ssshhhiiittt!!!

***

Марку уже двадцать лет. Он наконец-то вернулся в родную деревню спустя девять лет. Минхён зашёл в ларёк, где продавалось вкусное мороженое, затем вышел на площадку у школы. Парень просто бродил без дела, но увидел какое-то очень знакомое место. Он долго стоял и не понимал что ему напоминает эта небольшая полянка. Но Марк вспомнил. Марк вспомнил Вишнёвое дерево, лавочку, и Донхёка тоже вспомнил. -Минхён! Быстрее иди сюда! Марк слышал Донхёка, но уже не видел. Он бежал в горку со всей силы, а как поднялся увидел здоровенное вишнёвое дерево. Снизу Марку казалось, что его ветви достают до самого неба.  -Подержи - Донхёк положил рюкзак в руки друга и начал забираться по дереву. -Дурак! Ты же упадё… - не успел Минхён закончить фразу, как сук под младшим разломился, и Хэчан с грохотом упал на землю.  Мальчики сидели на старой лавочке под вишней.  -И зачем ты туда полез? - Марк заклеивал пластырями колени Донхёка -Смотри, - Хёк показал пальцем куда-то на вверх. - Там вишенка! Марк сел на траву и начал вспоминать детство. А точнее - вспоминать Хэчана. Как они играли в прятки, как он каждый день пытался добраться до вишенки, но каждый раз падал и ударялся всё сильнее, как они закопали под деревом капсулу времени.  -Точно! Капсула времени! В следующую секунду Марк уже копал землю вокруг всеми подручными материалами. На это ушло немало времени, солнце уже начало садится. Он наконец-то докопал до жестяной коробочки.  Там лежали солдатики, вырезки из любимых журналов, рисунки Хёка и письма. Минхён не помнил, чтобы они писали письма. Он развернул одно. «Привет, Минхён. Прости, что выкопал нашу капсулу времени раньше чем мы договаривались, но кажется это единственный способ с тобой связаться. Прошёл уже год с того момента, как ты пропал. Твоя мама сказала, что ты уехал и никогда не вернёшься, но знаешь, я ей не верю. Мы каждый день, не сговариваясь, приходили на наше место. Я надеюсь, что когда-нибудь встречу тебя здесь вновь.» Марка настигло чувство вины, что за столько лет он даже не постарался связаться со своим другом. Он открыл второе письмо. «Привет, Минхён. Уже прошло 3 года как от тебя нет никаких вестей. Твоя мама тоже куда-то уехала. Я бежал за машиной, но не успел. Хотел твой номер попросить. Прости. Знаешь, когда ты ушёл, фонарь на моей улице погас, его до сих пор не починили. Кажется, я забываю твоё лицо и теряюсь среди других огней» За эти девять лет Марк конечно же вспоминал Хэчана, но только как приятные воспоминания о первой влюблённости. Мама ему ничего про него не рассказывала после переезда в Ванкувер, а Марк даже и не спрашивал. Он начал читать третье письмо «Привет, Минхён. Снег растаял много раз с того момента как ты ушёл от меня. Я уже забыл твой голос. Но знаешь, я всё на той же лавке у старого дома, где мы играли в прятки и были собой. Наверно твоя мама была права, что ты не вернёшься. Мне стоит перестать тебя ждать?» Первая слеза покатилась по щеке Марка. Ненависть к себе вдруг превратилась в огромный комок где-то в горле, который не давал дышать. Марк увидел последнее письмо. Рядом не было ни души - никто уже давно не жил на этой улице. Минхён тонул в тишине, его встречал вечер, казавшийся бесконечным. «Привет, Минхён. Мне уже 20 лет. Тебе, наверно, тоже. Я много думал о нас, наверно, зря. Я был так мал, но так влюблён. Мой друг сказал, что если бы ты хотел, то написал бы. Он ничего не понимает. Но я перестану сюда приходить, потому что ни вишнёвого дерева, ни лавочки, ни тебя тут уже нет. Прощай навсегда, Минхён. Кстати, вишенку я так и не достал» Марк уронил голову на колени и уже не пытался сдерживать слёзы. -Прости, Хёк. Я опоздал.