хорошо — она недалеко. В нескольких лисьих прыжках уже виднелся чёрный камень Гремящей Тропы, а, в подтверждение этому, далёкий рокот Чудищ сотрясал воздух. Огнегрив остановился, припав носом к стручкам травинок и мгновенно обнаружив на них то, что искал. Запах не вёл прямо, он петлял через подлесок, то уходя вглубь, то вновь возвращаясь. Пыталась ли ученица целителя его таким образом обмануть? Глашатай лишь усмехнулся в усы, медленным шагом направляясь к серой кошечке. Та показалась совсем скоро, скромно сидящей возле корней дерева. Следом до ушей Огнегрива донёсся негромкий смех и несколько голосов, один из который таки принадлежал Пепелюшке. — …ня Щербатая тоже часто ворчала, когда у неё не было настроения, и я как-то не так посмотрела на неё, — весело щебетала ученица, взбудоражено жестикулируя лапкой. Шорох за спиной привлек её внимание, и серая кошечка тут же напряглась, резко обернувшись в сторону подошедшего Огнегрива. Её глаза в неверии широко раскрылись, а шёрстка чуть приподнялась от смущения. — О-огнегрив, — неловко пролепетала в удивлении Пепелюшка, вскакивая и нарочно непринуждённо заслоняя собой яму под корнями. — Что ты тут делаешь? Глашатай склонил голову к плечу, с немым упрёком пытаясь рассмотреть то, что кошечка так старательно от него прятала. Вернее, кого-то. — Они всё ещё здесь? — протянул он, уже наверняка зная какой ответ получит. Белогрудый и Пёрышко из племени Теней, которые несколько дней назад появились на их территории, убегали от болезни, что внезапно сотрясла их лагерь, как они сами говорили. В первый раз они с Песчаной Бурей их прогнали, однако, буквально на следующий день, он нашёл котов в этой самой норе, вместе с выхаживающей их Пепелюшкой. Добрая кошечка тогда так умоляюще на него глядела, так округляла свои голубые глаза, что Огнегрив не смог ей противостоять, разрешая им переждать здесь пару дней. Пару дней. Прошла уже четверть луны, а они ещё тут. — Они ещё не оправились, я не могла их послать обратно! — оправдывалась Пепелюшка, вновь нацепляя на мордочку тот умоляющий взгляд. — Им уже лучше, но есть риск заразиться там вновь, и тогда все мои труды пойдут насмарку. Ещё пару дней, Огнегрив, ну пожа-алуйста. Огнегрив невпечатленно вздохнул полной грудью, кривя губы от угасающего запаха болезни, смешанной со смрадом Тропы. Он знал, что они ещё на территории племени задолго до этого момента, ведь каждый день Пепелюшка уходила куда-то, возвращаясь с едва ощутимым запахом Чудищ на шёрстке, который та, очевидно, пыталась перебить ароматом трав. На самом деле Огнегрив был удивлён, как их ещё никто не обнаружил. Да, запаха племени Теней от них уже не ощущалось, всё же они пробыли тут достаточно долго, чтобы он выветрился. Но, тем не менее, если бы кто-то наткнулся на них, драки бы не удалось избежать. В любом случае, он даже слегка рад, что они ещё не ушли. Именно их он и искал. Просто ждал пока Пепелюшка выйдет «за травами», чтобы наверняка убедиться, что коты обосновались именно в корнях этого дерева. Перед глазами возник образ Долгохвоста, подсвеченный серебром луны. А вернее, кот вспомнил его глаза, переполненные такой обидой и злостью, что Огнегрив даже засомневался в своих убеждениях. Разве предатель бы смотрел на него так? После очевидного подозрения со стороны глашатая, взгляд тёмно-зелёных глаз потерял блеск смущения, сгущаясь неподдельной горечью, и это явно не выглядело так, словно он пытался защититься или ввести Огнегрива в заблуждение. Слова Огнегрива его задели, и рыжий кот решил всё же узнать кое-что, что так интересовало соплеменника. — Я бы хотел с ними поговорить, — спокойно сказал кот, кивнув Пепелюшке, как бы успокаивая её. Пусть не тратит силы на убеждение, он всё равно не сделает того, чего она боится. — Так им можно остаться? — уточнила ученица целителя, подняв от восторга кверху хвост. — Только ненадолго, они и так тут засиделась, — утомлённо позволил Огнегрив, подныривая под торчащий корешок и оказываясь внутри небольшого размера ямы. Пепелюшка юркнула следом, наверное для того, чтобы не выглядеть подозрительно, если вдруг кто-нибудь снаружи её увидит. Его встретили четыре перепуганных глаза, однако, после последних слов Огнегрива, оба кота с облегчением выдохнули, немного расслабляясь. Яма была достаточно просторной, однако Пёрышко и Белогрудый предпочли отшатнуться от грозового глашатая на мышиный усик подальше, в надежде что тот этого не заметит. Заметил. Напряжение, точно сосулька в пору Голых Деревьев, повисло в воздухе. Дышать стало несколько сложновато. Всё же Огнегрив их уже прогонял — с ним у котов явно не шибко приятные ассоциации. — Как вы себя чувствуете? — непринуждённо поинтересовался Огнегрив, желая разбавить обстановку и медленно переводя изучающий взгляд от одного кота к другому. Чёрно-белый Белогрудый с момента их последней встречи похорошел, чуть пополнел и уже не выглядел так, словно готов на месте грохнуться от плохого самочувствия. Пёрышко тоже был куда опрятнее, и Огнегрив предпочёл не думать о том, на какой из сторон Гремящей Тропы они всё это время охотились. — Спасибо Пепелюшке, простуда уже потихоньку отпускает, — несмело заговорил Пёрышко, обвивая хвостом тонкие лапы. — Так ваше племя, — растянул предложение Огнегрив, щурясь в подозрении, — просто простудилось? Всего за мгновение глаза теневых котов помрачнели, воздух пуще прежнего накалился, а прилизанная до этого шерстка заискрилась страхом. Огнегрив почувствовал слабый толчок в плечо и в смятении повернул голову к Пепелюшке. Кошечка молча, тем не менее, красноречиво, покачала головой, мысленно говоря, что не стоит пока поднимать это. Почему? Что такого он спросил, что они буквально побелели от страха? — Я не хотела об этом спрашивать, так как видела, что для них это тяжёлая тема, — шепнула на ухо Пепелюшка, пока теневые воители молча переглядывались, словно беседуя одними лишь глазами. — Хотела как-нибудь помягче это выведать. Они явно не хотят говорить о беспомощном состоянии племени Теней. Думают, что это выставит их слабыми. — Но мне нужно это знать, — твёрдо настоял на своём Огнегрив, выпрямляясь и терпеливо ожидая, когда кто-нибудь заговорит. Пепелюшка под боком едва слышно вздохнула, но не сказала ничего более. — Не совсем, — глухим шепотом ответил Пёрышко, пока Белогрудый нервно подметал хвостом пыльный пол норы. — Простудой Белогрудый заболел ещё до того, как в племя пришла эта зараза, а от него простудился я. — Можете рассказать поподробнее, что за болезнь? — прямо выдал главный вопрос Огнегрив, заметив как ещё сильнее понурились их плечи. В самый последний раз перекинувшись взглядами, искорка решительности отразилась в глазах Пёрышка. Белогрудый слабо кивнул и развернулся к Огнегриву, вытачивая голос твердостью. — Всё началось с ожившей дичи из кучи, — начал свой рассказ Белогрудый, задумчиво потупив замыленный взгляд в место чуть ниже плеча грозового глашатая. Огнегрив вздрогнул, припоминая сконфуженный вид Песчаной Бури, когда она ему рассказывала о странной находке в виде мертвой белки. — Это может показаться странным, я бы тоже подумал, что это чистой воды бред, если бы не стал свидетелем. В тот день я сидел в палатке Мокроуса, чувствуя, что начинаю заболевать, и увидел подходящего к куче с добычей Хитроглазого. Внезапно, стоило ему наклонится и взять в зубы какую-то птицу, на него прыгнула крыса. Она намертво вцепилась в его глаза, пока он верещал на всю округу. Воители быстро подоспели и отцепили её от его расцарапаной морды. Мы сочли это за недоразумение, ведь крысы довольно хитры, когда дело касается их жизни. Подумали что она притворилась мертвой и ждала шанса сбежать, но… Белогрудый сглотнул, мрак облепил сомнением его глаза. — С Хитроглазым начало твориться что-то неладное, — многозначительно шепнул Пёрышко, чей взгляд ни на коготок не отличался от Белогрудого. — К вечеру он напал на принёсшего ему попить оруженосца, когда Мокроус отошёл к Ночной Звезде переговорить о чём-то. Стал безумно грызть зубами его лапы, пока Дубок сопротивлялся. Казалось, что старейшина не воспринимал речь, его глаза помутнели, а он всё грыз и грыз, словно пытался перекусить кость. Я никогда не видел такого безумства, это было совсем не похоже на него. Нам… — Печалью наполнился дрогнувший голос. — Нам пришлось его убить. Другого выхода мы не видели. Они замолчали так скорбно, что Огнегрив шкуркой почуял исходящие от теневых котов угрызения совести. — На следующий день мы покинули лагерь, ведь мне становилось всё хуже, а хаос в племени перетек в отчаяние. Коты в тот день все как один полегли с простудой, — вновь заговорил Белогрудый, поднимая взгляд и встречаясь с раскрытыми в неверии зелёными глазами. — Нам стало страшно и мы убежали. Больше ничего мы не знаем. Холод норы ледянил подушечки лап, поднимаясь змейками по венам и расползаясь колючими мурашками вдоль позвоночника. Грудь сдавило от тревоги, мешая дыханию. Если то, что они сказали — правда, то Долгохвост был прав. В племени Теней стряслось что-то ужасное, и Коготь здесь не при чём. Огнегрив отогнал жужжащий надоедливой букашкой стыд, считая, что сейчас не время для раскаяния за свои слова. Он напряжённо повернулся к Пепелюшке, разделяя с ней опасения во взгляде. — Почему старейшина напал на оруженосца? — аккуратно задала вопрос Пепелюшка, растерянно сводя брови. — Мы думаем это из-за крысы, — отозвался Пёрышко, и Огнегрив уловил мелкую дрожь его лап. — Считаем, что она была больной или отравленной, и заразила этим недугом Хитроглазого. Однако, это не объясняло помутнение его рассудка, ведь ни одна известная нам болезнь не делает из кота безумца. Могло ли быть так, что такая крыса не одна? Была ли вероятность, что дичь вновь напала на кого-то? — В таком случае, — подал голос Огнегрив, от беспокойства чувствуя как покалывало лапы, — думаете оруженосец тоже мог заразиться? Вновь переглядки, и глашатай уверен, что они не несут за собой ничего хорошего. — Дубок упал в обморок от потери крови, — ответил ему Пёрышко. — Не знаем, проснулся ли он вообще. Огнегрив лишь коротко кивнул, скромно поблагодарив, и в мгновение выскользнул из норы, преисполненный жгучей решимостью. За спиной едва удалось расслышать щебетание Пепелюшки о том, что им не стоит переживать, и с их соплеменниками наверняка сейчас всё хорошо, но голос выдавал её с потрохами. Огнегрив разделял её чувства, ощущая тревожные звоночки на переферии сознания. Племя Теней не явилось на Совет — это значило лишь то, что болезнь сильнее котов. И страшно было думать какая: простуда или та, что принесла крыса? Долгохвост был прав, и Огнегрив намеревался с ним поговорить. Зря он был столь ложного мнения о нём, но, в своё оправдание, глашатай сейчас мало кому доверял. И разумным было быть осторожным с тем, кто ранее водил дружбу с предателем, даже если этим кем-то был Долгохвост. Разумно, до того момента, пока не осознал собственную неправоту и вихрь из заблуждений, кружащий роем в голове. Рыжий кот твердым шагом двинулся вперёд, ловко перепрыгивая кусты и заросли, слыша нагоняющий его топот лап. — Огнегрив! — окликнула его задыхающаяся от бега Пепелюшка. Покалеченная лапа балластом мешалась и лишь тянулась по земле, отчего Огнегрив дал себе мысленную оплеуху за спешку. Конечно Пепелюшка захочет с ним поговорить об этом. И он бы не отказался, если бы настороженность не побуждала его бежать что есть силы в лагерь. — Ты что-то задумал? — Нам срочно нужно проверить, что у них происходит, — сурово поведал ученице Огнегрив. — А если это принесёт беды нашему лагерю? Отчасти он понимал озабоченность Пепелюшки, но ему необходимо было удостовериться что именно этого не произойдет. — Поэтому я должен туда пойти, — отрезал кот, намереваясь донести мрачным тоном всю серьезность ситуации. — Мы не знаем, что там на самом деле происходит, как и не знаем сможет ли эта зараза остановиться только на племени Теней. — Ты собираешься идти один?! — возмущено вскрикнула Пепелюшка, хмурясь лишь сильнее. — Нет, Огнегрив, это очень опасно! — Не один, не переживай, — разуверил тревожно нахохлившуюся Пепелюшку Огнегрив. — Но нам нужно спешить. Уловив настрой глашатая, ученица смерила его странно блеснувшим взглядом, поджимая губы. Если она и хотела сказать что-то, то быстро передумала, стряхивая тяжесть мыслей в голове. Она поняла, что задержка явно не к месту и с опаской отступила. — Хорошо, будь осторожен.