(Не) Может

             Сара больше не может так.       Это преследовало ее еще в самом начале Смертельной Игры. Ее не покидало чувство, что все, что они делают, в конечном итоге приводит к тому же. Что бы они не делали, сколько не внушали себе счастливое будущее, этого не будет. Снова и снова, будто разговаривая со стенкой, каждый прокручивает у себя в голове одно и тоже: мы выберемся вместе. И каждый знает, что он обречен на провал. Сколько людей уже погибло… Для кого-то это просто числа. Лишь информация, воспринимаемая и вносимая в бумаги, компьютеры. И кому-то наплевать, кто это — дети, школьники, взрослые, мужчины, женщины, счастливые или несчастливые, добрые или эгоисты, упорные и отчаявшиеся. Всех ждет один конец, плачевный, как затонувший Титаник, такой же плачевный!       

***

      Чидоин уже решила: это будет быстро и несомненно сработает. Она взяла несколько пачек таблеток из медпункта, белых или разноцветных, это уже неважно. На вопрос Сафалин о том, зачем ей столько медикаментов, она лишь бросила печальный, опустошенной взгляд и побрела дальше к своей комнате. Плачущая кукла лишь вытерла слезки о запястье и тяжело вздохнула, понимая всю безвыходность ее положения. Такая юная девушка собирается умирать так рано! Хотя, это уже точно не дело Сафалин. Или…       Девушка заходит в свою комнату и закрывает ее на замок. Все должно сработать. В этот раз уж точно. Она сделает это назло всем. Назло этим поганым и проклятым людям из Асунаро, назло Соу, назло тем, кто ее любит(?)! Сара вскрывает упаковку таблеток и высыпает большую горсть себе в ладонь. По идее, этого должно хватить. Девушка поднимает руку и открывает рот…       «Эй, Сара, что ты хочешь сделать? Разве это выход?» — доносится голос того дружелюбного полицейского, что был рядом постоянно.       — Ах? Кто это? Я снова в бреду? — задает она вопрос. Ответа не последовало. Никого, только тишина разрезает ее уши.       «Хэй, Сара, ты в порядке?? Что ты делаешь здесь, с этими таблетками в руке???» — радостный голос парниши, кажется, совсем-совсем близко.       — Прекратите! Вы, глупые, никчемные галлюцинации! — она зажмуривается. Ноги подкашиваются. Рука все еще уверенно держит таблетки.       «Старшая сестренка Сара, почему все так?»       «Сара, я конечно всегда уверена в тебе и доверяю, но… Я не думаю, что это хорошее решение.»       «Ч-черт возьми, Сара, ты уверена в том, что сейчас делаешь?!»       — Прекратите все!! Все вы — не больше, чем голоса в голове, вы желаете мне только плохого! Вы хотите увести меня от единственного места, где меня ждет покой! Да, я поступлю так и да, я знаю, что это необратимо, но я буду счастлива там! — она срывается на тихом шепоте. Навязчивые мысли снова угнетают Сару. Она сможет достигнуть спасения быстрее, чем остальные. Только если запихнет себе это в рот. Но… Что-то не вяжется.

***

      «Запись от ??.??.??.       Приветствую тебя, мой дневник. Эта запись сделана до первой Главной Игры. Я нашла карту Ключника и не до конца понимаю, что это значит. Возможно, у нас будет что-то типа игры Мафия? Тогда причем тут Ключник? У меня предчувствие, что карты тут не просто так. В любом случае, настроение у всех сейчас не самое лучшее. Но мы всей командой стараемся не терять надежду и держаться в тонусе, как хорошо, что со мной мой друг Джо! Я уверена, без него я была бы слабее в разы. Познакомившись с остальными, я нашла общий язык почти со всеми: в основном это были Реко, Нао, Кейджи и Мишима. Подозрительными мне показались Кай (кажется, я где-то видела его раньше…) и Соу. Канна (ученийа младшей школы) была очень напугана, поэтому я успокоила ее и узнала, что ее сестра погибла в Первом испытании. Какой изверг вообще будет брать на игру детей?! После знакомства мы пошли обследовать этаж: вроде бы, ничего подозрительного (кроме вышеупомянутой карточки) мы не нашли… Если произойдет что-то важное, я обязательно напишу об этом сюда! До встречи!»       «Запись от ??.??.??       … Я даже не знаю, что сказать. Я пишу это после первой Главной Игры. Джо и Кай… Они погибли. На моих глазах. В момент наблюдения их смерти, кажется, все перемешалось во мне: замешательство, шок, страх, гнев, печаль… Я остолбенела. И просто смотрела на их мучения. Я не сделала ровным счетом ничего… Если бы я только знала, что тут будет. Мне бы не хотелось больше вспоминать об этом. Нас пустили на следующий этаж. Все ощущали себя опустошенными. Кто-то тихо плакал, кто-то был погружен в свои мысли, кто-то шокирован и разьярен… Что делала я? Я молчала. Стиснув зубы, я молчала. А хотелось кричать, крушить, плакать и истерить. Но нужно двигаться дальше. Нам дали новый этаж для изучения, а значит, игра продолжается. И края пока не видно. Никто не знает, сколько еще это будет длиться. И закончится ли. В любом случае, кратко о том, что происходит в данный момент. Рио Рейнджер и Сафалин (Мастера Этажа) дали нам 10 аттракционов и сказали набрать каждому по 10 фишек за 3 дня, иначе умрем. Проходить испытания мы начнем завтра, а сейчас ночь. Но никто не спит. Я чувствую витающее в воздухе напряжение, и спать не хотелось от слова совсем. Хочется ли мне продолжить? Нет. Хочется ли мне подводить других? Нет. Хочется ли сбежать вместе со всеми и оживить мертвых, тех, кто не прошел дальше? Очень. Очень хочется, но это лишь мои несбыточные желания. А еще мне хочется отдохнуть от этой суеты. Но нельзя, нельзя расслабляться. Мне доверяют все, на мне лежит ответственность за жизни, я решаю, что правильно, а что нет. Мне стоит хотя бы попытаться уснуть. Если что-то важное произойдет, я напишу это сюда.»       «Запись от ??.??.??       Привет, дорогой мой дневник. Я рада, что ты всегда остаешься со мной. Каждый раз, ты поглощаешь мой негатив и помогаешь мне оставаться той сосредоточенной, умной и доброй Сарой. Зачем я пишу сюда снова? Я хочу попрощаться. Восприми это как предсмертную записку. Все это время, негатив копился во мне, и я больше так не могу. Не могу смотреть на то, в каком страхе они держат нас. Как утро за утром мы собираемся в главной комнате и этого не видно, но наши тела, наш взгляд пропитан недоверием и страхом. Но только мой был пропитан наивной надеждой и радостью. Я дарила всем свой свет, проливала его на то, чего по сути не существует и никогда не было. Вопрос только в том, когда я перестану себя обманывать. И обманывать других. Я поняла: я больше так не могу. Я хочу домой, хочу больше никогда не видеть чужих смертей. Смертей невинных людей. И я устала лгать, я устала обманывать, я устала делать все это! Завтра я приношу таблетки из медпункта, засовываю их себе в глотку и тихо покидаю этот свет от передоза. Никто не узнают об этом. Мой план попасть в лучшее место осуществится.»

***

      Все сидят в лобби, ни о чем не подозревая. Реко разговаривает с Нао: они вместе обсуждают темы, рассказывают о своих вкусах и больше узнают друг о друге. Кью-таро сидит рядом с Кейджи, кажется, они активно спорят о чем-то. Элис, спрятавшись за стенкой, наблюдает за своей сестренкой и незаметно ухмыляется. Канна вместе с Соу снова отсиживаются в комнате второго. Хэй, а где же Гин? Он прогуливается по коридорам этажа. Осторожно просматривает каждый угол, каждое подозрительное место на его пути, пытаясь найти хотя бы какую-то зацепку. Может Гину и поставили диагноз аутизм, но он не глупенький и понимает, что нужно бежать отсюда. Не обнаружив ничего интересного, Ибуши почти поворачивает обратно в главную комнату, как вдруг улавливает непонятный запах. Неприятный, нагнетающий запах… Запах таблеток. Много-много таблеток, перемешанных в одну большую кучу. Обычно они и по отдельности не очень хорошо пахнут, не то что смешанные между собой. Гин навострил уши и нос и украдкой, осторожно подкрался к источнику этого назойливого запаха. Это была комната Сары. Мальчик сразу почувствовал что-то неладное, поэтому из своих подозрений спросил: — Старшая сестренка Сара, ты там? — тихо. Ответа нет. Странно, ведь он обыскал весь этаж, посмотрел в тайных комнатах и около аттракционов, но ее нигде не было. Значит, единственное место, где она была - это ее комната. Услышав там тихий шепот и шаги, Гин напрягся еще больше. Он дернул за ручку двери: заперто. Хотя все закрывают двери в свои комнаты, когда хотят остаться наедине, но сейчас был другой случай. Еще и этот запах таблеток… Ибуши снова громко позвал Сару и постучал по двери. Снова нет ответа. Только вот тихий девичий плач и тихое «прости» начали доноситься из-за двери. Немного напуганный, Гин начал дергать ручку и снова и снова звать ее:       — Старшая сестренка Сара, это не смешно! Тебе нужна помощь? — уже почти в слезах спрашивает мальчик. Как вдруг он слышит резкий громкий стук и чье-то падение. Уже полностью в панике он бросает ручку и бежит, бежит. Слезы страха падают с его щек на одежду. Ноги нереально быстро преодолевают расстояние до лобби. Он весь дрожит. Гину страшно, очень страшно. Страшно за жизнь Сары. Он все понимает, понимает, что не справится один, не справится! Лишь бы успеть, успеть рассказать им все!       Прибежав в главную комнату, он, чуть ли не спотыкаясь об ковер, останавливается и быстро дышит. Все удивленно смотрят на него. Не чувствующий усталости, он подбегает к ним и начинает судорожно объяснять ситуацию:       — Горилла, полицейский, старшая сестренка Реко!! Помогите! Там… Сара.. Она заперлась.. в своей комнате… И не отвечает.. А еще там пахнет таблетками… Пожалуйста, быстрее!! Мне очень страшно за старшую сестренку Сару!!! — чуть ли не захлебываясь в слезах и одышке, выговаривает Гин. В этот момент его пробивает на новую истерику, и он обнимает Кью-таро, зарываясь лицом в его одежду.       — Что-то неладное происходит. Я проверю. — Кейджи быстро встал с дивана и побежал в сторону комнаты Сары. Вслед за ним последовали Реко и Нао.

***

      Сара сидит на полу. Она плачет. Плачет от безысходности и темноты, окутавшей ее разум. В одной руке у нее открытая синяя книга — дневник, куда она записывает все свои чувства и переживания, а в другой — горсть таблеток, которые она не решается выпить. Неужели Чидоин настолько слаба даже для такого выхода? Испытывать страх смерти или испытывать страх жизни, страх чужого несчастья — значения это не имеет. Голова сильно болит. Она стукнулась головой об стену и упала. Чидоин все слышала. Слышала, как жалобно Гин зовет ее. Как он надеялся, что она сейчас выйдет, обнимет, скажет ласковых слов и пойдет к остальным. Но этого не произошло. По лбу стекает красная, теплая кровь, стекает по щекам к одежде. Она отчаянно и грустно смотрит на свой открытый дневник, про себя читая строчки.       «..Мы не теряем надежды и стараемся тщательнее изучать этажи! Пока особых улик нет, но надеюсь, в дальнейшем нам позволят капнуть глубже и разузнать побольше об организации похитителей. А пока, не вешаю нос и бегу осматривать второй этаж!» Строчки, где она еще в неведении.       «..Сегодня я нашла в потайной комнате рядом со столовой ноутбук Кая! Только вот незадача, там требуется пароль, который я не знаю, а спрашивать у Кая будет подозрительно. Пока что не буду его трогать и оставлю там же. Джо я рассказывать пока не буду, по крайней мере не думаю, что стоит. Если узнаю что-нибудь новое, запишу сюда!..» Строчки, где все живы и все можно исправить.       «..Сегодня мы с Кейджи вытащили Гина из ловушки на втором этаже, а так же разгадали загадку зеркальной комнаты! Надежды на выживание становится все больше и больше с каждой новой находкой. Кажется, я очень привязалась к своим новым товарищам: с Реко и Нао я всегда нахожу общие темы для разговора, с Кейджи можно обсуждать расследование (я считаю его очень умным и находчивым человеком, хочу стать, как он!), Гин и Канна просто милашки, а Джо подбадривает меня в трудные моменты. У нас есть все шансы, чтобы выбраться!..» Строчки, где она изъявляет всю свою любовь к ее новым друзьям и надежду, надежду на выход.       Ее пробивает на новый приступ слез. Но даже несмотря на грусть, она выдавливает из себя слабую улыбку. Улыбку от теплых, лживых воспоминаний. Весело, но вечно оставаться в заблуждениях опасно, очень опасно, уж она то знает. Девушка переносит свой замыленный взгляд на другую ладонь: там лежат таблетки. Наверняка, некоторые из них горькие, невкусные, но эффективные. Да, это грязный выход. Да, это ужасный и самый отчаянный выход. Но это мать его выход. Не иллюзия выхода, а выход. Прямо перед ней, на руке. Не придется больше ждать чего-то неосуществимого, не придется делать то, что приводит в итоге к одному исходу. Выход из этого порочного круга. И она разрывается между этим выбором. Между счастливой фальшивкой и жестокой реальностью. Но ее раздумья длятся недолго: она слышит знакомые голоса снаружи комнаты.       — Сара, что происходит? Ты можешь открыть нам дверь? — говорит Кейджи. Может в его спокойном голосе этого не слышно, но он волнуется. Волнуется не меньше Реко и Нао, стоящих позади, и бежащего Кью-таро с заснувшим Гином на руках. Шиноги подходит к двери и стучится. Никто не открывает. Слышно только тихое рыдание и шелест страниц. Кейджи стучит более настойчиво и снова зовет ее.       Девушка сейчас стоит перед ответственным выбором. Сбежать одной или остаться, оставляя себя на растерзание галлюцинациям и лжи. И неизвестно, что будет дальше. Множество вариантов развития событий вьются в ее голове: найдут ли ее труп с таблетками во рту и открытый дневник, полный сожалений, открытий и невысказанных мыслей, или остановят, приласкают и обнимут, защитят от страха.       — Эй, Сара… Может ты выйдешь, и мы вместе все обсудим? — скромно предложила Нао.       — Да, Сара… Выходь к нам, я могу налить кофе. — поддержал идею Кью-таро.       Только Кейджи стоял впритык к двери и ждал ответа от самой Чидоин, а не предлагал свои идеи.       — У-уходите… Я с-сама решу, как мне л-лучше.. — дрожащим, слабым голосом сказала Сара. Она до последнего не хотела, чтобы товарищи видели ее слабую, уязвимую сторону. Ее привыкли видеть собранной, сообразительной и добродушной. Девушка испытывала стыд вперемешку со страхом. И даже от этого ответа она почувствовала неловкость. Сара не хотела нагрубить своим друзьям или обидеть их, просто так вышло. Она чувствовала себя полной идиоткой. Может это прозвучало тихо, но обидно.       — Сара… Открой дверь. Пожалуйста. — Кейджи начал дергать за ручку в попытках открыть дверь. Он понимал, что давит на нее, но если он этого не сделает, он не сможет контролировать ситуацию. Не сможет увидеть, что она делает с собой там, за закрытой дверью.       Ситуация накалялась. Времени на подумать оставалось все меньше и меньше. Напряжение все росло и росло. Сейчас бы не помешала сообразительность Сары, чтобы выбрать разумный вариант, но ее как назло нет здесь…

..и тогда она делает свой выбор.

      Она подносит руку с таблетками ко рту, закрывает глаза и тихо считает.

5…..

      — Сара? Почему ты снова молчишь? — Рука Кейджи все еще на дверной ручке, но он уже не дергает, а просто прислушивается.

4….

      — С-Сара? Ты все еще там? — робко спрашивает Нао, подходя к двери.

3…

      — Сара, ты нас пугаешь.. — Кью-таро осторожно кладет спящего Гина на пол, будто предчувствуя грядущую опасность, и подкрадывается поближе.

2..

      Руки Сары дрожат. Холод проходится по ее спине от резкого и пронзительного осознания происходящего. Будто ее на секунду ударили электрошокером. Но даже это мгновение не позволит ей отвернуться от своего плана. Пути назад уже нет.

1.

(.……)

0

      Она открывает рот пошире и пихает в себя кучку таблеток. Запрокинув голову, она теряет равновесие, падает и ударяется об прикроватный столик, издав болезненный стон. Несколько таблеток падают из ее руки, с мелким противным звуком рассыпаются и катятся по полу, но большая часть оказывается у нее во рту.       — САРА, БЛЯТЬ!! — Кейджи будто срывается с цепи. Он начинает орать и яростно долбиться кулаками в дверь, не жалея своих сил. Нао ахнула и в страхе отошла от двери, спрятавшись за Реко, которая была напугана не меньше ее. Даже Кью-таро отскочил от такого резкого хода. Дверь скрипела и прогибалась под его ударами, но стояла. Бывший полицейский понимал, что у него каждая секунда на счету, и от этого становилось еще страшнее. Да, он застрелил своего кумира в молодости, убил свою бывшую начальницу, и он больше не может допустить чьей-то смерти. Не может дать себе право на ошибку. Поняв, что дверь уже достаточно расшатана, он одним резким ударом ноги выбивает ее. Дверь со скрипом слетает с петель и улетает вглубь в комнату, чуть ли не разбивая окно. Перед ним открывается такая картина: по полу разбросаны маленькие таблетки, а на прикроватный столик опирается Сара с задранной головой, прикрытыми заплаканными глазами и полным ртом медикаментов. Шиноги мигом кидается к ней и берет на руки. Наклонив ее над полом, он грубо хлопает ее по спине, заставляя выплюнуть все таблетки.       — Сара, выплевай! Давай же.. Сара.. Я не хочу тебя терять… Ну же!. — судорожно повторяет Кейджи, будучи в панике. Чидоин, не ожидавшая такого разворота, давится в таблетках и слюнях. Все те таблетки, что она успела запихнуть в себя, падают на пол и катятся в разные стороны. Хорошо, что хоть их и было много, но они были достаточно большими, чтобы в горло влезло не больше двух, так что выкашлять все для нее было не проблемой. Он же пристально наблюдает за девушкой, время от времени проверяя ее рот на наличие спрятанных или оставшихся пилюль. Закончив, она поднимает голову и смотрит на него: почти вся в слюнях, которыми она запачкала и штаны Кейджи, и крови, все еще стекающей по ее лицу. Он же смотрит на нее в ответ напуганным, недоумевающим взглядом и крепко, крепко держит, боясь отпустить. Саре вдруг прилетает в голову болезненное осознание действительности, она смущается и отводит взгляд в сторону. Так народ перепугать, а все ради какого-то глупого выхода, который лишает всего!       — Сара, не отворачивайся. Ты заставила меня понервничать сегодня, но уже все в порядке. Я здесь, и никуда не уйду. — он садится с девушкой на кровать и прижимает ее ближе. Сара неловко огляделась вокруг: медикаменты полностью заполнили ее комнату, рядом валялась сломанная дверь… Она отвернулась и прижалась лицом к его плечу, зажмурившись.       — Ох, прости.. Я так напугала тебя… Да и не только тебя… — прошептала ему уставшая Сара.       — Тише, тише. Уже все хорошо. Мы обсудим все, что нужно, чуть позже. А сейчас… Дружелюбный полицейский побудет с тобой немного. — комната погрузилась в тишину. Только уже не напряженную, а спокойную и уютную. Сара за долгое время не чувствовала что-то такое. Это сложно объяснить словами, но… Оно похоже на что-то теплое и приятное. Как солнечный лучик после долгого, проливного дождя. Оно грело изнутри.

***

       Время близилось к ночи. Все разошлись по номерам и начали готовиться ко сну. Девушка открыла глаза. Она чувствовала себя хорошо выспавшейся. Вид ее комнаты все еще оставляет желать лучшего. Тут бы не помешала генеральная уборка и замена двери, уж точно. С того момента, как Кейджи вломился сюда и спас ее, прошло часа три-четыре. Кстати, говоря о нем.. Сара посмотрела на своего спасителя: он все еще был в сидячем положении и держал ее в руках. Его глаза были закрыты, а волосы немного възерошены. Видимо, он тоже задремал. Девушка осторожно потрепала его по светлым волосам и освободилась из его сонной хватки, поднявшись на ноги. Значит, ее спасли… Разбросанные повсюду таблетки напоминали о недавнем кошмаре, но она уже не беспокоилась об этом. Все позади. Чидоин посмотрела в окно и мягко улыбнулась. И ее не волновало уже ни последствия ее действий, ни неопрятная комната, ни галлюцинации. Она смотрела в черную ночную даль и улыбалась жизни. Улыбалась возможности обнять своих друзей, улыбалась шансу на побег, улыбалась всему. Она подобрала с пола свой дневник. Перечитывая строчку за строчкой, они уже не казались Саре такими нереальными и неживыми. Может, она и правда преувеличивала, когда читала этот же дневник. Развернувшись от окна, она увидела только проснувшегося Кейджи.       — Сара… Как спалось? Надеюсь, ты набралась хотя бы немного сил. — девушка подошла к нему, наклонилась и заключила в крепкие обьятья.       — Все в порядке. Все позади. Я… Хочу поблагодарить тебя за все. Ну, за то, что ты спас меня от этого… Если бы не ты, я бы уже умерла. Ты меня не бросил. Остановил меня прямо перед точкой невозврата. Я горячо благодарна тебе за это.       — Я рад, что все наладилось, Сара. Но… Мы с тобой обязательно обсудим, почему ты захотела так поступить. Мне очень важно это знать. Я волнуюсь за тебя, Сара. И все те, кто сейчас живы, волнуются за тебя также. И пообещай мне… Если в будущем ты захочешь повторить эту попытку.. То просто приди ко мне, хорошо? Я обязательно поддержу. Не пугай так больше, пожалуйста. — бывший полицейский поднялся и положил ее на кровать. — Но сейчас ночь, и ты должна спать, поэтому… Поговорим завтра. Спокойной ночи, Сара. — он покинул комнату Сары и пошел к себе, оставив ее наедине с собой.       Теперь Сара может.