Быть может...

Ночь снова была тяжелой. Макса мучали кошмары. Температуры не было, но его то морозило, то ему было жарко. Еще он со мной почти не разговаривал. Я спрашивала, что он чувствует? Может воды? Молчание. Он изредка кивал и все. Ему более, чем тяжело. На самом деле, я даже не знала откуда в его желудке бралось хоть что-то, чтобы это выходило обратно. Да, его вырвало пару раз. Но на этот раз не на постель. Он успевал добегать до туалета. Может уже чувствует заранее? Потому что я не знала, как он успевает. А еще, его состояние почему-то особо ухудшалось именно ночью. Днем было немного проще. Наступило утро. Я снова встала раньше Макса. Но ему простительно дольше спать. Сегодня предстоит тяжелый день. Так что я сразу встаю и иду на кухню. Конечно же, там уже находится мама. Пьет кофе. — Доброе утро, мам. — я обняла ее. — Доброе, Дженни. — А ты где в последние дни пропадаешь? Мало стала тебя видеть. — спросила я. — Я... Да на работе завал. Не бери в голову. — ответила она. Ладно. Надо все-таки начать этот разговор. — Мам... Тут такое дело... Вообщем, надо поговорить... — присела я за стол. — Господи, что уже случилось? — встревоженно спросила она. Случилось. И в прошлый раз, когда я к нам Макса отпрашивала. Случилось. Я должна была сразу сказать, а не молчать. — Мам... Тут твоя помощь нужна. И... Среагируй нормально. — попросила её я. — Дженни, говори. — тут ее голос стал строгим и я замялась. А поддержит ли? Да,точно. Или нет? — Вообщем... Когда я попросила, чтобы Макс пожил у нас, потому что заболел... Он не заболел и с родителями не ругался. Но я так и не поняла, почему они не спохватились, когда дома он не ночует третий день. Пусть ему и 18 через два дня, сейчас он еще не совершеннолетний и... — Дженни, в чем дело? — прервала она меня. Да, признаюсь. Я всячески пыталась отложить этот момент на подольше. Я не могла взять и выложить сразу, что Макс наш на наркоту подсел, а вылезти мы без помощи уже не можем. — Вообщем, не болел он, мам. — решаюсь, сейчас или никогда. — Связался он с плохими ребятами и на вещества подсел. К себе я позвала не чтобы его родители не знали, а чтобы помогать ему. Мам, ему совсем тяжело. Что делать? — Чего? Дженни, ты сейчас серьезно? — Серьёзно, мам. Ему нужна помощь. Но я не врач и не могу ему помочь до конца. Ему плохо, очень. Я боюсь за него. — выкладывала я. — Мы и скорую вызывали. Они руками разводили. Мол, простая ломка. Но я же вижу. У него и мысли не в то русло, и здоровье не к черту. Она сидела в явном шоке. — Дженни, куда ты полезла вообще? Тебе оно зачем? Сам бы разобрался. Что? Нет. Чего? Это вовсе не то, что я ожидала. — Дженни, ты его к нам зачем привела? А если полиция или опека? Ты в своем уме? Что? Нет, подождите. Мама так отреагировала? Или мне уже снится? Моя мама, которая всегда рядом? Она всю жизнь показывала мне свою любовь, заботу и поддержку. Я редко прошу помощи или вообще что-то. Тут правда без нее никак. Но я не этого ожидала. — Мам, ты что такое говоришь? — Дженни, ты чокнулась? Чтобы и ноги его сегодня тут не было! — Мам, это же Макс! Ты чего? — Да хоть кто! Мне тут не нужно этого! — она перешла на, довольно, громкий тон. Это конец. Конец всему. Что я сейчас буду делать? — Мам, ты с дуба рухнула или что? — шок прошел, пошли эмоции. — Дженни, ты меня слышала?! Меня не волнует. Пусть твой дружок идёт к тем, кто его на это подсадил!!! — Не кричи. Макс ещё спит. — Пусть встает. — Ну ты и... Я встала и вышла из-за стола. Зашла в комнату и разбудила Макса. — Макс, просыпайся. Мы уходим. — Чего? Куда? - спросонья, спросил он. — Макс, вставай говорю. Он не стал задавать лишних вопросов. Мы оделись и пошли к выходу. — Доброе утро! — сказал Макс моей маме, на что получил неодобрительный взгляд. Вернее, это был не неодобрительный взгляд. Это был какой-то убийственный взгляд. Я же молча надела куртку, он последовал моему примеру. — Если ты сейчас уйдешь, то помощи моей не жди! Всю жизнь я тебя растила, а ты на наркома мать меняешь!!! — сказала она. Вернее она не говорила, а она истерично усмехалась. Да что с ней?! Я просто проигнорировала это. Это бред. Она вообще никогда себя так не вела. Но мы уже вышли из квартиры. Макс совсем повесил нос. Мы вышли из подъезда. — Что произошло? — спросил он. — Я попросила нам ее помочь. Вот тебе и пожалуйста. — Зря ты так. — грустно сказал он. — Она права. — Макс, ты с ума сошел?! Молчи лучше. Это бред какой-то. Я села на лавочку, а он рядом. Обнял меня, а я положила голову ему на плечо. Меня успокаивало, что даже сейчас мы вместе. — И что теперь? — спросил он. — Не знаю, Макс. — ответила я. — На самом деле, я хотела спросить, почему твои родители вообще не переживают, где ты? Тебя 3 дня дома нет. Он помолчал. Что-то тут не так. — Макс? — Я соврал. — сказал он. — Они узнали о моей зависимости и мы поругались. Поэтому меня никто не ищет. Сколько ещё жизнь для меня подготовит? Что еще? — Ясно. — ругаться я не буду, к тому же помощи от них мы бы тоже по-любому не добились бы. Мы посидели так минут 5. Потом мне позвонил Тим. — Тим, на часах 10 утра. Ты бы еще ночью позвонил. — сразу сказала я. — Прости, разбудил? — виновато сказал он. — Нет. Но... К Мартину, я наверное, поехать не смогу. — теперь уже я виновата сказала. — Что? Почему? — Непредвиденные обстоятельства. Да и план осуществить тоже не выйдет. - неудобно вышло. Да что тут неудобно, это патовая ситуация! — Дженни, что случилось? Помощь нужна? Почему переживает-то? Знает меня сутки, и того меньше. — Спасибо. Все нормально.- ответила я. Как же стыдно, господи. Я же обещала приехать, помочь. Да мне теперь уж и самой помощь нужна. — Дженни, там совсем без вариантов? — обнадёженно спросил он. — Ну... Навестить может и смогу... — я посмотрела на Макса и он кивнул. — Когда? — Да хоть сейчас, на самом деле. — Давай я заеду за тобой? — спросил он. — У тебя машина есть? Ничего себе! — сказала я. — А ты что думала? — усмехнулся Тим. — Только я с другом буду, Мартин его знает. — Да пожалуйста, — ответил. — Ты мне только адрес скинь. — Хорошо. Я скинула ему адрес и мы остались ждать. — Кто это был? — спросил Макс. — Друг Мартина. Нам его надо навестить. Ты не против? Он отрицательно помахал головой. — Съездим, а потом решим, что делать, хорошо? Макс просто обнял меня. Я знала, что он винит себя. Тим подъехал минут через 15. Мы сели к нему в машину. Они с Максом пожали друг другу руки и мы поехали к Мартину. Мы поднялись на второй этаж и все вместе вошли в палату. — А чего оркестр ко мне не взяли? — пошутил Мартин. Мне было не до шуток. Но и показывать это, мне не хотелось. — Как ты себя чувствуешь? — спросила я у него, присаживаясь на стул. — Хорошо, — ответил Мартин. — Ты сегодня какая-то грустная. Что случилось? — Все нормально. — не хочу его погружать в свои проблемы. Не то, чтобы я ему не доверяю. Хотя о каком доверии может идти речь? Но, в любом случае, это мои проблемы. — Дженни, не ври мне. — более твердо сказал он. Он посмотрел на Тима и на Макса. — Выйдите, я хочу поговорить с Дженни. — сказал Мартин и Макс бросил на меня вопросительный взгляд, я кивнула. Они вышли. — Рассказывай. — Мартин, что мне сделать, чтобы ты отстал? Мои проблемы — мои проблемы. Они должны касаться только меня. — Может я смогу помочь? Поделись. — он не давил на меня, это была, скорее, просьба. Я посидела так еще пару секунд. Делиться или нет? — Я обратилась к маме за помощью, по поводу Макса. — начала я. — Разумеется, я, все ей рассказала. А она... Сказала, чтобы Макса больше дома у нас не было. А куда я его одного отпущу? Я ушла с ним. Сама не знаю, куда мы пойдём, но Макса не брошу. Я с ним и на свалке готова ночевать, но не брошу. Он слушал очень внимательно. Не перебивал, но хмурился, конечно, очень активно. Морщины так рано появляются. — И что собираешь делать? — спросил Мартин. — Пока не знаю. — ответила я. — Ты кушать может хочешь? Я могу в магазин сходить. — Нет, я завтракал. Он взял мою руку в свою. Этот жест был... Таким странным. Я не могу даже, наверное, описать свои эмоции от него. — Я могу помочь тебе? Помочь? Нет. Помощи я от него не жду. Я бы лучше, скорее сама ему и уже хотела побыстрее помочь. А как сказать то, что нет у меня сил на это? — Чем? Я и сама... — Хватит уже сама. — перебил он. — Ты же хотела мне помочь? Я кивнула. — Переезжайте с Максом ко мне. Чего? Куда? Ну нет. — Мартин, но... — Какие могут быть "но"? У меня трёхкомнатная квартира. Сиротам такие давали в то время, когда я выпускался с детдома. - нахмурился он. — Я не могу так. Я что-нибудь другое придумаю. — настаивала я. — Нет, Дженни, ты помогла мне и продолжаешь помогать. Я хочу теперь помочь тебе? Почему ты другим можешь помогать, а другие тебе нет? Я задумалась. Это, конечно, неплохой вариант. Я смогу следить и за Максом, и за Мартином. Но это все-равно все как-то... —;Ты согласна? Я пораскинула мозгами. Да ну как это вообще? Но через пару секунд кивнула. Другого выхода нет. На что он улыбнулся. Так искренне. Он вообще так улыбался за все время нашего общения? — Спасибо, Мартин. — сказала я. Он в ответ просто погладил по руке. — На самом деле... — пора бы уже с кем-то поделиться. — Я так переживаю за Макса. Мне кажется, его состояние, ну что-то совсем плохое... Я же не переживу, случись с ним что... Это мой самый близкий человек. Не было, нет и не будет мне ближе. А тут... Я стараюсь изо всех сил помочь. Ему нужна помощь, это так. Я сделаю все, но мне кажется я не справляюсь... Он немного помолчал, а затем сказал: — Ты хороший друг, самый настоящий. Но тебе тоже нужна поддержка и помощь. Ты не должна нести это на себе сама. Я уверен, вы справитесь. Нужно лишь время. Главное, не потеряйте друг друга. Я улыбнулась. Это то, что мне было надо. Правда меня это мало успокоило. Потому что за дверью все равно стоял Макс, который бьется в лихорадке каждую ночь, падает в обмороки, мучается от кошмаров и постоянной тревоги. — Я пойду с Максом поговорю, хорошо? — Конечно. Я вышла из палаты и подошла к Максу. Тим же сразу пошел в палату к другу. — Что такое? — спросил Макс. — Мы поживем пока у Мартина. — ответила я. — Ты уверена? — Все хорошо, Макс. Мы справимся. Не знаю, чем это все закончится, но помощь нам не помешает. Главное, что мы с ним, как и с самого детства, не разлей вода. Мы зашли обратно. — Надо же с врачом поговорить, да? Мы же можем тебя сегодня забрать, пока Тим здесь? — спросила я. — Да, думаю да. — ответил Мартин. — Ладно, я думаю мы с Тимом сходим, а Макс тут посидит. Что Мартин, что Макс, были этим недовольны, но им же надо привыкать друг к другу, мы еще неизвестно сколько будем жить у Мартина и не хватало для полного счастья, чтобы они поубивали друг друга. К тому же, я думаю, хотя бы иногда выходить на учебу. Экзамены мне никто не отменит, так что буду навёрстывать. Мы с Тимом вышли из палаты и пошли к врачу. — Странно, что он так быстро согласился. Я за всю нашу дружбу был у него пару раз и то недолго. А тут тебя сам позвал. — Ну и что? Это банальная благодарность. — Да, да, точно. Именно она. — усмехнулся он. И к чему мне это знать? Я лишь помогаю ему, а он мне. На этом все. Он поправится, Макс оклемается и мы разойдёмся. К тому же, если бы появился другой вариант, я бы не согласилась. — А вообще, мне было бы проще, если бы ты тоже на время переехал к нам. Мне будет сложно следить за обоими, да и Мартину явно нужна помощь во многом, я не могу таскать его на себе. — А твой друг немощный или что? Помочь не может? И чего ты следить за ним должна? Маленький? Сосу дать? — шутил он. Я остановилась и бросила на него недовольный взгляд. В моем присутствии, про Макса я так не дам говорить. Он понял, что мне это не понравилось. — Ладно, ладно. Прости. — Максу, как и твоему другу, да как любому человеку, может быть плохо и он тоже может нуждаться в поддержке. Если ты будешь так говорить, то мы разойдёмся с тобой на этом. — Все, все. Чего завелась? — поднял он руки. — Что ты там говорила? Я поговорю с Мартином. Если согласится, то съедимся все. Я молча пошла дальше. Он следом. Дойдя до кабинета, я постучала в дверь и мы вышли. — Добрый день. — Добрый, добрый. — ответил он, качаясь в своем кресле. — Мы по поводу Мартина Перес. Мы можем его забрать? Сегодня желательно. — спросил Тим. — Да, конечно. — ответил врач. — Но вы должны понимать, что за ним нужен контроль. Его состояние пока не улучшилось ни на грамм и вы должны понимать, что берете на себя колоссальную ответственность. — Мы понимаем. — сказала я. — Конечно мы обеспечим ему все, что необходимо. — Вы молодец, что не бросили его. Ему с вами повезлоне часто найдешь такого партнёра. — улыбнулся он. Я пожала плечами, а Тим удивлённо посмотрел на меня. Мы попрощались с врачом и вышли из кабинета. — И что это было? — нагнал он меня. — Ты о чем? — С каких пор ты его девушка? — Он бы не сказал мне о его состоянии без этого. Тебя ещё где-то носило, когда я приехала и он был совсем не в состоянии. Конечно, что ответить на это, он не нашел. Видимо что-то тут не так. Они не выглядят, как хорошие друзья. Выглядят, как чужие. Не знаю. Но, очевидно, мне предстоит узнать. Мы вернулись в палату. Макс перетащил стул в другой угол подальше от Мартина, а Мартин сидел с таким лицом, как будто его с обезьяной посадили. — Вы же понимаете, что вам еще жить вместе? — посмеялся Тим. Я просто улыбнулась, но понимала, что это скорее плохо, чем весело. — Макс, нам надо будет съездить домой и вещи какие-нибудь забрать. — сказала я. — Твоя мама нас в заложниках держать не станет? — пошутил он. — Да я и не знаю, ну мы же в одной одежде жить не можем, к тому же я планирую возвращаться на учёбу. — А что у вас случилось-то? — влез Тим. То что Мартину на эмоциях я выложила, не говорит о том,что теперь все должны знать. — Тим, я тебя не очень-то и долго знаю, но почему-то кажется, что ты любитель сувать свой нос в чужие дела. — подметила я. Тим насупился, а Макс и Мартин похихикали. Не знаю, может они ещё и поладят. — Вообщем предлагаю так. Мы с Максом едем ко мне домой и собираемся там, а Тим пока отвезет Мартина домой и поедет к себе за вещами, а после заберёт нас и мы все уже к Мартину. — предложила я. — Так, подожди, а Тиму за вещами зачем? — недоумевал Мартин. Я бросила взгляд на Тима. Он ему еще не сказал. Ну ладно. — Мартин, мы тут подумали... Вообщем, может Тим с нами тоже поживёт? Ну мне за вами двоими будет тяжело, да и на учебу мне тоже надо иногда выходить. Ненадолго, как вам обоим станет лучше, то Тим уедет. Да и мы у тебя задерживаться не станем. Просто, мне будет совсем тяжело. Он пораскинул мозгами. Я уже ожидала, что сейчас нам всем придётся выходить из палаты, потому что нас сейчас к чертовой бабушке погонят, но он сказал: — Ладно. Так, ну прогресс, считаю. А я всегда мечтала пожить с друзьями. Но может тут не все конечно мне друзья. Но все-таки. Так мы и сделали. Тим завез нас к маме, а сам поехал к себе. — Тебе лучше тут побыть. — Ты уверена? - спросил Макс. — Уверена. Она может, что угодно сейчас сделать. Она изменилась как-то. Мы с ней и не общаемся в последнее время. Что с ней происходит - я не знаю. — Будь аккуратна, и если что звони мне сразу. — ответил он. — Все будет нормально. — сказала я, заходя в подъезд. Я быстро поднялась домой. На самом деле, я надеялась, что она куда-то ушла, как делала в последние дни. Я дернула за ручку. Дверь открыта. Странно, она всегда ее закрывает. Зашла я домой. И вижу, стоит пара мужской обуви. Явно не наша. Ну как бы это и так понятно. Не одна она, выходит? Дочь из дома ушла, а она гостей зовёт? Хорошо. Окей. Надо быстро вещи собирать. Проходя мимо ее спальни, я не буду говорить, какие звуки я слышала, потому что мы все прекрасно понимаем, что я могла услышать из комнаты, в который закрылись мужчина и женщина. Я зашла в комнату и быстро взяла сумку. Он была большая. Обычно я с ней на тренировки ходила. Потом спортзал я забросила, а сумка так и осталась. И вот пригодилась. Я положила 3-4 кофты, 2-3 джинс, юбку, брюки, косметичку и всякую мелочь, которая мне была нужна в моей повседневной жизни. Закинула тетради для учебы, учебники брать не стала. Меля поделится. Еще достала шкатулку. Там были мои сбережения на машину. Да я собиралась сдавать на права и очень хотела машину. Мама сказала, что сможет оплатить, но я стала откладывать. Этот была моя мечта и если мама не сможет, то я буду иметь уже какую-то сумму. Теперь эти деньги уйдут нам на жизнь, потому что я не работаю, обеспечивала меня мама и теперь мне нужно делать это самой. Ничего страшного, если что, обойдусь. Машина - это не крайняя необходимость. Хотя с моей-то весёлой жизнью... Я закрыла сумку. И пошла к выходу. Мама, видимо, уже закончила со своим гостем и вышла попить воды. Благо в халате, а не в том, чем мама родила. Я сделала вид, что ее нет, но она же увидев меня, подавилась. Она не ожидала, что я тут. Не думаю, что я буду тут когда-то еще жить. Когда закончу школу и помогу ребятам, уеду куда-нибудь на учебу подальше и не приеду сюда больше, но ключи пока не отдала ей. Она подошла ко мне. — Дженни, давай поговорим? — сказала она. — Не будем мы говорить, мне утром это надо было, сейчас нет. Ты показала себя в трудной ситуации. Можешь устраивать свою личную жизнь. А я думаю, чего она последнюю неделю вообще дома не появлялась, жизнью моей не интересовалась? А тут вот как. Мам, мне все ясно. Удачи тебе. — сказала я, обуваясь. Она хотела возмутиться, но сил ругаться у меня не было и я просто вышла из квартиры, хлопнув дверью. Спустилась вниз к Максу. — Ну что? — Все супер. — сказала я и улыбнулась. Стало легче. Я ей сказала, что хотела. Разумеется, она была хорошей мамой, но так не делается. Чтобы у нее не произошло - я бы ей помогла. Всю себя бы отдала, лишь бы у нее все было хорошо, даже с этим кто это был. Но она выбрала поступить по другому, хорошо. Возможно во мне хлещет подростковый максимализм, кто знает. Когда вырасту - посмотрю на эту ситуацию под другим углом. Сейчас же я иду за Максом. От него отказались все. А я нет. И не будет такого. — Мне бы тоже домой сходить. Мне ж тоже надо как-то жить. Родители, по идее, у меня сейчас на работе. — сказал он. — Конечно, идём. Мы пошли к Максу домой. Я видела, что ему плохо. Он немного подрагивал, да и бледный был. Но сейчас нельзя жалости проявлять. Нужно быстро собрать его вещи, доехать до Мартина, а там уже он сможет отдохнуть. Минут за 10 мы дошли до дома Макса. По пути, я скинула адрес Макса Тиму, чтобы он нас забрал оттуда. Мы зашли к нему домой. Его родителей правда не было. Дома была привычная их семье атмосфера. Вроде уютно, а вроде холодно. В плане того, что у них не семья была, а привычка. Жили они просто потому, что была привычка им эта жизнь. На самом деле, это не удивительно, что Макс связался не с той компанией. Он, конечно, ни в чем не нуждался, и воспитание должное. Но любви ему не давали. Его родители просто исполняли свои обязанности. Я размышляла об этом, пока он собирал свои вещи. Он, казалось, тоже был расстроен. Не знаю из-за чего. Могу только догадываться. — Тебя что-то тревожит? — спросила я. Но он молчал. Не разговаривал. — Если не хочешь - не делись, но знай, что я готова тебя выслушать, в любой момент. — продолжила я. — Я виноват. — сказал он. — Перед родителями. Перед тобой. Перед твоей мамой. Даже сейчас мы едем к этому Мартину. Я испортил все. Абсолютно. У меня было хорошая жизнь, я же все испортил. Об этом я и догадывалась. Конечно. Он будет винить себя. Вина его действительно есть. Но ответственнен он только перед собой. На меня это не повлияло. Я сама выбрала ему помогать. Сама выбрала уйти с ним. — Ты виноват только перед собой. Прими это. То, что твои родители перестали с тобой общаться - это их выбор. То что я пошла за тобой - мой. И так работает на всех. Не вини себя. Лучше, придумай, как поступить сейчас, чтобы не подвести себя в первую очередь. Он, кажется, хотел что-то сказать, но промолчал. Иногда, мне казалось, что у Макса бывают периоды, когда он впадает в синдром жертвы. Меня это напрягало. Но он же, в то же время и старался. Двоякое было у меня отношение к этой ситуации. Он и ныл-то всего пару раз. И то это можно списать на ломку. Вообщем, я ничего ответить не могу на этот счет. Просто помогаю ему, в наверное, самый сложный период его жизни на данный момент. Как и предполагалось в дружбе. Что делать с мамой, я не знала. Такая ситуация в первый раз. Она меня всегда поддерживала, была рядом. А тут такое. Я очень люблю. Надеюсь, все наладится. А еще, меня радовало, что у Макса совсем скоро день рождение. Сейчас не самая подходящая ситуация для его празднования, но ему будет 18 и если мама захочет вернуть меня тем, что заявит на Макса - он не пострадает. Вскоре Макс закончил собирать вещи и мы спустились вниз. Там уже был Тим. — Ну что вы так долго-то? — А ты чего недовольный такой? — усмехнулась я. Мы сели в машину и поехали домой к Мартину. Когда Тим заезжал во двор, я успела его разглядеть. Двор был новый. Дом сам не очень, а вот двло , судя по всему, ремонтировали. Хорошие новые качели, карусели, всякие горки и лазелки. Мне же больше понравились беседки. Как же это кстати. Посидеть и попить горячий кофе на свежем воздухе. Мне кажется, я уже влюбилась в этот двор. Мы подъехали к подъезду Мартина. На улице октябрь, а бабулькам хоть бы хны. Сидят и болтают. Подъезд мне тоже понравился. Светлый, скамейки рядом, фонарь есть, зелени много. Когда мы выходили из машины, все внимание местных старушек перешло на нас. Они смотрели на нас с таким интересом, словно мы звезды Голливуда или что-то подобное. — Здравствуйте. — сказала я, улыбаясь. Ну что поделать? Меня так учили. — Здравствуйте, здравствуйте! — сказали они хором. — А вы к нам переезжаете или как? — Да в гости, вы не переживайте. Шуметь и мусорить не будем. — сказала я. Максу и Тиму же было весело. Ну я посмотрю на них, когда одна из них порчу решит навести. Бабулям только дай повод куда-то на автобусе смотаться. Мы зашли в подъезд. Дом был шестнадцатиэтажный. А Мартин, оказалось, жил всего на восьмом. Вообще, это конечно не всего, я вообще жила на третьем. И вот оно. То ли начало конца, то ли начало новой жизни. Ладно, узнаем. И надеюсь, поскорее. «Я рядом. Реши. Хорошо ли тебе от этого?»