Короткое замыкание

      Усталость подкатила тяжёлой волной. Глаза слипались, но я продолжала работу над книгой. Эта ночь обещала стать решающей, и я была уверена, что справлюсь.       Кровавая луна ещё не взошла — значит пока был вечер. Да и расшифровка давалась, как по маслу. Меня переполняло странное, в то же время пугающее чувство перед тем, что в конечном итоге откроет мне книга. Оставалось совсем чуть-чуть до разгадки, и то ли от предвкушения, то ли от перенапряжения тело, как назло, стало меня подводить.       В ушах зашумело, а голова заболела и потяжелела. Срочно нужен был перерыв, иначе все мои многочасовые усилия пойдут насмарку.       Я нехотя отвлеклась.       Прикрыв глаза, откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула. Выдохнула сквозь зубы, но получилось громко, почти рыча, и справа от меня послышалась возня.       Вздрогнув от неожиданности, я резко распахнула глаза и уставилась на кровать.       Погрузившись с головой в работу, я совсем забыла, что находилась не одна.       Ян смотрел на меня молча, прищурившись, расфокусированным после сна взглядом. Я на мгновение залюбовалась, поймав себя на мысли, что вот он, настоящий. Его волосы растрепались, а на лбу и щеке остался след от подушки. Забавное зрелище.       И словно угадав мои мысли, он вопросительно вскинул бровь. Я растерялась и поспешила оправдаться:       — Прости, что разбудила…       — Не страшно, — спокойно ответил мужчина. — Даже лучше, что разбудила.       Ян замолчал и поднялся с постели. Глядя на меня сверху вниз, он упорно что-то прикидывал в голове.       От его молчания у меня сжалось сердце. И, чтобы хоть как-то выровнять дистанцию, я тоже встала.       Наши взгляды встретились. Предательская неловкость заполонила пространство между нами. Я прекрасно понимала, что он сейчас уйдёт, но не решалась задержать. И отчего-то мне думалось, что Ян и сам нарочно тянет время.       Поджав губы, я сделала несколько шагов к нему и осторожно положила руку на грудь в надежде уловить ритм бьющегося сердца. Но почувствовала лишь тепло.       Этот странный порыв эмоций, резко сменился раздражением и злостью на саму себя. Мне вдруг стало неловко от мысли, что я так хочу видеть его в своей постели и стыдно от того, что отвлекаюсь от важного дела.       Опустив взгляд в пол, я медленно провела указательным пальцем по его торсу и натянуто улыбнулась.       — Я пойду, — тихо сказал Ян. Он осторожно сжал мою руку и поцеловал костяшки.       И несмотря на то, что мне безумно хотелось сказать: «останься» и вцепиться в него ногтями, я лишь коротко кивнула.       Ян улыбнулся и направился к выходу. Он едва успел прикоснуться к ручке, как в дверь постучали. Отскочив, как ошпаренный, Ян непонимающе уставился на меня, а я — на него.       С той стороны раздался грозный голос Дмитрия, и снова стук, только громче и резче.       — Лэйн, ты не спишь?       Взглянув на Яна, я беззвучно спросила:       —Как быть?       Ян кивнул на дверь и шёпотом, что я едва расслышала, сказал:       — Открой ему.       Ничего не оставалось, как согласиться. Хотя вариант был хуже некуда. Но время поджимало, генерал барабанил в дверь всё настойчивее, а я впопыхах придумывала легенду, почему так долго не открывала.       Ян же прижался к стене за дверью и почти что слился с тёмным углом.       Распахнув дверь, я тут же приняла недовольный вид. Хотя и играть было нечего. Я и правда не была рада, что генерал нагрянул в такое время.       — Что-то случилось? — спросила я, как можно более уставшим голосом.       Дмитрий мрачно взглянул на меня и покачал головой.       — Ты что, спала?       Я кивнула, но не смогла скрыть раздражение. Его казалось бы безобидная фраза прозвучала таким тоном, будто спать мне запрещено.       — Задремала, — ответила я. — Ты чего-то хотел узнать?       Дмитрий нахмурился. Сначала мне показалось, что его взгляд стал оценивающим, но потом осознала — так оно и есть.       — Ты Яна не видела? — холодно спросил он.       На секунду я замялась, но смогла ответить твёрдое: «нет».       — Хм…       Сложив руки на груди и прищурившись, Дмитрий продолжал испепелять меня взглядом. Будто думал, если продолжит давить морально, я расколюсь. Но время шло, а молчание затянулось и изрядно надоело. Поэтому я решилась пойти в лобовую.       —Слушай, если это всё, то я бы хотела продолжить заниматься расшифровкой.       Неожиданно генерал переменился в лице. Суровость превратилась в понимание, а мышцы расслабились.       Он отступил на шаг, но уходить не спешил.       — Лэйн, — начал он спокойным тоном. — Я просто хотел сказать, что будь осторожнее. И не только с книгой.       В груди у меня ёкнуло. Я поняла, что он подразумевал, но хотела услышать ответ напрямую.       — Что ты имеешь в виду? — переспросила я.       Дмитрий снова нахмурился и вздохнул.       — Не знаю, что ты нашла в Яне, но не стоит подпускать его слишком близко.       Он замолчал, не закончив мысль, и как-то странно посмотрел на меня. А после добавил:       — Не влюбляйся.       И сама не понимая как, но у меня вырвалось:       — Поздно. Уже.       Генерал замер. Устало покачав головой, он произнёс на своём родном языке, видимо, забыв, что я его понимаю:       — Вот же говнюк…       А затем развернулся и зашагал в сторону казарм.       Когда фигура генерала скрылась из виду, я закрыла дверь и по инерции провернула ключ. Отчего-то непрошенное появление генерала выбило меня из колеи. Внутри затянулся неприятный узел: внезапное осознание, что то, что я сказала — чистая правда.       «Влюбилась».       Прижавшись лбом к двери, я не осмелилась посмотреть на Яна. Он стоял у стены, словно фантом и вот-вот готов был исчезнуть. Но я чувствовала его обжигающий взгляд и знала, что отнекиваться бессмысленно.       Он всё понял.       За спиной послышались тяжёлые шаги. Ян медленно подошёл ко мне и встал так, что я чувствовала его горячее дыхание на своей шее. Заставив меня повернуться, он выставил руки по обе стороны от моей головы и произнёс:       — Можешь даже не пытаться оправдываться. Я чётко слышал интонацию и уловил суть.       — И не собиралась, — ответила я, глядя мужчине прямо в глаза. — Что есть, то есть.       Ян осторожно приблизился к моему лицу, провёл носом по щеке и виску, а затем прошептал на ухо:       — Мило, что он так заботится о подчинённых. Только жаль, что против их воли.       Он говорил размеренно, словно гипнотизировал: растягивая слова, делая паузы. И от звука его голоса, в животе порхали бабочки.       Не выдержав томления, я повернула голову и коснулась его губ своими. От долгожданного поцелуя по коже пробежали мурашки. Ян не торопился — изводил, дразнил. Он чётко знал, как довести меня до безумия. Все его действия, всё, что он делал, когда мы оставались наедине, — со стороны выглядело, как невинный акт дружелюбия. Но он медленно и верно сводил меня с ума — по-настоящему.       Отстранившись, я наконец решилась произнести то, что меня мучило:       — Останешься на ночь?       Ян неоднозначно усмехнулся, а мне стало нехорошо от мысли, что он снова меня оставит. Он никогда не оставался надолго, никогда не позволял себе чего-то более интимного, чем просто поцелуи. Но моё тело бурно реагировало на его присутствие рядом, и, я была уверена, что он знает об этом.       — Ты правда этого хочешь? — тихо спросил он.       Я раздражённо закатила глаза. Неужели ему нужно персональное приглашение и просто моих слов уже недостаточно.       — Генерал тебя уже не ждёт… — сказала я, намекая, что Дмитрий и так всё прекрасно понял.       Ян задумался. Потом коротко ответил:       — Останусь.       Его долгожданное согласие — зелёный свет, и теперь можно было не сдерживаться. Да и мне совсем не хотелось быть паинькой.       Я взглянула на Яна исподлобья и поняла, что в эту минуту отпущены тормоза. Словно короткое замыкание, которое разжигает катастрофические пожары, — и мы оба готовы сгореть в этом пламени.       Потянулась к его губам, но он опередил меня. Забрав инициативу в свои руки, Ян подхватил меня под бёдра, заставив обвить его торс ногами, и прижал к стене, так что я ощутила его возбуждение.       Покрывая смазанными, рваными поцелуями мою шею, он вжимался в меня сильнее; и мне уже не казалось, — я была уверена, — Ян чувствует по отношению ко мне то же самое, что и я к нему. Не знаю какими немыслимыми силами он сдерживался ранее, но видя, как сильно его ведёт, мне стало не по себе.       Вдруг перед глазами пронёсся тот самый пикантный сон, который я видела на корабле. Дежавю прошлось волной по всему телу, а внизу живота появился жар. Я решила претворить в жизнь идею из сна и посмотреть на реакцию Яна в живую. Поймав момент, когда наши лица оказались на одном уровне, я осторожно коснулась языком его шрама и провела вдоль рваной линии. Плавно очертила скобы, ощутив на языке привкус металла.       Глаза Яна буквально расширились от моих действий, он крепко сдавил мои ягодицы и сквозь зубы прорычал:       — Чертовка.       Наконец-то. Я пробила его броню, нащупала слабое место — и это была маленькая победа.       Вернее, так мне казалось. Ян мгновенно обезоружил. Одной рукой он всё так же удерживал меня у стены, подперев бедром для равновесия, а второй проник под кофту. Очертив перемотанными бинтами пальцами талию, он осторожно коснулся груди и сжал. Я ахнула.       Ян оторвался от меня и тихо спросил:       — Больно?       Я покачала головой.       — Нет.       И это была чистая правда. Мне было до одури приятно, но я опасалась напугать его своей необдуманной реакцией.       Будто считав моё настроение, Ян осторожно убрал руку из-под одежды и отстранился.       — Я могу навредить тебе. Сделать больно. Лучше не стоит.       Не веря своим ушам, я едва не задохнулась. Неужели он так боится меня, что готов бросить на полпути, возбуждённую и измученную?!       Опустив меня на пол, Ян сделал шаг назад. А я — навстречу. Привстав на носочки, обхватила его лицо ладонями, заставляя посмотреть на меня. И сказала то, что шло от самого сердца:       — Ты не сделаешь мне больно. — Собственный голос показался нервным и рваным, я продолжила тараторить: — Только не сейчас. Мир рушится к чертям, что ещё остаётся, если завтра может не настать?!       Ян поцеловал моё запястье и накрыл своими ладонями.       — Ты не знаешь, о чём просишь.       — Знаю. — Сейчас я точно знала, чего хочу — его и только его. В голове уже была идея, оставалось только её озвучить. — Я буду тебя направлять.       В ответ Ян хрипло усмехнулся, но по хищным искоркам в глазах я поняла, что он согласен.       Я легонько толкнула мужчину в грудь, заставив отступить к кровати и сесть. Встала между его ног и помогла снять безрукавку. То, что я хотела сделать, требовало решительности и некой смелости — готова ли я открыть эту тайну? Стоит ли мне вообще знать, что Ян скрывает от посторонних глаз?       Отбросив назойливые сомнения, я осторожно присела на его бедро и принялась, неспеша, разматывать бинты на руке. Отмотав совсем немного и обнажив плечо, я ошарашенно уставилась на пришитый кусок инородной плоти.       — Ты изменилась в лице, — холодно сказал Ян. — Знаю, как это выглядит…       Я едва коснулась пальцами этого лоскута и мне стало не по себе от мысли, что он вынужден делать это с собой.       — Зачем? — лишь и смогла выдавить я.       — Потому что иначе никак.       — Это и даёт тебе силу?! — спросила я, но уже знала ответ. Ян кивнул. А я продолжила выстраивать логическую цепочку: — Кажется, я понимаю в чём тут дело. Дмитрий был укушен, но не обратился. И ты — тоже?       — Отчасти — да. Я не стал заражённым в привычном смысле, но что-то не даёт ранам затянуться.       Услышав его признание, в голове мелькнула интересная мысль:       «Что если, расшифровав книгу, я найду ответ не только, как спасти Каина от сделки, но и как вылечить Яна?»       Но в слух произнесла:       — Я найду способ, как это исправить.       На что Ян лишь усмехнулся и прижал меня к себе чуть сильнее. Он ничего не сказал, лишь поцеловал моё плечо. Затем я ощутила поцелуй на ключице, шее, щеке. С каждым новым поцелуем мне становилось всё сложнее разматывать бинты. Я едва справилась с одной рукой, как Ян откинулся назад и утянул меня за собой, заставив сесть на него верхом.       — Я ещё не всё, — недовольно прошептала я ему в губы.       — Зато я уже на грани, — ответил он. — Слишком эротично ты выглядишь, когда делаешь что-то с таким серьёзным лицом.       Он резко вдохнул и запустил руку мне в волосы, увлекая в жадный, развязный поцелуй.       Мои волосы накрыли нас, и вокруг всё закружилось, и потемнело. Ян прикусил мою нижнюю губу, а я вцепилась в его плечи ногтями. Он углубил поцелуй, так что его язык проник в мой рот и больше всего на свете мне хотелось его укусить. Но я не стала. Вместо этого кое-как вывернулась и отстранилась. По-прежнему сидя на мужчине верхом, я пыталась отдышаться и не могла сообразить, какой ход сделать следующим.       Решив, что пора, я подцепила края своей кофты и стянула через голову. Мне хотелось думать, что для Яна этот жест выглядит привлекательно.       И не ошиблась. Его взгляд наполнился диким, хищным блеском. Он приподнялся на локтях, поцеловал меня в губы и шею, а затем больно прикусил тонкую кожу. Я прорычала. Нет сомнений, что на шее теперь останется заметный след, но яркие чувства, охватившие меня, заставили, будто невзначай, качнуть бёдрами.       — Зачем ты это сделал?       — Теперь все будут знать чья ты… — хрипло прошептал он.       — Охотник поймал свою добычу? — промурлыкала я ему на ухо.       — Или добыча охотника?       Ян резко обхватил меня за талию и уложил на лопатки. Продолжая усыпать моё тело горячими поцелуями, оттягивая момент близости. Спустившись к животу, он расстегнул мой ремень, затем пуговицу на брюках и молнию. Приподняв мои бёдра, помог стянуть штаны полностью и кинул их на пол.       Лёжа в одном нижнем белье под вожделеющим взглядом человека, которого я скорее всего люблю, мне стало неловко, и я чувствовала, как краснею. Отчего-то всё моё напускное мужество испарилось.       Ян навис сверху, вынуждая взглянуть на него.       — Стесняешься? Как мило, — сказал он и мягко поцеловал меня в уголок рта.       Я прикрыла глаза, не зная, что ответить. Целуя, он изучал меня не только губами, но и ласкал моё тело той рукой, с которой я успела снять бинт. Шершавая, загрубевшая кожа, но на каждое прикосновение я реагировала остро. Подавалась вперёд, но каждый раз он отстранялся. Это было похоже на игру, где правила устанавливала не я.       После очередной попытки перетянуть инициативу на себя, Ян усмехнулся, а я раздражённо простонала.       — Чего ты добиваешься?       Мои слова прозвучали ни как вопрос, а как отчаянная мольба. Я и правда была на грани, где-то между болью и томлением. Сердце бешено колотилось, а руки дрожали. Я закусила губу, чтобы не заплакать.       — Этого и добиваюсь, — услышала я сквозь дымку неги. — Чтобы ты не сомневалась во мне.       Я не успела среагировать, как Ян резко выдохнул и накрыл своей рукой мою промежность. Ахнув, я выгнулась в пояснице и вцепилась в простыни.       — Готова, — тихо произнёс он.       Это касание было почти болезненным. Никогда не думала, что могу так яро кого-то хотеть.       Я услышала, как мужчина расстегнул ремень и молнию. На пол упали штаны, брякнув пряжкой об каменный пол. Затем наклонившись ко мне, Ян приподнял меня и расщёлкнул застёжку моего бюстгальтера и медленно стянул лямки с плеч.       Теперь я была ещё более беспомощна, почти обнажённая. Думать не хотелось, поэтому я решила просто плыть по течению и расслабиться.       Мягко разведя мои колени, Ян пристроился между ними и прижался ко мне. Ощутив его твёрдый член, мне стало жарко. Я буквально горела изнутри. Почувствовала, как ещё больше намокло бельё между ног.       — Какая смущённая, — тихо произнёс он, обхватив мой подбородок пальцами. — Но это именно ты делаешь меня таким…       Он оставил смазанный поцелуй на моих губах, спустился к груди и кончиком мокрого языка коснулся возбуждённого соска. Затем нежно прикусил. Не выдержав, я застонала.       — Я ведь только начал, а ты уже так громко стонешь.       Ян спустился, очерчивая линию от рёбер до низа живота. Приспустив край резинки белья, поцеловал выпирающую округлую косточку. Это было дико приятно, и я вновь прикусила губу, чтобы не застонать громко.       — Ты очень красивая, когда такая… — прошептал он, глядя на меня из-под упавших на лоб волос.       Я не смогла сказать, что он и сам выглядит бешено сексуальным в таком неряшливом виде. Побоялась, что не смогу подобрать правильных слов и своими длинными пояснениями испорчу момент.       Ян поцеловал кожу на внутренней части бедра, и я вздрогнула, когда он подул на мою промежность. И подцепив край белья, стянул его.       Чувствуя на себе жадный взгляд, я уже не стеснялась. Наоборот, мне хотелось превратиться в дьяволицу, совратить, измучить. Но пока что я сама была на крючке. Зависимая от чужого желания, сдалась в плен без боя.       Минутная возня, Ян сбросил последнюю одежду, а затем мы вновь оказались лицом к лицу. Он осторожно развёл мои ноги, и я сжалась, ощутив горячий член.       Заметив мой страх, Ян мягко погладил меня по бедру.       — Расслабься. Не надо так зажиматься, — тихо сказал он.       Я сделала вдох и медленно выдохнула через рот. Помогло. Дрожь остановилась, а тело снова было подвластно мне.       Уперевшись одной рукой в подушку, а второй направив себя, Ян осторожно вошёл в меня. Мы замерли, привыкая друг к другу. Я снова вдохнула и выдохнула, стараясь максимально расслабиться. Секундная боль отступила и на её месте появилось новое, совершенно противоположное чувство.       — Вот так, молодец, — ласково сказал он. А затем чуть подался вперёд, отчего я невольно сморщилась. — Больно?       — Нет, — ответила я. — Скорее, непривычно.       — Ты и правда давно ни с кем не была?! — произнёс Ян. А я кивнула.       — Хочешь обсудить это прямо сейчас?       Ян усмехнулся и ответил:       — Скажи, если тебе будет слишком больно. Я сразу же остановлюсь.       — Хорошо. Можешь двигаться, — сказала я.       — Постараюсь быть аккуратнее. Просто могу ненароком увлечься.       Мне хотелось спросить о том, что только ли руками он ничего не чувствует? Но, когда Ян толкнулся в меня, все мысли мигом испарились.       Я прикрыла глаза, ощутив, как в голове образовался приятный вакуум.       Ян старался не делать резких движений, но это удавалось ему с большим трудом. Кажется, я ошиблась на счёт того, что он ничего не чувствует. Чувствует, может, даже острее, чем я.       Окончательно привыкнув, я притянула его за плечи и обвила ногами поясницу, позволяя войти в меня полностью.       С его губ сорвался сиплый стон, и Ян больно сжал моё бедро.       — Что ты творишь? — спросил он, пытаясь взять себя в руки и вернуть контроль над ситуацией.       — Получаю своё, — нежно прошептала я и поцеловала его.       — Тогда не закрывай глаза. Смотри на меня. Я хочу видеть твой взгляд.       Кивнув, мне вдруг захотелось сделать что-то пикантное, как-то показать, что я ему доверяю или же разжечь ещё более неистово пламя в его глазах.       В голову не пришло ничего лучше, но я коснулась языком мочки его уха и сладко ахнула.       От моих действий Ян вздрогнул и хриплым тоном произнёс:       — Хочешь довести меня прямо сейчас?       — Кто-кого? — ответила я.       И зачем я вообще это сказала? И так было понятно, что бороться за победу не стану. Мне просто хотелось раздразнить, но его или себя?       Подалась бёдрами вперёд. Ян сделал толчок, затем ещё и ещё. Глубокие, прерывистые движения сводили с ума, а я забывала, как дышать. Закусив нижнюю губу, коснулась пальцами своих сосков и, лаская себя, поняла, что близка к пику.       Раньше я и не думала, что моё тело такое отзывчивое и чувствительное. Что можно не только доставлять удовольствие, но и получать его. И сейчас, находясь в столь возбуждённом состоянии, я хотела вкусить каждый миг этой близости.       В этот момент Ян перехватил мои запястья и прижал к подушке над головой. Я постаралась взглянуть ему в лицо, но не могла нормально сфокусироваться. Он двигался всё быстрее и резче, наращивая темп, и переплетя наши пальцы, сжал так сильно, что стало больно.       Все ощущения перемешались, боль и желание. А приятное щекочущее чувство в промежности, то усиливалось, то отпускало. Оно быстро росло, чтобы в один момент взорваться и разлететься по телу на мириады ярчайших частичек. Даря невообразимое наслаждение, а затем усталость и опустошение.       Выдохнув громкий стон, я ногтями вцепилась в плечи Яна, ненароком расцарапав кожу, оставив тонкие, красные полосы, после чего из его груди вырвался низкий гортанный звук.       Он сделал ещё несколько сильных толчков внутри и замер. Уткнувшись влажным лбом мне в плечо, он тяжело дышал, а я слышала, как собственное сердце отбивает бешенный ритм.       Некоторое время спустя он приподнялся на руках и выскользнул из меня.       — Ты как? Всё в порядке? — очерчивая пальцами мою скулу, спросил он.       Я едва разлепила веки и взглянула на него, а моё сердце пропустило удар. Ян внимательно рассматривал меня, будто хотел запечатлеть в памяти навечно. Его волосы растрепались и прилипли к влажному лбу, по виску стекала капелька пота. Я осторожно стряхнула её и проговорила:       — Да. Всё хорошо.       Хотелось добавить, что лучше и быть не может, но слова застряли в горле и я просто улыбнулась. Ян перекатился на бок, подпёр рукой голову и заботливо накрыл меня одеялом.       Приятная слабость растеклась по мышцам, я закрыла глаза и провалилась в сон.       Когда я вновь проснулась, Ян одевался.       — Уже уходишь? — спросила я, стараясь не выдать обиду в голосе. Ведь он обещал остаться на ночь. Но красная луна ярко освещала комнату — утро ещё не настало.       Застегнув ремень, он молча лёг рядом. Притянул меня ближе и поцеловал в макушку.       — Нет.       Соврал. Я понимала, что как только засну, он исчезнет, чтобы снова вернуться. Ведь я обещала его ждать, а он — всегда возвращаться к отряду… Ко мне!