наши отношения закончатся через год

Вдохновение, словно, пришло в моменте. Ян вздохнул, взял кисть и, наконец, коснулся холста. Лёгкое движение — и на белом фоне появилась первая линия. Каждый штрих, который Ян наносил на холст, казался неуместным, как будто он просто пытался заполнить пустоту. Но он знал, что именно рисует, и чувствовал, как каждый мазок освобождает его от груза печали. Ян продолжал, не задумываясь о том, что получится в итоге. Он создавал образ, который был не просто портретом, а отражением всех тех эмоций, которые переполняли его. Казалось, Ян рисовал не только Каина, но и себя, всю свою боль и жажду общения. Он думал, что: «может, Каин действительно нашёл кого-то другого, возможно, компанию получше, но это не должно меня останавливать. Я решил, что не позволю страхам управлять мной. Я должен выразить то, что чувствую, даже если это не приведет к восстановлению наших отношений.» Время летело незаметно, и, погружаясь в работу, Ян напрочь забыл о внешнем мире. Теперь существовали только он и процесс его творения. Ян чувствовал, как краски оживают под руками, как они начинают рассказывать историю, которую он сам не мог сформулировать словами. И в этот момент он понял, что, возможно, именно в этом и заключается искусство — в способности передать свои чувства и переживания без слов. Когда Ян наконец отступил назад, чтобы оценить свою работу, он увидел не просто изображение человека, а целую палитру эмоций, которые переплетались между собой. Это был не просто портрет; в этом процессе он нашел утешение и понимание себя — это была его душа.

***

Прохлада и дожди сменили тепло — поздняя осень заявила о себе. Для некоторых это время стало началом осенней депрессии… Хотя, возможно, дело было не в сезоне, а в людях. Время, словно, сошло с ума, пока Каин снова не мог уснуть, ворочаясь в постели; ему казалось, что ночь длится бесконечно долго. В попытке успокоить навязчивые мысли он подошёл к окну и распахнул створки настежь, позволяя ветру ворваться в комнату и охладить его разум. Сев возле окна, он чувствовал, как холод пронизывает тело, а ветер дует в лицо и треплет волосы. Каин стал созерцать ночное небо и заметил: «Печально, звёзд уже давно не видно. И с каких это пор я начал так трепетно обращать на них внимание? Неужели перенял эту привычку от Яна?» Каин неожиданно выпустил истеричный смешок. Такие мысли становились как острые осколки, вонзающиеся в сознание, заставляя сомневаться в своих же мотивах и желаниях. Каину нужно было отдалиться от Яна лишь для того, чтобы искоренить все свои чувства к нему. Однако собственные мысли постоянно вызывали в нём противоречия, не говоря уже о чувствах, которые, казалось невозможно было затупить. Он осознавал, что, как бы ни старался убежать от этих мыслей, ему всегда удавалось лишь споткнуться и упасть в их омут. «Снова Ян… Ян, Ян, всегда Ян. Ты находишься у меня в голове двадцать четыре часа в сутки. Времени порозень прошло совсем немного, а я уже начинаю терять рассудок от того, что тебя нет рядом». Этот выбор Каина был пропитан горечью и решимостью. Он осознавал, что должен оставить свои чувства позади, но эта боль заставляла его понимать: разрывать связь с Яном — значит разрывать часть себя. Несмотря на все усилия, Каин понимал, что, покидая эту дружбу, он оставляет нечто большее, чем просто воспоминания. Он оставляет часть своей души и ту связь, которая когда-то связывала их вместе. Облокотившись руками на подоконник, Каин прикрыл веки и медленно вдыхал холодный воздух. Время до рассвета неумолимо истекало. Чувствуя, как усталость постепенно охватывает его тело, Каин решил не задерживаться и вернуться в кровать, надеясь, что сон всё же придёт.

***

Дождь лил с самого утра. Ян забыл взять зонт и, прикрывшись одним лишь капюшоном, шел в одиночестве в школу. Яну казалось, что идти в этой пустой тишине одному неуютно. Единственным утешением для него была погода: серое небо, шум дождя и запах мокрого асфальта. «Если любишь радугу, нужно любить и дождик», — часто повторял он эту фразу Каину, который, в свою очередь, не мог смириться с такой сыростью и унынием.

холодная осень – КОСМОНАВТОВ НЕТ

Заявившись в класс в мокром виде, Ян снял толстовку и, оставшись в воглой рубашке, сел поближе к батарее, чтобы согреться и высохнуть. «Не ожидал, что продрогну до такой степени», — легонько усмехнувшись, подумал он, устраиваясь поудобнее. «До звонка ещё есть время, успею отогреться, и, надеюсь, что к окончанию занятий толстовка высохнет». Вдруг прямо за Яном раздался громкий хлопок закрывающегося окна. От испуга он резко обернулся в сторону звука. Каин закрыл открытое окно, которое находилось позади Яна. И, кажется, Каин был недоволен и бурчал себе под нос то, что кто вообще проветривает класс в такую холодную и сырую погоду. «Что за дежавю?» — подумал Ян, не отворачиваясь и наблюдая за действиями Каина. Как только тот завершил свою, казалось бы, простую задачу, он сразу вернулся на своё место, не произнеся ни приветствия. Хотя Каин в последнее время и держался на расстоянии, сейчас его импульсивность насторожила Яна, будто он всё ещё пытался проявить заботу.

***

Уроки подошли к концу, и Ян подумал, что настало время действовать. Замысел, который, возможно, сможет хоть немного задеть Каина, чью природу он знал лучше, чем кто-либо другой. Ян стремился испытать его реакцию, как искусный художник, желающий запечатлеть на холсте мимолётное выражение. – Ребят, а кто за то, чтобы сходить вместе в ПК-клуб? – воодушевлённо спрашивает Ян с улыбкой на лице. – Да, в принципе, можно, – Лестер, собрав свои вещи, с лёгким недоумением отозвался и, не удержавшись, добавил с хитрой усмешкой: – Очкарика тоже с собой берём! Будет раздавать нравоучений, и я хоть заслуженно на ком-то оторвусь. – Мне суфлёры не нужны, поганка ты рыжая. Я и так собирался пойти, – Ноа закатывает глаза и разводит руками, – И вообще-то у очкарика есть имя, прошу заметить. А, ну да, с твоим-то крохотным мозгом ты и на запоминание имён не способен. – А ну-ка, повтори ещё раз, что ты там про меня съязвил? – Лестер одевал свою олимпийку и с наигранным раздражением смотрел на Ноа. – А ты ещё и глухой, оказывается? – Ноа всерьез задумался. – Это тянет на жёлтую карточку. Я даже тебе завидую: пенсия по инвалидности... Сходи, проверься лет так через пять, может, и работать не придётся, на благо твоим коллегам, господи прости. Пока ребята в перебранке решали свои вопросы, Ян наблюдал за Каином, который собирал свои вещи и на первый взгляд никак не реагировал. Но на долю секунды Ян заметил на лице Каина расстройство — своего рода гримасу боли, которую отчаянно пытались скрыть. Ян решил идти напролом и добиться хоть какого-то результата. – Вот и славно, как раз дождь кончился. – Подойдя к Каину, он обнял его за плечо и обратился, – Пойдём вместе? Каин ничего не ответил и лишь настороженно посмотрел на Яна, сбрасывая его руку с плеча и направляясь к выходу из класса. Ян дождался, пока Каин выйдет, и пошёл за ним в догонку. – Кажется, наш организатор свалил, – поправляя очки, сказал Ноа. – Как думаешь, он вернётся? – Лестер с явным расстройством о потере товарища ждал от Ноа ответа. – Да чёрт его знает, я думаю, ему уже не до этого...

***

– Эй! Почему ты так себя ведёшь – Хватаясь за плечо Каина, Ян пытался немного замедлить его. – Прошу, не надо меня трогать. – Каин не собирался останавливаться, чтобы вести диалог, и продолжал идти с той же быстротой. – Да в чём проблема? У тебя что-то случилось? Или я чем-то обидел? – Ян отпустил Каина, но продолжал идти с ним в темпе. – Всё нормально, тебе показалось, – Каин повернулся к Яну с фальшивой улыбкой. – Ты думаешь, я дурак? Я прекрасно вижу этот холод с твоей стороны. – Видишь? Со своим минус три? В общем, не бери в голову, все отлично. – Почему ты избегаешь меня? Почему уходишь от разговора? Что ты скрываешь? – от раздражения тон Яна стал более требовательным, будто он здесь и сейчас ждал всех объяснений. – Хватит, Ян! – Каину казалось, что от хладнокровия до истерики остался один маленький шаг. Его голос подрагивал, но он всё же остановился и вгляделся Яну прямо в глаза. – Хватит идти за мной, хватит задавать вопросы. Возвращайся к своей жизни. – К жизни без тебя я не вернусь, мне нужны ответы, – смерив пронзительным взглядом Каина, Ян продолжал. – Сейчас я оставлю тебя, но если позже мы не поговорим, я буду преследовать тебя и дальше. – Хорошо, – пылко ответил Каин и, развернувшись, стремительно пошёл дальше, пока Ян, в свою очередь, остановился и лишь наблюдал за его уходом.

ревнивая луна — КОСМОНАВТОВ НЕТ