Пока время остановилось
20 марта 2025 г., 23:21
Я не могу сказать... сколько минут или часов прошло.
Снаружи темно, ни одного проблеска света. В складах горят лампы, но работают лишь некоторые, создавая тревожную атмосферу, куда менее безопасную, чем днём. Судя по тому, что П'Каран ещё нет, с момента звонка этой надоедливой П'Мин прошло меньше трёх часов.
А если учитывать, сколько времени ей дали на дорогу, расстояние от больницы до этого места должно быть немаленьким. Возможно, ей приходится пересекать несколько провинций.
П'Фиат сидит за старым деревянным столом и смотрит новости о себе. Сейчас его разыскивает полиция, и потому выражение лица у него серьёзное, в отличие от П'Мин, которая, закинув ногу на ногу, уставилась в экран коммуникатора. Она как будто задумалась, а затем улыбнулась, словно её долгое ожидание вот-вот закончится.
Если бы это был драматический фильм, мне бы пригодился осколок стекла или что-то острое, чтобы перерезать верёвку. Но меня схватили неожиданно, у меня ничего с собой не было, даже телефон забрала эта чёртова женщина. Сейчас рядом со мной нет ни единого острого предмета.
Чёрт! Я снова становлюсь обузой для П'Каран.
Она ранена… и, возможно, мчится сюда на пределе своих сил.
Я в заложниках. По идее, я должна дрожать от страха, боясь умереть. Но куда больше я боюсь за П'Каран, которая вынуждена приехать одна. Она в таком состоянии, что не может отмотать время назад, а значит, находится в полном подчинении у П'Мин.
— Я до сих пор не могу поверить, что такая сила существует...
После долгой тишины в сыром складе П'Фиат вдруг заговорил. Это вывело П'Мин из задумчивости, и она повернулась к нему.
— Фиат, я уже пять раз доказывала тебе, что могу видеть будущее, верно? И всё происходило точно так, как я предсказала. Разве это тебя тогда не потрясло? Почему же ты всё ещё сомневаешься?
Предсказывать будущее? Как она могла это сделать?
Неужели ей снятся такие же сны, как мне?
Но получить эту способность можно только как побочный эффект от касания тела П'Каран в момент перемотки времени. Возможно...
Так вот почему у этой зловещей женщины есть дар. Она случайно коснулась её, пока та использовала свою силу. Скорее всего, это случилось тогда, на крыше…
П'Фиат нервно почесал затылок, ощущая груз вины.
— Дело не в том, что я не верю. Ведь и эта девчонка, и Каран ведут себя так, словно сила отката времени действительно существует. Просто... я не знаю. Мне не нравится быть злодеем в этой истории.
— Когда ты вонзал нож, ты разве думал о чём-то, кроме желания вернуть прошлое? Забудь обо всём остальном. Как только всё разрешится—
Визг тормозов!
П'Мин не успевает договорить: снаружи раздаётся звук шин, скользящих по бетонному полу склада. Мы все трое одновременно оборачиваемся.
— Ну вот, наконец-то приехала к своей будущей невесте, — с притворной нежностью произносит та самая женщина, специально выделяя ключевое слово. Теперь уже точно ясно: она тоже видела будущее во снах.
Несколько секунд спустя в дверях появляется высокая девушка в больничной одежде бледного цвета. Лицо её побледнело, а с левой стороны видны кровавые пятна — рана, похоже, снова открылась. Она стиснула зубы и уверенно шагнула внутрь, с каждым шагом демонстрируя несгибаемую решимость.
Моё сердце бешено заколотилось от тревоги. Глаза защипало от слёз — я так хочу хоть что-то сделать, вместо того чтобы быть заложницей, которую ей теперь приходится спасать, будучи самой тяжело раненой.
Чем дольше она смотрит на меня с беспокойством, тем сильнее я убеждаюсь: П'Каран совершенно не думает о себе в этот момент.
П'Мин и П'Фиат тут же встают. Мужчина подходит ко мне, нависая надо мной, связанной. Женщина же идёт вперёд, встречая окровавленную гостью лицом к лицу. П'Мин достаёт телефон и, взглянув на экран, говорит:
— Две с половиной часа. Знаешь, превышение скорости — это незаконно и очень опасно.
— Отпусти Клиао Клуэн. Тогда поговорим.
Её голос звучит так сухо, что сердце сжимается от боли.
Младшая лишь рассмеялась, а затем, сменив П'Фиата, встала рядом со мной.
— У тебя нет права на переговоры. Я уже сказала, чего хочу, ещё по телефону. Всё, что тебе остаётся — это ждать, пока кровотечение остановится, а потом выполнить моё условие. Иначе твоя любимая снова и снова будет умирать.
Но…
На этот раз красавица не просто угрожает.
Она достаёт чёрный предмет, сдвигает предохранитель, после чего направляет ствол мне в висок. Сердце тут же ухает вниз от осознания, насколько близко ко мне сейчас находится пистолет.
П'Каран распахивает глаза и пытается рвануть вперёд, но стоит ей сделать хоть одно движение, как дуло ещё сильнее прижимается к моей голове, предупреждая её не делать ни шага.
— Мин! — голос П'Каран срывается.
— Что окажется быстрее: скорость пули или твои часы, откатывающие время? Ах, точно, я совсем забыла... Ты сейчас не можешь его отмотать.
— Вернуться на восемь лет назад невозможно.
— Ты могла повернуть время вспять ради своей любимой, но не можешь сделать этого ради остальных?
— Мин, успокойся и послушай меня.
— …
— Я не могу откатить время так, как ты этого хочешь. Даже если бы захотела выполнить твой приказ, чтобы прекратить этот хаос.
— Ха! Почему?!
— Моё ограничение на перемещение во времени… Если я спасаю одну жизнь, мне приходится отдавать за это десять лет своей. И сейчас у меня осталось всего 88 лет.
Так вот, сколько ей осталось…
Это значит, что если бы она не использовала свою силу ради меня тогда, то прожила бы до девяноста восьми лет.
— Ты ведь хочешь спасти всего семь жизней! Шесть за меня и одну за Фиата! Это всего 70 лет! У тебя ещё остаётся 18!
П'Каран медленно качает головой.
— Если учитывать только события, которые ты хочешь исправить, их семь. Но ты забыла о тех, кого убил Аватч, о самом Аватче и о Клиао Клуэн.
— Ты к чему клонишь?
— Если мы вернёмся на восемь лет назад, то должны будем вмешаться и в смерти этих троих.
Значит, вот в чём дело…
Если вернуться во времени согласно требованиям П'Мин, П'Каран придётся заплатить ценой десяти жизней. Это слишком большая цена.
Поэтому, даже если она знает, что я тогда столкнулась с Аватчем и поэтому оказалась замешана, вернуть время назад всё равно потребует ещё десяти лет её жизни.
П'Мин молчит, её лицо искажает сложное выражение. Они обе смотрят друг на друга, и раненая девушка сжимает зубы так сильно, что на её шее проступают напряжённые жилы.
Это затишье перед бурей.
У неё в руках пистолет, и мне не нравится этот тревожный сигнал.
Поэтому я пытаюсь как можно сильнее ослабить верёвки, сковывающие мои руки.
— Мин… что ты собираешься делать?
П'Фиат беспокойно подходит ближе и тихо обращается к ней.
П'Каран глазами даёт понять, что это невозможно, а П'Фиат с тяжёлым сердцем всё же спрашивает. Их взгляды давят на мысли П'Мин.
Её рука, сжимающая оружие, дрожит.
И в тот момент, когда я подумала, что она вот-вот успокоится и всё разрешится…
Женщина резко дёргает меня за волосы, прижимая пистолет к виску ещё сильнее.
— Тогда проиграем вместе!!
— Нет!!
Выстрел!
Я уверена... что мои глаза видели вспышку, а уши — слышали эхом отдавшийся выстрел.
Однако, в одно мгновение... В одно-единственное мгновение, никакая пуля не летит в мою сторону, оружия в руках женщины больше нет. Будто кто-то просто забрал его, а заодно и снял с моего рта липкую ленту.
П’Мин тоже потрясена — её оружие исчезло прямо у неё из рук.
— Как ты смеешь причинять вред невесте моей старшей сестры?!
Знакомый голос яростно отвлекает нас обеих, заставляя обернуться. Перед нами появляется невысокая фигура П’Май-Три, возникшая рядом с П’Каран. В левой руке она держит пистолет, направленный на П’Мин, а в правой...
Щелчок!
Пуля падает на грубый складской пол. Ладонь П’Май-Три краснеет, будто от прикосновения к раскалённому металлу.
Эта девушка... Она что, остановила время, чтобы поймать пулю и выхватить пистолет?!
Обладательница способности останавливать время на десять минут в день даже не удостаивает меня взглядом.
— Прости, коротышка. Я потратила большую часть лимита, пытаясь разобраться, как моя сестра сбежала из больницы, поэтому на развязывание тебя времени не осталось.
То есть... Она буквально перехватила пулю и разоружила П’Мин, развернув ствол против неё самой.
Я знаю, что П’Май-Три не может перемещать людей, если не дотронется до них до остановки времени. Однако... Она, по крайней мере, освободила мне рот, когда проходила мимо.
А это значит, что она потратила десять лет своей жизни, чтобы спасти меня.
П’Каран тоже потрясена.
Ситуация явно складывается не в пользу злодеев: у П’Мин и П’Фиата больше нет оружия. Молодой человек выглядит ещё мрачнее, будто наконец осознал, в какую грязь вляпался.
— Я не должен был...
— Заткнись, Фиат!
Она резко обрывает своего сообщника.
Все уверены, что П’Мин сейчас сдастся, по крайней мере физически. Но эта женщина снова удивляет.
За спиной у П’Фиата всё это время находилось ещё одно оружие — нож. Она быстро хватается за него и приставляет лезвие к моей шее, тут же снова перехватывая инициативу.
— Не делай этого, Мин! — П’Каран кричит яростно, но расстояние слишком опасное, чтобы можно было вступить в борьбу. А рана на её боку ясно даёт понять, что её способности сейчас бесполезны.
П’Май-Три всё ещё держит пистолет, но теперь уже не решается выстрелить, потому что я служу живым щитом для врага.
Тем временем П’Мин ловко развязывает верёвку, привязывавшую меня к стулу, но не отпускает мои запястья. Ей нужно только одно — чтобы я могла встать и стать её заложницей.
П’Каран осторожно делает шаг вперёд, но П’Мин оттаскивает меня назад, увеличивая дистанцию между ними.
П’Фиат медленно осознаёт, что теперь и сам в беде.
П’Май-Три держит оружие, но её охватывает нерешительность.
А затем я слышу те самые слова, от которых кровь застывает в жилах. Голос женщины, чья рука сжимает мой затылок, дрожит от напряжения:
— Тем же ножом, что вонзился в тебя, теперь я перережу ей горло. Сколько бы раз ты ни возвращалась в прошлое, я буду повторять это снова и снова!
Да. Вот он, мой худший кошмар.
П’Каран сжимает кулаки, закипая от ярости.
— Немедленно убери нож! Ты потеряла рассудок?! Ты же тоже врач!
В ответ я слышу сдавленный всхлип. П’Мин сжимает меня сильнее, а её шёпот разносится в пустом складе, полным отчаяния:
— Я уже давно потеряла рассудок. Ты только сейчас это поняла?
