Фэнг, Том II: В Двух Мирах.

      Мгновение — и перед глазами Наофуми Иватани предстал совсем другой пейзаж. Герой Щита сразу заметил небольшой городок вдалеке. Похоже, это будет их первая остановка. И возможно, именно там сейчас находится Рафталия. Хотя надеяться на это было слишком наивно. В конце концов, он же не в посредственном романе, где главный герой случайно находит нужных людей. Хотя иногда очень хотелось жить в таком произведении. Жизнь была бы легче. — Ближе я перенестись не могу, — сказал Эснобарт, повернувшись к Кидзуне. — Похоже, они заблокировали свои песочные часы, — заметил он, приложив палец к подбородку. — Не волнуйся, у нас есть связь, — сказала Кидзуна, показав ярлык. — Если потеряешь меня, не постесняйся объявить им войну. — Кидзуна, это как-то слишком, — напряженно улыбнувшись, заметил Эснобарт. — Шучу. Просто потребуй моего освобождения, сославшись на угрозу Волн, — тут же сказала Кидзуна с беззаботной улыбкой. — Хэй, Кидзуна, давай скорее! — крикнул Наофуми, который с помощью Щита Веревки спустился вниз, держа на руках Раф-Чан. — Лорд Наофуми, а как же я?! — крикнула Лисия, показавшись из-за борта Вассальной Лодки. — Ох, так ты с нами отправилась, — чуть удивленно заметил Наофуми, посмотрев на Лисию. — Вы что, забыли про меня? — хныча, сказала Лисия, опустив голову. — Я был занят более важными вещами, — ответил Иватани, поглаживая Раф-Чан. Вот оно — одно из тех дел, которые забрали все внимание Героя Щита.       Когда Кидзуна и Лисия спустились вниз, Эснобарт еще раз напомнил держать связь и перенесся обратно в Скир. Первым делом было решено отправиться в город, так как Раф-Чан и Крис указывали в его сторону. По сути, это был их единственный ориентир. — Может, стоит хотя бы замаскироваться? — предложил Наофуми, оглядываясь по сторонам и стараясь быть неприметным. — Не, мы выглядим как типичные авантюристы, — ответил Кидзуна, указывая на нескольких людей в снаряжении, похожем на ихнее.       Наофуми ничего не ответил, лишь погладил Раф-Чан. Это занятие было таким приятным, что Иватани мог бы пристраститься к нему. Единственной достойной альтернативой была возможность погладить хвост Рафталии. Наофуми как-то думал об этом, когда только купил её, но тогда Рафталия заметила взгляд Иватани на хвосте и, схватившись за него, всем видом дала понять, что не позволит прикоснуться к своему хвосту. Наофуми в целом не жалел об этом: тогда её хвост был грязным и явно жестким. Но сейчас хвост Рафталии явно стал чище и мягче — это можно было сказать даже по виду. Однако Наофуми был уверен, что Рафталия не позволит. Кажется, будто это что-то личное.       Герой Щита покачал головой: он слишком отвлекся от важных дел. Нужно сосредоточиться. Наофуми посмотрел на меню рабовладельца и попытался с его помощью определить местонахождение Рафталии. Однако возник тот же текст, что и чуть больше недели назад, сообщивший, что раб слишком далеко. Наверное, было наивно полагать, что Рафталия найдется так быстро. Но надеяться никто не запрещал.       Однако у Наофуми был еще один товарищ с гербом. Повторив те же действия с меню монстровладельца, Иватани был готов снова встретить неудачу. Но вместо этого перед его взором возникла стрелка, указывающая назад, а также расстояние в метрах, которое стремительно уменьшалось. — А? Наофуми? — спросила Кидзуна, когда заметила, что Иватани стоит, смотря куда-то вдаль.       Герой Щита пристально смотрел на поворот. Расстояние до цели стремительно уменьшалось. И тут из-за поворота выбежал некто, одетый как ронин из старого фильма, настолько вычурно и пафосно, что тошнит. За ним бежало несколько человек в броне, очевидно, местная стража. Наофуми оставил бы это без внимания, если бы стрелка направления не указывала на этого парня. С чего бы это? — Остановись немедленно! — кричал один из стражников, направляя нагинату в сторону преследуемого. — Тебе не сбежать от своих преступлений! Ты посмел напасть на господина! — Да я его и пальцем не тронул! — в ответ крикнул парень, ускоряя бег.       Бегущий от стражников приближался к Наофуми, и тот рассмотрел у него на плече маленькую птицу знакомой расцветки. Преимущественно белые перья с небольшим количеством розовых и большие голубые глаза. Наофуми не был уверен — это просто догадка или родительский инстинкт, — но Герой Щита точно знал, что птица на плече парня — это Фило, его филориал и самопровозглашенная дочка.       Парень уже пробегал мимо, когда Наофуми схватил его за шиворот. Почему-то этот ронин в черном показался Иватани знакомым. Но важно было совсем другое. — Хэй, не хочешь объяснить, откуда у тебя эта птичка? — произнес Наофуми с угрожающей улыбкой. — Папа! — воскликнула Фило в виде небольшой птички, похожей на попугая, подлетела и пересела на плечо Наофуми. — Фило очень скучала по папе! — девочка начала тереться о щеку своего названого родителя. — Я тоже, Фило, — Иватани нежно улыбнулся ей и следом снова перевел внимание на пойманного. — Хэй, придурок, а ну отвечай: кто ты? И как нашел Фило? — Наофуми, черт возьми, это же я! — воскликнул юноша, повернувшись к Герою Щита.       Только сейчас Наофуми узнал в пойманном парне Рена Амаки, Героя Меча. Точно, помимо самого Наофуми, Рафталии, Фило и Лисии, в иной мир отправился еще и Рен. Иватани совсем забыл про него, особенно в последнее время. — Ох, Рен, привет, — сказал Наофуми, чувствуя неловкость от всей этой ситуации. — И это все, что ты можешь мне сказать!? — яростно воскликнул Амаки. — О, Наофуми, это твой друг? — спросила Кидзуна, подойдя к расшумевшемуся дуэту. — Л-лорд Рен, слава Четверым, вы живы, — сказала Лисия.       Они могли продолжить разговор, если бы стражники не прервали их, приближаясь на высокой скорости и направляя в их сторону нагинаты. Группа из четырех человек, двух сикигами и одного монстра предприняла единственный разумный путь в этой ситуации: они продолжили то, чем занимался Рен, и побежали прочь от стражи. — Shield Prison! — крикнул Наофуми, направив руку в сторону стражников, и те были заперты в плотном шаре из щитов. — Рен, что ты натворить успел?! — крикнул Наофуми, повернувшись к Герою Меча. — Да я ничего не сделал! — в ответ воскликнул Амаки. — Местный глава попытался взять Фило в плен, ну я убил его помощников, а он сбежал! Я того идиота и пальцем не тронул, а он обвинил меня в покушении на убийство! — схватившись за голову, крикнул он в небо, продолжая бежать. — Ох, мне это знакомо, — посмеялась Кидзуна, подбегая ближе к Рену. — Был у меня похожий случай… — и Кадзеяма начала долгий рассказ о том, как по недоразумению её обвинили в убийстве. — Эм, эта девоца вообще замолкает? — спросил Амаки, повернувшись к Наофуми. — Очень, очень, очень редко, — устало ответил Наофуми.       Пока они разговаривали, свернули вправо, так как впереди стоял дом. Но там их ждал целый отряд стражников.       Лисия бросила в них ярлыки, вызвав небольшие взрывы. Кидзуна использовала свои ловушки. Наофуми поставил перед ними Air Strike Shield. — Если честно, они не так опасны, как кажутся, — заметил Наофуми, осматривая лежащих стражников. Раф-Чан радостно согласилась, издав свое «Рафу». — Наверное, я переоценил опасность, — согласился Рен, потирая голову. — И Наофуми… — Амаки посмотрел на существо, устроившееся на руках Героя Щита. — Это же не Рафталия? — Нет. С чего бы ей стать такой? — спросил Наофуми, на что Рен указал на Фило, которая все еще сидела на плече Иватани. Герой Щита ничего не ответил, поняв весь смысл. — Кстати, Наофуми, ты не говорил, что твоя дочка — это хамингфейри, — заметила Кидзуна, приглядываясь к Фило, которая непонимающе наклонила голову. — Она и не была раньше, — ответил Наофуми, глядя на птичку. — Фило, как давно ты такая? — С тех пор как Фило здесь, — ответила птичка, вскинув крылья. — Ясно, похоже, это еще одно следствие перехода между мирами, — сказал Наофуми, после чего погладил пальцем макушку Фило. — Главное, что ты цела, не важно, в какой форме. — И-извините, но может, уже уйдем? — сказала Лисия, нервно оглядываясь в опасении. Стражники могли наброситься на них в любой момент.       Остальные согласились с этим заявлением. Наофуми и Кидзуна спросили у своих сикигами направление, и те указали, в какую сторону идти. Поэтому отряд, пополнившийся двумя неожиданными, но очень кстати подвернувшимися союзниками, быстро покинул город.       Когда они оказались достаточно далеко от города, то смогли позволить себе перейти на шаг. Тогда же и начался расспрос друг друга о последних событиях. Наофуми, естественно, первым поинтересовался деталями того, как Рен спас Фило и в итоге попал в передрягу со стражей. Амаки же рассказал, как после битвы с наемниками и обнаружения, что его уровни сбросились, они с Фило отправились в ближайший город. Там они ненадолго обосновались, зарабатывая на убийстве монстров и продаже их шкур и лута (который, как заметил Рен, продают все, так что ничего странного, если он будет продавать свой, тем более он это делал и в старом мире). Все шло хорошо, пока глава города не начал активный поиск Рена. И сегодня, словно по стечению самых неудачных факторов, глава города и Рен встретились. А что было дальше, Наофуми и остальные уже знали. — Хреново тебе пришлось, — заметил Наофуми. — Ну а ты, как я погляжу, проводил время получше, — сказал Рен, оглядывая собравшуюся группу. — Наконец-то привет, меня зовут Кидзуна Кадзеяма, Герой Охотничьих Инструментов, — начала девушка, представившись так же, как это сделала в лабиринте. — Кстати, наряд крутой, ты прям ронин. — Эм, я Рен Амаки, очень приятно, — неловко ответил Рен, отворачиваясь. — И спасибо. — Когда Амаки отвернулся, он снова заметил похожее на тануки, существо в руках Наофуми. — Так что это за штука? — спросил он, указывая на существо, которое издало недовольное «Рафу». — Раф-Чан не «штука», она сикигами, — ответил Наофуми, словно попрекая Героя Меча за такое отношение к Раф-Чан. — Что-то вроде фамильяра. Я её сделал, чтобы найти Рафталию. — Так ты младшая сестренка Фило? — спросила птичка, взмахнув крыльями и зависнув в воздухе перед Раф-Чан. Сикигами издала довольное «Рафу» и кивнула. — Ура! Фило теперь старшая!       Наофуми умилился этой сцене. И ему стало интересно, как отреагируют на Раф-Чан Фэнг и Рафталия. Ну, юноша скорее всего выкинет какую-то глупую шутку, но будет крайне заинтересован в Раф-Чан как в уникальном монстре. А вот Рафталия… она точно полюбит Раф-Чан, иначе и быть не может, Наофуми абсолютно в этом уверен. — Так, Фило превратилась в… Как ты её назвала? — спросил Наофуми, посмотрев в сторону Кидзуны. — Хамингфейри, не самый опасный монстр, но определенно бесячий. В основном за счет того, что летает высоко, бьет магией, да еще и своей песней может усиливать союзников, — ответила Герой Охоты, исходя из своего опыта встреч с этими монстрами. — Фило теперь может летать, папа, смотри! — девочка же не особо слушала разговор двух взрослых, просто хотела, чтобы её папа похвалил. — Фило умница?! — Да, да, — ответил Наофуми, переводя внимание на приемную дочку. — Умница. Правда, не улетай далеко и будь на виду. — Хорошо, папа! — сказала Фило и, подлетев выше, села на голову Наофуми, как в те времена, когда была совсем птенцом.       Они двигались вперед до вечера. За это время Кидзуна и Наофуми успели рассказать, что случилось с ними, начиная с Бесконечного Лабиринта и заканчивая недавними событиями. Рену было трудно переварить много новой информации, особенно когда Кидзуна начала рассказывать свою историю. Рассказ Героя Охоты длился так долго, что они успели развести костер. — …И тогда мы отправились в Страну Книги, где и познакомились с Кё… — наконец Кидзуна дошла до момента, на котором Рен бесцеремонно её прервал. — Стоп! — воскликнул он, резко подавшись вперед. — Кё? Герой Книги, Кё Эснина? — Амаки не мог поверить, что тот, с кем он сейчас был в союзе, оказался еще и союзником Кё. — Ах да, у вас с ним связаны очень плохие воспоминания, — вспомнила Кидзуна, неловко потирая затылок. — Наофуми, и ты ей доверяешь? — Герой Меча повернулся к товарищу, глядя на того с гневом, который разгорался в глазах юноши. — Не то чтобы сильно верю, но пока причин считать ее врагом не было, — спокойно ответил Наофуми, сложив руки на груди, пока Раф-Чан устроилась на его ногах, а Фило — на плече. — И это после всего, что натворил Кё!? — крикнул Рен, резко вскочив на ноги и схватившись за рукоять меча, висевшего на поясе. — Слушай! — крикнула Кидзуна, встав прямо перед Героем Меча. — Наофуми мне все рассказал. Я знаю, что Кё захватил вашего Зверя-Хранителя. Знаю, что он многих убил. Знаю, что украл души людей. — Герой Охоты приложила руку к груди. — И все равно я уверена, что цели Кё были благими. Если мне удастся поговорить с ним, мы можем все решить без боя. — «Благими», говоришь, — произнес Рен, посмотрев на Кидзуну пустыми глазами. — Мне плевать, какие «благие» цели он преследовал. — Амаки достал меч и направил его на Героя Охоты. — Он убил членов моего отряда. И за это он поплатится, — сказал Герой Меча, чьи глаза были полны жажды крови.       Внезапно кто-то схватил Рена за руку, которой он держал меч. Повернув голову, Амаки столкнулся с укоряющим взором Наофуми. С другой стороны Лисия достала свой кадати, готовясь в любой момент остановить Рена. Амаки не мог понять, почему они его останавливают. Пока не пришло осознание. Он направил меч на Кидзуну, которая до этого спасала его самого от стражи и которая помогала Наофуми и Лисии всю дорогу до встречи с ним. И Рен направил на неё меч как на врага, которого собирался убить. — Дядя Меч, — раздался голос Фило, которая уже в человеческой форме схватила Рена за другую руку. — Не надо.       Герой Меча ничего не сказал. Он убрал оружие и отошел от Кидзуны, спрятавшись в тени дерева. Ему было стыдно, и одновременно с этим он не мог отпустить агрессивного настроя по отношению к Кидзуне. Рен ненавидел Кё Эснину, наверное, больше, чем кого-либо когда-либо. И эта ненависть невольно распространилась на всех, кто был связан с Вассальным Героем Книги. Рен ничего не мог с этим поделать: если он отпустит эту ненависть, то предаст память о Бакте и Вельте. А если продолжит так, то рискует остаться одиноким в этом мире.       Наофуми проводил Рена сочувствующим взглядом. Иватани полностью понимал, что сейчас испытывает Рен. Такие же чувства сам Наофуми испытывал по отношению к Герою Меча, Копья и Лука, еще когда его ложно обвинили. Тогда он считал их такими же ублюдками, как та сука — имя которой Малти, — которая оболгала его.       Оглядываясь назад, Наофуми понимал, что тогда вел себя как последний придурок, ненавидя буквально всех в том мире и считая их врагами. Даже при покупке Рафталии им двигала ненависть. А в итоге это привело его к появлению Щита Гнева, который питался этой ненавистью. Наофуми страшился, как бы Рен не открыл в себе подобную проклятую силу. — Он говорил правду? — раздался голос Кидзуны, выведший Наофуми из раздумий. — О смерти товарищей? — Да, насколько я знаю, — ответил Наофуми, поглаживая Раф-Чан. — Фило видела это, — подала голос девочка, без привычной радости в нем. — Друзья дяди Меча погибли, защищая братика.       Наофуми тяжело вздохнул. Как ни крути, тут вина Кё. И оправдания для Героя Книги Иватани найти не мог. — Ясно, — Кидзуна сказала только это и больше за весь вечер не сказала ни слова.       Герой Охоты пребывала в раздумьях, из которых её не мог вывести даже Крис, её сикигами. То, что она услышала, было слишком. Слишком ужасно, чтобы можно было решить миром. Кидзуна знала, каково это — терять товарищей. На протяжении тех лет, что она сражалась с Демоническим Императором Драконом, было много потерь. Тяжелых, о которых она вспоминала до сих пор. И за это Герой Охоты всем сердцем ненавидела Демона-Дракона, и когда пришла пора убить его, Кидзуна сделала это с таким удовольствием, за которое ей до сих пор было стыдно. Не такие чувства должен испытывать Герой. Не такой она должна быть в глазах людей, что верили в неё. Как настоящий Герой, она должна быть символом добра и надежды в глазах людей. Однако быть таковой труднее, чем кажется.       До завтрашнего утра в лагере царила тяжелая, гнетущая атмосфера. И часть её осталась с отрядом до конца пути.

***

      Эснобарт вернулся в Скир почти мгновенно и, вернув своей лодке стандартную форму, направился в замок. Там он сообщил советнику короля подготовиться к возможному конфликту со страной Вассальной Катаны.       У библио-кролика осталось еще одно дело, которое он откладывал до последнего. Пятнадцатилетний юноша — а именно столько на самом деле было лет Эснобарту — достал ярлык довольно странного вида и как будто более мощный. Этот ярлык был прототипом более совершенной версии этого приспособления, которое могло работать дольше и мощнее. А разработал этот ярлык он сам и Кё. Именно с последним Эснобарт собирался связаться.       Послышался шум, сообщающий о начале соединения между двумя ярлыками. И через минуту из ярлыка раздался голос. — Ох, не думал, что ты его сохранил. — Голос был усталый и довольно нечеткий, но Эснобарт точно узнал Героя Книги. — Я не мог выбросить то, что мы создали вместе. — ответил Эснобарт с легкой ностальгической улыбкой. — Итак, зачем связался? — сказал голос Кё из ярлыка довольно отрешенным тоном. — Явно не потому, что соскучился. — Кидзуна вернулась. — после глубокого вздоха сказал Эснобарт. Ответ Кё прозвучал спустя минуту молчания. — Хех, и почему именно сейчас? — в голосе чувствовалась тяжесть, Эснобарт мог точно представить в голове образ Кё, который обессиленно уронил голову на руки. — Это же все усложняет в десятки раз. — Еще не поздно остановиться. — сказал Эснобарт с долей надежды в голосе. — Кё, даже в худшем исходе ты сможешь помогать нам в борьбе с Волнами. Только остановись.       Кё молчал. Потом из ярлыка раздался смех — нервный, пропитанный болью и отчаянием. Эснобарт сразу ощутил, как от услышанного по его спине пробегает холодок. Это был страх, возникший по неизвестным для Эснобарта причинам. — Остановиться? После всего, что я сделал? — Кё задавал эти вопросы не Эснобарту. — Даже если бы я хотел, я не могу. Они не позволят мне. Он не позволит мне! — Герой Книги кричал, и было слышно, как он бьет по столу со склянками. — Кё, о чем ты?! Кто он?! — Эснобарт начал переходить на повышенный тон, но тут связь прервалась, и ярлык в его руках заискрился. — Что?! — Эснобарт уронил ярлык, и тот, упав на пол, превратился в пыль, которую сдуло первым порывом ветра из окна. — Кё, что же ты делаешь?