Снимок Филлипа

Они добрались до заброшенного здания, и ночь сомкнулась вокруг них, будто живая, впитывая в себя каждый звук. Здесь было холоднее, чем на улице — пустые стены хранили в себе промозглый воздух, а ощущение тревоги словно висело в тёмных углах. Филлип в последний раз осмотрелся, взвешивая в голове детали плана. Он знал, что рискует. Знал, что идёт туда, откуда может не вернуться. — Здесь, — он кивнул на тёмную нишу в стене. — Ты спрячешься тут. Эбби хотела возразить, но в его взгляде читалась твёрдость. Он не собирался обсуждать. — Если что-то пойдёт не так, — он сделал паузу, — беги. Не оглядывайся. Эбби вздохнула, но ничего не сказала. Фил сунул руку в рюкзак и достал свою вторую камеру. Чёрный корпус, потёртая кожа ремешка — его личная вещь, та, с которой он никогда не расставался. а вторую нацепил на себя , чтоб записать видио — Возьми. — Зачем? — Эбби нахмурилась, не сразу приняв его подарок. — На всякий случай, — он пожал плечами, делая вид, что это не имеет особого значения. Но внутри него что-то сжалось. Он не сказал правду. Отдавал не просто так. Отдавал как память о себе, если вдруг что-то случится. Если он не выйдет отсюда. Следом он оставит свою кофту ей — Оставь себе, — коротко бросил он, не давая ей времени на возражения. И, наконец, последнее. Филлип нащупал на своей шее кулон. Маленькая серебряная книжка, его единственная драгоценность, та, что всегда была с ним. Он расстегнул цепочку и вложил её в руку Эбби. — Рыжик, я не могу… — Можешь. И он сжал её пальцы, вынуждая принять. Её губы дрогнули, но она не стала спорить. Он развернулся и пошёл вперёд, в темноту, туда, где его ждала неизвестность. На кону была либо жизнь, либо смерть.