Сказка старого дома

      Усадьба утопала в зарослях дикого сада. Её стены были увиты слоями плюща и винограда. Казалось, что фасад здания полностью состоит из зеленых растений, и только крыша оставалась нетронутой и сверкала на солнце красной черепицей. Пустые глазницы окон тоскливо взирали на залитую солнцем поляну перед въездом в покосившиеся от времени ворота, что держались из последних сил на ржавых, скрипучих петлях.       Дом этот стоит покинутым уже много лет. Полы, некогда укрытые дубовым паркетом, местами провалились от неустанной работы сырости, древесных жучков и полевых мышей, что с большим удовольствием точили о него свои мелкие, острые зубки. Стены изнутри всё от той же сырости были покрыты плесенью и мхом. Они до сих пор хранили былое величие, кое-где остатки сусального золота напоминали о том, что владельцы были людьми непростыми и уделяли много времени и средств на обустройство быта и поддержание уюта. Высокие потолки, поддерживаемые колоннами, украшала роспись из затейливых фресок и ажурной лепнины. Казалось, что над сидевшими людьми в гостиной или столовой, трудно уж сказать, парили ангелы и прекрасные богини.       Даже то, что всё это великолепие на данный момент облупилось и потрескалось, не делало сей шедевр менее привлекательным. Можно сказать, наоборот, добавило ценности и загадочности. В глубине больших комнат стоит старинный рояль, он тоже выглядит плачевно: недостаёт клавиш, от сырости рассохлось выкрашенное в чёрный полированное дерево. В его недрах не осталось ничего живого и пригодного, постарались моль и всё те же вездесущие мыши. Старинный инструмент помнил, как к нему прикасались изящные пальчики трёх поколений женщин. Как зал собирал гостей на мягких стульях с гнутыми ножками и мягкими спинками, а юная дева играла им прекрасные мелодии давно ушедших времён. На пюпитре сохранились истлевшие и местами погрызанные ноты, что там уже и не разобрать. Но рояль помнит, и часто ему снится былое: музыка, танцы, нежный голос совсем юной воспитанницы уже немолодой дамы. Она была последней из представителей этой благородной семьи. Её мужа и троих сыновей забрала одна из многочисленных войн, коими богата история. Больше у неё близких, живущих здесь, не было.       Последние родственники сбежали в Париж перед революцией. Она осталась, ибо ехать умирать на чужбину не захотела. Когда пришли люди в шинелях грабить и убивать, княгиня уже покинула этот бренный мир, передав шкатулку с ценностями той, кому была небезразлична. Девушка успела похоронить благородных кровей опекуна и дорогого ей человека, закрыла усадьбу, надела тёмные одежды монахини и спешно уехала из деревни, а позже на поезде смогла покинуть страну. По пустому дому прошлись ураганом бравые революционеры, топча паркет и каменную лестницу кирзовыми сапогами. Они вынесли и вывезли всё, что только могли найти и, довольные собой, поехали дальше нести свет, делая добро честным крестьянам. Дом с выбитыми дверями и окнами сиротливо остался стоять никому более не нужный.       Почти сотню лет на усадьбу не претендовали. Время здесь остановилось. Изредка сюда забредали незадачливые путники или грибники. Но даже войти под свод крыши не решались. Местные выдумывали легенды о призраках и немыслимых сокровищах. Да никто особо в эти сказки не верил.       Но вот однажды в ворота въехала новенькая серая машина. Дом никогда не видел ничего подобного и с интересом взирал на неё. Из её дверей вышла большая семья из пяти человек: высокий мужчина в синих штанах и странного кроя рубашке без рукавов, женщина в брюках (дом аж ужаснулся) и трое детей разного возраста. Мальчишка помладше, очень бледный и худенький, и двое девочек-погодок в длинных цветастых платьях, с тугими тёмными косами. Они понравились дому. В их речи слышалось веселье и неподдельный интерес.       — Инна, дети, это моё наследство! Пошли знакомиться? — мужчина улыбнулся и зашагал к старинному зданию.       — Ну, это. Хм… Даже не знаю. Очень интересно, но осилим ли мы такие затраты? — в голосе жены звучало сомнение.       — Осилим. Мы же давно мечтали переехать из города. Ради Миши я готов пойти на любые затраты. Врачи сказали, что это лучший выход, и к тому же меня повысили. Всё будет хорошо.       — Здесь прорва работы! Понадобится не один год. Это же руины!       — И не такая руина, мы потянем. Вместе с домом мне досталась ещё и ячейка с драгоценностями. Среди них есть некое яичко.       — Неужели?! — восторженно вскрикнула женщина.       — Именно. То самое, работа Фаберже. Завещание Елены Дмитриевны нашлось спустя столько лет. Меня удивило, что она сберегла всё это и отыскала моего отца. Но даже ему не отдала шкатулку. Она сказала, что время не пришло.       — Удивительно, что всё досталось именно нам.       — Значит так надо. Дети! Не лезьте, там может быть опасно. Дому лет триста!       Прошло ещё два лета и две зимы, старый особняк преобразился на глазах. Семья давно жила за городом и привыкла к деревенскому быту. Миша пошёл в школу и уже не выглядел серой молью. Свежий воздух и молоко сделали своё дело.       Дом ожил: новые деревянные окна, блестящий паркет и новый рояль не могли не радовать старика. Всё преобразилось, стало современным и в то же время многое оставили из былого времени. Дизайнеры смогли сочетать старое с новым. Но больше всего особняк радовался детскому смеху и радостным разговорам за столом. Семья оказалась очень дружной, комнат хватило всем. Недавно Инна сказала Роману, что ждёт ещё одного малыша, и им срочно нужна новая детская.       В этой истории остались недовольными только пауки, мыши и ящерицы, им пришлось покинуть своё убежище на этот раз на долгие годы.