Усталость.

Девушка сидела в темной комнате на большой двухместной кровати обнимая плюшевую игрушку, что-то жалобно шепча самой себе. Часы показывали 3:47, тиканье прибора уже достаточно надоело, но что бы встать и выключить его у Шэрон не было сил. Видно что блондинистые волосы были завязаны в аккуратный пучок, но сейчас они выглядели совершенно противоположно от слова "аккуратность". Hоги поджаты к телу а руки все сильнее сжимали бедную плюшку, будто она сейчас сбежит, или кто-то отберёт её у девушки. Зелёные глаза щипели от слез которые все никак не прекращали идти. Если бы кто-то сидел рядом с Шэрон, то испугался бы её внезапного крика. —Да какого черта ты так могла поступить, дура!? — Длинные пальцы вцепились уже в шелковистые волосы, и впиваясь ногтями у корней причиняя девушке ели ощутимый, из-за стресса дискомфорт. Но не обращая на него должного внимания и наоборот еще сильнее надавливая пальцами на голову та продолжила. —Они же твои друзья! А ты, ты бросила их, бросила, прямо по среди моря! Боль от своих же действий не ощущалась, моральная боль и чувство вины причиняло больше неудобства, чем всего лишь какая-то кровь которая уже стекла по ладоням и лбу. Подождите.. Кровь? Почувствовав тёплую жидкость на своих пальцах, Шэрон на ощупь включила небольшой светильник стоящий на прикроватной тумбе. —Да твою ж.. — Она тихо выругалась себе под нос, вытирая тыльной стороной ладони глаза от жгучих слез, дабы встать и пойти обработать рану. Но после того как зрение более менее пришло в норму, ноги были все ещё ватные, и желания вставать не было oт слова совсем. Выключив светильник, та прилегла обратно на кровать. —Плевать, потом обработаю. Эмоции были слишком смешаны, а чувства будто помутнели как фото с плохим качеством. Ощущалось сразу все, и одновременно с этим, ничего. Хотелось погрузиться в глубокий-глубокий сон, желательно, на столетие. Будто ты не человек, а всего лишь вулкан. —Почему я опять сбежала? Почему даже там, где у меня начало все налаживаться, я не смогла обрести спокойную жизнь? Почему я не могу найти место где мне будет комфортно всегда? и это все, не будет просто симуляция "прекрасной жизни". Из "вымещение агрессии на чем-то " она перетекла в "бессильную". Желание что-то сломать пропало, так же как и желание причинить себе вред в качестве "наказания". За то на замену этого, пришла боль от царапин на голове. Она ужалила внезапно и подействовала на мозг почти как отрезвитель. Заставив себя подняться с кровати, Шэрон оглядела свою постель. На простыне со стороны светильника виднелись отпечатки пальцев в крови. Взгляд упал на прикроватную тубму. Ранее белоснежный каркас светильника тоже был слегка запачкан, из-за попытки найти в темноте где он включается. По телу пробежала дрожь. Да, она видела и не такое, но все же осознание что это её кровь не приводит фантазию ни к чему хорошему. (Может надо было вцепить пальцы еще глубже, своеобразное наказание, за все мои грехи.) - Внезапно от этой мысли стало тошно, А боль глубже прорезалась казалось в сам мозг. Где-то послышалась музыка, оказывается она играет примерно уже несколько минут, потому-что она сразу узнала что это уже конец песни. Усмехнувшись, Шэрон стало смешно от всей ситуации, и о том, как же вовремя кто-то решил послушать именно эту песню. -Мне стоило всё понять и всё осознать всерьёз – на три четверти мы состоим из слёз… Она даже не сразу узнала свой хриплый голос, наверное сорвала. -Мы построим и разрушим, проще выжить мёртвым душам. (Наверное, проще всего выжить каким-нибудь растениям...) -Нас ничто не беспокоит, и ничто не огорчит. Каждая строка звучала так хрипло, со стороны это должно быть, выглядит жалко. -Все сломаем и сожжем. (Ты такая жалкая, Шэрон.) - К сердцу путь найдем ножом. Девушка приложила руку к груди, пытаясь почувствовать биение сердца, пытаясь понять, а есть ли оно у нее вообще? Что за глупости, конечно есть.. -Неужели до сих пор, неужели до сих пор стучит... В голове послышалась пульсация сердца, так громко, и больно. Музыка ушла так же неожиданно, как и пришла. Слезы потекли с новой силой, захотелось кричать, избить что-нибудь, или кого-нибудь. -Простите меня, я понимаю что приняла решение слишком импульсивно. Но и вы меня поймите! Пожалуйста... Если до этого мысли были похожи на сплошную кашу, то сейчас это напоминало клубок ниток. Тянешь за один конец - приходит мысль "Ты идиотка, импульсивная и ни на что не способная" тянешь за тот же конец сильнее - следующая мысль "Вставай, тебе нужно разбавить свое бездействие". Но вдруг эти мысли перейдут в другое русло, если потянуть еще сильнее? Нитка стала длиннее, а тема была.. Почти такая же "Возьми это, и проведи по руке, давай же, это почти не больно". Ой, похоже, за эту ниточку держался внутренний бес. Шэрон сделала как и было велено. Правда было больно, руку жгло, но было чувство будто это чужое тело, а она просто зритель. "Давай, Шэрон. Ты можешь сильнее". Кажется, с клубком начал играться кот, разматывая его еще сильнее. На руке виднелось уже два пореза. Ярко красные, прям как отметины на простыне и светильнике. "Вонзи глубже, Шэрон! Не будь трусихой!" Страха не было, было лишь "А что я вообще делаю? Хотя.. Какая разница, так наверняка будет лучше". Жаль что она не задала правильный вопрос "кому будет лучше?". Но лишь на это бес и расчитывал. "О! А что если попробовать в другое место?? Давай! ради эксперемента, будет потом что вспомнить, если не уснешь". По руке тонкой струей стекала ели заметная в темноте кровь, но этого видимо было не достаточно для "наказания". Девушка взяла рукоять ножа обеями руками и сжала так, что казалось костяшки побелели. Сверху на ладонях почувствовалось чужое касание. (Приплыли, уже галлюцинации начались.) Бес начал сладко шептать на ухо "подбадривающие" фразы. -Я в тебя верю, давай, сожми крепче, будто нет дрожи в ладонясь. - Противная улыбка того поползла на верх. -К сердцу путь найдем ножом... Помнишь эту строчку? Кончик острия слегка коснулся груди. Нечисть нежно поглаживала верхнюю ладонь Шэрон, и пусть не будет важно то, что эта нечисть - и есть она сама. -Я исследовал свой недуг, консультировался с врачом.- Внезапно бес начал петь песню. -Во-первых грусть как эмоция явно тут ни причем. - Нож начал слегка надавливать на область груди, где по идее, должно было быть сердце. -Наоборот похоже плача я счастливей стал на миг, во-вторых игнорировать мир вокруг я уже отвык. Шэрон подавилась воздухом, показалось, что она забыла что надо дышать, испуганно смотря на нож, но полный контроль телу вернуть не могла. Ноги были ватные, и дрожали. А бес продолжил. -Я заправил кровать, по колено в воде подошел к окну. Ибо люди плыли на катере и ветер поднял волну. Тонкая струя крови потекла по и так грязной пижаме, а теперь еще и дырявой. -Между прочим восьмой этаж, говорю им "Эй чудаки!" Они отвернулись робко теребя носовые платки. На "лице" беса выражалась уже не просто улыбка, а настоящий звериный оскал. Ужасная жажда крови. -Мне стоило все понять и все осознать всерьез... -На шестдесят процентов мы состоим из крови! Шэрон вскрикнула. Нож резко вонзился намного глубже, ломая ребра и задевая кажется что-то еще.. Но она не хотела разбирастья с этим. -Ой, котенок, неужели так больно? На это бесу никто не ответил, девушка упала на колени, боясь прикоснуться к рукояти ножа и молила только о том, что бы это скорее закончилось. Секунды длились часами, боль была адской. -Милая, мы еще не закончили, не смей умирать, слышишь? Твое наказание еще не завершено! - Чуть громче продолжил свои бредни бес. -В.. вы-вытащи.. Что-то неведомой силой схватило Шэрон за щеки и заставило посмотреть в кухонное окно. Уже рассвет. Какое замечательное начало дня. -Говори громче! Не слышу! -Мо.. лю, вытащи, н-нож. Кислород в легких кончался, но вдыхать было страшно. Голос дрожал, и это нравилось бесу. -Как скажешь, котенок! Резко Шэрон будто ногой оттолкнули назад и вытащили острие. Еще четыре минуты слышались жалобные попытки вздохнуть, а потом в квартире наступила тишина. Вечная тишина. Красивый утренний рассвет, мир только просыпается, а кто-то только что лег спать. Навсегда.