Рыжий дьявол

Лили убрала пустой пузырек из-под рябинового отвара в свою сумку и выдохнула. Внимательно осмотрев Северуса, что сидел напротив, девушка мягко улыбнулась: — Ну вот и все. А ты сопротивлялся. Ответом ей стала горькая усмешка и тень признательности, мелькнувшая в темных глазах. Снейп никогда не отличался способностью благодарить вслух, но это было и не нужно, потому что девушка улавливала все несказанное в его жестах и взгляде. Молчит? Ну и ладно. Как будто она не привыкла к этому за столько лет. — Ты не обязана была. Он поднялся на ноги и отряхнул полы мантии от пыли. Лили последовала его примеру и хмыкнула: — Знаю. Я не считаю это своей обязанностью. Просто помогаю, потому что ты — мой друг, Северус. Друг… Юноша едва заметно поморщился и спрятал бледное лицо за завесой черных волос, в надежде скрыть свое отношение к этому, казалось бы, устоявшемуся званию. Он давно привык быть просто другом, но эта привычка отзывалась тянущей болью где-то внутри каждый раз, когда Лили снова так его называла. Но лучше быть просто другом и иметь возможность видеть ее и разговаривать, чем просто со стороны, словно одержимый, наблюдать за тем, как она болтает, смеется и обменивается новостями, но…не с ним. — Спасибо. Бросил он, поднимая с земли свою потрепанную сумку и сжимая ее крепче, чем хотелось бы. Девушка обернулась к нему. Резко, отчего ее рыжие волосы разметались по худым плечам: — Ой, вот только не пытайся быть вежливым. А теперь извини, мне еще нужно надрать Поттеру задницу за то, что он сделал. Ты ведь не против, да? На ее веснушчатом лице засияла яркая улыбка, а в зеленых глазах заплясали такие черти, что Снейпу подумалось о том, что он не хотел бы обратить на себя ее гнев, который так искусно прятался за столь обворожительным внешним видом. Он не успел ничего ответить, лишь качнул головой, когда девушка, помахав рукой, побежала в сторону замка.

***

В гостиной Гриффиндора было шумно и многолюдно. Студенты после занятий кучковались на мягких креслах и диванах, уткнувшись носами в книги, свитки, болтая между собой и обсуждая последние новости. Кто-то жевал кексы, унесенные с собой после ужина, кто-то страдальчески вздыхал, держа в руках палочку, а кто-то просто откровенно бездельничал, громким хохотом прорываясь сквозь общий гвалт. — Да брось, ты видел его глаза, когда я только к нему подошел? Вот же умора. Наш бедный нюньчик наложил в свои портки еще до того, как я за него взялся. Новый взрыв противного хохота раздался откуда-то из угла гостиной, куда свет доставал не так хорошо, и по углам приютились клубящиеся тени. Лили прекрасно знала, где искать свою цель. Сложно было не догадаться, что Джеймс будет с упоением смаковать свою очередную пакость, совершенную утром перед занятиями. Девушка размашистым шагом направилась через всю гостиную ровно в тот угол, откуда слышался знакомый голос. Внутри клокотала ярость, а пальцы отчаянно сжимали в руках волшебную палочку. В общей суете никто особо не обратил внимания на ее появление, но стоило только Лили шагнуть в легкий полумрак самой дальней части гостиной, как тут же взгляды тех, кто там сидел, были прикованы только к ней. — О, Эванс, ты как раз вовремя! Воскликнул Джеймс, а в следующий момент уже вжался в спинку мягкого кресла, с ужасом глядя в разъяренные зеленые глаза сквозь стекла своих очков. — Ты — жалкий кусок дерьма, Поттер! Ее голос разорвал фон общего галдежа, и обитатели гостиной притихли, бросая взгляды в сторону теневой компании. Эванс прижала кончик своей палочки к горлу Джеймса так, что тот не мог нормально сглотнуть. В ее груди разгорелся пожар таких масштабов, что, если бы он вырвался наружу, то спалил бы к чертям собачьим всю эту гостиную вместе с ее жителями. — Эванс, какого черта ты творишь?! Сириус вскочил было с места, но Лили только сильнее вдавила палочку в чужое горло: — Только сунься, Бродяга, и этот слизняк тут же об этом пожалеет. Прошипела она и прищурилась, следя за спектром эмоций, которые искажали резко побледневшее лицо Поттера прямо перед ней. Сириус замер на месте, напряженно наблюдая за происходящим, но дергаться не стал, потому что знал — злить Эванс буквально худшая идея из возможных. Девушка наклонилась к Джеймсу ближе и, глядя в его глаза, зло прошептала: — Лучше бы тебе завтра пропустить матч, Поттер. Помяни мое слово. Лили убрала палочку от его горла также быстро, как и приставила, а следом развернулась на пятках и разъяренной гарпией покинула гостиную, направившись прямо в спальню для девочек. — Охуеть… Только и выдавил из себя Сириус, провожая ее глазами. Джеймс же просто молчал, судорожно втягивая в себя воздух.

***

Утром Лили появилась в общем зале, как ни в чем не бывало. Когда она подошла к своему месту, ее встретил хмурый взгляд Люпина, сидевшего напротив. — Доброе утро, Римус! Девушка улыбнулась и поставила сумку на скамью, не торопясь садиться. Ничто в ее внешнем виде не выдавало намерений, скрывавшихся за милой улыбкой и непринужденным тоном девичьего голоса. — Ага, доброе. Ты что вчера устроила, Лили? Эванс вздернула рыжую бровь: — А что я вчера устроила? И где эти три остолопа? Римус поджал губы и покачал головой, понимая, что детального рассказа от подруги не добьется. По крайней мере сейчас. Версия, рассказанная Сириусом вчера вечером, впечатлила его настолько, что юноше хотелось услышать о случившемся и от другой стороны конфликта, однако, девушка не спешила его просвещать. — Как видишь, еще не явились. Что не особо удивительно после твоего вчерашнего феерического выпада. Лили хитро ухмыльнулась и тряхнула чуть вьющимися темно-рыжими волосами, абсолютно игнорируя напряжение в голосе Люпина: — А, они успокаивают бедняжку Поттера, который чуть со страху не обоссался? Чудно! Мне же проще. Она оперлась одной рукой о край стола, загораживая обзор студентам, сидящим рядом, и сделала вид, что тянется за яблоком в большой металлической чаше, стоявшей в середине. То, что тянула руку она ровно над стаканом тыквенного сока, который ждал Джеймса Поттера, заметил только Римус. Как и то, что в этот самый стакан едва заметно просыпалось нечто из широкого рукава девичьей мантии. Взяв свое яблоко, девушка, наконец, уселась на скамью и с прищуром глянула на друга: — Что-то не так, а, Римус? Юноша сжал и разжал кулаки. Он прекрасно понимал, что ничего хорошего за этим не последует, но был буквально связан по рукам и ногам. А еще он понимал, что Эванс никогда не будет совершать ничего подобного, не имея на то веских причин. А причина, в этом случае, была более, чем веская. Северус Снейп. — Лили, какого черта? Что это вообще? Прошипел он, наклоняясь вперед, чтобы окружающие не слышали их диалога. Девушка сделала также: — Ну так сдай меня, Римус. Сдай меня, если считаешь, что я поступаю неправильно. Сдай меня, если считаешь, что Поттер этого не заслуживает. Сдай меня, если думаешь, что никогда не окажешься на месте того, кого травит этот гад. Ее тон был пропитан вызовом и ядом, который умеют источать только девчонки. Во всяком случае, такой угрозы и такого ледяного холода Люпин никогда не встречал у парней. Юноша бросил взгляд в сторону дверей зала, откуда доносились знакомые голоса. — Надеюсь, что ты об этом не пожалеешь, Лили. Что бы ты туда не насыпала. Этого Эванс было достаточно. Она села ровно и принялась за свой завтрак, когда рядом с ней на скамью уселся Джеймс, а к Римусу присоединились Сириус и Питер. Весь завтрак девушка показательно игнорировала всю компанию, в упор не замечая косых взглядов Блэка, натянутых шуток Джеймса и любых попыток втянуть в ее разговор. Когда тарелки и стаканы опустели, она собралась было уйти, но кое-кто весьма отчаянный придержал ее за рукав мантии: — Эй, Эванс. Думаешь, напугала меня? Приходи сегодня на матч. Увидишь, насколько ты ошиблась. Лили растянула губы в самой милой улыбке, на которую была способна: — О, я приду. Даже не сомневайся, Поттер. После этого она выдернула свой рукав из его пальцев и спешно покинула большой зал, потому что теперь ей предстояло самое сложное — уговорить Северуса пойти на матч вместе с ней.

***

Уговаривать пришлось долго. Снейп в упор не хотел смотреть на кучку, по его мнению, идиотов, которые пытаются забросить мяч в кольцо, гордо восседая на метлах. Никакие аргументы не действовали, поэтому Лили просто пришлось сказать о том, что если Северус с ней не пойдет, то пропустит фантастический провал Поттера на глазах у всей школы. Давать ему какие-то еще вводные она отказалась, но горькая обида и жгучая ненависть внутри ее друга сделали свое дело. А потому они оба сидели на трибунах вокруг игрового поля, в ожидании начала матча. Да, каждый находился вместе с учениками своего факультета, но это не отменяло того факта, что Северус все же присутствовал на представлении, которое устроила Эванс. Игроки высыпали на поле, держа в руках метлы, комментатор задорно объявлял каждого поименно, а студенты гудели, поддерживая своих фаворитов. Символичным было и то, что сегодня Гриффиндор выступал против Слизерина. Команды взмыли в воздух, и игра началась. По началу все шло хорошо. Джеймс даже умудрился послать Лили несколько слащавых улыбочек, зависая напротив трибуны своего факультета на пару секунд. Девушка, поддерживая свой имидж, кивала в ответ и всячески делала вид, что искренне надеется на победу, которую принесет именно Поттер. Северус откровенно скучал и злился на себя, что в очередной раз пошел на поводу у Эванс, но покидать трибуны не спешил, потому что в обмане именно в их отношениях, девушка никогда замечена не была. Ближе к середине матча началось то, ради чего Лили ночью пробралась в теплицы замка, где проходили их занятия травологией. Джеймс Поттер замедлил свой полет, одной рукой удерживая метлу, а второй хватаясь за свой живот. Сердце бешено колотилось в его груди, а холодный пот стекал по вискам и лбу, попадая в глаза. Состояние было такое, словно он сейчас потеряет сознание, но мир оставался на месте, только звуки стали глуше из-за нестерпимой боли в животе. Болельщики Гриффиндора испуганно перешептывались между собой, кто-то бросал гневные комментарии, а кто-то осыпал проклятиями ловца команды факультета. Джеймсу было нехорошо, как вдруг боль отступила, словно ее и не было. Юноша было выдохнул и снова набрал скорость, пытаясь сосредоточиться на поиске маленького золотого мяча, как вдруг невероятный спазм вновь скрутил его, заставляя сжать колени и выпучить глаза. Он не успел бы спуститься на землю, даже если бы очень сильно захотел. Он не успевал сделать буквально ничего, чтобы остановить действие порошка, оказавшегося с утра в его стакане тыквенного сока. На его штанах сзади, с весьма характерным громким звуком, расползалось пятно на глазах у изумленных зрителей с биноклями. И без них. — А я ведь тебя предупреждала. Одними губами сказала Лили, когда обезумевший взгляд карих глаз из-за стекол очков устремился прямо на нее.

***

То безумие, которое творилось среди студентов после досрочного окончания матча, описать невозможно. Стоит ли говорить, что ловец команды Гриффиндор заперся в каком-то из мужских туалетов и отказывался оттуда выходить под любым предлогом? Лили успела в общей суматохе подбежать к Северусу и поинтересоваться, понравилось ли ему шоу. Снейп был настолько впечатлен, что даже не особо нашелся, что сказать. Только посмотрел на Лили с привычным восхищением и благодарностью, стараясь затолкать поглубже колючее чувство вины. Она ведь ради него подставила весь свой факультет! Подумать только… Ради него. Весь. Чертов. Факультет. Странное чувство тепла все равно плескалось у него внутри, когда девушка сжала пальцами его ладонь и задорно рассмеялась. Она бы не стала делать это для кого-то, кто был бы ей не важен, ведь так? И пусть Северусу казалось, что Лили не должна была так поступать, пусть он считал, что защита от девчонки — это как-то неправильно, но чувство, что он важен ей, согревало лучше любой мести. Хотя, стоит признать, месть тоже была ужас как хороша.

***

Лили сидела во дворе, отстранившись от всех обсуждений произошедшего. Она вдыхала прохладный вечерний воздух и наслаждалась тишиной, которая ласкала слух после невыносимого гвалта, стоявшего во всей школе. Девушка сразу заметила, что ее приятное одиночество собираются нарушить. Она подняла глаза и без удивления встретила хмурое появление крайне недовольного друга. — О, Римус. Как неожиданно. Хмыкнула она, глядя на него снизу вверх. — Лили, ты подставила весь факультет. Ты буквально запятнала нашу репутацию своим поступком. Ты, в конце концов, спровоцировала невероятное количество насмешек и издевательств, которые Джеймсу придется терпеть не знаю сколько времени. Девушка удивленно вскинула брови и чуть откинулась назад: — Запятнала репутацию? Так вроде это Поттер обосрался на глазах у всей школы, а не я. Люпин выругался и взъерошил каштановые волосы, которые и без того не были похожи на идеальную прическу: — Скажи, оно того стоило? Девушка улыбнулась уже совершенно искренне: — Несомненно, Римус. Несомненно. Юноша усмехнулся и сунул руки в карманы форменных брюк. Ему подумалось, что злить этого рыжего дьявола в юбке — худшая идея из возможных.