Привет из прошлого

Ханнес явился следующим утром. При параде, с цветами и улыбкой от уха до уха. Внизу у подъезда стояла вычищенная до блеска машина. Мужчина был готов всеми правдами и неправдами доказать привязанность и кристально чистые помыслы в сторону любимой женщины. Эрен в целом был не против, чтоб Ханнес стал отчимом. Мужина, как и отец, часто уезжает в командировки, но каждый раз возвращается, отсыпается и идёт к ним с какими-нибудь пустяшными сувенирами. Не раз помогал решать возникшие проблемы. Пил, конечно, до сна на скамейке, но как утверждал Ханнес, он мог бросить в любой момент. Мотивации просто нет. И вот он стоит, улыбается и тянет Эрену пакет с тортиком и выглядывает Карлу. — Быстро ты, — пропуская гостя, усмехается парень. — Ну так… Такая женщина развелась. А вдруг уведут! — и ведь правда переживает. Забавный. Будто за матерью сейчас очередь выстроится. Хотя, даже если бы и была, то Микаса и Эрен всех бы раскидали. Карлу кому попало они не отдадут, а вот старому другу семьи можно. — Ак… Аккерман! — чуть ли не подпрыгнул сорокалетний детина, заметив спокойно завтракающего Леви. — Опять отчёт сдать забыл? — тон был строгий, но Эрен видел озорные огоньки в глазах. Леви потешался над коллегой, получается. Йегер покачал головой, ставя на тумбочку пакет и доставая торт. Может куснуть потом за ухо мужчину? А то чего он и так нервного Ханнеса кошмарит. — Нет, я же вчера… В смысле… Ох, — додумав мысль, Ханнес из бледного полотна становился вполне себе живым человеком. — Чёрт вас дери, Леви! Вы же уволились. — Не чёрт, конечно, но дерёт знатно, — и красноречивый взгляд в сторону Эрена. Покраснели оба: Ханнес и Эрен. Леви откровенно катал бывшего коллегу по всем эмоциональным горкам, а дедуля Август посмеивался в кружку прохладного зелёного чая. Йегер в который раз подумал, что одобряет Ханнеса. Тот спокойно относился к подобным шуткам нестандартной ориентации. А вот когда узнал отец, они подрались и Эрен полгода жил у Арлертов, пока мать не вставила мозги Грише. Даже вернувшись домой между ними царил холодный нейтралитет. Ханнес же наоборот, не раздумывая кинулся защищать Эрена в старших классах, когда какие-то гопники пытались то ли избить, то ли ещё чего сделать парню, грязно потешаясь. «Главное, чтоб ты счастлив был, Эрен», — протягивая аптечку уже в квартире мужчины, говорил тот. Раньше Эрен думал, что Ханнес так заботлив к ним с Микасой, потому что они под крылом Карлы. Но понаблюдав за мужчиной он понял, что тот в целом был добряком. Мать удивлённо ахнула, когда увидела друга. С лёгким румянцем на щеках приняла букет и передала сыну поставить в вазу. Завтрак продолжался неспешно, за неловкими расспросами о домике в деревне, и вполне себе уверенным предложением вместе поужинать. Ханнес обещал доставить Карлу точно к двенадцати. — Прямо до двери, — бегал взглядом блондин, робко улыбнувшись Эрену, будто спрашивая его благословение. — Или до кровати, — фыркнул в чашку Леви. Карла поперхнулась кусочком торта, а дед Арлерт громко засмеялся. — Эх, молодость. Они ехали обратно. За завтраком Эрен узнал, что Ханнес изредка рассказывал о семье Йегер. Точнее о милейшей Карле в основном, но фоточки Эрена и Микасы тоже мелькали. Значит Леви заочно знал его. Понимание чувствовалось чем-то сродни предательству. Мог бы и сказать! Да, Эрен копался в прошлом мужчины, но он же не знал, что они встретятся. Хотя может и Леви не знал, что абстрактный Йегер станет его парнем, но всё же… Обратная дорога тоже прошла в тишине, но не такой уютной, как было вчера. Жан и Армин помогали выгрузить бельё. Хистория с Сашей подбежали и давай рассказывать, как Райнеру с Имир пришла в голову идея прорубить окно на крыше, где был тёмный уголок, а Эрен нашёл дневники. Но вчера вечером прошёл ливень и всё залило к чертям, потому что не успела подсохнуть фиксирующая смесь. Из-за этого на втором этаже часть обоев отошла. Йегер из сумбурного сбивчивого рассказа девушек не очень понял, что именно не так и почему обоям хана, но покивал с умным видом и сказал, что всё исправят. — Конечно, исправят. Их Микаса так гоняет, — хмыкнула Саша. Когда с пакетами и новостями (мы, ладно, Пиксис провёл электричество!) было покончено, Леви увёл парня в лес к знакомому пню. Мужчина усадил Эрена, и сам залез на колени. Пока младший ловил дежавю, Аккерман курил и ждал. Очередная струя дыма в небо и Эрена прорвало. Возможно было глупо обвинять Леви во лжи. Но Эрен, хоть убей, чувствовал себя обманутым. А ещё связанным. У них слишком много точек соприкосновения: Зик, Ханнес, Микаса, которая оказалась двоюродной сестрой. Будто с рождения шли рядом вдоль стеклянной мутной стены. И вот встретились. Эрен всё говорил, обнимал за пояс и всё дальше уходил в дебри. А Леви всё больше понимал, что парень, ну… По уши в этом лёгком летнем романе. Мужчина поглаживал по плечам, зарывался в волосы на затылке, и думал, как же потом Йегеру будет плохо. Какое лютое похмелье его ждёт после всего того, чем они занимались. — Как ты видишь дальше наши отношения? — прервал поток сознания Аккерман, погладив Эрена по щеке. Море волновалось, а парень терялся. — Нет у нас будущего. Наслаждайся и не задумывайся об этом. Эрен столкнул Леви с колен и быстрым шагом направился к дому. Понимал, что скорее всего так и будет, но слышать от Леви оказалось очень больно. Успел ли за это время Йегер нафантазировать, как они проводят вместе Новый Год, думают над подарками девушкам в марте? Что сам подарит на День Влюблённых Леви. Леви же познакомился с семьёй! А это, ну… заявочка на что-то серьёзное. Что-то большее, чем несчастные два летних месяца. Хотя, если подумать, Эрен не говорил, что они едут на квартиру к родителям. Парень сам вбил адрес. Молча и не предупреждая об этом. Аккерман просто сориентировался на месте. Был по-своему вежлив и воспитан. Эрен выдал желаемое за действительное вот и всё. Хотелось или утопиться, или напиться, или перестать желать больше, чем дают. Ему в самом начале говорили, на том самом пне, прости господи, что у них просто развлечение на внеплановый отпуск Аккермана. Возможно Эрен был слегка настойчив и слишком очевиден, когда рядом был Леви. — Что он сделал? — нож опасно блеснул в руках Микасы, занимающейся обедом. Кухня всё так же привычно была на улице. Длинный складной стол из двух поменьше, разожжённый мангал, за которым следила Саша. Крики Райнера, Бертольда и Жана из дома с крыши. Светлые макушки Армина и Хистории, что копаются в грядках. Имир и Конни, наверное, рыбачат. — Ничего, — ломанная ухмылка и соль в глазах. Аккерман ничего не сделал. Просто залез под самую кожу, впился в сердце и заполнил собой каждую клеточку. Всего-то на всего отпечатался под веками. — Я его убью, — и не то, чтобы девушка шутила. Эрен кинулся обнимать названную сестру, и та быстро переключила гнев с родственника на заботу о треснувшем сердце «братца». Парень незаметно перевёл дыхание. Микаса всегда быстра на расправу. У неё была какая-то дикая привязанность к Эрену и немного к Карле. По отношению к себе девушка терпела многое, но не дай боже кто-то тронет парня и его мать — действительно пожалеет. Когда Микаса узнала о травле в старших классах Эрена по поводу его ориентации, то отправила в больницу всех обидчиков. Наверное, за что Эрен действительно благодарен Грише, так то, что он отмазал каким-то чудом Микасу от дел с полицией. И всё вроде бы кончилось хорошо. С того дня Эрен понял, что угрозы девушки не пустой звук. — Кастрирую, — приобняв под лопатками парня, отменила казнь. — Леви мне как бы целый нужен, — чуть ещё надавив, чмокнул в висок Микасу. Она тяжело вздохнула, просканировала взглядом. Удостоверившись, что Эрен не наделает глупостей, кивнула и вернулась к салату. Эрен ловко подрезал дольку помидора и пошёл помогать Армину с Хисторией. Возиться с окном на крыше не было ни сил, ни желания. Райнер и Бертольд догуливали последние деньки. У друзей были свои планы, и Йегер не то, чтобы держал тут кого-то силой. Саша и Конни уезжали на следующей неделе. Через пару недель, после восстановления, приедут Карла и дед Август. Хистория хотела дождаться этого момента, чтобы увидеть, как отреагирует Карла на результат их трудов и с чистой совестью отчалить. Имир прикипела к спокойной деревенской жизни и просто наслаждалась отдыхом в приятной компании. Но все понимали, та уедет сразу же за близкой подругой. Лето кончалось. Оставался август, а дальше осенние дожди. Времени переубедить Леви в серьёзности намерений всё меньше. И вместо того, чтобы действовать, Эрен психует и бегает по участку, копаясь в земле. Дуется и активно ремонтирует баню, вместо того, чтобы показать, от чего отказывается Леви. Не идиот ли? Девушки отправились париться первыми. Парни сидели на улице и наслаждались сумерками, переговариваясь о всяких глупостях. Конни и Армин подъедали ягоды. Спрингер деловито советовал парню комплекс упражнений и рекомендовал заниматься растяжками. Где-то в этот момент вклинился Жан с подколами в сторону Эрена, но Йегер успешно отбился и перевёл стрелки. Однако споткнувшийся Бертольд привлёк внимание и Райнер стал рассказывать Эрену, в каких позах тот просыпается. Райнер и Бертольд, а также Армин пошли следом, стоило девушкам вернуться в дом. Послышался скрип раскладушек, кто-то бахнул одну об пол. Жан, закатив глаза, поднялся со скамейки поспешил помочь подругам. Эрен пошёл самым последним один. Париться не хотелось, а посидеть в тепле было самое то. Расслабиться и забыться на несколько минут. Он надеялся, что баня будет подстывшая и не такая жаркая, которую принимали парни. Но видимо Жан и Конни позаботились о том, чтобы Эрен хорошенько отогрелся. Не то, чтобы кто-то был против. Надев на макушку шапочку, взяв ковш холодной воды, забрался на верхнюю полку, на которой уже лежало банное покрывало. Парень изредка умывал лицо, чтобы дышалось легче. Медленно расслаблялся и выкидывал из головы все тревожные мысли. Отдых, отдых и ещё раз отдых. Он перевернулся на другой бок, когда в парилку зашёл Леви. Первые секунды Эрен думал, что его накрыло. Но нет. Аккерман стоял перед ним во всей своей обнажённой красе. — Выходи отдыхать, потом тебя от души отшлёпаю, — цыкнув, мужчина вышел. Подцепив ковш, Эрен всё ещё в лёгком ступоре вышел из парилки, скользнул взглядом по спине Аккермана, готовящим воду в помывочной. Удостоверившись, что это правда Леви, а не глюк, вышел таки в предбанник. И растёкся по скамейке, вытягивая руки вдоль столешницы и укладывая на них голову. Тело медленно остывало. Двигаться не хотелось от слова совсем. Он бы так и лежал тут до конца дней. Однако жажда мучала. Подцепив графин с соком, плюнул на кружку и сделал прямо из него несколько больших глотков. Снова улёгся и почувствовал себя человеком, а не жижицей. Леви молча подошёл и тыкнул в бок, кивая в сторону помывочной и парилки. С тихим стоном Эрен поднялся и побрёл получать веником по заднице. И спине. И рукам. И вообще всему телу. Ему дали несколько секунд на подготовку, пока Леви тряс веником над печкой. Запах берёзы наполнил помещение. Спустя ещё пару секунд Леви начал прогревать Эрена, то и дело спрашивая всё ли хорошо. Сам мужчина стоял на коленях на нижней полке, что с комфортом позволяло ему творить чудеса банного дела. Было не хорошо. Было слишком хорошо. Леви умело выбивал все тяжёлые мысли и переживания. Какая разница что там будет через месяц? Может Эрена самого отпустит (спойлер: нет). Сейчас-то у них всё хорошо. Нужно брать от этого всё и наслаждаться. Йегер понял, как скучал эти несколько дней и как ему не хватало Леви. Зачем бегал и игнорировал? Упустил время зря. Не сдержавшись, перехватил руку Леви и подтянул к себе. Чмокнув мужчину в губы, расплылся в широкой счастливой улыбке. Ослепив ей Леви, вновь потянулся за поцелуем. И получил веником в лицо. — Йегер, блять! — шипел Леви, аккуратно отстраняясь. — Я тебе что, горный козёл скакать по парилке и эрегировать просто потому что могу? — Ты просто козёл, — отплёвывался от прилипших листьев Эрен. За что получил от души веником в опасной близости от члена. Себя хлестать Леви не позволил. Выгнал мыться, а сам ушёл отдыхать в предбанник. Когда Эрен заканчивал с мыльно-рыльными процедурами, его отправили говорить своим, что спать он будет у Ханджи. От серьёзного тона где-то вниз ухнуло сердце, и парень поспешил предупреждать друзей. Справился он быстро, а вот Леви всё ещё игрался с тазиками. Эрен уже ночевал с Леви несколько раз. Но то было в палатке у озера, а чтобы в кровати… Почему-то это было куда более волнительно, чем всё остальное. Будто они оба переступают какую-то черту и назад дороги не будет. В темноте Леви жёг таблетку от комаров и водил ей по домику, заканчивал в комнате. Дым рисовал причудливые узоры, казалось, будто Аккерман колдует. Ну да. Кощей Бессмертный же. Как тут без магии. Мужчина, всё ещё достаточно горячий (хотя, по мнению Эрена, Леви всегда горяч), ловко забрался под пустой пододеяльник. И сражу же набросился с жадным поцелуем. Эрен внутри ликовал, успевая только таять в чужих руках и тихо постанывать — Леви тоже скучал. Возможно давал время прийти в себя и сделать вводы. Возможно давал отступить и прекратить всё это, а сам волновался. Аккерман был невозможен. Невозможно влюблённым и отчаянным. Эрен не знает, что подстегнуло Аккермана сделать первый шаг к примирению, но он это сделал. Показал, что Эрен важен для него, как бы тот не отмазывался «лёгким летним приключением». Парень ловил связь с землей, когда Леви навалился сверху. Ткнулся носом над ухом и тихо зашептал. — Я не хочу обжечься, мелкий, — прижимаясь, признавался мужчина, подтверждая догадки. Эрен перевернул их. На миг Леви в лунном свете показался напуганным сорванцом, растерянном после вскрытия грязной правды Эрвина. Маленький мальчик вырос, но даже спустя время так и не подпустил никого к себе. Каких же трудов стоило признаться самому себе, что Йегер ему дорог? Сердце и чувства Аккермана более хрупкие, чем казалось на первый взгляд. Да, у мужчины есть манера вести себя, будто всё это его не касается, и он вообще делает большое одолжение, что находится рядом. А сам ждёт удара в спину. Господи, Эрен его так любит. Чувства переполняли. Выливались брызгами поцелуев по крепкому мужскому телу. Разбивались тяжёлым горячим дыханием. Накрывали с головой, придавая храбрости идти дальше и не думать ни о себе. Лишь бы выгибающийся и цепляющийся за спину мужчина поверил — Эрен просто так не отпустит. Они были достаточно разгорячены и возбуждены, когда Эрен замялся. Он выглядывал из-под ресниц, как девственница на сеновале. Вроде уже согласна, но робеет перед полностью голым мужиком. — Мне рассказать тебе, куда пихать? — поддел Леви, шаря рукой под кроватью и доставая из сумки смазку с презервативами. — Себе расскажи, — господиблятьбоги, кто же знал, что ему будет так стрёмно просить о подобном. — О как, — приподнимаясь на кровати, укладывая ладонь на щеку и ласково поглаживая её, Леви мягко чмокнул в лоб. — Лучше покажу. Эрен понял, чем отличаются простой секс и занятие любовью. Неожиданно для себя понял, насколько хмурый и жёсткий на вид Леви, с партнёром ласков, внимателен и заботлив. Эрен умирал и возрождался под ним с каждым прикосновением. С каждым поцелуем чувствовал, что любим и важен. Леви отталкивал, потому что боялся сам. Но готов тянуться, искать компромисс и идти вместе дальше. Вся нерастраченная, запрятанная нежность обрушалась на Эрена мощным потоком, снося и утаскивая в глубины. Парень думал, что любить сильнее невозможно. Но Аккерман успешно доказывал, что невозможное возможно. — Давай я заплачу твоим дурикам и они приберутся? — бурчал Леви куда-то в бок следующим утром. — Не хочу сегодня ничего делать. Они лежали в обнимку и никуда не спешили. Эрен ощущал себя самым счастливым человеком на земле и не хотел ничего менять. Опустив взгляд на лохматую тёмную макушку, скользнул по едва прикрытому пододеяльником телу. И вообще забыл, о чём там бухтел мужчина. — Я тебя сейчас сожру, Йегер, — в качестве серьёзности угрозы, куснул за бок. А после поцеловал место укуса. И, чёрт, это был запрещённый приём. Эрен хорошо помнил, что умеют эти губы. О чём там вообще Леви? Он правда на всё согласен, если Леви так и будет просыпаться с ним под боком всю оставшуюся жизнь.