Забытое

- Доброе утро. Ты что, не спал? -фразы доносились словно обрывками. Нет, Валафар спал, и спал долго, но с непривычки чувствовал себя отвратительно; слишком давно не получалось полноценно выспаться. Он ответил лишь тяжёлым, заставляющим вибрировать гортань, стоном и недовольно отвернулся. - Поняла. Сейчас принесу тебе воды. Или, может, лучше чаю? - Если не затруднит, то лучше чай… - сказал принц, все же, проснувшись и уже потирая заспанные глаза. - Конечно, не затруднит! Сейчас все будет, - Берта скрылась за дверным проемом. После этого Валафар обессиленно уронил голову на подушку. Приложив руку ко лбу, он вкушал новую порцию головной боли, слезящимися глазами бесцельно пялясь в потолок. Лицо горело, и казалось, что голова пытается расплавиться целиком. И не бредил он, вроде, но... Берта принесла чашку прохладного чая. "Боже мой, матушка, как Вы вовремя..." - подумал про себя принц, оторвав разноцветные глаза от беленых досок. - Ну что, страдалец, как себя чувствуешь? Понравилось наконец нормально поспать? - Понравиться-то понравилось, да вот только последующее состояние, если честно, так себе... Берта на это заявление только по-доброму ухмыльнулась и подала принцу чашку, которую тот опрокинул в один глоток. Как-никак, после сна частенько пересыхает горло. - Благодарю, - Валафар нахмурился и подпер больную голову рукой, и это не осталось незамеченным: - Голова трещит, да? Ну ничего, это бывает. Ты же до этого не спал нормально, вот организм и не привык. Первое время тебя, конечно, будут мучать головные боли, но со временем это пройдет. Тебе лучше? - Да, немного получше... Но я сомневаюсь, что когда-нибудь вообще буду спать подобным образом. Я первый раз с момента своего одиннадцатитилетия спал больше восьми часов. Это, конечно же, приятно - позволить себе такую роскошь, с моим-то положением в обществе, но я не могу часто повторять такое. Судя по выражению лица Берты, ответ ей не понравился: - Ну боже мой... Ну сколько раз можно повторять?! Тебе здесь ничего не угрожает. В этом городе никто не захочет твоей смерти. Это мирное место и тут рады каждому… - Ладно, я постараюсь вам поверить. Я осознаю, что Ройленд – мирный город, и что мне тут никто не навредит, - Валафар молитвенно сложил руки. Его попытка добродушно улыбнуться при этом была провалена - Берта в ответ только криво усмехнулась. - Но, все же, я считаю, что нужно в любой момент быть начеку, - добавил синеволосый принц. Валафар не горел желанием врать без особой причины - но безо лжи не может обойтись ни одно живое существо, особенно существо разумное. Едва ли когда-нибудь он сможет чувствовать себя в безопасности. Но, как бы ни была тверда эта истина, все-таки принц покривил душой - чтобы не отвечать на лишние вопросы и не выслушивать бесполезных нотаций. - Вот и хорошо. Ты тогда одевайся, я жду тебя внизу. Одежду тебе я еще утром выстирала, вон она лежит. Ладненько, пойду накрывать на стол! - Хорошо… Подождите, а который сейчас час? Во сколько я вчера уснул? - Примерно пол третьего ночи! - Понял, спасибо… Погодите, что? - Не важно. Буду ждать внизу! - Я понял! Я понял… Валафар неторопясь встал, и с наслаждением потянулся, бесцельно осмотрел комнату и лениво направился туда, куда указала хозяйка. К его удивлению, одежда была не только чистой, но ещё и выглаженной: на брюках, наверное, впервые со дня покупки снова появились стрелки. «Когда же она проснулась, раз успела столько манипуляций провести с моим барахлом?» - задался вопросом синеволосый, снимая свои вещи с вешалки. Они приятно пахли сиренью - его любимыми цветами. "Как она узнала? Может, это лишь совпадение, и Берта просто любит тот же запах, или... помнит с тех самых пор?" - принц не думал, что найдет ответ, если только сам не спросит у хозяйки дома. Непривычная свежесть от одежды приятно окутывала тело - и пора было идти. Но прежде Валафар аккуратно заправил за собой постель - ему было неловко оставлять за собой беспорядок. Наконец, принц накинул на руку плащ и, притворив дверь, тихо спустился по лестнице. Оказавшись на первом этаже, он машинально осмотрелся, убеждаясь в том, что никому ничего не угрожает. Все было тихо, только в гостиной Берта накрывала на стол. Старушка, заметив своего гостя приветливо и мягко улыбнулась, после чего спокойным и звонким голоском проговорила: - Ты уже здесь? Это хорошо! Но я тут еще не закончила. Выйди пока на крыльцо и подыши свежим воздухом. Может, встретишь кого из наших, поговоришь с кем-нибудь? - Сомневаюсь, что кто-то из жителей вашего города захочет со мной общаться. Но если здесь есть люди, которые не знают моей биографии, то может что-то и получится… - Вот и чудненько. Приходи минут через пятнадцать. Тогда все и будет готово. - Понял… - сказал Валафар и медленно начал открывать входную дверь. Юный принц прищурился, стоило яркому солнцу проникнуть в пока что узкую щелку. - Дверь можешь не закрывать! - понеслось ему вдогонку. Солнце освещало всю комнату, придавая ей больше насыщенности. Красно-персиковый свет пробивался через пока ещё закрытые шторы, но стоило распахнуть их - и яркие белые лучи пронизали ее до самой противоположной стены, заставляя щурить глаза. Выйдя на крыльцо, синеволосый принц, потерев глаза, сонно зевнул и стал с интересом разглядывать новое пространство, совершенно переменившееся с ночи. Шум с дороги сразу же привлек его внимание. Так как он еще не до конца проснулся, то сначала не понял, почему в таком спокойном мирном городке такие громкие посиделки. Но, окончательно вернувшись в реальный мир, Валафар понял, что это всего лишь звуки дневного базара. Пахло выпечкой, цветами и свежей улицей. Вокруг ходили разные люди, восторженно обсуждая что-то, многие из них улыбались и были… счастливы? Он давно не помнил, каково это - быть счастливым, но, наверное, счастье выглядит именно так - рассудил Валафар. Он слишком отвык от общества, поэтому решил не привлекать к себе внимания и просто походить между прилавками. Подавив свои опасения, принц легко спрыгнул с крыльца и оказался полностью на свету. Он осторожно наблюдал, уверенным шагом минуя навесы один за другим, стараясь уловить как можно больше мелких, казалось бы, незначительных деталей. Не ускользнуло от разноцветных глаз и то, что ни на людях, ни на ломящихся от всевозможных товаров прилавках совершенно не было оружия. Ни мечей, ни луков, ни, тем более, копий - даже кухонные ножи встретились только один или два раза. "Значит, легенда о том, что Ройленд - самый мирный и безопасный город долины южного ветра, правдива" - заключил принц. На площади не было слышно ни потасовки, ни боя поединщиков, ни криков зевак, даже ругани нельзя было уловить, как Валафар ни напрягал свой тонкий слух. Он слышал только песни, плясовые мелодии, смех, приятные беседы - и не переставал удивляться: все это было незнакомым, непривычным. У лавки с выпечкой внезапно принц услышал свое имя: -Эй, Валафар! Сколько лет, сколько зим! Установив источник оклика, он медленно повернулся и устремил взор разноцветных глаз на торговца. - Холан! Неужели ты? – Удивленно воскликнул принц. - Конечно, я, кто же ещё? Со времен войны в Осцихане тебя не видел! Булочник мило улыбнулся. Это был молодой эльф, лет двадцати пяти, приятной наружности, с певучим, мелодичным голосом. Яркие рыжие волосы, лицо в веснушках, шрам на носу, длинные оттопыренные уши, яркие янтарные глаза - образ ожившего огонька навевал Валафару много приятных воспоминаний. Они с Холаном сдружились на одной из войн в городе Осцихан, далеко на востоке, и не раз дрались бок о бок, но, увы, после завершения кампании их пути разошлись. Но Вал помнил, что, несмотря на внешнюю безобидность, этот паренёк был довольно грозным противником - и уж точно не должен был оказаться здесь, в обители мира и процветания. Особенно удивительно было встретить его за прилавком с выпечкой, пусть синеволосый принц знал также и о кулинарных умениях Холана. - Ты опять сильно похудел… Но ведь все такой же внутри, я прав? Как я рад тебя видеть! Что привело тебя в наши края? – несказанно удивился эльф. - А тебе прямо все расскажи. Не меняешься, фрэкки, – с усмешкой подметил принц, осматривая собеседника сверху вниз, что очень смутило последнего, так, что тот даже прикрыл лицо рукою, когда засмеялся. - Боже мой, ты что, до сих пор помнишь мое прозвище? – спросил Холан перед тем как тихо прыснуть себе в ладошку. - Конечно, помню. И никогда его не забывал. Как же можно забыть такого хорошего человека? Мы многое прошли вместе, я тебя уважаю - и поэтому помню почти каждую мелочь. - Ого. И чем же я заслужил уважение принца Валафара? – тихонько съязвил пекарь, чтобы не получить от известного взрывным характером друга. - Не издевайся. Сам знаешь, я же не выдержу и в один момент тебе врежу, – вполне спокойно ответил синеволосый, нависнув над Холаном, недвусмысленно намекая, что разница между ними существенна - как в статусе, так и в физических качествах. Хорошо знакомый с этим настроением надвигающейся бури, эльф быстро успокоился, и не стал лезть на рожон. - Да ладно тебе. Ты так и не ответил, почему меня уважаешь. Валафар задумался. Он расправил плечи, отодвинулся от собеседника, пытаясь вернуть спокойствие, а вместе с ним и улетучившуюся мысль. Наконец, он вспомнил: - Ты разве не помнишь, как помог мне? Я получил серьезную рану, а ты мало того что вытащил меня из самой мясорубки, так ещё и, как носитель знания целебной эльфийской магии, на месте и вылечил. Не каждый будет отвлекаться от такого серьезного дела, как битва, чтобы протянуть руку кому-то одному. Я очень ценю такие качества человека, как верность и отзывчивость. У тебя эти качества сильно проявлены. Я не скажу, что ты идеальный человек, но хорошим эльфом тебя назвать вполне можно. От этих слов Холан даже немного покраснел. - Ого… Мне, конечно, делали много комплиментов, но чаще всего по поводу внешности. А вот насчет характера… Спасибо, Валафар. Я знаю, ты не слишком разговорчив, но я, как только тебя увидел, не перестаю задаваттся вопросом о том, что же привело тебя в Ройленд? Не думаешь, что это слишком спокойный для тебя город? - Ну… на самом деле я через этот город только проходом. Но, все-таки, иногда даже таким как я нужен отдых. Меня больше удивляет твое нахождение здесь. - Тебе правда интересно? - Ну знаешь, если твой товарищ, который раньше убивал больше двух сотен воинов за одно сражение, сейчас работает пекарем в самом спокойном городе мира, то, наверное, грех не узнать причину. - Я всего лишь захотел отдохнуть от своего прошлого и попробовать себя в обычном, тихом, людском деле. Помнишь, я ведь и раньше увлекался кулинарией, и, когда выбирал дело в спокойной жизни, решил отдать предпочтение именно ей. Поэтому я приехал в Ройленд - и стал печь булочки. Меня здесь приняли, даже помогли с постройкой пекарни. Так что сейчас у меня много постоянных клиентов и достаточно неплохой доход. Валафар взгруснул. Ему тоже в глубине души хотелось отдохнуть от прошлого. - Интересная история. Я такое одобряю. Очень надеюсь на твою удачу в бизнесе. - Спасибо. Заходи сегодня, я тебе что-нибудь испеку. - С радостью, но, пожалуй, попозже. Сейчас мне уже пора идти. Меня на ночь приютила одна милая женщина и я не хочу опаздывать на утреннее открытие ее магазина. - Это, часом, не матушка Берта, хозяйка самого часто посещаемого цветочного магазина? – хитрая ухмылка проступила на лице рыжеволосого. - Значит, ты с ней знаком? Да, именно она. Я бы еще с тобой поговорил, но мне правда пора. Как буду уходить из города, планирую к тебе зайти. Надеюсь, ты не против. - Конечно, я же сам тебя только что пригласил. Уж кому-кому, а тебе в своей лавке я всегда рад! До встречи! – помахал рукой рыжеволосый эльф. - До встречи. - бросил принц и отправился обратно к цветочному магазину. Дорога уже была знакомой, и через три минуты он уже закрывал за собой дверь в дом Берты. Это не осталось без внимания хозяйки дома, что уже заканчивала расставлять только что срезанные цветы, готовясь открыть магазин. - Ты уже вернулся? Как раз вовремя! Я уже все приготовила. Проходи, садись за стол. Я сейчас подойду! - старушка обогнула Валафара, и перевернула табличку на двери стороной, на которой было написано "открыто". Он не стал ничего говорить - просто кивнул и направился в сторону кухни. Оказавшись в новом помещении, он привычно огляделся. Просторная комната, простая деревянная мебель в белой морилке, белоснежный же фарфоровый сервиз на столе посредине... и очень много цветов. Как и во всем этом доме, здесь было необыкновенно уютно. Сервированы были только две тарелки с незнакомыми блюдами, и две кружки с орнаментом, уже виденные им вчера, из которых отчётливо пахло травами. Сев за стол, Валафар решил не приступать к трапезе без хозяйки и тем более, без информации о неихвестной пище. Он стал разглядывать дальше: приятным открытием стало то, что эта комната абсолютно не просматривалась из магазина. Это работало и в обратную сторону, но в первую очередь принц не хотел портить приютившей его женщине продажи. Подготовив все, что ей требовалась, Берта тоже пришла на кухню, и, присев на украшенный подушечкой стул рядом со своим подопечным, стала засыпать его вопросами. - Ну, как погулял? Встретил кого-нибудь? Может, что себе хорошее присмотрел? Валафар, по своему обыкновению, стал отвечать подробно на каждый вопрос: - Все прошло хорошо. Город у вас хороший, правда немного шумный, но это ничего. Встретил там своего старого знакомого. Мы немного пообщались, а потом разошлись. Ничего такого себе не приметил, разве что надумал перед уходом заглянуть к тому самому знакомому, попрощаться. А так ничего особенного не случилось. Я, конечно, был рад повидаться с Холаном, но это не настолько масштабное событие. Услышав имя эльфа, Берта заметно оживилась, и, удивлённо вскинув брови, спросила: - Неужели наш пекарь – твой давний друг? Какое приятное совпадение! Он такой хороший! Да и делом своим занимается прекрасно. А ведь это я именно от него узнала про тот случай в Арадоне... – Берта уже было начала рассказывать дальше, но, увидев, как сереет лицо принца, остановилась, – Извини, что напомнила. Я не хотела… - Ничего страшного. Я все прекрасно понимаю. Не удивлен, что он вам все рассказал. Этот валенок вообще всем обо всем рассказывает, даже не стесняется. Это с одной стороны хорошо, а с другой плохо… Но он все равно очень хороший товарищ и я не пожалел, что познакомился с ним тогда, на войне. - На войне?! – несказанно удивилась старушка – а вот об этом он никому не рассказывал… Валафар усмехнулся и, откинувшись на спинку стула, сложил руки за голову. - Того, что ему более трехста лет, он вам, судя по всему, тоже не рассказывал, так ведь? Берта не нашлась, что сказать, от удивления. Нет, конечно же, все знают, что эльфы - долгожители, но... Холан выглядел едва ли лет на двадцать пять. - Ну он же эльф. Это людям кажется, что они вечные, а по меркам непосредственно вида, к которому относится Холан, он, наверное, мой ровесник, или около того. - Но ты ведь тоже не человек. Валафар задумался. Он не переставал удивляться: Берта знает и эту его особенность. Принц, проводящий большую часть своего времени в одиночестве, совершенно забыл, что даже выглядит, мягко говоря, достаточно... необычно для простого смертного. - Да… Действительно. - Ты же ибелит, "тот, в ком живёт сила, равная силе богов". Юноша смутился - очень мало кто мог похвастать такой информацией о нем; и это выглядело небезопасно. Зрачки в разноцветных глазах расширились, не то от страха, не то от любопытства: - Да, вы правы. Но откуда? Как вы узнали? На лице хозяйки заиграла озорная улыбка. Берта ничего не хотела скрывать от своего гостя, и с присущим ей энтузиазмом стала пояснять: - Мне Холан рассказал. Когда я только узнала о том, что у нас булочная открылась, решила тут же туда сходить. И так уж случайно получилось, что я в тот день была самой первой посетительницей данного заведения. Мы с этим милашкой разговорились и вот - он про тебя мне все и рассказал. - Ага, знали бы вы, каким он «милашкой» был, когда мы с ним познакомились, – ухмыльнулся синеволосый. Повисло неловкое молчание, но только на мгновение. Валафар вспомнил, что они отвлеклись от темы: – Прошу меня простить за то, что вас перебил… Просто мне показалось немного странным то, что вы назвали его милым... - Ничего страшного! Тем более, я уже закончила рассказ. Но, все же, ты и сам знаешь, что он действительно милый парень. Я никак не могу свыкнуться с мыслью, что он мог воевать. Оба замолчали, обдумывая, как продолжить разговор дальше. Обратив внимание на нетронутую пищу, Берта спохватилась: - Да что это мы? Надо бы уже начать завтракать. А то мы тут засиделись, а нужно ещё дела делать! - Да, конечно. Извините, что вас отвлек, – опустил глаза и уши принц. Хозяйка в ответ нахмурилась: - Хватит извиняться, все нормально. - Хорошо, я понял… Растягивая липкую, но уютную ткань тишины, Берта увлеченно наблюдала за Валафаром: за метущим из стороны в сторону хвостом с пушистой кисточкой на конце, за тем, как он поправляет падающую на лицо давно отросшую челку. "Такой взрослый уже стал, - думала Берта, - но все такой же славный мальчик". С их предыдущей встречи прошло много лет, и, конечно, принц с тех пор изменился. Теперь он был не ребенком, и даже, в принципе, не юношей, что соответствовало бы его реальному возрасту - принц без королевства уже мог называться взрослым мужчиной. Строгая, гордая осанка, сильные плечи, плотно обтянутые рубашкой, "серьезная" морщинка над переносицей, сиплый, усталый голос. И вечный голод в разноцветных глазах - голод ищущего. "Интересно, - размышляла старушка, - а он все ещё любит горячий шоколад? А кроликов? Бывало, он чуть ли не лез в драку, чтобы заткнуть кого-то, кто может хотя бы случайно напугать это животное. Наверное, сейчас Валафар может заставить замолчать и отступить одним взглядом или одной хищной улыбкой, похожей больше на оскал большой дикой кошки..." От любования бывшим воспитанником Берту отвлёк тихий, смущённый голос принца: - Знаете, Вы очень наблюдательны... - О чем ты? - Вы меня рассматриваете так, как будто я какой-то диковинный зверь из темных неизведанных лесов. Что так привлекло ваше внимание? - А ты и есть - "из темных неизведанных лесов". Ты очень изменился, знаешь ли… Вытянулся, окреп, похорошел, – Берта подперла подбородок левой ладонью. Глаза с фиолетовым оттенком все так же пристально наблюдали за мельчайшими движениями синеволосого. Стоило принцу замолчать и продолжить трапезу, она спросила, снова разорвав установившуюся тишину: - Когда ты собираешься отправляться? – начиная разговор издалека, аккуратно спросила Берта. - А вы что, меня уже выгоняете? - Да что ты! Нет, конечно! Просто ты еще вчера говорил о том, что тебе нужно спешить, вот и спрашиваю. Может, я ненароком заставляю тебя опаздывать. - Спасибо за беспокойство. Но вы оказались правы, я планирую выдвигаться примерно через час, как только соберу вещи. Я еще думал заглянуть к Холану на пару минут, так что из города я уйду только ближе к четырем часам, – ответил Валафар, поглядывая на настенные часы, показывающие три. Удивительно, но в магазин ещё никто не заглядывал - видимо, у ройлендцев было принято дарить цветы только по вечерам. - Ну хорошо. Тогда мы сейчас доедим и я помогу тебе собрать вещи. Надо будет положить тебе провизии получше, лечебных трав - одну из своих сумок тебе отдам, аптечку небольшую надо бы положить тоже, потом еще взять брошку того самого блондина… - Начала перечислять нужные вещи хозяйка. - Постойте, пожалуйста! Мне не нужны все эти вещи! У меня уже есть все нужное... И еда, и вода, и какие-никакие лекарства. Брошь я уже приколол к плащу, и сумок мне не нужно. Мне вполне хватит кармана на поясе, – вовремя перебил Берту Валафар, опасаясь, как бы Берта не попыталась всучить ему целый дом. - Как кармана? Чем ты вообще питаешься, раз у тебя один карман на все припасы?! – от негодования Берта прикрыла рот рукой. - Ну… Мне буханки хлеба обычно на неделю хватает, а так чем приходится. Я ягоды в лесу собираю, рыбу ловлю, птиц... – Совсем не замечая подвоха, начал рассказывать Валафар. - На неделю?! Что?! Ты вообще человек? – дрожащим голосом, чуть ли не плача, спросила старушка. - Иронично, что вы это спросили, хотя пару минут назад сами озвучили ответ. Хвост есть, поэтому - скорее нет. – принц говорил быстро, понимая, что ему могут не дать договорить. - Ты что, с ума сошёл?! Так же можно и заболеть какой-нибудь серьёзной болезнью! Так… Я сейчас все тебе соберу! - не терпящим возражений голосом воскликнула Берта, совсем не обращая внимания на то, что Валафар вздрогнул от такого громкого звука, и, не замолкая, забегала в поисках чего-то по комнате. – Так, ты что сидишь? Доедай быстрее! Тебе надо много кушать! – с этими словами бабушка необычайно резво для ее возраста убежала куда-то на второй этаж. Видя, что переубеждать Берту не имеет смысла и смирившись со своим положением, принц наконец закончил завтракать и, аккуратно сложив тарелки и чашки горкой друг на друга, направился к раковине в углу, у окна. Но не успел он взять в руки мыло, снова спустившаяся на первый этаж Берта отвлекла его: - Просто положи тарелку в тазик, я чуть позже сама помою! - Ладно, я понял... – уже в который раз прошептал Валафар, доставая посуду из раковины и перекладывая в указанное место. На выходе из кухни Валафар чуть не столкнулся с хозяйкой, на всех парах спешащей в следующее помещение. Кинув быстрое "прости", она молниеносно скрылась за дверью. «Неужели она так торопится собрать для меня вещи, пока я не ушел?» - поинтересовался про себя Валафар, и толкнул только что закрывшуюся дверь. Как он и думал, это была кладовка - но только никак не мог предугадать, что посреди нее будет выситься гора тряпок, выкидываемых Бертой из шкафа. Она была так занята своим делом, что не замечала присутствия принца, который тихо опустился на табуретку в углу. Не поняв, чем занимается его хозяйка, Валафар погрузился в свои мысли, и поэтому не успел увернуться от чего-то пушистого, прилетевшего аккурат ему в лицо. Неизвестно, сколько бы времени он так и просидел с платком на голове, не в силах выйти из ступора, если бы Берта не закончила свою бурную деятельность и, приподняв край ткани, чтоб посмотреть принцу в глаза, не поинтересовалась: - Извини, я тебя не увидела. Ты не хочешь это снять? – мягко улыбнулась бабушка. Валафар наконец вернулся в реальный мир, и растерянно заморгал. - А… Да, конечно, – пробормотал он и, стянув с себя клетчатое полотнище и сложив его в несколько раз, встал и вручил старушке. - Я так понимаю, это у вас склад, верно? – спросил Валафар, и подошёл ближе к череде этажерок, заполняющих половину комнаты,– Так много книг... Интересно, о чем они? О травах? — он больше разговаривал сам с собой, чем с Бертой. Или, может быть, принц разговаривал с самими книгами? Касаясь приятно-шероховатых корешков, он словно на ощупь начал проверять названия. Библиотеки были ещё одной страстью Валафара. Не имея дома, он не мог себе позволить и иметь много книг, хотя читать любил с детства. Поэтому в любом городе или особняке он считал своим долгом посетить данное заведение. Это было его "личное правило". Из чертогов собственного разума, где принц снова стал забываться, его в очередной раз вырвал звонкий голос Берты: - Я тут тебе почти все вещи собрала, осталось только еду положить. Будут какие-то пожелания, или доверишься моему вкусу? – чуть ехидно, с легкой, лучистой улыбкой спросила старушка. - Думаю, я оставлю это на ваш выбор. Все-таки не я тут живу, и не я все это покупал, - с трудом отвлекся от своих мыслей синеволосый принц. - Вот и чудненько! Ты пока иди, присядь на дорожку. Я тебе, кое-что вынесу, – Берта аккуратно взяла его за одну руку потянула к двери, а в другую вложила какой-то небольшой свёрток. Положив его на скамеечку у входа, Валафар поправил корону и накинул на плечи темно-рыжий шерстяной плащ. Он был тонким, но вполне подходил и для осенней погоды, и хорошо скрадывал стройную фигуру принца, не давая понять, насколько же он на самом деле похож на тонкое, гибкое юное дерево. Особенно когда край плаща приподнимал меч - но сейчас он висел на спине, чтобы не бросаться в глаза. Полностью подготовившись к выходу, и ещё немного посидев, Валафар занервничал - он не привык ждать. Принц было уже собирался пойти искать Берту, но стоило ему встать с табуретки - и она, наконец, показалась на лестнице. В ее руках, словно гиря, мерно покачивалась огромная сумка, толщиной не уступающая его телу. - О нет... - обречённость читалась в глазах путешественника. Берта в ответ только хихикнула: - Да ладно тебе, не такая уж она большая! Тут только все самое необходимое. - Ну ладно-ладно! Всё равно с вами спорить бесполезно. Так уж и быть, возьму я эту сумку… - выдавил из себя Валафар, стараясь не засмеяться тоже. Но, к его радости и недоумению, ярко отразившемуся на лице, сумка действительно была полупустой. – Я решила, что будет как-то неправильно набивать ее под завязку. Тебе и передвигаться пешком будет неудобно, и, если нужно было бы еще вещей положить – могло бы не хватить места. Поэтому я действительно собрала только самые важные вещи. Там есть небольшой, но теплый плед, огниво, железный котелок, бинты с заживляющей мазью, и пакетик моего секретного чая. Надеюсь, что тебе это поможет, – застенчиво вымолвила старушка, заложив руки за спину. Было видно: она очень очень переживает, что Валафара что-то не понравится. Но на деле вышло точно наоборот: он прятал глаза, не зная, как выразить благодарность. Принц чувствовал себя очень неловко. Он не привык к той доброте, какую Берта проявляла к нему: уже много лет никто не приглашал его в свой дом, чтобы переждать дождь и отдохнуть, и тем более - не собирал подарков для затяжного путешествия. Казалось, Валафар никогда ещё не встречал таких людей. Они все остались только в воспоминаниях, пол жизни назад. Большинства даже уже не было в живых. Берта болезненно напомнила принцу его мать - она была такой же заботливой, и - точно так же - всегда радовалась его приходу. Неожиданная помощь была очень приятной, и не принять ее было бы преступно, каким бы гордым и независимым не был сам Валафар. Так что - он перекинул сумку через плечо и, встав на одно колено, чтоб не смотреть на хозяйку дома сверху вниз, сложил руки в молитвенном жесте: - Я бесконечно Вам благодарен, матушка Берта. Такого приема, какой Вы мне оказали, я никогда не забуду, и везде буду рассказывать о Вашей исключительной доброте, - принц поклонился так низко, как только мог. Это был особенный случай, ради которого стоило склонить даже настолько гордую голову. - Да ладно тебе, не стоит. Для меня это, всё-таки, обычное дело. Просто я очень рада тебя видеть, вот и веду себя так растерянно. – проворковала Берта своим нежным голоском, который Валафар действительно запомнил на всю жизнь, и чуть склонила голову на бок, прикрыв глаза. Но уже через мгновение резко выпрямилась, ударив себя по лбу правой рукой: - Ой, что же это я?! Совсем забыла! Постой минутку, не уходи пока, я ещё кое-что должна тебе отдать, - старушка стремительно скрылась на втором этаже. Даже в противоположном конце дома было слышно, как она выдвигает и задвигает тяжёлые ящики комода. - Вот, держи, - спешно сустившись, Берта с туманной улыбкой протянула уходящему гостю небольшое зеркальце на булавке, размером со спичечный коробок, украшенное керамическим цветком сирени, - Я даже не помню, зачем его хранила, но, думаю, тебе оно должно пригодиться. Валафар приколол новую брошь поверх той, что получил вчера, с внешней стороны плаща. Он уже понял, что спорить бесполезно. - Кстати, пройдем на пару секунд на кухню. Я еще кое-что для тебя сделаю. – продолжила старушка, оставив принцу только догадываться о том, сколько можно ещё за ним ухаживать. И, конечно, ещё смотреть, как она методично заворачивает еду в узелки: хлеб, галеты, копчёную колбасу, сушеные мясо и овощи. Нет, в сердце принца Авельянс не могло быть жадности, но и не так часто ему приходилось вовсе разговаривать с людьми, не то что с помощью слов отстаивать свои позиции. Так что - он мог только наблюдать за Бертой и удивляться, откуда у нее столько всего, чем можно было бы поделиться. Выразительно посмотрев Валафару в глаза, что тот истолковал как несказанную фразу "откажешься - живьём разделаю", старушка закинула ему в сумку толстый шмат ветчины. Уже и так донельзя смущённый, принц старался не двигаться, и казаться как можно менее заметным. - Спасибо... - все, что он смог выдавить из себя, пряча узел с едой все в ту же сумку. Они, наконец, вернулись к входной двери. Берта погрустнела - было видно, она не хочет так быстро расставаться с вновь обретенным другом. Валафар уже повернул ручку, чтобы выйти - но вдруг остановился и в пол оборота посмотрел на хозяйку дома. Ему самому было удивительно - но от взгляда на маленькую тоскующую женщину у него сжалось сердце. Берта явно переживала о чем-то нехорошем, но не хотела говорить, чтобы не портить расставание. Но, увидев вопросительное выражение на лице Валафар, она, все же, сказала, но тихо, будто не своим голосом: - Вал… Прошу тебя, будь осторожен. Береги себя. Не влезай в передряги. Валафар слегка присел и обхватил руками плечи старушки. Берта чуть не вскрикнула, но, поняв, что он хочет показать этим действием, она обняла его в ответ. От человеческих прикосновений Валафар еле слышно зашипел, и невольно отстранился. Хозяйка кивнула и отпустила его тоже. - Спасибо Вам за всё, что вы сделали. Повторюсь – я этого никогда не забуду. Я буду всеми силами стараться не подвергать свою жизнь опасности,только ради вас. Если это действительно так беспокоит вашу душу. А сейчас мне действительно пора идти, как бы я не боялся Вас расстраивать. Но мне правда пора. - Я все прекрасно понимаю, – уже более спокойно сказала травница. – Но помни: в мой дом двери для тебя всегда открыты! - Берта улыбнулась последний раз, прежде чем Валафар отсалютовал рукой на прощание и прикрыл за собой дверь. Берта вернулась в гостиную и села на диван, пытаясь расслабиться. Смутное беспокойство затмило ее разум, так что даже откинувшись, вроде бы, сбросив напряжение, она все равно чересчур крепко держалась за подлокотники, словно готова была тотчас же вскочить. Это было не зря: не так много времени прошло между тем, как закрылась дверь за блудным принцем, как звон колокольчика оповестил о новом госте. Старушка порывисто встала, поправила фартук и пошла навстречу.       Это была Азалия, ее юная подруга - миловидная блондинка с бездонными карими глазами и тонким, почти незаметным швом, пересекающим лоб и левую щеку. Бело-розовое платье до середины лодыжки делало ее похожей на небольшое прдрассветное облачко, особенно в соетании с красным шелковым шарфом, накинутым на плечи. - Ты по делу, или просто на секретный чай? – снова задорно, как ни в чем ни бывало, спросила Берта. - На самом деле я хотела прикупить у тебя пакетик лавровых листиков и лиловую гортензию. Уж больно она мне понравилась, когда ты мне ее в прошлый раз предлагала. Тогда я не решилась её покупать, все-таки растение достаточно капризное. А сейчас вот решила завести себе такую. – перезвоном колокольчиков ответила Азалия, и, явно любуясь нарядом, покружилась вокруг себя. – Кстати, а что это там лежит у тебя на столе? Хозяйка дома удивленно обернулась к столу. С самого утра там лежала стопка газет, но тперь к ним прибавились сложенный вдвое лист бумаги и небольшой мешочек. - Ой, ладно. Я пока пойду выберу себе самую симпатичную гортензию из всех имеющихся. Мне все равно неинтересно, что там за записочка, – звонко рассмеялась девушка и вприпрыжку отправилась в сторону стендов с цветами. Берта же подошла к столу и развернула записку. «Я знал, что Вы будете за меня переживать, поэтому решил облегчить ваше волнение за мою жизнь и кое-что оставил. Не знаю, когда вы это читаете - думаю, уже вечер. Тогда - прошлой ночью, почти сутки назад, когда я у Вас ночевал, я сбегал до одного секретного места и принес вам семена одного цветка, о котором знаю только я один. Этот цветок показывает состояние того, кто наложил на него особое заклинание. Я его наложил. Поэтому, когда этот цветок вырастет (а растет он очень быстро), то, только взглянув на него, Вы сможете узнать о том, что со мной происходит. Я не буду вдаваться в подробности, Вы, скорее всего, сможете сами все определить. Очень надеюсь, что я не заставлю Вас волноваться, и что и цветок, и я будут в целости и сохранности.

Искренне ваш,

Валафар Авельянс, принц Арадонский.»

Дочитав письмо до конца, Берта улыбнулась и, взглянув на небольшой мешочек с семенами, положила его в себе в карман, поставив себе цель посадить его у себя в комнате в этот же день. - Вот же хитрец… - с той-же улыбкой произнесла Берта, аккуратно сжимая шероховатый листок бумаги. Ветер становился все более холодным и пронизывающим. Небо посерело, будто укутываясь в шерстяной балахон. Казалось, что и лица людей тоже помрачнели, слившись с погодой, что так легко портила настроение и вызывала меланхолию. Валафар шёл по серым улицам, наслаждаясь моментом свободы, какой в последнее время редко удавалось уловить. Вороны, летающие по городу - лесные птицы - лишь усугубляли темно-серую атмосфру: значит, в ближайщи дни ни радуги, ни ярокого солнца ждать не придется.       Первое время он не думал, куда идет, заворженный наступающей непогодой. На какое-то время принц даже забыл о Холане. К счастью, он не так долго блуждал в своих мыслях, и, вернувшись из них обратно в ральный мир и оглядевшись, увидел на противоположной стороне улицы яркую вывеску с надписью "Колосок", обрамленной коробчками пшеницы. Когда Валафар зашел внутрь, за прилавком никого не было, как и во всем остальном помещении - ни у прилавка, ни за высокими столиками, расставленными у панорамных окон. Холан стоял чуть в глубине пекарни и заунывно смотрел на улицу, в надвигающиеся облака, ничего вокруг не замечая.       Принц громко прокашлялся. Рыжеволосый эльф медленно пеервел на него глаза, не двигаясь, несколько раз моргнул, и только потом с широкой улыбкой вышел к прилавку. - О, Валафар, привет! А ты, я погляжу, все-таки не забыл про меня! – радостно поприветствовал он, и, подняв откидную доску, направился к старому другу с распростертыми руками. - Да как же я про тебя забуду? Раз уж обещал, так обещал. Разве я когда-либо нарушал обещания? – принц состроил такую гримасу, чтоб показать, будто эти слова уязвили его в самое сердце. Он часто так делал, чтобы проверять своих друзей на верность. - Разве что тогда, когда ты пообещал не доставать Алана своими расспросами о ботанике. Он ведь до сих пор от тебя шарахается, бедный, – ответил таким же страдальческим выражением лица эльф, и тут же перевел тему. – Что будешь? - А что у тебя есть? – С ехидной улыбкой спросил принц, картинно подперев левую щеку ладонью. - У меня есть всё, чего желают клиенты. Это ведь практически самая обычная забегаловка, с большим разнообразием блюд. Хотя я, наверное, знаю... – Холан развернулся на месте и ушел к себе на кухню. Дврь он оставил открытой, и из нее в зал полноводной рекой хлынули запахи специй и еще горячей выпечки. Валафар называл это "запахом тепла" - и считал до ужаса приятным. - Надеюсь ты помнишь, что я сахар на дух не переношу? – крикнул синеволосый в пустой проем. От того, как незамедлительно и громко прозвучало в ответ "Конечно!", принц вынужден был прижать руками уши. Вскоре пекарь вернулся с подносом: - Вот тебе сладкие маффины без сахара. И зеленый чай с ромашкой - всё как ты любишь, – с легкой загадочной улыбкой произнес эльф, и, поставив означенный перекус на стол, сам сел рядом с принцем, - Никакого сахара! - Очень надеюсь на то, что это правда. Я, все-таки, знаю, как сильно ты любишь подшучивать, – подметил Валафар, осторожно беря в руки теплую плотную булочку. – Но я еще даже не попробовал, а уже чувствую, что будет прекрасно, как и всегда, – комплименты принц делал редко, но сейчас не мог сдержаться - и со злорадством не отметить, как порозовели веснушчатые щеки хозяина пекарни. Он продолжал и продолжал восславлять кулинароное искусство эльфа, не забывая уплетать его печево, пока у того не кончилось терпение: - Прекрати издеваться, пожалуйста! - Холан лукаво прикрыл лицо руками, - Я, конечно, понимаю, что вкусно - мне часто делают комплименты. Но не настолько же часто! Валафар усмехнулся и, пользуясь преимуществом в росте, с силой потрепал рыжую макушку: - Ну что же ты так со мной? Неужели даже обоснованную похвалу от старого друга не принимаешь? Обижаешь, старина. – снова прибег к своей излюбленной тактике принц. - Ладно, прости. Не подумал. Но ты же сам знаешь, что такая бесстыдная похвала безумно смущает. Помнишь, как тебя девушки кадрили на Вендере? Понравилось тебе? - Конечно. Ты ничуть не хуже готовишь, чем 4 года назад. Даже гораздо лучше! –напоследок добавил синеволосый, прежде чем задать рыжему уже давно интересовавший его вопрос: - Так зачем ты меня позвал? Ты хотел что-то обсудить? – не скрывая своей заинтересованности, спросил принц. Холан отвел взгляд. - Да так, хотел расспросить о твоей жизни. В каких странах ты побывал с тех пор, как мы расстались, куда ты направляешься сейчас, какие у тебя планы на будущее... Да и просто поболтать. Тебе же, небось, тоже интересно мою историю послушать, - эльф заговорщичски наклонил голову. - Ну… А мне разве есть что такого рассказывать? Жил себе спокойно, воевал, путешествовал, еще воевал, а потом узнал о Ройленде и пришел сюда, посмотреть на мир. Потом буду держать курс на восточную часть долины южного ветра. Просто так, не с какой-то целью. Ты же знаешь, я люблю места, где ещ не был. А так ничего особенного. Разве что... достаточно интересной частью моей истории можно считать почтенную Берту Уинлесс, которая на время приютила меня у себя, - синеволосый откинулся на стуле, по привычке закинув руки за спину и, словно довольная кошка, прикрывая глаза. Холан наоборот, положил голову себе на руки и перестал моргать. - Я даже не удивлен тому, что ты так кратко и четко все рассказал. Всё такой же прямолинейный и точный Валафар. Не меняешься, старина. – улыбнулся рыжеволосый. Принц промолчал, будто не слышал. - А если говорить про меня, то я тоже зря времени не терял. После войны в Осцихане я практически сразу поехал сюда, в Ройленд. Немного поучился - чтобы достичь уровня профессионала: ну, сам знаешь - немного там, немного здесь. А потом - участововал в отстройке города, вечный мир тут совсем недавно, пол города, помню, лежало в руинах. поэтому, - эльф обвел руками помещение, - у меня теперь есть аж двухэтажный кирпичный дом, как у людей. И довольно много уважения для простого повара. - В твоей истории тоже нет ничего такого, чтобы могло меня удивить. Так что не надо тут меня осуждать за то, что я неинтересно рассказываю, - съехидничал Валафар. - Это я тебе еще не напоминаю тот случай, когда я на одной из наших стоянок легенды про себя рассказывал. Ты тогда всю ночь не спал, лишь бы дослушать до конца. Ну что ж, пора и честь знать тогда, - он встал и начал копаться в карманах брюк, - Сколько я тебе должен за это?       Уловив в голосе боевого товарища серьезные ноты, Холан замахал руками: - Ты что?! Я тебя угощаю за счет заведения - мы же столько вместе пережили! Ты мой друг, Валафар, и я просто решил дать тебе что-нибудь вкусное за разговором. И, если ты не заметил – не ты один тут чаи распиваешь, – эльф указал рукой на чашку с еще не допитым чаем перед собой. - Ты уверен, что тебе не нужно платить? – неуверенно, даже с легкой дрожью в голосе спросил принц. Холан кивнул, и Валафар покорно опустил руки и посмотрел на собеседника. - Ну что же… Иди, если торопишься. Тебя, судя по всему, ждет долгий путь, - эльф выразитльно поглядел на сумку, - никак, матушка Уинлесс собрала тебя в ледяные пустоши? - Вообще-то я собираюсь на восток, - не понял шутки принц. - Но ты прав, мне действительно лучше уже отправляться в путь. Иначе, такими темпами, я до заката даже из города не выйду. – Валафар пытался сказать это как можно мяге, чтобы не обидеть друга, но, увидя, что, что Холан продолжает все так же мирно улыбаться, поправил плащ и повернулся к двери. - Давай я тебя хоть провожу, – звонко воскликнул рыжик, и, обогнав принца, открыл перед ним дверь. Но до того, как Валафар перешагнул порог, хозяин пекарни дернул его за край плаща, заставив обернуться. - Дам тебе мудрый совет. Раз ты направляешься на восток, то, полагаю, хочшь искать того самого путника, который оказал огромную услугу нашему городу. Тогда лучше бы тебе идти чуть правее, через реку Ганицида прямо, до деревни Сангирио. Ходят слухи о том, что тот парень направлялся именно туда, может, ты сможешь его застать на тамошних курортах. - Благодарю за полезную информацию, – принц снова потрепал рыжую макушку, перебрасывая кудряшки одной стороны на другую, – А сейчас я, пожалуй, уже пойду. Пора мне. - Но ты же еще вернешься? – с надеждой в глазах тихо спросил Холан, не отпуская плащ. Он тоже испытал это смутное бспокойство, предвещающее беду. Он прекрасно знал характер Валафара и его любовь к опасным приключениям, нередко оставляющим уродливые следы на память. Но ведь каждый шрам - лишь несостоявшаяся гибель. Тем более, эльф был одним из немногих осведомленных о хронической болезни принца - астме, которая могла свести его в могилу в любой день, не окажись никого рядом. А путешествовал Валафар в одиночестве... - Я… Да, конечно, вернусь. После того, как найду того странного парня и расспрошу его о том решении, и после сразу и вернусь в Ройленд. Но раз уж ты так обо мне беспокоишься, то тоже дам тебе совет. Если почувствуешь, что со мной что-то случилось – приходи к Берте и попроси её показать синий цветок. Не спрашивай, о чем я - она сама тебе расскажет. - Опять загадками говоришь… Удачи тебе. Будь осторожен, мой друг. – тихо пролепетал рыжеволосый, удержавшись от уже ставших привычными ему прощальных объятий. Со стороны принца последовал положительный кивок, Валафар сделал шаг, и дверь закрылась. И лишь развевающиеся на ветру полы плаща, все мене и менее различимые в тусклом свете солнца, закрытого облаками, оставляли за собой легкую атмосферу присутствия загадочного принца в короне, но без королевства, Валафара Авельянс…