Коронованный пламенем

Когда Хакс вышел из шаттла и ступил на поверхность планеты, Рен застыл на месте и уставился на него, как никогда благодарный маске, скрывающей его лицо от галактики. Он впервые увидел сокомандующего при естественном освещении и не смог бы отвести взгляд даже ради спасения собственной жизни. Чёрная форма Хакса резко контрастировала с этим миром, раскрашенным в ярко-голубые и зелёные цвета, заставляя выделяться на фоне местности, столь непохожей на монохромные конструкции их корабля. Кожа, которая в свете ламп «Финализатора» казалось болезненно-желтоватой, мягко сияла на солнце, словно алебастровая скульптура, достойная коллекции произведений древнего искусства. Глаза Хакса мерцали то изумрудно-зелёным, то светло-карим, будто осенняя листва, пока он осматривался по сторонам, оценивая обстановку. А его волосы… Ох, эти волосы! Сказать, что они блестели, значит не сказать ничего. Они горели, словно вспышка призрачной энергии, что клубилась в глубинах «Старкиллера». Золотые и медные пряди подчёркивали шикарную рыжину, которая сохранила свою насыщенность, благодаря редкому воздействию полноценного звёздного света. Оттенок бакенбард был чуть темнее, словно из-за близости к скулам они постоянно наполнялись краской. «И как я раньше не замечал его ресниц? — думал Рен, глядя на приближающегося генерала. — Интересно, как бы они ощущались, вздрагивая у моих губ?» Осознав, что Хакс что-то сказал, Рен встряхнул головой и попытался сосредоточиться на задании. Но каждый раз, когда Хакс двигался, каждый раз, когда солнце падало на его волосы под новым углом, он терял нить разговора. Повезло, что его участия в обсуждении особо не требовалось, а то, что он упустил, можно было вытащить из мыслей окружающих. И вдвойне повезло, когда Хакс вновь удалился в шаттл и стал отдавать приказы по комму. По возвращении на «Финализатор» понадобится медитация, чтобы избавиться от этих мыслей.