Кто заказывал хаос в свою жизнь?

      Апрельский день, ничего необычного. Кроме чувства абсолютного опустошения для одного человека, трясущегося в очереди в поликлинике. Парень, сидящий недалеко от двери терапевта, явно был нездоров: его потряхивало, словно от озноба, бледная кожа, синяки под глазами и отсутствующий взгляд, который нельзя было не заметить. Он, по-хорошему, должен бы закрыть сегодня больничный, однако делать этого не хотелось абсолютно.       — Молодо-ой человек, вы там уснули, что ли? — ворчливый голос пробивается к его сознанию, будто через толщу воду.       Марий поднимает голову и сползает со стула:       — Точно, моя очередь, ну наконец-то. Чёрт, кажется, надо было одеваться теплее.       Войдя в кабинет, парень лицезрел обычную картину: две женщины в возрасте важно восседали за столом.       — Хоть бы ещё пару деньков потянуть.       Доктор недоброжелательно посмотрела на пациента:       — Давайте вашу карту.       — Вот, пожалуйста.       — Жалобы остались?       — Да, после ковидной пневмонии до сих пор остались озноб и ужасная слабость, ещё повышается температура.       — Ну а вы что хотели? Это не повод задерживаться, вы уже достаточно времени лечитесь. Хм, а КТ* делали? А, вижу результаты обследования. Да, 10% поражения — это ни о чём. Ну, раздевайтесь, послушаю вас.       Подрагивающими руками юноша приподнял водолазку и ощутил прикосновение холодного фондоскопа. Он уже знал, каков будет вердикт.       — Ну, лёгкие у вас чистые, сейчас вас отпущу, — женщина стала печатать на компьютере результаты осмотра.       Марий сел на стул, сжал руки перед собой: перед глазами поплыли тёмные круги. Выписав освобождение на две недели от физкультуры, врач сказала пареньку убираться восвояси. На ватных ногах он выполз из кабинета. Всё было кончено.       Пожалуй, стоит чуть подробнее объяснить, почему нерадивого студента так печалило окончание больничного.       Во-первых, он ненавидел тот филиал Ада на Земле, в котором, волею судьбы и провидения, ему приходилось учиться. Единственная причина, по который он ещё не свалил из этого дурдома — это бюджетное место. Так что тут всё довольно банально: Марий предпочтёт скинуться из окна, чем выпрашивать у матери на платное обучение. А на подработках накопить столь большую сумму было практически невозможно. Так или иначе, своеобразный вопрос принципа (попытка доказать, какой он самостоятельный).       Во-вторых, парень был депрессивным интровертом: мысли о суициде и даже план этого действия прочно сидели в его голове уже года четыре минимум (ну а зачем нам психолог, я что, не мужик).       Поэтому месяц на больничном был просто раем для такой нелюдимой души. Но всему хорошему приходит конец. Марий тяжело вздохнул и поплёлся ставить миллиард подписей и печатей на документы.       Выиграв в битве с агрессивными пенсионерами и, наконец, прорвавшись в регистратуру, юноша, победно сжимая больничный, выбрался из стен поликлиники. Вдохнув полной грудью свежий, всё ещё чересчур прохладный для начала апреля воздух, студент побрёл дворами к метро. Несмотря на слабость и сильный озноб — кажется, снова температура поднялась, надо закинуться парацетамолом, — домой ехать совершенно не хотелось. В голову снова полезли мысли о накопленных за время отсутствия «хвостах».       — Это ж я теперь из отработок вылезать не буду. Как бы хотелось продлить себе такой отпуск. Хрен бы с конспектами этими, а вот с семинарами точно чокнусь. А, может, попробовать опять словить простуду? Не ковид, как в прошлый раз, а хотя бы обычное ОРВИ? Не то чтобы я до конца долечился сейчас, однако, видимо, недостаточно херово смотрюсь для продолжения больняка. Ладно, шутки шутками, но, пожалуй, хочется ещё подышать воздухом.       Депрессивное существо очень редко отличается умом и сообразительностью, поэтому смотрим и пытаемся не осуждать.       — Я, кажется, забыл выпить свои успокоительные, и заодно надо парацетамол бахнуть. Надеюсь, в сумке что-нибудь завалялось, а то давненько с ней никуда не ходил.       Заглянув в магазин и купив бутылку воды, Марий направился на поиски какой-нибудь милой площадки. Искомое обнаружилось почти сразу же, правда, без лавочки, но зато с довольно чистым резиновым покрытием.       — Вот сюда и приземлимся. Поваляюсь пару часов, послушаю любимую «Гражданскую оборону».       Парень достал из поясной сумки потрёпанные жизнью блистеры и застыл в раздумьях: выпить парочку таблеток или немного больше.       — Блин, немного просроченные, но да ладно.       Инструкции? Не-а, не слышали.       — Хочется спокойствия и этого, блять, вашего умиротворения, — решение было принято и в рот полетели 2 суточные дозы.       Юноша вставил в уши беспроводные наушники, закрыл глаза и растянулся на площадке.