Знакомства и испытания

      Четвёрка вернулась домой. Беларусь ходила по комнате туда-сюда, надеясь, что её выступление было хорошим. На столе стояло фото отца и матери, в рамке. Руки аккуратно подняли предмет. Девушка долго разглядывала родные лица, а после, в комнате раздался вопрос. —Мама, папа, как думаете, я сегодня хорошо выступила?... Страны примут меня?...        В ответ, тишина. Если только они бы были живы... Наверняка ответили на этот вопрос. Так и хочется представить звонкий, в какой-то степени, детский голос Вики. А также, суровый, но всегда звучащий для детей нежно, голос отца. Внимание как раз застыло на нём. Столько воспоминаний. И хороших, и плохих. Бела аж прикрыла глаза, со слабой улыбкой.        Открыв их вновь, Беларусь сжала фотографию сильнее. Сердце забилось чаще, а в груди нарастало чувство паники. Последний день жизни Союза, отпечатался больным шрамом на всю жизнь. Тогда, он собрал всех детей в комнате, чтобы попращаться. Не было, разве что, только России. Но сейчас, перед глазами девушки вновь стояла эта страшная картина: алая кровь, которая уже успела застыть на губах; некогда золотые, словно яркий луч солнца, глаза стали серыми, а на лице застыла мёртвая улыбка, ведь Союз понимал, что умер он далеко не один. Беларусь, как-будто вновь стала той девочкой, у которой самой на щеке застыла отцовская капля крови от тяжёлого кашля. Руки задрожали, а на лбу появился холодный пот.       Бела вновь зажмурила глаза. Вновь открыв их, перед ней был тот же стол. Дрожащие руки поставили фотографию на место, а сама она села на кровать, после лёгвши туда.

«Ну и воспоминание... Когда оно пробирается в голову, в дрожь бросает, а глаза начинают слезится... Надо успокоится, ведь Россия пообещал меня познакомить с моими... Городами? Удивительно, хех... Я слышала только про Минска. Папа часто про него говорил. Поэтому, нужно лечь спать, чтобы не проспать, как Украина, хехе»

       На последней фразе, девушка усмехнулась, а затем, погрузилась в сон.

***

      Женский смех слышался в поле. А затем, раздался голос рыжеволосой девушки, которая поймала крылатого сына. —Попался, ангелочек!—щёки Казахстана были аттакованы мягкими поцелуями, от чего мальчик начал смеяться.        Россия сидел, и плёл венок. Украина лежал на траве и смотрел в небо, предстовляя, что облака—это что-то или кто-то. Беларусь же ходила и трогала ручками растения, особенно её взгляд привлекали цветы. Самый старший поднялся на ноги, ища самую младшую взглядом. Найдя её, брови нахмурились. —Беларусь, не уходи далеко! Потеряешься ещё! —Уже бегу!        Девочка и вправду выполнила свою фразу, прибежав к маме. Ручки обхватили ткань её белого платья. В ответ, на детскую голову легла женская руку, начиная гладить. А затем, малышка почувствовала, что на её голову опустился венок. Бела повернулась на того, кто это сделал и увидела мягко улыбающегося старшего брата. А затем, Россия приобнял сестру. —Тебе идёт, одуванчик.—Раздался задорный смех. Малышку, вдруг, резко подняли на руки. От этого, она пискнула, будто котёнок, переставая смеяться. Раздался знакомый и родной хохот отца. —Прости, что напугал, Бела. Красивый венок. Россия сделал?—Старший сын кивнул.       Затем семья вернулась на свой коврик для пикников, чтобы перекусить.

***

       Назойливый шум будильника разбудил девушку. Почему ей снилось это воспоминание?... Беларусь не обратила на это внимание, ведь и так будет важный день, а если заострять внимание на ерунде, то можно допустить море ошибок.