Как полюбить соседку

Митяй, или, более официально, Дмитрий Александрович Рудин, сидел за рулём своего верного «Ниссана», мчась по трассе в сторону Москвы. В голове роились мысли, как тараканы на кухне общежития. Всё началось с того злополучного поста его соседки ВКонтакте. «В Москве нормальных мужиков ноль целых хрен десятых, одна херня.» — писала гламурная блондинка, бывшая соседка по дачному посёлку Тихие Зори, Ксения Сотникова. Митяя словно током ударило. «Это она про меня, что ли?» — промелькнуло в голове. Нет, он, конечно, пакостник знатный был, соседке жизнь отравлял, но чтоб уж прям «одна херня»? Обидно стало, честное слово. Да и не только обида грызла Митяя. Он Москву любил просто до чёртиков, да и переезжать туда собирался всерьёз. Квартиру уже присмотрел – не хоромы, конечно, но для начала сойдёт. И тут Ксюша со своими «ноль целых хрен десятых». «Ну уж нет, Ксюша, я тебе докажу, что ты не права!» — решил Митяй, вдавил педаль газа и погнал в столицу. Москва встретила его шумом, суетой и запахом кофе. Митяй, как человек, любящий комфорт и хорошие напитки, сразу направился в своё любимое кафе на Патриарших. Каково же было его удивление, когда за одним из столиков он увидел… Ксюшу! Та самая Ксюша, собственной персоной, сидела, потягивая какой-то гламурный коктейль и копаясь в телефоне. «Вот это поворот!» — подумал Митяй, но отступать не собирался. Собравшись с духом, он подошел к столику. – Ксюш, привет! – улыбнулся он, махнув бывшей соседке. Блондинка вскинула голову и удивленно уставилась на Митяя: – Митяй?! Ты… что ты тут делаешь? – Да вот, решил в Москву перебраться. Совсем. – усмехнулся парень. – А ты, я смотрю, тоже тут частый гость? – Ну, бывает. – пожала плечами Ксюша, немного смутившись. – Люблю это место. Митяй присел напротив. Неловкое молчание повисло в воздухе. – Ксюш, слушай… – начал Митяй, глядя блондинке прямо в глаза. – Я хотел извиниться. За все мои пакости… Ну, ты помнишь, наверное. Ксюша усмехнулась: – Да уж, не забудешь. То шокер под покрывалом кровати, то веник вместо цветов… Весело было, ничего не скажешь. – Ну, весело – не весело, а я понимаю, что перегибал палку. – искренне сказал Митяй. – Прости, если что не так. – Да ладно, чего уж там, – махнула рукой Ксюша. – Я тоже хороша была. Вечеринки, шум, спать не давала… Тебе, наверное, тоже доставалось. – Бывало. – улыбнулся Митяй. – Но ты… ты всё равно классная. Ксюша покраснела. – Спасибо. – тихо проговорила она. Митяй откашлялся, немного волнуясь. Решил – была не была! – Ксюш, я тут… цветы тебе принёс, – сказал он, преподнося блондинке букет алых роз. – Просто так. Ведущая шоу «Небожители» явно смутилась. Она взяла цветы и уткнулась в них носом, вдыхая аромат. – Спасибо, Митяй… Это очень… неожиданно. – Да не за что. – Митяй замялся, а потом неожиданно улыбнулся снова. – Слушай, я тут ещё это… Пусика твоего в приют сдал. Ну, когда ты уехала. Он же совсем один остался, некому присмотреть было. Я подумал, так лучше будет. Там за ним хоть уход есть. Ксюша оторвалась от цветов и посмотрела на Митяя с удивлением: – Пусика? Ты… сдал его в приют? – Ну да. А что? Ты же всё равно не забирала его. – Вообще-то я собиралась… – тихо сказала Ксюша. – Но… ладно. Может, и правда так лучше. – Ну вот, – Митяй ободряюще улыбнулся. – Зато я видеоблогом увлёкся. Как ты уехала, так и начал. Обзоры делаю, стримы провожу. Монетизация, всё как полагается. Недавно донат большой прилетел на игровом стриме. Ксюша, кажется, заинтересовалась. – Ого! Видеоблог? Это круто. А про что снимаешь? Митяй увлечённо начал рассказывать про свой канал, про игры, про обзоры, которые он делает, про подписчиков и общение с аудиторией. Ксюша слушала, кивала, задавала вопросы. Неожиданно для обоих, атмосфера разрядилась, напряжение ушло. Они смеялись, вспоминали дачные времена, говорили о Москве. Вдруг Ксюша сказала: – Слушай, а давай потанцуем? Медляк какой-нибудь? Митяй опешил. – Прямо здесь? В кафе? – Ну да, а что такого? – пожала плечами Ксюша. – Музыка вроде ничего. И действительно, из колонок зазвучала медленная, романтичная мелодия Карлоса Сантаны «Moon Flower». Ксюша встала и протянула Митяю руку. Он нерешительно поднялся и, взяв её за руку, повёл в центр зала, где было немного свободного места. Они медленно кружились под музыку, прижавшись друг к другу. Ксюша пахла дорогими духами и чем-то ещё, неуловимо-сладким, что пьянило Митяя сильнее любого мартини. В какой-то момент он поймал её взгляд. Искренний, нежный, совсем не гламурный. И не выдержал – поцеловал. Ксюша ответила на поцелуй. Это был долгий, тягучий поцелуй, в котором было всё – и извинение, и признание, и надежда. Когда они оторвались друг от друга, Ксюша удивленно спросила: – Митяй… это… это что сейчас было? Митяй смущенно улыбнулся. – Ксюш, это всё от чистого сердца. Просто… я люблю тебя. Ещё с момента, как ты в посёлок приехала, я тебя увидел… Ну, и втрескался. Дурак? Ксюша заливисто рассмеялась. Её смех раскатился по кафе, словно звонкий колокольчик. Она покачала головой, глядя на Митяя с нежностью и иронией одновременно. – Дурак – не дурак, не знаю. – ответила она, успокоившись. – Но то, что ты милый – это факт. А насчет любви… ну, не знаю, не знаю… Время покажет. А то я вот тоже думала, что Колян – принц на белом коне, а оказался так… конь конем, но далеко не белый и совсем не принц. Чёрт ёбаный, если честно. Повелась на толщину его кошелька, грешна, каюсь. – Кошелёк-то у него толстый, а мозг, видимо, пиздец маленький, раз он свои вонючие носки вешает на вентилятор в спальне и вообще оставляет где попало. – пошутил Митяй, вспомнив свой давний прикол с носками Коляна на вентиляторе. – А как вы из-за фоток поцапались, это ж достойно сериала типа «Татьяниного дня»! Ксюша залилась новым приступом хохота, оценив меткую аллюзию на знаменитую мыльную оперу: – Точно подметил! А Колян, кстати, писал мне недавно ВКонтакте. – Чего пишет? – насторожился Митяй. Ксюша достала телефон и показала ему переписку. Митяй пробежал глазами по сообщениям и поморщился. Слащавые комплименты, обещания золотых гор, приглашения на Кипр… Парня чуть не стошнило. – Ну-ка, давай-ка мы его страницу поглядим. – сказал Митяй, тапая по кнопке «Профиль» и переходя на страницу Николая Клименко. Он открыл вкладку с фото в профиле Коляна и, сдвинув брови, начал пролистывать фотографии. Пафосные снимки в дорогих машинах, на фоне яхт, в обнимку или в поцелуе со Стеллой – бывшей подругой Ксюши... – Пиздец, какие ж они фальшивые, даже целуются на фотках наигранно! – возмутился Митяй. – Ну у тебя, бля, и подруга, скажу я тебе! Нормальная бы не стала клеиться к нему. Так что, как говорится, два говна слились в одно. – Ну и хер с ними! – хохотнула Ксюша, махнув рукой. – Вот именно! – поддержал её Митяй. – Я вот, пока ехал, задумался по жести. Знаешь, к чему пришёл? Подмосковную скуку Тихих Зорь можно охарактеризовать лишь фразой, которой герой «Плохого Санты» реагировал на задолбавший будильник: «Говно, блядь! Заебало! Заебало! Заебало!». Помнишь, да? А в Москве – драйв, движуха! Мне этого так не хватало в мои-то двадцать девять. Вот и махнул, чтоб не скиснуть совсем на хер. А то чё мякнуть, блядь, как щавель в кипятке? Вдруг зазвонил телефон Ксюши. На экране высветилось «Колян». – Ох ты ж! Вспомнишь говно, вот и оно! – удивилась Ксюша. – Бери, бери. – подтолкнул её Митяй. – Посмотрим, что он там на этот раз заливать будет. Ксюша ответила на звонок, включив громкую связь. – Ксюша, любимая! – заголосил Колян в трубке. – Я тут звоню сказать… Мы со Стеллой… поженились! И гражданство кипрское оформляем! Будем жить на Кипре, как короли! Ты представляешь? Митяй скривился. – Сука, я ему въебу… – пробормотал он себе под нос, слушая, как Колян «ссыт Ксюше в уши». Ксюша резко перебила Коляна: – Так, Клименко, иди ты знаешь куда? Мне насрать на твой Кипр и на твою Стеллу! У меня теперь Митяй есть! То есть, Дима… Дмитрий… Митя… – Да называй как хочешь, Ксюш, – улыбнулся Митяй. Колян, кажется, не поверил своим ушам: – Какой ещё, ёб твою мать, Митя? Какой на хрен Дима? Ты что, с ума сошла? Я тебя любил, я тебе всё давал, покупал, дарил, а ты… Услышав оскорбления в адрес Ксюши, Митяй не выдержал: – Бля, Ксюш, на хуй ты с ним разговариваешь? Он же говна кусок! Он тебя хуй знает сколько лет назад кинул, а ты с ним разговариваешь! Я ему щас покажу, где зимует Рабиндранат Тагор! Он взял у соседки, опешившей от выпадов бывшего, телефон, и заревел: – Слушай сюда, выблядок! Ты, скотина ёбаная, что там вякаешь?! Ксюша теперь со мной! Понял, нет?! – Дмитрий Александрович, я не со зла… Просто… – залепетал Клименко. – Хуёсто! – отрезал Рудин. – Тебе, сука, русским языком говорят, что у Ксюши теперь другой, а ты доебался, как пьяный до радио! Ты её кинул, предал, обосрал, и теперь ещё лезешь? Я тебе, говнюку, покажу, где раки зимуют! Сунешь свой нос в Москву – я тебе ебало снесу или башку оторву! Понял меня?! Я Ксюшу в обиду тебе и таким, как ты, не дам! В трубке повисло молчание, прерываемое лишь испуганным дыханием Коляна. — Что ж ты замолчал, гад? Язык проглотил? — продолжил давить на изменщика Митяй. — Ладно, соси хер дальше. В пизду тебя. Он бросил трубку, заблокировал номер Коляна и вернул Ксюше телефон. — Ну всё, больше не прицепится. — победно улыбнулся Рудин. — Ох, Митя… Дима… Да ты просто мой герой! — выдохнула Ксюша, глядя на Митяя снизу вверх с восхищением и благодарностью. — Не стоит благодарности, Ксюш. — Митяй улыбнулся. — Дело чести каждого нормального пацана — защищать даму от всяких козлов. В этот момент к столику подошел официант: – Ксения Андреевна, вы уже сделали выбор? Ксюша, немного смутившись, заказала еды на себя и Митяя. Напряжение спало. Они ели, пили мартини, сидели в обнимку и болтали обо всем на свете. Митяй вдруг сказал: – Знаешь, Ксюш, мне с тобой так хорошо, как никогда не было хорошо. Словно бы мне этого и не хватало в жизни. Просто… меня никто никогда не любил, несмотря на тот факт, что я, как многие говорят, хороший. Однако вот эта вся картина, эта вся атмосфера – я считаю, вот это всё ужасно мило. В этот момент из колонок кафе заиграла легкая, задорная мелодия в жанре кьют-рок. Митяй и Ксюша переглянулись и улыбнулись. Всё было действительно ужасно мило. И, кажется, только начиналось.