Гнилые псы.

Металлический привкус заполонил рот. Легкие горят, как не в себя. Кажется, что скоро их выплюнешь, но надо бежать. Не на жизнь, а на смерть. Бежать. Бежать. Бежать. Бежать в непроглядной тьме, где под ногами хруст веток, а последние лучи закатного солнца уже не в силах осветить дорогу. И зачем она только поперлась в ту заброшенную больницу? Да, медикаменты нужны, но не такой же ценной. Лучше бы валялась где-то в агонии от мигрени, чем вот это всё. Жадность фраера сгубила, мать вашу. Теперь уноси ноги, если сможешь. Но долго бежать и не пришлось. Ботинок предательски зацепился за какую-то корягу и вот она уже летит кубарем, тормозя лишь об дерево. Бок адски засаднил, но это еще пол беды — впереди ожидалось кое-что похуже. Бегун не заставил себя ждать. Он тут же набросился на девушку, клацая зубами, что есть мочи, и выплевывая нечленораздельные звуки. Из последних сил Дагмар вскинула руки, пытаясь дать отпор, но силы уже покидали её тело. Что изможденная девчонка, не евшая уже вторые сутки, могла сделать против нехилого упыря? При жизни тот явно был крепким парнем, и даже заразившись не утратил внушительность размеров. Тут даже за ножом не дотянешься. Остается лишь принять смерть, но как глупо. Суметь пережить в одиночку целых полгода, скрываться от бомбежек и нежити, всегда чудом избегая рока судьбы, а тут нарваться на чертового бегуна. Умирать в схватке с Топляком было бы не так обидно, но все же.. разве все пережитое было за зря? Руки с каждой секундой ослабевали под давлением твари. Сил больше не оставалось. Как вдруг в воздухе разразился выстрел и в миг всё вокруг замерло. Бегун уже не дергался. Вот только вместо его слюней на лицо девушки стекали его мозги в перемешку с кровью. Что это вообще было? — Ты в порядке? — донёсся откуда-то чей-то голос, заглушенный писклявым гулом, что стоит в ушах то-ли от выстрела, то-ли от общего упадка сил. —Ты в порядке, спрашиваю? — голос стал настойчивее. Дагмар сбрасывает останки твари и приподнимается на локтях, но не успевает ничего сказать, как тут её ослепляет световой поток фонаря. — Тебя успели укусить? — произносит сурово неизвестный мужчина. — Что? Н-нет… вроде нет, — отвечает девушка пытаясь прекратить щуриться и затуляя глаза рукой от света. — Встань и покру...,— обрывает себя на полуслове. — Хотя что я тут увижу, ты вся в дерьме, — проговаривает незнакомец, подходя ближе. — Леви, что у тебя там?, — слышится чей-то еще голос издалека. — Вставай давай, — приказным тоном бросил мужчина. Дагмар все еще не отошедшая от шока пытается подняться с локтей, но тут, словно током, тело прошибает боль и она заходится в шипении, сквозь зубы. — Простите.. но я, кажется, не смогу. Походу я себе что-то сломала, — виновато проговаривает она. —Леви, что случилось? Мы слышали выстрел, — уже другой мужчина говорит приближаясь. Но тут ясное сознание ускользает от девушки, дальнейшие голоса гаснут на фоне, становясь непонятным калейдоскопом звуков, тьма накрывает разум.

***

Ясность возвращается только через время. Сквозь закрытые веки пробивается теплый свет, а на лице ощущается прикосновение влажной ткани. Дагмар приоткрывает глаза и сквозь пелену видит чей-то силуэт, что с каждым морганием обретает всё большую четкость. Над ней возвышается женщина в овальных очках с копной растрепанных темно-коричневых волос. Она протирает ей лицо. И замечая, что та очнулась, незнакомка расплывается в широкой улыбке. —Ой, дорогая, наконец-то ты пришла в себя! Во рту адски сушит и только сейчас Дагмар понимает, что не имеет ни малейшего понятия, где находится. — Кто вы? Где я? — хрипло проговаривает она, пытаясь сфокусировать взгляд. И тут до нее доходит, что что-то сковывает руки, а также ноги. Внезапно грудную клетку сдавливает ком страха. Зачем ее привязали и что хотят сделать?